Under his protection (Под его защитой)

      Казалось, сердце Лайи пробьёт грудную клетку и вырвется наружу, падая с глухим звуком прямо под ноги незнакомца. Она боялась сделать вдох и поэтому лишь приоткрыла губы, позволяя воздуху просочиться в лёгкие. Вихрем в голове кружились предположения о его дальнейших действиях. Возможно, это были её последние минуты жизни…        Лайя продолжала стоять с задранной вверх головой и смело смотрела своему предполагаемому мучителю в глаза.        Мужчина молчал и улыбался одними лишь уголками губ, мысленно отмечая, как она красива.        — Загнанный в угол, испуганный оленёнок, — медленно, растягивая слова, произнёс Влад, выпустив её руку.       Он неспешно обошёл вокруг застывшей подобно мраморному изваянию девушки. Коснулся её прикрытых серой дешёвой тканью плеч и заметил, как болезненно сжалась Лайя, буквально на секунду, и тут же распрямилась, гордо устремив взор на дверь, ограждающую их от грязи, творившейся в «Обители».        Влад остановился прямо напротив шатенки и, поднеся руку к её лицу, указательным пальцем, заботливо, но с едва уловимыми нотками отвращения, будто наступил в жижу грязи, отодвинул за ухо выпавшую из косы прядку волос.        — Но не ваша добыча! — набравшись смелости, выплюнула прямо ему в лицо Бёрнелл.        — Да? — удивился он, выгнув бровь и склонив голову немного на бок, пытаясь понять, откуда в этой девушке напротив столько храбрости. — Почему же?        — Хищник ловит, а не платит.        — Любишь поиграть? Нравится быть жертвой? — лукаво улыбнулся Влад, продолжив движение пальцем по острой скуле с багровеющим на ней синяком. Он наблюдал за малейшими реакциями тела Лайи, предполагая, что след свежий, а значит ей больно, но девушка даже не вздрогнула.        — Люблю настоящих мужчин, — ляпнула, за что тут же мысленно ударила себя по лбу. Бёрнелл шла в ва-банк, потому что всем своим естеством была готова покинуть мир в эту ночь. Вытерпеть издевательства ещё одного клиента её тело было уже не в силах.       Внезапно отрезвляющей пощёчиной проскочила мысль, что умри она сейчас, не отработав долг отца, цепные псы Ланса вернутся в дом Бёрнелл и заберут Милли, а это не должно случиться никогда. Сестра. Тревожным набатом стучало в её голове, давая силы на дальнейшее существование. Цель, которая подобно колючей проволоке обвила её тоненькую шею и хрупкие кисти — Милли никогда не должна узнать о том, что такое быть алмазом в «Обители» мадам Бернар.       — Они для чистых женщин, — нарочно цепляя Лайю, бросил брюнет в ответ.       Девушка стойко терпела лёгкие нажимы пальцев в местах увечий, хотя тело ломило даже от лёгких прикосновений, однако эта фраза ударила её настолько сильно, что Бёрнелл закусила треснувшую в нескольких местах нижнюю губу, всеми силами пытаясь сдержать подступившие к уголкам глаз слёзы.       Чистых… Не будь Бёрнелл заложницей обстоятельств, она такой бы и осталась. То, что она так трепетно берегла, веря в светлую любовь, о которой читала в книгах. Чистых… Теперь она никогда не отмоется от грязи, в которую окунулась с головой в «Обители», в которой её топили, как котёнка, что уже шестой по счёту у блудливой кошки. Чистых… Ни одно благоухающее мыло из французских коллекций не отмоет запаха и следов пребывания в этом доме.        И вот, стоя в непозволительной близости, Влад провёл пальцем по выпирающим ключицам, что были так же отмечены ссадинами. Замер, продолжив наблюдать.       Грудь девушки начала вздыматься всё чаще, кажется, только сейчас она в полной мере позволила себе впустить в лёгкие воздух.        — Вы ошиблись адресом, — произнесла она, прожигая его взглядом, в то время, как Влад продолжил вести указательным пальцем вниз, задерживаясь на ложбинке меж грудей, немного надавливая. Обводя небольшие, совсем девичьи, упругие полушария, прикрытые платьем, он заметил неожиданную реакцию её тела. Бусины сосков затвердели и отчётливо виднелись через ткань.       Испугавшись, ведь так ещё никто и никогда не касался её, Лайя тут же добавила: — Хотя… Вы не настоящий мужчина, раз всё-таки стоите здесь, — выдохнула, протянув руку к его пальцу, что продолжил движение вниз.        В глазах девушки плескалась едва уловимая надежда, что это оскорбит его, однако она совсем не думала о том, как он поведёт себя в ответ на её дерзость. Ударит или остановится?       — Бывает, что под грязью скрываются алмазы, достойные огранки лучших мастеров, — многозначительно протянул он, продолжая очерчивать плавные изгибы её тела. — Вдруг это ты?! — выдохнул, надавливая на низ живота Лайи.       И не сдержавшись от почти угасшей боли, она рефлекторно наклонилась вперёд, обхватив себя руками. Но мужчина не позволил ей этого сделать и, схватив за подбородок, резко приподнял голову девушки, заставляя смотреть лишь на него. В её кофейных глазах отчётливо читалась боль и… презрение.        «Неужели у этой сломанной девчонки есть силы ещё и на это?» — пронеслось в мыслях Цепеша, пока он в недоумении рассматривал, как солёные влажные дорожки бесшумно скатываются по бледным щекам, собираясь у губ.       — Давайте по-быстрому, — фраза, сорвавшаяся с губ девушки и разорвавшая минутную тишину, выдернула мужчину из размышлений. — Вы не первый, а я устала. Как вам нравится? — превозмогая боль, она потянулась к подолу платья в попытке задрать его. — Сзади? Или, может, достаточно просто отсосать вам?  — давилась своими же словами, желая поскорее прекратить эту пытку, чем вызвала смех у Влада.       Вырвавшись из его хватки, Лайя на дрожащих ногах, подошла к кровати и, стянув с себя платье, опустилась на самый её край. Гордо выпрямив спину, что на самом деле далось ей очень тяжело, она расположила ладони поверх бёдер и повернулась к мужчине, который, тем временем, продолжал следить за каждым её движением. Девушка пыталась прочесть его эмоции, но не могла, как ни старалась.       — Ты в моём распоряжении до утра… — наконец, изрёк он, обратив внимание, как даже в темноте комнаты зрачки её глубоких кофейных глаз стали почти чёрными от испуга. — Ценный клиент для твоей хозяйки, — начал он пояснять, пересекая помещение. — Не против? — всё же поинтересовался, задержавшись у кресла, что располагалось напротив кровати, а после перевёл взгляд на его сиденье, где по-прежнему валялись купюры. Он смахнул их на пол и устроился, закинув ногу на ногу. — Встань!  — приказал с нажимом в голосе.        Лайя не до конца понимала, что за игру затеял её клиент. Она не послушалась и продолжила сидеть, смотря ему прямо в глаза.       Влада освещал свет уличного фонаря, и он казался ей зловещим. А в момент, когда на лице мужчины заиграла загадочная улыбка, он и вовсе предстал в её воображении жутким монстром, коих она видела лишь в книжках.       В голове пронеслась сотня страшных мыслей. Настороженным взглядом девушка быстро скользнула по его фигуре, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку и понять, есть ли у него при себе оружие или предметы для пыток, но тут же обречённо выдохнула, вспомнив одного из своих посетителей, что тушил сигару о её бедро. Секундная мысль, и ожог заныл фантомной болью. Отбросив эту затею, она устремила взор на клинок, что до сих пор валялся у двери.       — Встань! — повторил Влад ещё раз. — И подай его мне, — на его губах замерла улыбка, но ровно до того момента, пока он не понял, что и на этот раз Лайя не собирается его слушаться.       «Теперь понятно, откуда столько увечий… — зафиксировал он мысль в голове, непроизвольно сравнив Бёрнелл с чистыми от синяков, шрамов и ссадин телами, представленных ему ранее девушек. — Строптивая».        — Живо! — прикрикнул он, чем добился нужного эффекта — испугал девушку, заставив немедля подорваться с места.       Лайя проглотила боль, сжав пальцы левой руки в кулак. Решив играть по правилам Влада, она беспрекословно подошла к двери и, не поворачиваясь спиной к мужчине, наклонилась, беря в ладонь холодную сталь.        «Что дальше?» — тревожно билось в её голове. «Милли», — пронеслось в ту секунду, когда мысль покинуть этот мир вновь показалась Лайе единственным правильным решением.        — Теперь подойди! — вырвал из раздумий приятный голос, который отчего-то переменился и уже не звучал таким стальным.       Неведомая сила подтолкнула Бёрнелл к Владу без всякого сопротивления. На одних носочках она бесшумно пересекла комнату и замерла напротив кресла, представая перед ним абсолютно нагой и давая возможность разглядеть её получше.       Девушка протянула к нему ладонь, застыв в полуметре, и, раскрыв её, передала клинок. Теперь Лайя внимательно следила за взглядом мужчины, что блуждал по её телу. Голубые глаза изучали каждый след на светлой коже, оставленный его предшественниками. Его взор прошёлся в том же направлении, что и палец в момент, когда они стояли у двери. Там, где мужчина останавливался взглядом — места нажимов, и лучше бы они до сих пор были скрыты тканью. Влад, повидавший немало за свою жизнь, болезненно поморщился. На молочный холст её тела падали тени, отбрасываемые уличным фонарём, и только сильнее отпечатывали в его сознании старые и свежие синяки, ссадины, небольшие шрамы, царапины и даже несколько порезов. Отчего-то его сердце замедлило ход, на секунду он даже пожалел о фривольном, даже грубом отношении к ней, когда только вошёл в комнату.        — Давно ты здесь? — вырвалось быстрее, чем он вспомнил, что Ричард рассказывал о ней.       — Семь. Дней.       Влад встал и аккуратно обхватил её запястье, в котором был зажат нож для бумаги. Они стояли так несколько минут, молча, каждый думал о своём. Цепеш боролся с желанием овладеть девушкой и одновременно защитить. Лайя же пыталась понять, предугадать дальнейшие события.        Тишину прервал скрип открывающейся двери.       — Лай…я, — в дверях показалась светлая макушка, и Бёрнелл робко отступила назад.       — Элизабет, — кивок брюнета и вошедшая блондинка присела в реверансе. — Ne vedem mai târziu, fawn , — произнёс Влад, оставляя девушек одних.       Как только дверь захлопнулась, Лайя опустилась на колени и, уткнувшись лбом в ворс ковра, заплакала что есть сил. Лизи обхватила всхлипывающую девушку за плечи и попыталась усадить, устроившись позади неё. Почти рывком она притянула её к себе, позволяя прислониться к своему плечу.       Элизабет тихонько запела: В зыбком лунном свете к ней он постучал. «Кто в такую пору?» — голос отвечал. Он в ответ: «Откройте, я не вор, не плут — Ищет в этом доме Бог Любви приют!» Ночью под луною не увидел я, Что нашли те двое в поисках огня. Так и не узнал я, где перо теперь… Лишь закрылась, скрипнув, за двоими дверь.       Под старинную французскую колыбельную Уайт распустила каштановую косу Лайи, и невесомо перебирая пальцами пряди, принялась расчесывать волосы всхлипывающей подруги. Другой рукой она стянула покрывало с кровати и укутала им себя и Бёрнелл. Через несколько минут размеренного покачивания обе девушки уснули.

***

      — Вы быстро, — удивилась Мари, заметив спустившегося в зал Влада. — Я же предупреждала, что товар не понравится, — скривила она губы.        — Плачу любую цену, только назовите, — не раздумывая выпалил мужчина, прожигая хозяйку заведения взглядом тёмных глаз. — Но при одном условии — к девушке... Лайе завтра никто не заходит.       Это самое малое, что он мог сделать для Бёрнелл в качестве своих извинений. Что-то вынуждало его поступить именно так, а не иначе. Он не планировал завтра посещать это место, но в настоящий момент данное решение казалось ему правильным.       — Хороша же девка, — тут же переменилась в настроении мадам Бернар, даже не задумываясь, а жива ли Бёрнелл после встречи с Цепешем. Ведь раньше уже случались прецеденты с другими клиентами, увлёкшимися играми. — Или вы так постарались? — сально улыбнулась она, подмигивая и водя бровями, в попытке флирта.       — Цена, — отрезал Влад, и хозяйка борделя склонилась к его уху, прошептала что-то, а через минуту в её руках уже был чек, выписанный, кажется, теперь уже постоянным клиентом.        Он больше ни минуты не желал находиться в присутствии этой женщины, а потому одним лишь кивком быстро попрощавшись, Цепеш покинул «Обитель».

***

      Возникшие семейные дела, которые требовали срочного решения, иначе бы Ричард опять попал в немилость отца, нарушили его планы на посещение поместья Цепеша. Потому он отправил посыльного с запиской, в которой пригласил Влада в игорный дом мистера Ланса тем же вечером.        До встречи оставалось несколько часов, и освободившееся время мужчина решил провести в уединении. Слишком много событий и проблем навалилось на него за последние несколько дней: переезд, оформление необходимых документов на дом, что по размерам не уступал настоящему замку, подбор нового персонала, исключением из этого правила был лишь Антон, что неизменной тенью следовал за ним, знакомства, поездка в «Обитель», Лайя…       — Лай-я… — произнёс он вслух, будто пробуя на вкус, после чего ещё несколько раз повторил её имя, которое с первой же их встречи будто выжглось на подкорке.       Он обновил бурбон в стакане, подбросил дрова в камин. В помещении тихонько порыкивал огонь, тепло от которого согревало стены. Ощутив, как воздух стал комфортной температуры, мужчина расслабленно откинулся на спинку тахты и прикрыл глаза.        Воображение рисовало события минувшей ночи, подкидывая яркие образы того, что он бы мог сделать с Лайей, не войди так не вовремя вторая девушка. Отточенным ударом, подобно стреле лучшего лучника, перед глазами возникло обнажённое тело Бёрнелл. Влад громко сглотнул подступившие слюни, расстегнул верхнюю пуговицу накрахмаленной рубашки и протянул руку к стакану. Согревшаяся жидкость обожгла горло, спускаясь вниз и распространяя по телу лёгкое покалывание.        «Хищник ловит, а не платит» — вспомнил он. Гордо, с вызовом и так не подходившей дерзостью её образу. А перед глазами по-прежнему нагая хрупкая фигурка, разрисованная синяками различного оттенка. Влад ещё раз громко сглотнул, допил янтарную жидкость и, встав с места, подошёл к рабочему столу, из верхнего ящика которого достал аккуратный узкий нож с плоским тонким клинком.       Рукоять была в виде открытой пасти льва, где вместо языка шла полоска острой стали, а ручка немногим меньше по длине, представляла собой витиеватые переплетённые стебли розы с металлическими короткими шипами.       Вернувшись на тахту, мужчина расстегнул левый рукав и закатал ткань до самого локтя. На коже отчётливо прослеживались старые шрамы. Они были похожи на штрихи, когда считают тройками — три полосы, перечёркнутые ещё одной. Таких комбинаций на его теле было несколько…       Он зажмурил глаза, так сильно, что перед ними забегали белые мушки, а после вновь, будто из ниоткуда возник образ испуганного оленёнка.        Холодная сталь коснулась кожи. Нажатие. Его дыхание даже не сбилось. Ещё сильнее.        — Сзади? Или, может, достаточно просто отсосать вам? — её голос, как удар нечеловеческой силы под дых, он раздался в голове, вынуждая Влада в тот же миг ещё глубже вдавить остриё.        Из маленькой точки начала виднеться багровая капля, что увеличивалась в диаметре. Влад безотрывно провёл линию вниз, оставляя двухсантиметровый разрез. На второй ладони остались белые следы впадинок, от вонзившихся металлических шипов рукояти.        — Но не ваша добыча! — очередное воспоминание и он занёс руку перед лицом. Её каштановая коса с выбившимися прядками, откинутая на одно плечо, выпирающие ключицы, усеянные синяками, затвердевшие соски… Второй рукой Влад нервно дёрнул ремень, расстёгивая брюки и высвобождая затвердевший орган, ждущий, когда его коснутся.        — Лай-я… — выдохнул мужчина, медленно слизывая языком кровавую дорожку. После чего, приподнявшись, спустил одежду и обхватил ладонью член. — Вдруг это ты? — негромко повторил он свои же слова, припадая губами к порезу и блаженно втягивая носом металлический запах крови.

***

      В назначенный срок Влад приехал к игорному дому мистера Ланса, где на крыльце его уже ожидал новый знакомый. Ричард широко улыбнулся и протянул руку в знак приветствия.       — Рад встрече! Надеюсь, здесь вам понравится больше, чем у мадам Бернар, — хитро сощурив глаза, начал он, но встретился с недопониманием во взгляде. — Здесь быстро разносятся новости, — тут же пояснил мужчина.       — Мне нет дела до того, что шепчут языки, — лениво прокомментировал Цепеш.        — Но ещё никто не был так щедр с девицами «Обители», — кивок головы швейцару, придержавшему им дверь.        — Предпочитаете экономить на услугах Элизабет? — резкий выпад и укол, подобно рапире опытного шпажиста. Влад знал, видел и чувствовал, что его знакомый не выдержит словесного поединка, но решил продолжить, он ведь не со зла — забавы ради.        — Лучшая любовница из коих вам попадались? — встречный выпад.       — Хотите заработать? Я не гонитель содомитов, — расплылся в лисьей улыбке мужчина. — Когда вы располагаете временем?        Ричард даже остановился и от накрывшего его возмущения, что он старательно пытался скрыть, потерялся в своих мыслях. Подобные свободные взгляды удивляли его, вернее то, насколько открыто Влад говорит об этом.       — Изволили шутить?        — Всё может быть, — подмигнул Цепеш, ещё больше подливая масла в огонь, и с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как на щеках Ричарда проявляется заметный румянец, говорящий о том, что его удалось смутить. — У нас забронирован стол? — перевёл Влад тему, окидывая взглядом огромный зал, — Или мы сразу в покер? — обернулся на знакомого. — Расслабьтесь, Ричард, я не спускаю демонов с поводка, — он похлопал мужчину по плечу. — Не сегодня… — заключил, негромко рассмеявшись.