Flares

***

Утро субботы началось рано. Мередит Блэк еще с вечера распланировала весь свой день и не желала терять ни минуты отведенного времени. Соседки по комнате ещё спали, и Мередит могла их понять: это был их заслуженный выходной. Она по очереди оглядела соседок: Алана затерялась в недрах своего одеяла, Оливия смешно раскинула ноги и руки на кровати, грозясь упасть с неё, а кровать Геллы была задернута пологом. Несмотря на ранний час, декабрьское солнце щедро одаряло комнату своими рассеянными лучами. Неяркие блики скользили по комнате, то и дело отвлекая Мередит от сборов. Девушка привычным заклинанием привела распушившиеся волосы в порядок, надела мантию, завернулась в полюбившийся шарф расцветки её факультета и, захватив сумку, выскользнула из комнаты в светлую гостиную. Зимнее солнце и здесь вступило в свои права: помещение казалось настолько воздушным, словно и не состояло из каменных стен. В воздухе витала пыль. Она взлетала наверх, словно крошка из звезд, которая стремилась вернуться на родину — звездное небо на потолке башни. Мередит не удивилась, увидев нескольких ребят, задремавших в кресле или за столом. Это были одни из тех когтевранцев, которые допоздна засиживались за какой-либо книгой и так и не доходили до своих комнат.  — Идиоты, — пробурчала Мередит и вышла из гостиной, намеренно ступая громче, чтобы нарушить сон незадачливых книжных червей. За спиной раздались стоны, но девушка уже покинула гостиную и направилась на пятый этаж, в кабинет своего декана. Сегодняшний день был распланирован четко и почти по часам. Во-первых, Мер намеревалась доложить декану о ситуации с нападением и подвергнуть пуффендуйцев наказанию, а в идеале, исключению из школы. Во-вторых, необходимо было начать усердные занятия ЗОТИ. Как бы тяжело ни было признавать это, но в атакующих чарах Мередит была не слишком сильна — что проявилось во время нападения на Дариона. И в-третьих, Мередит дольше всего думала над этим пунктом, нужно было разобраться с Беном. Его поцелуй не желал выходить из головы, и девушка неосознанно прокручивала в голове этот момент, по какой-то причине не желая с ним расставаться. Возможно она могла бы сохранить это воспоминание в особом сосуде, чтобы потом просматривать его день за днем, используя Омут Памяти. Наверняка это воспоминание будет темно-красного цвета, а возможно, черного, как его невероятно глубокие глаза… Во всяком случае, Мередит твердо решила, что сейчас не может встречаться с Бенджамином, и на его симпатию она ответит отказом. А ведь его поцелуй, как она считала, был верным признаком его симпатии к ней. На повороте она чуть было не столкнулась с кем-то, но, погрузившись в размышления, девушка не стала рассматривать того, кто был перед ней.  — Excusez-moi, — бросила она на французском по старой привычке.  — Мисс Блэк, можно поинтересоваться, что побудило вас встать на ноги в такой ранний час? — донесся до Мер голос. Девушка удивленно обернулась: перед ней стояла профессор по Защите от Темных Искусств, Диагена Макклаген собственной персоной. Суровая на вид женщина, бывший аврор, носила неизменную ярко красную мантию, которая развевалась при ходьбе словно огромный цветок мака, который часто можно было встретить в одной из теплиц Шармбатона. Как жаль, что у девушки была на них аллергия. Встреча с профессором показалась Мер знаком, что всё задуманное ею на сегодня пройдет отлично.  — Доброе утро, профессор, — Мер вежливо кивнула и улыбнулась, — Рада встрече. Я спешу к своему декану, профессору Флитвику, мне нужно…спросить у него кое-что.  — Всё понятно, — женщина склонила голову. — Не буду вас больше задерживать, приятного дня.  — Постойте! — Мередит окликнула профессора, когда та, развернувшись, продолжила свой путь. — Мне нужна ваша помощь.  — Моя?! Боюсь, вы слишком много берете на себя, мисс Блэк. У меня нет времени оказывать помощь довольно взрослым студентам.  — Но вы же даже не знаете, какая помощь мне требуется!  — Ошибаетесь, мисс. Вам нужно повысить уровень Легилименции и Окклюменции — все ваши мысли, как на ладони.  — А если я скажу, что смогу вернуть вас к вашей должности в Аврорате, вы поможете? — Мер ухмыльнулась, уверенная, что уж этот аргумент должен сработать. Однако Диагена только хмыкнула.  — Ах, молодость! Наивная мисс, думаете, мне интересно вернуться в Аврорат? — профессор Макклаген склонилась к лицу Мередит. В её карих глазах горел огонь. — Я бы посмотрела на то, как Регулус Блэк, не добившийся от меня ответа, попытается вернуть меня на мой пост через свою племянницу. Это довольно смешно.  — Но, как?! — ей отказали. Отвергли. Определенно, с этой школой что-то не так.  — Ещё раз доброго вам дня, мисс Блэк, — в произношении своей фамилии Мередит явно почувствовала издёвку. Она никак не могла понять: любили в Англии Блэков или же наоборот, ненавидели? Столько разных людей, и каждый имеет свое четкое представление о её семье. Девушка беспомощно провожала взглядом своего профессора, а затем, незаметно для себя нахмурившись, поплелась в кабинет декана. Вот здесь-то ей точно должно повезти.

***

Мередит обессиленно захлопнула за собой дверь кабинета директора Дамблдора, где только что закончилось разбирательство по поводу недавнего нападения на Дариона Блэка. На глаза наворачивались слёзы, но рядом с кабинетом стояла стайка студенток-третьекурсниц, явно ожидавших своей очереди к директору Хогвартса, здесь Мередит не могла дать волю чувствам. Она была зла. Зла и расстроена. В очередной раз всё пошло не по плану. К разбирательству подключились не только её декан, но и директор, и декан Пуффендуя — профессор Стебль, полная женщина маленького роста с навечно застывшей среди пухлых щек улыбкой. Были вызваны на «ковер» и сами виновники разбирательства, но пуффендуйцы яростно отнекивались от обвинений, и даже позволили проверить свои палочки. И кто бы сомневался, что их волшебные инструменты оказались чисты. Мередит едва не кинулась на улыбающуюся Кэри с кулаками, но её положение и так было шатким, ей не хотелось усугубить его еще больше. Дарион Блэк пришел в сопровождении Гарри и его друзей, Рона и Гермионы. «Золотое Трио» полностью подтвердило слова Дариона, и дало показания против Мередит Блэк, как и пуффендуйцы. Директор Дамблдор задумчиво осмотрел каждого ученика, затем принес извинения пуффендуйцам, их декану, проверил состояние Дариона, погладил Гарри по его косматой голове и отпустил всех, оставив Мередит и профессора Флитвика в кабинете. Ей сделали выговор, а также назначили отработки в библиотеке, что не вызвало у неё никакого отторжения — библиотека, так библиотека. Хуже всего было то, что ей в очередной раз не поверили, её подставили. Её, Мередит Плеяду Блэк! Девушка не понимала, чем заслужила такое отношение к себе, и яростно спорила с преподавателями, пока не была остановлена грозным тоном директора и своего декана. Никогда юная когтевранка не слышала столько плохих слов о себе, а вдобавок ко всему, она пропустила завтрак, и сейчас её желудок немилосердно напоминал ей о себе.  — Мисс Блэк, вам совершенно необходимо взяться за ум! — верещал профессор Флитвик с высоты письменного стола. — У вас же в этом году экзамены! И что я вижу? У вас уже третье «Отвратительно» по Истории Магии, а профессор Макгонагалл всё чаще утверждает, что вы абсолютно не занимаетесь на уроках! Вы растрачиваете свой талант на грубое поведение и непонятно какие заклинания! Будьте добры, возьмитесь за ум, иначе нам придется оповестить ваших родителей. Бедные Алексия и Сириус Блэк, как они огорчатся, узнав о вашем поведении! Мередит раздраженно вздохнула. Кем были её родители здесь? Своеобразными знаменитостями? Почему их так часто ставили ей в пример? Девушка отошла от кабинета и побрела в башню Когтеврана, хмуро разглядывая снующих вокруг учеников. Они смеются, радуются, и никому из них и дела нет до её, Мередит, горя. Пару раз она встретила пуффендуйцев-первогодок на своем пути, и её пальцы машинально сжимались на палочке, которая искрилась, чувствуя эмоции хозяйки. В комнате она, совершенно не обращая на соседок, уселась на своей кровати и закрыла полог, наложив чары тишины. Что-что, а хорошенько покричать ей сейчас не помешает… Или поплакать, или все вместе… Мередит достала шоколад, который был подарком от дяди Регулуса, и решила отвлечься, разбирая новый учебник по астрономии. За учебой время пролетело незаметно, и девушка очнулась только когда последний кусок шоколада был съеден, а живот начал неистово урчать, отвлекая девушку от важных вычислений.  — Придется поесть, -констатировала Мер, с сожалением оглядывая свой учебник, прежде чем раскрыть полог. К её счастью, комната была пуста, а значит, стол в Большом зале уже был накрыт на обед. Когтевранка, воодушевившись, помчалась вниз, а организм волшебным образом учуял запах свежего батона, подгоняя девушку вперед. Обеды в Большом Зале всегда были более шумные. Ученики словно сходили с ума от голода и бросались на еду и на разговоры, будто за дверями им было велено молчать. Мередит прошла мимо столов не своего факультета, высоко задрав подбородок и стараясь ни на кого не смотреть. Впрочем, у стола Слизерина она всё же поймала взгляд светлых глаз Дафны Гринграсс, но проигнорировала его и прошла к своему столу, сев к ней спиной. Дафне придется постараться, если она хочет заслужить её прощение. Однако Мер тут же пожалела о том, что села к змеиному факультету спиной: был один слизеринец, которого ей всё-таки хотелось бы увидеть. Она уже приготовила фразы, которые скажет Бенджамину при встрече, но ни после обеда, ни на следующий день встретить его не удалось. Пару раз она замечала его в коридорах, но они были слишком далеко друг от друга, и Бен даже не смотрел в её сторону, что очень задевало девушку. Мередит настолько извелась за выходные, что к понедельнику напоминала ходячий комок нервов, и даже на приглашения Нейтана она отвечала отказом. Как он может лезть к ней с походами в Хогсмид, когда на кону важный для девушки разговор? Мер всё чаще воспроизводила образ Бена в голове, и каждый раз находила в нём всё больше привлекательных черт. До идеального красавца ему было далеко, но его выразительные скулы, пухлые губы и нос с горбинкой отчего-то вызывали у девушки непонятные мурашки. Ей было даже почти жаль, что она ответит ему отказом, но выгоды для встреч с ним не было, поэтому приговор вынесен и не подлежит пересмотру. Наконец, удача улыбнулась Мередит, и она заприметила парня на первом этаже у класса Истории Магии. Бен стоял к ней спиной, и выглядел напряженным, словно с минуты на минуты ожидал нападения. Девушка вздохнула и сжала кулаки в попытке успокоить сердце, забившееся в новом, непривычно быстром ритме. В конце концов, это было очередное унижение незадачливого поклонника, коих было много и в Шармбатоне, и здесь, в Хогвартсе. Легче легкого сказать «у нас ничего не выйдет», не так ли? Тогда почему сейчас так страшно?..  — Бен, — в тихом коридоре её хриплый голос прозвучал немного жалко, и Мередит поджала губы, потому что разговор уже пошел не по плану. Парень резко развернулся к ней, но увидев, кто перед ним, немного расслабился.  — Добрый вечер, Мередит, отлично выглядишь после своей простуды, — в голосе парня сквозила усмешка. На негнущихся ногах Мер подходила все ближе, пытаясь сфокусировать на нём взгляд. В полумраке коридора его глаза приобрели зеленоватый оттенок. Или уже желтый? Девушка зажмурилась, прогоняя ненужные видения.  — Благодарю, — кивнула она, напустив на себя презрительный вид. Расслабься, Мередит, спокойно! Девушка остановилась в трех шагах от Бена, но он, кажется, не заметил, что она собиралась сказать что-то еще, поэтому бросив последний взгляд на когтевранку, снова отвернулся к окну. Мер задохнулась от возмущения.  — Слушай, Бенджамин, — он удивленно повернулся к девушке, — ты… когда у нас следующее занятие по зельеварению? «Oh mon Dieu, что я там собиралась сказать?! И при чем здесь зельеварение?»  — Не терпится оказаться со мной наедине, Блэк? — кажется, его повеселил растерянный вид Мер, и он совершенно обезоруживающе улыбнулся. От напряжения Мер не сразу сообразила, что нужно ответить на это ужасающее поведение. Как он мог подумать, что ей хочется проводить с ним время?! — Если память мне не изменяет, то последние три месяца мы занимались только по вторникам и четвергам.  — Эм, вообще-то я хотела сказать, — она втянула в себя весь воздух, который смогла вдохнуть, — я понимаю твои чувства ко мне, но я не могу встречаться с тобой, мы слишком разные. Твой поцелуй был…хорошим, но, извини меня, тебе придется с этим смириться. Мер выпалила всё на одном дыхании и замерла, ощущая, как стук сердца набатом отдается где-то в голове, повышая уровень кровяного давления. Еще немного, и она готова взорваться. Когтевранка наконец подняла голову и заставила себя посмотреть на Бена, у которого с каждой секундой всё сильнее вытягивалось лицо. Ну вот, сейчас он скажет, что обязательно будет добиваться её, её любви, будет смеяться, что их совместное будущее — это вопрос времени, а затем будет караулить в коридорах, чтобы…  — Ты… Ты серьезно? — голос у Бена сорвался. Мередит ощутила себя увереннее и кивнула, стараясь не смотреть ему в глаза. Нос, губы, подбородок, но только не эти черные омуты… Секунды шли мучительно долго, и вдалеке уже послышались чьи-то неторопливые шаги. Мередит ощутила, как долгожданное спокойствие возвращается к ней, она выдохнула, а Бен… Бен вдруг рассмеялся. Громко и искренне. Мер похолодела, услышав его бархатистый, с грубыми, хриплыми нотками смех.  — Ох, Мередит, — Бен покраснел, а в уголках его глаз блестели слезы. — Ну и насмешила же ты меня. Ой… Чувства… Разные… — он снова засмеялся. Мередит почувствовала, как к щекам приливает жар. Что он себе позволяет?  — С чего ты взяла, что…как ты сказала, у меня есть чувства к тебе? — его слова подействовали не хуже разочарованного взгляда Гарри.  — Но…как же…ты поцеловал меня…  — Мисс Блэк, вы наивнее, чем маленький ребенок, — Бен ухмыльнулся, но теперь в его усмешке была лишь злость. Его глаза заискрились. — Я поцеловал тебя, но ты видела себя в тот момент? Жалкая маленькая девочка — вот кем ты была тогда. Неужели подумала, что я поцеловал тебя из высоких чувств? Неужели подумала, что ты можешь понравиться мне? Ох, ну ты и загнула. — он сделал пару шагов и оказался рядом. Мер стало еще жарче, когда он приблизился к ней, но в этот раз, вперемешку со смущением в ней поднялась волна гнева.  — Если хотел остановить мою истерику, то почему выбрал этот способ?!  — Ну, не бить же мне тебя, в конце концов, — слизеринец пожал плечами, отстраняясь. — Скажешь, тебе не понравилось?  — Не понравилось! — рыкнула она, от всей души жалея, что взглядом невозможно убить. Столько переживаний, а для него это всё выдуманная игра?  — А, ну я так и понял, когда ты прижалась ко мне, и в порыве, естественно, негодования, несильно дернула меня за волосы. Ужас, — Бен театрально поморщился. — И как я мог сразу не понять, что тебе не нравится?  — Ты… Ты…Crétin sans cervelle! — Мер вскинула руку, чтобы ударить его.  — Мир не крутится вокруг тебя, Мери Блэк, — Бен спокойно перехватил её руку. — И я вообще не обязан отчитываться тебе о своих действиях, как и ты о своих. Так что выброси из головы эту чушь и живи спокойно. Бен отпустил её, и отошел, не отрывая взгляда от девушки. Мер хотела сказать ещё много всего, желательно смертельно оскорбительного, но слова вылетели из головы, оставив там лишь: «Неужели ты думала, что можешь понравиться мне?» Как раз в этот момент в коридоре появилась другая слизеринка, Пэнси Паркинсон. Она в три прыжка добралась до Бена, заметив его с другой. Мер показалось, что он скривился, но это видение быстро ушло, снова явив миру беззаботную улыбку Андерсона. Слизеринка вцепилась в руку однокурсника, и язвительно улыбнулась Мер.  — Все хорошо? — спросила она, едва ли не заглядывая парню в рот. Тот кивнул, расслабленно расправляя плечи.  — Все замечательно, — Мер нашла в себе силы неискренне улыбнуться в ответ на такую же фальшивую улыбку. — Я спрашивала у Бена о занятиях, так что больше не буду задерживаться здесь с вами. Хорошего дня! — она развернулась, отбросив свою косу на спину. Позади раздались характерные звуки поцелуя, а Мередит разозлилась еще больше. Так вот кто ему нравится? Какая-то слизеринская девчонка с лицом, очень похожим на собачье? Да она Мер даже в подмётки не годится, а он… Когтевранка достала палочку трансфигурировала чей-то учебник, найденный на подоконнике, в стеклянный стакан, только для того, чтобы с наслаждением его разбить. Эхо от удара разлетелось по всему коридору, но Мередит наплевала на остальных, и двинулась в целительское крыло — у неё снова разболелась голова, а организм срочно требовал успокоительного. В комнату девушка возвратилась в дурном настроении и в компании пяти склянок с успокаивающей настойкой. Она пообещала мадам Помфри, что будет принимать по половине склянки раз в два дня, но уже в комнате она опрокинула в себя первую баночку целиком. Как и ожидалось, весь негатив резко слетел с неё, оставив легкое недоумение по поводу всех событий, расстроивших Мередит. Она с легкой улыбкой уселась на кровати и разложила вокруг себя учебники по ЗОТИ, Истории Магии и остальным предметам. Мер твердо решила для себя, что если никто не хочет помогать ей с заклинаниями, она обучится всему сама, и тогда точно станет лучшей в классе! А эти экзамены, СОВ, которые ждали её в июне, она сдаст с легкостью на самые высшие баллы! От соседок Мер не укрылось то, что она пришла в комнату с успокоительным зельем и явно употребила большую дозу, чем ей было положено. Они были не в самых дружеских отношениях, но даже слепой бы понял, что у заносчивой Блэк были неприятности. Она ввалилась в комнату и сразу же уселась за занятия и выполнение домашних заданий, хотя в это время обычно прогуливалась со своей подругой со Слизерина, или со своим парнем, старостой Нейтаном. Мередит совершенно не обратила внимания на то, что Алана, Гелла и Оливия уже 15 минут наблюдали за ней, всё больше хмурясь и переглядываясь между собой.  — Как вы думаете, стоит нам вмешаться? — спросила Алана, задумчиво теребя прядку светлых волос. — Даже заучка Грейнджер с Гриффиндора не читает учебники с такой счастливой улыбкой.  — Брось, Ал, — Гелла махнула рукой, возвращаясь к своему маникюру, — какие проблемы могут быть у Блэк? Комплимент в коридоре не сделали? Или не пригласили на свидание в сотый раз подряд?  — Ты к ней несправедлива, -сердито шепнула Оливия, — мы же не знаем, что у неё произошло. Вдруг что-то серьезное? Надо спросить у неё. — девушка встала с кровати, тряхнув своими кудряшками.  — Да ну, — Алана придержала Лив за локоть, — она нагрубит тебе, как и всегда. Нравится тебе быть униженной?  — Но она же в беде! — Лив сокрушенно вздохнула. — Я всё-таки спрошу, а к грубостям я привыкла, не в первый раз. Магглорожденная Оливия Джин была худенькой и нескладной девушкой маленького роста, отчего многие принимали её за третьекурсницу, а более наглые ребята любили выбирать её объектом своим насмешек. Несмотря на частые издевательства, Лив была доброй и смешливой волшебницей, всегда готовой помочь, даже если для этого придется сунуть нос не в своё дело.  — Эй, Мередит, привет! — она скромно примостилась на краешек кровати Блэк. — Как дела?  — Всё хорошо, — Мер подняла сосредоточенный взгляд на девушку. Та замолчала, не ожидая такой спокойной реакции. — Ты что-то хотела? Если это всё, то постарайся больше не отвлекать меня, я почти дописала эссе по Трансфигурации — осталось 10 сантиметров свитка. Мередит снова уткнулась в учебники, не оставив Оливии иного выбора, кроме как ошарашенно пройти к своей кровати. Алана и Гелла также оторвались от своих занятий и удивленно уставились на соседку.  — Это самый вежливый её ответ за всё то время, что она учится здесь, — прошептала Гелла, и мазнула кисточкой по ногтю, попав, впрочем, мимо него, и окрасив кожу в нежно-малиновый оттенок. — У неё точно что-то случилось.  — И зачем ей столько успокоительного? Это же почти гиппогрифская доза!  — Если она не будет пить его каждый день, то доза будет вполне даже человеческая. — Гелла сосредоточенно стирала лак с пальца.  — А вы помните, какая затравленная она была на свой день рождения? На неё же смотреть было страшно!  — Я волнуюсь за неё, наверняка что-то случилось, — Оливия прикусила губу и вновь посмотрела на Мередит. Она тихонько хихикнула, записывая что-то на пергамент. Её соседки в очередной раз вздохнули и вернулись к своим делам. Ледяной ветер стучал в окна башни, заставляя девушек дрожать всякий раз, когда снаружи доносились завывания. Зима только началась, а казалось, что она никогда не кончится, и весны не будет ещё очень долгое время. Но кто знает, когда наконец выйдет солнце и согреет землю своими лучами?