Голубой цвет всегда красив

      — «Как же намекнуть ему об этом?» — этот вопрос мучал Тодороки всё время, проведённое с Мидорией. А, вдруг, Изуку отвергнет его? Трудное решение… Так ещё есть огромное «НО» — что скажет об этом отец, когда правда о том, что Тодороки влюбился в парня, всплывёт на поверхность, как пузырь на болоте, и лопнет, создав шумиху в семье и, возможно, среди друзей. Отец явно за это сына по головке не погладит, да и, вообще, когда он как-то раз увидел гейскую пару по телевизору, то проговорился, что «всем геям место в гробу».       — «Да и плевать на отца! Всё равно в могилу меня вгонит рано или поздно. Так что пусть делает со мной всё, что хочет. Хоть размажет мои мозги по стенкам — мне всё равно.»       Размышлял над этим Шото где-то минут 10. Но мысли об этом были для него горькими и слишком страшными для того, чтобы переваривать их в своей голове. Хоть Тодороки и не подовал виду, но внутри него будто билось в истерике сердце и тысячи холодных иголок пронзали насквозь его тело. Он решил пойти хотя-бы умыться, чтобы немного успокоится, отпустить тяжёлые мысли и подумать о другом. Изуку, как раз-таки, уже переодевался. Когда парень открыл дверь и увидел Изуку, то сразу покрылся румянцем. Ему было очень стыдно стоять прямо перед ним. Полуголый Изуку стоял прямо перед Шото. Что же делать… Сказать? Нет… Что-то сделать? Тоже нет!       Придётся подойти. Но очень страшно. Вдруг, что-то произойдёт, что не ожидают парни. И конечно, это произошло. Полотенце Изуку падает на пол, а Шото так и стоял в ступоре, следя за действиями зеленоволосового. Но когда Мидория поднял полотенце, то сразу посмотрел на Тодороки. И их взгляды встретились. Если можно было бы сравнить лицо огненно-ледяного парня с каким-нибудь предметом, то только с хорошо созревшим помидором.       — Тодороки, с тобой всё хорошо? — спросил Мидория.       — Д-да… Да, всё в порядке. Надо готовиться к вечеринке. — сказал Тодороки, хотя говорить для него такое было чем-то неожиданным, ведь он никогда не устраивал вечеринок — тем более у кого-нибудь дома.       Вот и стали потихоньку собираться гости. Первым пришёл Тенья Иида, который принёс небольшой подарок в серебристой упаковке и с золотыми ленточками. Он пришёл на целый час раньше и, поэтому, тоже помогал ребятам с устройством праздника. Он надувал шарики, отгоняя Орэндзи от них, Мидория готовил еду, Тодороки же крепил на стены скотчем гирлянды, а также ставил на стол приготовленные блюда. Когда всё было готово, стали подходить и остальные с разными подарками — Каминари подарил Тодороки беспроводные наушники, хотя они стояли дороговато, Киришима подарил часы, Тсую принесла ему футболку с милыми лягушками на ней и шоколадку, Урарака, как в дополнение к футболке, подарила зелёный браслет и коллекцию значков, чтобы крепить их к рюкзаку. В общем, людей на день Рождении было много, как и подарков. Тодороки даже не успевал приветствовать каждого объятьями и благодарить за подарки. В квартире играла громкая музыка, что были едва слышны разговоры людей. Началось всё с бросания друг другу шариков, игры в твистер и в игру «Я никогда не…», когда надо было сказать, что ты никогда не делал, и, если кто-то это делал, то он должен отпить от своего стаканчика с напитком (сейчас у ребят были коктейли).       — Я никогда не ел авокадо. — сказал Киришима. Несколько человек отпили из стакана и отметили, что авокадо не вкусное.       — Я никогда не сдавал домашнее задание после дедлайна! — отчеканил Иидаю после чьих слов все остальные ребята отпили из стаканчиков. — Серьёзно? Как такое может быть?! — учёба для Ииды было всей его жизнью.       — Я никогда не целовался с девушкой. — отметил Каминари, после чего удивился, когда пару ребят отпили из стаканчиков, в том числе и Тсую с Ураракой. Хотя, Тодороки догадывался об этом, да и остальные походу тоже, у Урараки с Тсуей появились отношения куда больше глубокие, нежели просто дружба.       — Я никогда не встречался с парнем или девушкой. — произнес Киришима. Отпили все, кроме Тодороки. Он посмотрел на остальных и тяжело вздохнул, опустив голову.       — Ты не встречался с девушкой? — пристал к Тодороки Минета, прожигая друга любопытными глазами.       — Минета, отстань. — сказала Джиро, увидев, что именинник заметно загрустил. — А давайте пойдём на улицу и запустим фейер…       Не успела Джиро договорить, как её прервал громкий хлопок входной двери. Все на минуту замолкли, музыка стала тише, а взгляды всех были прикованы к дверному проходу.       — А кто пришёл? — полушёпотом спросил Каминари, после чего в дверях появился Бакуго с подарком в руках. Он был весь мокрый с головы до ног, а на его лице была крайне недовольная физиономия.       — Ба! Ку! Го!!! — заорал Каминари, безумно радующийся приходу друга детства. — На улице дождь, да?       — Ёбаный дождь! — заорал Бакуго, злобно смотря в окно, где действительно шёл сильный дождь.       — Держи чай. — Мидория, мило улыбаясь, протянул кружку горячего чая Бакуго, отчего парень заметно покрылся румянцем.       — Спасибо, Деку… — сказал он, но перед тем, как взять кружку чая, подарил подарок немного удивлённому Тодороки, который не мог поверить, что Бакуго пришёл на его день рожденье, хотя игнорировал до этого любые приглашения на вечеринки и праздники.       — Мог бы и пораньше прийти. — пробурчала Джиро, сложив руки на груди. Иида кивнул, но понял, что своей пунктуальностью Бакуго не исправишь. Только мама могла воздействовать на своё чадо, остальные же были обделены этой уникальной способностью.