Flares

***

— Эй, Нейт! Нейт, слышишь меня? — парень дернул плечом, сбрасывая руку друга. Семикурсники расположились у большой ивы на берегу Черного озера. Кора старого дерева служила прекрасной опорой для учеников, и парни уселись прямо в мартовский снег, несмотря на то, что тот всё еще больно саднил льдинками. Воздух немного потрескивал от мороза, и детишки решили воспользоваться возможностью прокатиться на льду Черного Озера еще раз до того, как поверхность воды сменит свой белоснежный оттенок на темную гладь. До Нейтана и его друзей, находившихся рядом, то и дело долетал чистый и искристый детский смех, а иногда кто-нибудь из младшекурсников пронзительно визжал от страха и восторга, теряя равновесие.  — Слышу, — отозвался староста, перечитывая одну и ту же строчку уже в десятый раз. Буквы плыли перед глазами, но он упорно вчитывался, не запоминая ровным счетом ничего.  — И о чем я говорил только что?  — О том, что Ж.А.Б.А уже через три месяца.  — И?  — И что пуффендуйка Молзи снова тебя отшила.  — Этого я не говорил! — взвился Майкл, его лучший друг с самого начала обучения, когда прыщавая «сопля», как называл второкурсник Нейтан только что поступившего Майкла, вызвала его на спор, кто из них сможет приручить Гремучую Иву, а затем оба дружно загремели в Больничное крыло с многочисленными ушибами. Иву приручить не удалось. — И почему она постоянно воротит нос от меня? Не любит умных парней?  — У неё брат в январе погиб, умник, — Нейтан всё-таки отложил книгу и развернулся к другу лицом, — ясное дело, ей не хочется ни с кем связываться сейчас. Да и вообще… Девушки — странные создания. Ни в какой книге не написано, как себя вести с ними…  — Брось, ты все еще страдаешь по Мередит? — Чарли Вертрайн спрыгнул с нижней ветки и приземлился между парнями, закидывая обоим снега в воротники мантий. Нейтан и Майкл вскочили, размахивая руками. Чарли оглушительно засмеялся. -Мордредов сын! — Корнер с размаху опрокинул друга в снег и началась потасовка. Нейтан улыбнулся и с диким криком рухнул на друзей. Парни страшно выругались и принялись мутузить еще и Иффли. Когда все трое обвалялись в снегу как следует, а горло охрипло от смеха и холода, когтевранцы, выдохнув, улеглись прямо у кромки льда.  — Так что ты там говорил, про Молзи? — спросил у Майка Чарли. — Ты зря теряешь время, Корнер. Она посмотрит на тебя, только если ты по волшебству станешь ее родным братом, сменишь имя на Дастина и перепоступишь на Пуффендуй. Ей сейчас точно не до тебя. Майкл насупился, поджав губы, а Нейтан вернулся мыслями к своей девушке. Точнее, бывшей девушке. А если еще точнее, бывшей фиктивной девушке. Когда в сентябре Мередит стала флиртовать с ним, он едва с ума не сошел, ведь тогда она сильно, до безумия был влюблен в свою коллегу, старосту Лиру Вирга. Каждое утро он провожал ее взглядом, когда она отводила младшие курсы на занятия и в Большой Зал, искренне заслушивался ее голосом, когда она со всей своей строгостью отчитывала шальных третьекурсников, подкинувших навозную бомбу Филчу. Но она всегда, он помнил, всегда смотрела на него свысока, из полуопущенных ресниц. Нейтан наблюдал за ней, выяснил, какой вкус мороженого она любит больше всего, в какой день она надевает красивые сережки в виде колец, а в какой день она приходит в гостиную позже всех, держа в руках очередной научный роман, пытался заговорить, но девушка либо отмалчивалась, либо разговаривала будто из-под палки, однако Нейтан был доволен и этим. Но когда пришла Мередит, всё изменилось. Ему надоело её безразличие, ее холодность и…он решил действовать. Новенькая Блэк так удачно оказалась рядом, так удачно хотела поставить Лиру на место, что Нейтан понял: наступил идеальный момент. Впоследствии он жалел о словах, которых сказал Лире на Астрономической башне, но честно считал, что она все поймет, поймет, что мучила его уже четыре года, но девушка лишь ушла, оставив их с Мер вдвоем под набирающим обороты дождем. С тех пор Нейтан и Мередит были связаны своими фиктивными отношениями, и первое время Иффли наслаждался краснеющим от злости лицом Лиры, каждый раз, когда она видела их вместе. В такие моменты он благодарил Мерлина за Мередит, и безропотно выполнял всё, что она просила. Мер хочет поспать допоздна? Нейтан отпрашивал её от утренних занятий. Нужно вечером встретиться с подругой, но так, чтобы её не наказали на нарушение правил? Нейтан обеспечивал ей алиби или подписывал бумагу со специальным разрешением. Мередит не хочет отрабатывать наказание на улице? Староста освобождал её от работы. Ей нужны книги из Запретной секции? Нейтан выпрашивал у профессоров разрешение, и Блэк беспрепятственно получала то, что нужно. От неё требовалось лишь…быть. Всю осень она исправно целовала его в щеку за завтраком, крепко прижималась к нему на переменах, особенно, если Лира была рядом, в общей гостиной громко хохотала над его шутками и загадочно хлопала длинными ресницами, когда желала ему сладких снов. Его друзья тихо посмеивались над этим, а Нейтан всё пялился в спину Лиры и ждал, когда же она сделает первый шаг… В декабре все пошло наперекосяк. Сначала Мередит попала в Больничное Крыло с простудой в свой день рождения, а Нейтан об этом даже не узнал, потом она вышла оттуда и… Это была Мер. Всё та же Мер, с яркими серо-зелеными глазами, звонким смехом и идеальной осанкой, но что-то внутри нее неуловимо поменялось. Нейтан чувствовал это. Она сократила общение с ним до минимума, сблизилась со своими соседками, и в целом вела себя максимально тихо. Девушка лишила факультет нескольких десятков баллов и, кажется, потеряла интерес ко всему происходящему. Стала своей бледной тенью. Они разъехались на каникулы, и парень пригласил девушку погостить после Рождества, но в ответ ему ничего не пришло. Он даже написал слизеринке Гринграсс с вопросом, но та ответила, что Мередит уже давно с ней не разговаривает. Устав мучать себя неизвестностью, Нейтан забыл про это и погрузился в домашние хлопоты. И каково же было счастье увидеть прежнюю Мер в начале января, несмотря на то, что общая радость после рождественских праздников была омрачена нападением Пожирателей Смерти на Хогвартс-экспресс. Нейтан думал, что после каникул все станет, как раньше, но Мередит отдалилась от него еще больше, вновь неуловимо изменившись. Нейтан злился на такие перемены, но каждый раз, заглядывая в ее большие глаза, он понимал, что не может долго на нее злится. Ведь как можно злится на часть себя? Именно поэтому, когда девушка так просто порвала с ним, Нейтан не побежал за ней, не устроил скандал, не преследовал её вечерами. Он просто…сдался. Потух, как огонек в коридоре Хогвартса, ставшего жертвой безалаберного призрака Пивза. Нейтан смотрел на Мер издалека, как когда-то на Лиру, и понимал, что она светится. Светится так, как не светилась с самого начала года. Она улыбалась, смеялась, зарабатывала большие баллы для своего факультета и…совсем забыла о его существовании. Нейтан и не думал, что исчезновение из его жизни дорого человека, выжжет в нем большую дыру. До этого момента он и не осознавал, насколько сильно привык к Мер рядом. Вечерами, когда Нейтан вспоминал о ней, он четко понимал, что не любит её, не любит, как мог бы. Скорее, парень привык, что рядом есть красивая девушка, привык целовать ее в макушку каждый раз, когда она хмурится. Нейтан настолько привык к Мер, что забыл о Лире. Да-да, о Лире, о девушке, ради которой всё это началось. Она отвернулась от него окончательно, а теперь отвернулась от него и роковая красотка Блэк…  — Эй, Нейт, ты там чего, подох?  — Не дождетесь, твари, — Нейтан выдохнул облачко пара и вскочил на ноги. — Так и будете лежать там? Смотрите, отморозите себе всё хозяйство, и никакая Кэри Молзи на вас уже точно не посмотрит. А ты, Чарльз, отправишься в пешее эротическое по воле твоей обожаемой Аманды.  — Какая забота, — хмыкнул Чарли, отбрасывая ото лба прядь каштановых волос. — Плевал я с высокой колокольни на девчонок, ну, Ами не в счет, — он встал, подавая руку Майклу. — Меня гораздо больше беспокоит то, что скоро ЖАБА, выпуск, а мы так и не узнали, почему у Дамблдора такая длинная борода, и почему Миссис Норрис такая умная. Эта тайна века, чуваки, я не уйду из этой школы, пока не разгадаю её.  — Лучше бы ты так об экзамене по зельеварению думал, ты ж его завалишь, исследователь, — беззлобно огрызнулся Нейтан.  — Да как я его завалю, если у меня будет специальное перо, — Чарли понизил голос до шепота и подмигнул ребятам.  — Ты же знаешь, что Нейтан — староста? И сейчас запросто может снять с тебя баллы и настучать о тебе профессору Флитвику, — Майкл продолжал лежать, устремив взгляд в небо. Чарльз подошел к другу, присел рядом на корточки и покровительственно похлопал его по плечу.  — Мой благородный младший приятель, тебе все еще неизвестны эти горести учебы на седьмом курсе, но я, как добрый и более опытный друг помогу тебе, страдальцу. — он склонился к Майклу и доверительно прошептал, — к началу Ж.А.Б.А ты настолько устанешь от этой жизни, что тебе будет аб-со-лют-но похер на все правила и запреты, и если появится хоть малейший шанс списать, ты им воспользуешься, я тебе гарантирую.  — Не суди всех по себе, Чарли-Варли, — Майкл уселся. — Я сдам Ж.А.Б.А превосходно и укачу в Сектор борьбы с незаконным использованием изобретений магглов, разбираться в таких штуках, что тебе и не снилось.  — Смотри-ка, Нейт, этот сопляк что-то вякает нам, закаленным старшекурсникам! Нейтан фыркнул. -Он прав, Чарли, не все будут списывать. Я буду писать своими силами, Энтони…  — Лира, — услужливо подсказал Вертрайн.  — Лира, — Нейтан сжал зубы, — Калисса, Терри и еще много других когтевранцев на нашем курсе и младше.  — Да зачем вообще эти ваши выпускные экзамены? Можно заниматься собственными разработками, изучать новое и еще никем не раскрытое по всему миру, а вы привязываете себя к Министерству…  — Это не привязка! Нейт, скажи ему, что всё, чем мы будем заниматься после Хога, пойдет нам на пользу! Нейтан замер. После Хогвартса… Когда-то давно он мечтал… А о чем он мечтал? Уже и не вспомнить. Все школьные годы Нейтан старался учиться на отлично, получать похвалу от учителей, зарабатывать баллы для факультета, а о жизни после школы он и не задумывался.  — Да, — сглотнул он, — На пользу. Неожиданный порыв ветра заставил парней поежиться. Растаявший под мантией и в ботинках снег давал о себе знать, неприятно охлаждая кожу. Дети перестали хохотать и засобирались в замок, предчувствуя наступающую метель. Когтевранцы тоже собрали свои вещи и учебники, так толком ничего и не повторив, и наперегонки припустили внутрь, толкаясь локтями и спотыкаясь в сугробах, пока Майкл не запустил в обоих легкой формой Конфундуса и не выиграл пари, обеспечив себе двойную порцию десерта от каждого друга.  — Я тебе припомню это, Корнер! — грозил ему Чарли. — Нейт! Сними с него баллы! Этот лукотрус сжульничал!  — Настоящий когтевранец, — засмеялся Нейтан, обгоняя Чарли. — Ты последний! И припустил за Майклом, оставляя второго друга далеко позади. Экзамены и выпускной маячили на горизонте, но какое до них дело, когда на кону шоколадный пудинг, а впереди еще куча таких же веселых вечеров?