Райские острова

Мексиканка воссоединилась с семьёй, а мы вернулись к маяку, чтобы передохнуть и подготовиться к новому приключению. Путь предстоял неблизкий, но мне было интересно посмотреть на настоящий бункер изнутри. До этого я видел их только в кино. И те выжившие любители фейерверков тоже произвели приятное впечатление. В общем, сплошные позитивные эмоции, а я давно уже не ощущал столько радости перед встречей с людьми. По торжественному случаю мы переоделись в свежую одежду. Утёнок нацепил футболку с кроликом на скейтборде, которую я достал ему в супер-маркете, и красовался перед зеркалом ещё несколько минут. А я наконец-то поменял трусы, что тоже подняло настроение. Всё же в такие нелёгкие времена для счастья надо самую малость. Рафаэль заплёл отросшую бороду в короткую косичку и побрил щёки, чтобы тоже выглядеть прилично. Я в это время жевал сендвич вместе с Шибой, которая устроилась у меня на коленях. По странному стечению обстоятельств из всех людей она предпочитала мою компанию, и утёнок иногда ревновал. В таких ситуациях я тут же швырял верещащую псину ему в руки, потому что она мне на хер не сдалась, а подростки — такие дебилы. Он вообще был на удивление ревнивым малым, но его тоже можно понять, всё-таки близких людей не осталось. И это касалось не только Шибы. Он не отходил от меня ни на шаг, влезал между мной и малочисленными женщинами, если я пытался флиртовать при удобном случае. Если вдруг я долго заговаривался с Рафи, утёнок начинал меня бесить, чтобы привлечь внимание. А если вдруг псина на ночь укладывалась не с ним, то начиналась катастрофа похуже зомби-апокалипсиса. В какой-то момент на меня накатила странная волна, а в венах болезненно закололо. Я вспомнил, что уже почти три недели не притрагивался к кокаину. Напоминание о любимом наркотике вызвало новые отрицательные ощущения, но и в то же время гордость, что я до сих пор вполне успешно со всем справляюсь. Иногда боль приходит по ночам, и меня трясёт, но через минут двадцать я снова прихожу в себя. И так каждый день я борюсь с зависимостью. К вечеру наша поредевшая команда из трёх с половиной живых существ села в машину. Теперь главное — не умереть по пути к бункеру, а потом отыскать его посреди холмов и опушающих их джунглей. Рафи завёл мотор и тронулся. Я обернулся и с любовью посмотрел на маяк, с которым теперь было много связано. Тогда я ещё не знал, что вижу его в последний раз. Мы обсуждали парней, которых встретили прошлой ночью, и как было бы здорово увидеть их в бункере живыми и здоровыми. Они устроили замечательное фаер-шоу, которое я не мог забыть. А этот запах горелой плоти останется в памяти навсегда! Ну или до тех пор, пока я сам не помру, как те зомби. Мы тихо катили по дороге. По бокам радовали глаз густо разросшиеся пальмы, а дневной жар начал спадать. Однако, по мере продвижения, ситуация начала осложняться. На нас из зарослей неожиданно выбежали зомби большой толпой. Рафи с воплем крутанул руль, и машина сделала резкий поворот. Утёнка швырнуло на заднем сиденье вместе с Шибой, а я успел схватиться за ручку. Мертвецы ударили в бок с моей стороны. Послышались леденящие душу вопли. И зубы в окне — их было несметное количество, как будто ничего не осталось на свете, кроме их проклятых ртов. По стеклу пошла жирная трещина. Казалось, что ещё один удар, и ситуация станет значительно хуже. Но Рафи тут уже вдавил педаль в пол, и мы рванули с места. Зомби кинулись следом и преследовали нас ещё целый километр! Стоял такой шум, что в этой неразберихе к ним присоединялись другие мертвецы со всех окрестных кустов. Нам пришлось ускориться, и мы еле-еле удрали. — Матерь божья! — Рафаэль перекрестился. — Я чуть не обосрался… — Я тоже! — согласился утёнок, нервно теребя собачку за ухом. — Это было очень близко! Я вытер испарину со лба и пробормотал: — Пора выбираться с этих проклятых островов. Смерть с каждым днём всё ближе. Если не зомби, так правительство сделает всё, чтобы истребить нас. — Да, — покачал головой Рафи, — с выжившими или без, но надо что-то предпринять. В этот момент на дорогу выскочил ещё один зомби — огромный, толстый и явно поклонник фаст-фуда в прошлом. Рафи без лишних слов ускорился. Раздался глухой удар, от которого треснуло лобовое стекло и прогнулся бампер. Мужик подлетел, кувыркнулся и остался далеко позади. Мы в молчании поехали дальше. Автомобиль уже был на последнем издыхании после стольких столкновений. Оставшийся путь прошёл без особых приключений. Наученные прошлым опытом, теперь мы просто объезжали зомби стороной. Это было проще, если в это время они сидели кучкой над чьим-то растерзанным телом и поедали его. Прошло полчаса. Океан остался далеко позади, а джунгли стали гуще. Теперь слышалось пение вечерних птиц и возгласы обезьян на ветках деревьев. Дорога привела нас к холмам, которые избороздили сердце нашего острова, а где-то между ними расположился потухший вулкан. Мы притормозили у подножия нужной скалы. В ней был выложен железными листами коридор, и мы с благоговением уставились на зияющий чёрный проход. Он, несомненно, вёл в настоящий бункер, потому что был выложен металлом и кирпичом. Я даже подумать не мог, что найду подобный на Райских островах. — Господа, мы всегда можем остаться там, — предложил Рафи с усмешкой. — На случай, если они и вправду сбросят на нас бомбу. А потом выйдем в чистый прекрасный мир… — И умрём от радиации, — подсказал Джерри, явно осведомлённый в вопросах зомби-апокалипсиса больше. — Я не собираюсь оставаться на этих проклятых островах навсегда, — воспротивился я, открывая дверь автомобиля. — Мы или свалим, или сдохнем здесь. — Я выбираю первое! — утёнок тоже выскочил наружу и копнул землю носком сланца, вздыбив облако из пыли вокруг нас. Потом он заржал и отбежал подальше, чтобы я не наподдал ему за хулиганство. Мы с Рафи закашлялись, высматривая наглого мальчишку через толщу пыли, а он всё веселился в нескольких метрах от нас, стоя спиной к густому кустарнику. Он разросся какими-то сладко пахнущими тропическими цветами, а на одной из веток было видно жирную игуану, которой вообще было всё равно на наше присутствие. Вдруг раздался визг мальчишки и лай выскочившей из машины собаки. Я как в замедленной съёмке увидел горящие ненавистью глаза за его спиной. В следующую секунду из кустов, ломая шипастые ветки, выскочил огромный зомби. Его кожа была вся изранена и висела уродливыми клочьями. Он бросился утёнку на спину и повалил его на землю. Рафи и я с воплями ринулись вперёд, а там прыгала Шиба и пыталась цапнуть зомби за руку. Я нёсся так быстро, как никогда раньше. Я не думал ни об оружии, которого не было в моих руках, ни о том, что могу заразиться. Перед глазами стояли только мерзкие зубы мертвеца, находящиеся запредельно близко к шее подростка. Он бился под его тушей, верещал, но ничего не мог сделать. Зубы почти задели его кожу, когда погремел выстрел. Голова зомби разлетелась на ошмётки, залив премерзкой вонючей жижей утёнка. Тот заверещал ещё громче. Я подбежал к Джерри, а из бункерного коридора вышло несколько человек с оружием, которое, впрочем, они не опустили. Среди них был знакомых блондинистый снайпер. Псина лаяла, не затыкаясь. Её визгливый голос, несомненно, действовал всем на нервы. Утёнок рыдал, щупая свою шею. Я стоял на коленях рядом, тоже ища взглядом малейшие признаки укуса. Но их не было! Слава всем богам, которые ещё не отвернулись от нас! — Ты в порядке! — я прижал мальчишку к себе, а он всё трогал пальцами то место, где несколько секунд назад чувствовал смрадное дыхание мертвеца. Я посмотрел на выживших, которые до сих пор направляли на нас дула автоматов. — Он в порядке, я клянусь! Сами посмотрите! Предводитель кивнул одному из бойцов. Тот, всё также держа наготове оружие, подошёл к нам и внимательно осмотрел шею утёнка. Убедившись, что я не вру, он кивнул предводителю, и их взгляды тут же смягчились. — Вы нас, парни, конечно, напугали, — сказал главный миролюбиво, и они опустили оружие. — Меня зовут Джим. Мы охраняем эту часть острова. — Вы меня чуть не убили! — крикнул обиженный утёнок, а я потрепал его по чистой части спины, пытаясь успокоить. Не факт, что они останутся такими же доброжелательными, если он их раздраконит. Джим сел на корточки напротив нас с сочувствующим выражением лица. Джерри был в крайней степени отчаяния, а стекающие по его лицу зомбические мозги вряд ли могли кого-то обрадовать. Мальчишка теперь вонял, да и выглядел неважно. А ведь на нём такая славная новая футболка. — Извини, малыш. Вообще, это был наш косяк. Этот парень, — он кивнул на убитого зомби, — пришёл к нам посреди ночи и попросился в убежище. Мы сразу поняли, что он заражён, и приказали убираться. Он так и сделал. Оказалось, уйти далеко не успел. Надо было сразу пристрелить его. Утёнок что-то обиженно буркнул в ответ, а Джим помог нам подняться и предложил мальчишке подержать гранату, — только не выдёргивать чеку! — если это поднимет ему настроение. Воодушевлённый утёнок закивал, и ему дали поиграться с гранатой. Остальные выжившие немного напряглись, но командир был доволен произведённым эффектом. Я решил всё равно на всякий случай приглядеть за «игрушкой», чтобы мы не истребили остатки людей в этой части острова. Окружающие вздохнули с облегчением. Никто не умер — кроме зомби, мальчишка больше не пищит, а мы пришли с миром. Пользуясь удобной возможностью, я рассказал Джиму, как встретил его парней во время фейерверка. Зрелище было потрясное, за что огромное спасибо. Всё прошло с огоньком, так сказать. — Мы тоже смотрели салют, было славно, — сказала бритоголовая девушка опасного вида. — Почти как в День Независимости. — Это верно, — закивал Джим. — Да что же мы держим вас здесь? Уже темнеет, так что добро пожаловать. Внутри общей комнаты под приветливым электрическим светом мы встретили знакомых со вчера спасателей. Они обрадовались, что мы всё-таки смогли сюда добраться. Откуда-то на столах тут же появилось холодное пиво. Гостеприимство порадовало. Все единогласно решили отметить нашу встречу. Так как утёнку пиво было не интересно, а чужие мозги на волосах и футболке начинали попахивать уже даже издалека, он отправился в душевую. Но вскоре прибежал ко мне с испуганными глазами, потому что там «полно огромных голых мужиков». Тогда добродушный Джим расхохотался и сказал одному из подчинённых отвести парнишку в его собственную, где тому будет комфортно. Обрадованный подросток удалился смывать мертвецкие ошмётки. Шиба бросилась за ним. — Он немного стеснительный, — пожал плечами Рафи. — Но, в целом, славный парень. — Да, было бы жаль, если б помер, — согласился Джим, и мы дружно выпили. — Мои ребята вчера рассказали, что вы хотите отправиться на разведку в ближайший город. Это может быть опасно, если зараза проникла и туда. — А может, там всё в порядке, — не согласился я. — Другого выбора у нас нет. Они говорили, что вы тоже хотите проверить, как там и что. — Так и есть. Давайте поразмыслим и решим, как поступить… В итоге мы выстроили план. Джим уже давно хотел туда добраться — там есть и небольшой аэропорт, и доки, куда заходят туристические суда. Если выживем, то отправимся обратно в США с комфортом. Если нет, то и тут сплошные плюсы — зомби разорвут нас на части раньше, чем мы успеем обратиться. Ну или на нас сбросят бомбу. Для этого надо переехать через мост длинною в пять километров между нашим островом и главным. На въезде в город, судя по последним данным, возвели высокие баррикады. Если нас не застрелят военные с вышек, то, быть может, получится заехать внутрь. Вместе с нами на разведку поедет Джим и пять его людей. Наш великий крестовый поход начинается завтра в шесть утра. А пока — ужин и отдых. До позднего вечера мы болтали с выжившими ребятами обо всём на свете, и на душе было приятно и легко. Они нравились мне всё больше и казались хорошими людьми. Утёнок в это время учился играть в нарды, а собравшаяся вокруг компания по-отечески наставляла его и посмеивалась с глупых подростковых шуток. Всё казалось таким прекрасным, что я почти не хотел, чтобы этот день заканчивался.

・。・゜★・。・。☆・゜・。 ★・。・。☆・゜・。★・。・。☆・゜・。・

Ранним утром мы собрались с шестью добровольцами и вышли на улицу. Стояла лёгкая прохлада, а подножие скал окутал туман. Озираясь по сторонам и тыча в кустарники оружием, мы попрощались с другими выжившими и направились к машине — военному грузовику с открытым задником, и заодно пригласили нас. Я обрадовался не меньше утёнка, потому что такие штуки, как и бункеры, я видел только в патриотичном американском кино. В команде Джима был белобрысый снайпер Марк, которому мы с ребятами одинаково сильно обрадовались. Он был славным малым и большим шутником. Следующей шла молодая девушка Рокси с коротким ёжиком волос и языком, не менее острым, чем её мачете. Потом были два бывших механика с туристического лайнера, чудом спасшиеся в первый день. Стив и Майкл были ещё и братьями, а их лохматые чёрные брови являлись фамильной реликвией, переходящей от отца к сыну. Последним шёл грузный, но сильный как бык мужчина, который попросил звать его просто Ракетой. Ну, окей. Мы отправились в путь. Съехали с холма и проехали вдоль берега океана, по песку, осыпанному небольшими булыжниками. Грузовик трясло, но мне было весело. Над нами высились скалы, а одна из них спускалась до самой воды, а через неё шла проделанная природой и стихиями арка — такая огромная, что там мог уместиться и самолёт среднего класса. В арке нас поджидал сюрприз — какие-то шевелящиеся фигуры. И одна из них была невероятно большой. Мы поняли, что это не просто зомби, а огромный мутант, я рядом его небольшое стадо последователей. Он был высок и мускулист, его голова похожа на тыкву. Его движения были рваными, непредсказуемыми и быстрыми, словно он заразился бешенством. — Это что за хрень?! — ужаснулся Ракета. — Таких мы ещё не видели! Боже, за какие грехи нам это всё? — Отставить нюни. Смотрите, парни, как надо! — с этими словами Джим содрал брезент с длинного деревянного ящика у своих ног. Внутри оказался, мать его, гранатомёт! 40-мм помповый ручной EX-41, если верить металлической нашивке. — Он настоящий?.. — спросил утёнок, наклоняясь ко мне. Его глаза горели от восторга. — Не думаю, что Джим стал бы шутить. Наш командир решил показать мастер-класс по истреблению нежити. Он зарядил гранатомёт и прицелился. Бахнул выстрел с большой отдачей, но сильная рука военного знала, что делает. Снаряд со свистом полетел вперёд, оставляя за собой след дыма. Он попал прямо в зомби-мутанта, который размахивал своими огромными лапищами. Взрыв сотряс всю округу, а куски плоти и крови разлетелись в разные стороны. Мутант издал вопль, его голова оторвалась от туловища и взметнулась в воздух, оставляя за собой трагическую картину. Мы как-то все разом захлопали, потрясённые и восхищённые. Джим горделиво покрутил оружие перед лицом, наверняка ловя приятные флеш-бэки из военного прошлого. — Это почти как фейерверк, только из кишок! — хохотнул Марк, снимая с плеча снайперскую винтовку. Он прицелился и добил двух обычных зомби, которые в хаосе бегали под кровавым дождём. — Какие они крутые! — восхитился утёнок благоговейным шёпотом. — Если апокалипсис по всему миру, то я хочу стать как они, когда вырасту. А если всё нормально, то гонщиком, как ты. Я умилился с этого комментария и ничего не сказал. Слова тут были излишни. Песок и деревья вокруг покрыты кровавыми ошмётками, словно наверху открылся портал в адское измерение и оттуда на нас сбросили всё, что осталось после пыток грешников. Единственное, что немного смущает, это мутант. Что с ним случилось, раз он стал уродливее и сильнее? Как много подобных ему нам встретится на пути? И сколько у нас осталось снарядов к EX-41? Грузовик тронулся, переехав огромным колесом черепушку зомби. Она рассыпалась на куски. Вскоре мы заехали на мост. Было непривычно видеть его таким пустым. Только несколько брошенных посреди дороги автомобилей и перевёрнутый туристический автобус. Казалось, что зомби-апокалипсис закончился именно в этой точке, а дальше начинается нормальная жизнь. Я уже нереально скучал по уплате налогов, медицинским счетам, овощам с ГМО и прочим прелестям человеческой жизни. Как было бы здорово туда вернуться. Наш грузовик быстро поехал по бесконечному мосту. Вокруг расстилался бескрайний океан — на сколько хватало взора, чтобы окинуть его бирюзовую поверхность. В небе парили свободные чайки и другие птицы. Джунгли и пляжи остались далеко позади. В душе росла надежда, что всё, быть может, образуется. Всю дорогу Стив и Майкл рассказывали нам, как здорово было работать на лайнере и как хорошо там кормили. Утёнок подставил лицо под струи ветра и наслаждался прохладой. Солнце ещё не вышло в зенит, и его лучи были мягкими и нежными. Я провожал взглядом наш остров, который постепенно превращался в зелёное пятно. А ведь это место уже стало ощущаться домом. Через некоторое время вдалеке показался новый остров, а вскоре стали вырисовываться пятиэтажные и совсем небольшие дома, стены, вышки. Это всё явно отличалось от нашего райского курорта. В тот месте, где мост сливался с каменной площадкой мыса, стояли высокие железные ворота. Судя по грубой резьбе, их возвели не так давно. И внешний вид совсем не подходил к стилю города за ними. Мы остановились и выпрыгнули из грузовика, заглушив мотор. Вокруг было тихо, и только слышался плеск океана внизу. Но никаких звуков и, тем более, военных на вышках. Очень подозрительно. Тихо двинулись к воротам. Джим толкнул их свободной рукой, не рассчитывая, впрочем, что они будут незапертыми. Но они медленно отворились. Мы вскинули винтовки, но за ними ничего не оказалось. Разве что, кроме перевёрнутых автомобилей, куч мусора и каких-то баррикад из мешков с песком. Но никаких тел, а это значило только одно — все они сейчас свободно гуляют по городу.