Мир Тьмы

Когда мы встретились впервые, он явно обознался. Нагнал меня на аллее, бросился на шею, стал называть чужим именем. Тогда я не обратил внимания. Обознаться - не преступление, да и пабов на этой улочке явно больше нужного. После пары пинт можно в каждом прохожем видеть хоть брата, хоть отца. Но с тех пор я вижу его слишком часто. Он поджидает меня каждый вечер неподалеку от офиса. Каждый раз, выходя с работы, я стараюсь поскорее пробежать к машине и скрыться в дорожном потоке. Он уже не пытается пообщаться, просто смотрит мне в спину. Но от этого становится только еще страшнее, словно попал в дурацкий триллер. Я бы хотел решить проблему как взрослые люди, спокойным разговором и обращением в полицию, если не поможет. Но заявление ношу с собой в портфеле уже пятый день и всё не могу его подать. Потому что иногда мне кажется, что я узнаю этого человека - и не хочу узнавать. Я мало кому рассказывал, что в юности меня посещали кошмары, даже галлюцинации. Я видел то, чего никогда не было и просто не могло быть. Пламя, так много пламени, оно поднимается ревущей стеной, отражается в воде - берег моря? озера? - и в моих глазах. Мои руки сжимают меч - по лезвию стекает кровь в лужу, в которой я стою сапогами - и факел. Я говорю - столько злости, ярости и огня даже в голосе. И люди на улицах - не совсем люди, салютуют когтистыми лапами, кланяются, сгибая шипастые спины и склоняя рогатые головы. Тогда мне повезло. Я с головой ушел в учебу, нашел хорошую работу, сумел зацепиться за реальность и не позволить этому кошмару разрушить мою настоящую жизнь. И вот теперь, когда всё наконец нормально, стабильно, как у всех, явился он. Не иначе, чтобы уничтожить мою репутацию, ведь если он начнет болтать при коллегах... Я останавливаю машину у полицейского участка, но едва выхожу из нее, как ко мне подходят двое человек. Они начинают говорить, и я еле сдерживаю вздох облегчения. Они могут мне помочь. Они знают, кто меня преследует, зачем и как от этого избавиться. Нужно только сотрудничать со следствием, так я всецело готов. Лишь бы никогда больше не видеть в зеркале - и в отражении чужих глаз - незнакомца в короне.