Новый путь

Время тянулось так долго, что казалось бесконечностью. Ранее, Ванцзи не обращал на это внимания, никогда не торопился. Правила запрещали подобное поведение, да и потребности в этом, он не видел. Но в этот день, он мог вернуться. Подняться на гору Луаньцзан и остаться там. По возвращению Лань Чжань пытался не думать обо всем, что произошло за такой короткий срок, но ничего не получилось. Днем было проще, новые адепты клана, дядя, брат. Их просьбы помогали забыться. Но к приходу сумерек, в голове витали воспоминания о ночи. Ванцзи слишком хорошо помнил, как Вэй Ин буквально уснул на его руках. Тогда, Нефрит позволял себе больше, чем должен был. Он касался костяшками пальцев щеки тёмного заклинателя, мягко поглаживая хмельной румянец. Наблюдал за мимолетным движениям губ, позволяя себе вспомнить, каковы те на вкус, насколько они мягкие и податливы. Это был самый низкий и самый позорный поступок для воспитанника клана Лань. Воспользоваться моментом, не сдерживаясь целуя непокорного Старейшину Илина, лишь повязка закрывающая глаза была способна оставить личность Ванцзи в неизвестности. Только он сам помнил, что сделал. Корил себя. Это перечило чуть ли не каждому правилу его клана, какое бесстыдство. Недостойное поведение, недостойного человека, что воспользовался не только ситуацией, но и беззащитностью заклинателя. А слушая все это от самого Вэй Ина было и вовсе не возможно. Не только потому, что тот решил, будто это неизвестная заклинательница и подобное могло происходить так часто, что совсем не удивительно, но и потому что, в его словах была доля правды, для Ванцзи такой поступок должен был оставаться за гранью возможного. Все заклинатели уже находились в башне Кои, с наслаждением попивая вино и обсуждая очередные сплетни. Ванцзи лишь недовольно хмыкнул в полном разочаровании, впрочем, его лицо совсем не изменилось, но даже отсутствие эмоций не значило, что он не умеет испытывать их. —Хангуан-цзюнь решил посетить нас? Какое почтение. А мы вот, обсуждали, ваш недавний визит в Илин. Сколько историй ходит по этому поводу. Будто вы сопровождали Призрачного генерала и Старейшину Илина, и даже хотите присоединиться к нему. — С нескрываемой насмешкой начал говорить Цзинь Гуаншань, будто испытывая не только терпение второго нефрита, но и желая таким способом убедить других в своей правоте, переманивая на свою сторону. — Мгм. — оправдываться Ванцзи явно не желал, да и зачем? Глава клана Цзинь был похож на голодного волка, что выбрал себе жертву, только вот, нефрит был ему не по зубам. — И что же вы делали там? Готовили заговор? Старейшина умеет обвести всех вокруг пальца, а Хангуан-цзюнь оказался его очередной жертвой? — Мой визит к Вэй Ину никак не относится к вашим предположениям, глава клана Цзинь. — Значит. Даже не отрицаете этого факта? Возможно, вам известно местонахождение тигриной печати? Такая сила, её стоит держать взаперти и не позволять попасть в плохие руки. Надеюсь, Хангуан-цзюнь понимает, что эта печать, может сотворить туже историю, что была и с Иньской печатью. — Мгм. — Ванцзи отрицательно качнул головой устремляя взгляд куда-то в никуда, пока недовольные голоса начали поднимать шум. Каждый как один хотел получить власть и силу над тигриной печатью, скрывая данное желание под маской правильности решения. Спасения людей ценой смерти таких же невинных жизней. Ванцзи не знал, каждый ли день, все в один голос кричат о том, что надо свергнуть Старейшину Илина. Будто тот и вправду стремился к мировому господству, а не просто жил среди остатков клана Вэнь. Но с каждой секундой, все это, было настолько глупо, настолько бесстыдно, что лишь начало наполнять нефрита злостью. Как они смеют вести себя так? Как смеют желать мировое господство? Сжимая в руках Бичэнь, Ванцзи без лишних слов просто развернулся направляясь к выходу. — Хангуан-цзюнь! Мы не закончили. — Взмахивая рукой глава клана Цзинь приказал своим людям перегородить выход. Уж так просто все не закончиться. Если появляется один человек идущий против его воли, есть риск, что таких людей станет больше. А противостоять с другим кланом было не в планах Гуаншаня, особенно если среди них будет ещё и Старейшина Илин. Нет, нужно было как-то это изменить. Лань Ванцзи был сильным заклинателем и уважаемым, конечно, спор с ним начинать было бы опасно. Только вот Цзинь Гуаншань знал об этом заклинателе куда больше чем хотелось на первый взгляд. Должен признать, изначально, он совсем не поверил в историю служанки, что случайно стала свидетелем удивительной сцены на охоте. Но сейчас... Он убеждался в её правоте и не мог оставить все без внимания. — Разве, правила клана Лань позволяют себя так вести? Позвольте спросить, это будет мой последний вопрос. Насколько тесны ваши отношения с Господином Вэем? — Гуаншань довольно оскалился, всем своим видом давая понять, что ему известен ответ. — Подобные вопросы могут решаться лишь в стенах Облачных Глубин. Не вам же, выносит столь бесстыжих предположения. — Несмотря на всю слабость, Лань Цижэнь все таки решил навестить всех заклинателей. И как оказалось очень кстати. Что только себе позволяет глава клана Цзинь, вопиющая наглость! И самое ужасное было в том, что по всей видимости слова эти были правдой от которых непременно следует наказание. Но все это будет в явно не здесь. — Цижэнь, вы решили почтить нас своим присутствием? Помниться мне, вы отошли от дел. — Однако, я все ещё остаюсь главой клана и мне решать, что должно касаться моих учеников. — В таком случае, я могу понадеяться на вас. Эта перепалка двух глав кланов не была открытой или эмоциональной. Им обоим было известно, чего желает соперник. Впрочем, так же как и жажда иметь полноценную власть у главы Цзинь, так и стремления к безупречности главы Лань были настолько сильны, что главным была лишь их собственная гордость. А в случае с Цижэнем, стоило лишь упомянуть имя Вэй Усяня, как даже не существующие волоски на теле ставали на дыбы от злости. И сейчас, ему не просто говорят о Старейшине, а ещё и твердят о некой близости к нему со стороны его клана? Никогда этому не бывать! — Не сомневайтесь. А сейчас, мы вынуждены попрощаться. Самое худший выход в свет за долгое время. Именно так думал Лань Цижэнь. Мало того, что он попал в столь безалаберную сцену, так ещё и виновник являлся никто иной как Ванцзи. Он знал, что его племянника не было в Облачных Глубинах почти два дня. Но как объяснил сам Лань Сичэнь, его младший брат просто ушёл на ночную охоту, достаточно интересная охота получается. Всё поступки должны быть наказаны, а для такого прилежного ученика и подавно. Не будет в его клана тех кто оступиться от праведного пути, а значит даже Ванцзи должен получить свое наказание. — Какое 52 правило клана Лань? — Запрещено заводить дружбу с порочными людьми. — Ты посмел выбросить из головы правила которых тебя учили? — Осмелюсь спросить дядю. Кто праведен, а кто порочен? Где чёрное, а где белое? — Ванцзи ничего не говорил, когда его решили наказать. Вины он не чувствовал. А если она и была, то относилась лишь к тому, что он не был способен сдержать себя однажды. Удары обжигающие спину, мешали ровному тону, но не мешали той твёрдости, что оставалась в голосе. Он не отвернётся и не откажется от своего решения, пусть его закроют, пусть изобьют до полу смерти. Теперь Лань Ванцзи был уверен более чем когда-либо, что его решение было верным. Хангуан-цзюнь считал каждый удар. Пока неожиданно те не прекратились. Их было слишком мало, чтобы прекращать. Лишь поднимая взгляд Ванцзи смог увидеть, это тёмная энергия окутывающая его тело и погружающая сознания в темноту.