Flares

      Ледяная корка мартовского снега звонко хрустела под ногами Дариона, закутанного в мантию-невидимку. Он старался ступать как можно тише, чтобы снующие повсюду ученики не заметили еще одной пары ног позади Гарри Поттера и Мередит Блэк. Это была идея Гарри — семейный поход в Хогсмид, и его не остановил запрет на посещение деревни для первокурсников.  — А иначе для чего мне еще эта мантия? — хохотнул он, накрывая лицо кузена невидимым капюшоном. Гарри и Мередит, схватив друг друга под локоть, громко распевали песни и хохотали, надеясь привлечь внимание к себе, и отвлечь остальных от маленьких следов за ними. Небо было затянуто полупрозрачной дымкой, сквозь которую на землю просачивались солнечные лучи. Свежий ветер разносил по округе запах тыквенного сока и выпечки, и ученики стремительно приближались ко входу в деревню, радуясь первой возможности посетить её после январских событий. Повсюду звенел радостный смех, хлопали двери заведений, входные колокольчики приветствовали посетителей приветственной трелью, а на кухнях громко стучали ложки о дно кастрюль, чье содержимое привлекало покупателей. Парочка шестикурсников скрылась за углом лавки «Флориш и Блоттс», а спустя пять минут оттуда вышло уже три волшебника. Гарри и Мер огляделись и удовлетворенно улыбнулись. — Шалость удалась, — заключил Дарион, и все трое рассмеялись. — Куда пойдем? — Мередит заботливо поправила шапку на Дарионе, натянув ее на уши. — Я думаю, заскочим во «Всё для Квиддича», — пробормотал Гарри, а Дарион вернул шапку в исходное положение, зыркнув на сестру исподлобья. — Квиддич? — разочарованно протянула Мер. Дарион вдруг ощутил небывалую эйфорию. «Всё для квиддича»! Это его второе любимое в Хогсмиде место после «Сладкого Королевства». Мальчик запрыгал от радости. В детстве он обожал летать на детской версии метлы для квиддича, которую подарил ему дядя Джеймс. В школу ее брать не разрешили, зато, мальчик был уверен, в следующем году он обязательно поучаствует в отборочных испытаниях на роль Загонщика в команду Гриффиндора. — Гарри! Чего же мы ждем?! Пойдем скорее! — парень улыбнулся, а девушка выгнула бровь, искривив рот в усмешке. — Погоди, Дарси, Мер не хочет… Что будем делать? — Давайте так, — она сложила руки на их на плечи, — вы идете смотреть что-то там для квиддича, а я поищу здесь пару трактатов по астрономии, через полчаса встречаемся в «Сладком Королевстве». Идет? — Идет! — переглянулись мальчики. Они разошлись в разные стороны, а Дарион, оглянувшись на то место, где секунду назад была сестра, облегченно сорвал с себя шапку.

***

Своё обещание встретиться в «Сладком королевстве» через полчаса никто из них так и не выполнил. Все трое столкнулись у входа в кафе через час с лишним, загруженные сумками. Мер недоверчиво покосилась на огромный мешок, который летел за братом и её кузеном, и спрятала за спиной большую сумку, набитую книгами.  — Что будете заказывать? — молодая улыбчивая официантка подошла к ним с блокнотом. Волшебное перо парило следом. — Шоколадный пирог, пирог с патокой, лимонный щербет, три шарика черничного мороженого, два тыквенных сока и один кофе, — Гарри вернул официантке её улыбку, и та отошла, смущенно хихикая. Он повернулся к кузенам и поймал их насмешливый взгляд.  — Что? Я вас пригласил, я вас и угощаю.  — А как же Джинни? — Мер постучала ноготками по столешнице.  — А что Джинни…? Ты про что? — он бегло взглянул на официантку. — А! Нет, Мер, Дарси, даже не думайте про это! Мы с Джин поссорились, но я не настолько олень, чтобы тут же строить глазки другой.  — Ты ей улыбнулся, — Дарион бросил хитрый взгляд на девушку и широко улыбнулся.  — А ты сейчас улыбаешься мне, и что, тоже флиртуешь? — Гарри начал раздражаться, и Блэки быстро уловили смену его настроения. Колокольчик у входа зазвенел, оповещая о новых посетителях.  — Ну, а где твои друзья? Рон и Гермиона?  — Они не пошли в Хогсмид, Гермиона помогает Рону справиться с домашней работой по Трансфигурации. Она буквально заставила его сесть за учебники! Хорошо, что у меня «Превосходно» по Трансфигурации…  — Они неплохо ладят, да? — Мередит пихнула брата локтем, и они захихикали.  — Да ну вас! — не сдержал улыбки Гарри. В этот момент им на стол спланировали тарелочки с поблескивающими шариками лавандового цвета. Дарион с жадностью принялся за свою порцию, зажмурив глаза от удовольствия.  — Как вкуфно! — воскликнул он. Мер и Гарри молча кивнули ему, занятые своей порцией. Снова зазвенел колокольчик и в помещение ворвался свежий, немного морозный воздух. Дарион обернулся, чтобы посмотреть на вошедших. Это оказались третьекурсники со Слизерина и Пуффендуя, от вида последних мальчик поморщился. Воспоминания о декабрьском нападении вызывали у него головокружения и небольшую тошноту, морожено резко потеряло свой вкус. Он бросил быстрый взгляд на сестру, которая боролась со своими волосами, попавшими в тарелку с десертом. Она поймала его взгляд и улыбнулась, наконец победив в битве с непослушными прядями.  — Всё хорошо? — спросила она.  — Да-да, — Дарион зачерпнул побольше мороженого и отправил его в рот. Зубы и десны мгновенно отозвались острой болью, как бы посылая ему знак: «Ты что, идиот, чтобы столько мороженого совать в рот за раз?», но эта боль остановила головокружение, и мальчик поморщился и скривил рот, пытаясь как-то остановить распространение мороза во рту. В этот момент принесли пироги и напитки, и Дарион, мысленно извинившись перед Мередит, накинулся на её стакан с горячим кофе, чтобы согреть внутренности.  — Дарси! — Мер надулась, наблюдая как брат выпивает её заказ. Гарри рассмеялся.  — Тебе придется выпить тыквенный сок, Мери! Девушка скривилась и подвинула к себе тарелку с пирогом. Она отломила кусочек и отправила его в рот, не сдержав довольную улыбку.  — Как ты можешь его есть? Он же слишком сладкий! — воскликнул Гарри, медленно вытягивая руку с ложкой к её тарелке.  — Не знаю, как тебе, но больше всего на свете я люблю шоколадный пирог! И никакая патока меня не переубедит, — она вновь отправила в рот маленький кусочек.  — Да? Тогда мне придется снова попробовать этот пирог, чтобы передумать, — и, не дав кузине опомниться, Гарри отломил себе внушительную часть ее пирога, и она мгновенно исчезла у него во рту.  — Эй! — Мередит с досадой бросила ложку на светлую скатерть. — Это нечестно! Дарси, скажи ему, что это нечестно! Она перевела взгляд на брата, который в этот момент аккуратно засовывал в рот кусок с ее тарелки.  — Да, Гарри, — прошамкал он с набитым ртом, — это офень нефестно!  — Я вас обоих скоро прибью! — сквозь смех произнесла девушка. Она бросилась к тарелке Дариона, но тот вовремя отодвинул её, и лимонный щербет остался у него. Гарри повезло меньше: Мередит удалось стащить у него половину пирога с патокой, и шлепнуть кузена по голове. Так, для профилактики.  — Ну, Мер, так или иначе, 2:1 в нашу пользу, — Гарри развел руками, — Признай своё поражение.  — Никогда! — она замахнулась на него ложкой, но на половине пути резко завернула к тарелке с лимонным щербетом Дариона и отломила небольшой кусок.  — Ах ты…! — взвились мальчики, и потянулись к ней. Их шутливая борьба продолжалась недолго и закончилась безоговорочной победой Дариона, который успел отхватить себе не только шоколадного пирога, но и десерта с патокой, оставив при себе бОльшую часть своего любимого щербета. Из «Сладкого Королевства» ребята вышли сытые до отвала, довольные и раззадоренные игрой за столом.  — Эй, Дарси, лови! — мальчик обернулся, и в лицо ему прилетел комок снега. Где-то позади раздался смех Мередит, а перед собой, отряхнув снег с лица, мальчик разглядел Гарри, в чьих зеленых глазах поблескивали лукавые искорки.  — Ну держись! — взвизгнул он и накинулся на кузена, пытаясь повалить его в сугроб. Гарри замахал руками, пытаясь оттолкнуть мальчика от себя. Мередит, скрестив руки на груди, наблюдала за происходящим с широкой улыбкой. Небо вновь затянуло тучами, а весенний ветер вдруг подул неожиданно по-зимнему. Дарион зажмурился, уклоняясь от ударов кузена, и сам пытался попасть по Гарри.  — Ты…ты прои…грал, — пыхтел мальчик, мокрой варежкой тыча кузену в рот. Тот отплевывался, отворачиваясь, а затем изловчился, присел и повалил Дариона на землю, схватив того за ноги.  — Ха! — воскликнул Гарри. — И кто теперь проиграл?  — Это нечестно! — буркнул Дарион, вставая на ноги. На улице потемнело.  — Эй, может пойдем обратно в замок? — Мер обняла себя за плечи, оглядываясь по сторонам. — Погода испортилась… Ученики спешили укрыться в помещениях, а некоторые из них шли по направлению в замок. Окна на верхних этажах закрывались одно за другим, и улицы постепенно пустели. На перекрестке стали зажигаться огни, разгоняя наступившие сумерки.  — Не нравится мне всё это, — Дарион поёжился. По спине пробежал холодок, а в затылке внезапно засвербело.  — Ну что ж, идем обратно в школу, — Поттер пожал плечами, а затем сделал шаг в сторону кузины.  — Поттер! Гарри, Дарион и Мередит обернулись на голос. Невысокий щуплый парнишка помахал им рукой в приветствующем жесте.  — Эй, Поттер!  — Коул! — обрадовался Гарри, помахав ему в ответ. Дарион перевел взгляд с кузена на русого паренька в мантии Пуффендуя, моргнул, пытаясь разглядеть его лицо, однако не успел. Яркая малиновая вспышка сверкнула в воздухе и настигла Коула, повалив его на землю.  — Черт! — выругалась Мер. — Дарион! Гриффиндорец обернулся к сестре, почувствовав внезапное жжение в запястье.  — Прячьтесь за мной! — крикнул Гарри. Дарион не мог отвести взгляд от упавшего пуффендуйца.  — Идём, идём! — Мер потянула брата за руку, утаскивая его назад, но время уже было упущено. Волшебники в темных балахонах появились на улице, начав бросаться заклинаниями. Люди повалили из зданий, заходясь в крике. Толпа хлынула в сторону Хогвартса, и понесла за собой Дарси и Мер, разделив их с Гарри. Их оттолкнуло в проход между зданиями, откуда было видно, как люди в сверкающих масках нападали на жителей Хогсмида.  — Черт! Ну почему мы?! Почему всегда мы?! — сестра ругалась на чем свет стоит, придерживая брата за предплечье, а Дарион пытался разглядеть кузена в паникующей толпе. Разноцветные мантии мелькали перед глазами, сливаясь со светом магических вспышек.  — СМЕРТЬ ГРЯЗНОКРОВКАМ! — произнес усиленный магией голос, и Дарси вздрогнул, вцепившись в Мередит. Поредевшая толпа заверещала громче, падая на бегу. Дарион выцепил взглядом молодую женщину с ребенком на руках. На её лице застыло выражение бесконечного ужаса, и вот, она упала, прикрыв своим телом беззащитного малыша. Мужчина, поразивший женщину, повернул голову, и его светлые глаза сквозь прорези маски встретились с глазами Дариона. Мальчик отпрянул, а незнакомец двинулся дальше.  — Ты видишь Гарри? — крикнула Мер брату, надеясь перекричать толпу. Он оторвал взгляд от ребенка и поднял его чуть выше.  — Вот он! Я вижу! Там, на противоположной стороне! Гарри отбивался от проклятий, закрывая собой старую слепую волшебницу. Его брови были нахмурены, а лохматые волосы встали дыбом, наэлектризованные.  — Идем к нему! -Дарион рванул вперед, но Мередит удержала его.  — Ты с ума сошел?! Как ты до него доберешься?! Останемся здесь! — девушка сжала его руку, — Мордред! Где эти чертовы авроры, когда так нужны?! Черт-черт-черт! Дарион возмущенно выдернул руку из захвата сестры. Он должен помочь! Он должен сражаться! Люди в масках были знакомы Дариону — Пожиратели Смерти, так их называли в гостиной Гриффиндора после нападения на платформу. Перед глазами встало лицо Перси, испуганное, оно неестественно побледнело, когда тот поднял голову и увидел, как огромный кусок здания падает прямо на него. Это Пожиратели. Это из-за них Перси Димбон не успел попробовать карамельные шипучки, из-за них он никогда не победит Хиона в дуэли на ЗОТИ, из-за них Перси никогда не сделает тройной кувырок в воздухе со стола в Большом Зале. Пожиратели Смерти виноваты в смерти Перси. И Дарион должен их убить.  — ДАРИОН! — отчаянный крик Мер ударил по ушам Дарси, когда тот, оставив сестру позади, нырнул в центр битвы, пробираясь к Гарри. Он не знал, что делает, не знал, что будет делать, но точно знал, что Пожиратели Смерти должны быть наказаны. Дарион достал палочку, но руки задрожали, и он едва не выронил ее, когда кто-то толкнул его в спину.  — Гарри! Гарри! — крикнул он, пробираясь к кузену. Его снова толкнули. Зеленая вспышка пролетела прямо над головой. Поттер замотал головой в поисках Дарси.  — Гарри, я здесь! — Дарион принялся отчаянно махать руками, пытаясь привлечь его внимание. Помогло. Гарри нашел его взглядом, и в глазах его вспыхнули искорки облегчения. Это стало его ошибкой. Голубая вспышка заклинания ударила отвлекшегося Поттера в живот, и тот с громким криком упал на асфальт. Круглые очки слетели с лица, а живот… В животе Гарри зияла огромная открытая рана, покрытая черной слизью, которая пульсировала, пузырилась по краям и разъедала ткань его одежды. Неожиданно высоко брызнул в воздух фонтан крови, а в теле кузена Дарион увидел, как сгусток лишь набирал в своем размере, раскачиваясь из стороны в сторону. К горлу подкатила тошнота.  — Дарси! — Дарион обернулся и увидел, как в него белой стрелой полетело заклинание. «Красиво…» — подумал он. Как вспышка на небесах, о которых рассказывала ему в детстве сестра. Только тогда она была далеко, а сейчас близко, так близко…  — Протего! — луч заклинания натолкнулся на невидимую преграду и погас, Мередит развернула брата к себе. — О чем ты думал вообще?! Я просила тебя оставаться там! А где… О Небеса! Гарри! Они подбежали к парню. Тот тяжело дышал, изо всех сил стараясь не закрывать глаза.  — Помоги мне дотащить его! — Мер подхватила его за плечи. — Держись, Гарри, держись. Только не закрывай глаза, не закрывай. Голос её дрожал, брови почти сошлись в единую линию на переносице, а подбородок мелко подрагивал. Дарси подхватил Гарри за вторую руку, и они вместе с поволокли его в узкое пространство между двумя зданиями.  — Держись, Гарри, держись, — повторяла Мер, дрожащими руками направляя на него палочку. — Вулнера Санентур! Тело Гарри выгнулось, тот громко охнул, искривившись от боли. Черная субстанция внутри парня вздулась.  — О Господи! — девушка зажмурилась. Дарион заметил, как сильно она побледнела при виде синего Гарри. Края раны пульсировали, расширяясь. — О Мерлин, Мерлин, что делать, что делать… Дарион, что делать?! Мередит повернула голову к брату, в её глазах стояли слезы.  — Сейчас, Гарри, сейчас, — Дарион присел рядом с сестрой, пока она водила над ним палочкой, — Опурат! Опурат! (1) Нити заклинания, тянущиеся из ее палочки, растворялись в пузыре внутри Гарри. Черная слизь поглощала магию, увеличиваясь в размерах. Сам парень едва шевелил рукой, его глаза были прикрыты.  — Не закрывай глаза, Гарри! Слышишь?! Не смей! Дарион, Дарион, что делать…? Не помогает! Не помогает! — Мередит трясло в лихорадке, она в истерике металась между братом и кузеном.  — Ты же Когтевран! Ты — мозг! Придумай что-нибудь! — Дарион в панике потряс сестру за плечо. Мередит еще несколько раз поводила над Гарри палочкой — безрезультатно. Мальчик и сам был готов отключиться, голова сильно кружилась, а в горле стоял ком при виде проклятия. Хотелось позвать маму, чтобы она помогла. Обняла его, укрыла от опасности. Слезы брызнули из глаз.  — Мама, мамочка… В голове зазвучал смех Перси. Лучшего друга, убитого такими же Пожирателями, который сейчас навредили Гарри. Нет, кузена он потерять не готов.  — Мер, эй, Мер! Посмотри на меня! — его ладони обхватили лицо девушки и подняли так, чтобы она посмотрела ему в глаза. Она плакала. — Мери, сейчас надо позвать на помощь. На помощь, Мер! Кого угодно!  — Как?! Я не умею вызывать Патронуса! О Боже, Гарри, ты только не умирай, пожалуйста, Гарри! Папа подарит тебе билет на Чемпионат по Квиддичу на твой день рождения, я слышала… он…он маме про это говорил. Гарри, ты черт возьми должен выжить, иначе ты не увидишь этот чертов матч, Гарри! Не смей закрывать глаза! О Господи… — её голос сорвался. Рана раскрывалась всё шире, теперь показались внутренности и ребра, пораженные черной магией. Пузыри, словно в медленном вальсе, расплывались на органы, цепляясь за них липкими ниточками мерзкой паутины. Дарион отвернулся, чтобы выпустить наружу свой обед. Мередит зарыдала в голос.  — Опурат! Вулнера Санентур! Вулнера Санентур!  — Дженкинс, здесь раненые! Брат и сестра повернули головы к улице. Со стороны главной дороги, где произошло нападение, к ним спешили люди в светлых серых мантиях. Женщина и двое мужчин склонились над Гарри.  — Мордред! Чертовы Пожиратели сегодня постарались на славу… Мисс, вы слышите меня? — в темноте Дарион не мог разглядеть их лиц, но аврорские значки на их груди вызвали у мальчика небывалый вздох облегчения. — Мисс!  — Это Гарри! Помогите, ему нужна помощь! Гарри! -Мередит вцепилась в женщину. Та кивнула двоим мужчинам, и они приблизились к девушке.  — Им нужно в Мунго, Стив, разберешься с пацаном? Отряд целителей сейчас работает в другом переулке, до него не добраться так скоро.  — Мы из Хогвартса! — выпалил Дарион, едва ли понимая, что это не поможет. — Мы студенты!  — Поздравляю, парень, — мужчина поставил его на ноги, и отряхнул его мантию. Она была пропитана кровью. — А теперь не шевелись, мы перенесем вас в Мунго. Второй мужчина поднял Мер на руки. Та всполошилась.  — Дарион! Дарион! Куда вы нас несете?! Оставьте нас, помогите Гарри! — Мередит забилась у него в руках, силясь вырваться к брату.  — Мередит, не бросай меня, Мер! — Дарион протянул руку к сестре.  — Здесь тяжелый случай, Радж, Стив — женщина пробормотала какое-то заклинание, и вновь повернулась к ним. — У них истерика, разберитесь с ними.  — Нет! Что вы собираетесь делать?! Нет, Дарси!  — Мередит! Мер! Последнее, что увидел Дарион, были руки его сестры, тянущиеся к нему. Затем все звуки вокруг исчезли, и он провалился в темноту.

***

После продолжительного времени, в течение которого колдомедики в Мунго боролись за его жизнь с темной заразой, Гарри впал в кому и очнулся только через два дня, но как только стало понятно, что его жизни ничего больше не угрожает, его сразу же доставили в Хогвартс, под крыло мадам Помфри — восстанавливаться. В основном всё, чем он занимался, был сон и редкие переговоры с пострадавшими, попавшими в Крыло после нападения на Хогсмид. Здесь же Дарион увидел и Коула, который стал первой жертвой Пожирателей. Пуффендуец сладко посапывал во сне, и Гарри с мальчиком тихонько посмеивались над ним каждый раз, когда тот особенно громко всхрапывал. Дариона и Мередит отправили в школу из Мунго сразу же, предварительно напичкав большой дозой успокоительного. Здесь их встретили громкими криками, засыпали вопросами о Гарри, о том, что на самом деле происходило в деревне, и насколько страшной была рана Поттера.  — А правда, что Гарри рассекло половину головы темным проклятием?  — Говорят, ему отрубило руку!  — Идиоты, — вклинивался другой, более уверенный голос, — ему отсекло палец на ноге!  — А рана Гарри была смертельна?  — Спросите у Пожирателя, который его ранил, — отвечала Мер, когда спал шок и действие успокоительного. — Уверена, он с радостью покажет вам на практике всю прелесть этого заклинания. Дарси раздражало подобное внимание со стороны учеников, и тот скрывался от них в комнате сестры, или в Целительском крыле, коротая время за разговорами с кузеном, к которому пускали только родных. Вот и сейчас, Дарион расположился на стуле рядом с кроватью спящего Гарри, закрыв их обоих ширмой. Целительское Крыло шумело сбившимся дыханием заболевших или раненых в деревне, и этот шум убаюкивал мальчика, напоминая тому о домашнем радио. Солнечные лучи едва пробивались сквозь плотные занавески, от чего в помещении царил уютный полумрак. Гарри повернулся на правый бок, довольно улыбаясь во сне. «Ну, хоть кто-то из нас спит нормально», — подумал Дарион. Со дня нападения ему стали сниться кошмары, и он часто просыпался посреди ночи в холодном поту, пугая соседей по комнате. Он уже обращался с этой проблемой к подруге Гарри, Гермионе Грейнджер, и она посоветовала ему обратиться к мадам Помфри за Зельем без Сновидений, а также рассказала о том, что в детстве, когда в ночи её тревожили кошмары, её мать пела ей колыбельные, и девочка, убаюканная, сладко засыпала. Мама тоже пела Дариону колыбельные, когда тот был совсем ребенком, но сейчас он не помнит и половины из них. Наверное, глупо просить её спеть их еще разочек на каникулах? Входная дверь неожиданно громко хлопнула, и Дарион вздрогнул. Послышались быстрые шаги, и мальчик без труда распознал в пришедшем мадам Помфри. Она охала и тихо причитала себе под нос, спешно перебирая склянки за столом. Затем она отошла от стола и двинулась в сторону коек. Каким-то шестым чувством Дарси уловил, что она направляется именно к ним, и развернулся к ширме, готовясь встретить целительницу. Он оказался прав: плотная ткань распахнулась, явив мальчику взволнованное лицо мадам Помфри.  — Мистер Блэк! Какое счастье, что вы всё-таки здесь! Скорее поднимайтесь — вас ждет директор Дамблдор.  — Зачем? — удивился мальчик.  — Ваши родители здесь, мистер и миссис Блэк. Кажется, вас хотят забрать домой. Дарион бежал по коридорам Хогвартса, испытывая смешанное чувство радости от скорой встречи с родителями и страхом, что его навсегда заберут из Хогвартса. Сейчас, в самый разгар занятий, коридоры были пусты, поэтому мальчик, не стесняясь, громко топал по каменному полу, разнося эхо по всему этажу. Уже на подходе к нужному кабинету, он заметил Мередит, притаившуюся прямо у приоткрытой двери.  — Мер! Почему ты…  — Ш-ш-ш, — сестра прикрыла ему рот ладонью, заставив замолчать. Она прислонилась к щелке, сквозь которую можно было увидеть происходящее в кабинете. Дариону ничего не оставалось, кроме как прильнуть к двери вслед за сестрой. Маленький кусочек кабинета, который он смог увидеть, показал ему его родителей, стоящих вполоборота к дверям. Судя по всему, они совсем недавно вышли из камина.  — Сириус, Алексия, я понимаю ваши мотивы, но, может быть, не стоит забирать детей из школы? — голос директора был встревожен.  — При всем уважении к вам, профессор, это наши дети, — отец был холоден, он смотрел на Дамблдора прямо, сверкая потемневшими серыми глазами. — И мы сами будем решать, когда и для чего мы будем забирать их из школы. Коль уж учеба в Хогвартсе стала небезопасной…  — Право, Сириус, Хогвартс — самое безопасное место для детей в сложившейся ситуации, — возразил директор.  — И поэтому мой сын сейчас наблюдается в Целительском крыле? — Дариону пришлось потеснить Мер, чтобы заметить четвертое лицо в кабинете. Тетя Лили стояла поодаль, обхватив себя за плечи.  — Мы расскажем им правду, профессор, — Алексия мельком глянула на мужа. Директор сел за стол и сцепил руки в замок. Взгляд его выдавал напряженную работу мысли.  — Не думаете ли вы, что еще слишком рано?  — Рано? — возмутился Сириус. –Моего крестника смертельно ранили, а мои дети едва не сошли с ума, пытаясь ему помочь. Когда они должны узнать? Когда Гарри, не приведи Мерлин, убьют? Или, когда мой сын окончательно съедет с катушек, в который раз наблюдая за смертью родного человека?!  — Дети должны знать правду, профессор, — Алексия упрямо выступила вперед, всем своим видом показывая твердость своих намерений. Дарион часто видел подобное выражение лица у Мередит. — Чем раньше, тем лучше. Внезапно дверь захлопнулась, закрывая обзор. Мальчик поднял голову — его сестра испуганно закрыла лицо руками, случайно навалившись всем телом на дверь. Девушка покачала головой, сетуя на свою неуклюжесть, и постучала. Двери раскрылись, впуская посетителей. Дарион бросился к родителям, ныряя в их объятия. Мер подошла следом.  — Мама, папа, я так скучал по вам! — слезы непроизвольно полились из глаз.  — Ну-ну, Дарси, что же ты плачешь, Алекс напекла кучу имбирного печенья для вас с Мер, хватит, чтобы наесться до отвала, — произнес отец и взлохматил его макушку. — Собирайтесь, мы отправляемся домой. Дарион испуганно взглянул на сестру.  — С чего бы вдруг? — она с подозрением покосилась на директора, обнимая мать. — А Гарри?  — Гарри прибудет завтра, — тетя Лили подошла к ним, прижав руки к груди. Последнее время она ходила сама не своя, смертельно бледная, с синяками под глазами, переживания последних дней плохо сказались на ее здоровье. Алексия обняла сестру.  — Завтра прибудут Римус и Регулус, — отец был серьезен, хотя глаза его улыбались. Но как бы родители не старались, Дарион видел, они взволнованы.  — Мы должны кое-что вам всем рассказать, ребята. Профессор Дамблдор глубоко вздохнул.