Improbable felicity / Невероятное счастье

Гет
Перевод
NC-17
В процессе
78
переводчик
Queen_89 бета
Автор оригинала: Оригинал:
http://ashwinder.sycophanthex.com/viewstory.php?sid=16519
Размер:
планируется Макси, написано 94 страницы, 8 частей
Метки:
AU Счастливый финал Спойлеры...
Описание:
Война окончена, все Пожиратели в Азкабане, Снейп - в их числе. Но для расслабившегося после войны Мира Магии содержать Азкабан становится обременительным... Тут и столкнутся ГГ и СС.
Примечания переводчика:
Разрешение на перевод получено.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
78 Нравится 18 Отзывы 32 В сборник Скачать

Глава 6. Совы

Настройки текста
Гермиона сняла подвенечное платье и повесила его в шкаф в своей спальне на площади Гриммо. Большая часть ее вещей была упакована, за исключением туалетных принадлежностей, которыми она пользовалась этим утром. Девушка сунула последний тюбик в сундук, обдумывая следующую задачу. Профессор Макгонагалл сказала ей, что дом на Спиннерс-Энд не был заселен с тех пор, как Северус попал в тюрьму, и использовался только по праздникам в течение нескольких лет до этого; постоянно никто не жил там с тех пор, как умерла его мать. В качестве свадебного подарка профессор Макгонагалл поручила Винки помочь Гермионе привести старый дом в пригодный для жилья вид; девушке нужно было только позвать эльфа, когда она была бы готова начать. Гермионе казалось, что совсем неплохо иметь собственный дом, даже если это и заброшенная старая развалина в Хэкни. В конце концов, Лондонский Ист-Энд не славился своими красивыми кварталами. – Я вернусь за тобой через день или два, Крукс, – сказала она рыжему коту. Он моргнул своими желтыми глазами и взмахнул хвостом, показывая свое понимание и неудовольствие. – Напомни Гарри, если он забудет тебя покормить, – добавила она, зная забывчивость своего лучшего друга. Крукшенкс свернулся калачиком у нее на подушке, повернувшись спиной к девушке. Девушка тихо рассмеялась и погладила его по голове на прощание. Гермиона невербально наложила «Локомотор» на сундук, спустилась вниз и обнаружила Гарри и Джинни, ожидающих ее в холле. Джинни держала клетку с белоснежной совой, которую Гермиона сначала приняла за сову Гарри, но когда они поравнялись, то увидела, что сова была меньше Хедвиг. В руках у парня был маленький черный кожаный футляр. – Я готова, – сказала она, стараясь казаться бодрой. Джинни улыбнулась ей. – Это мой свадебный подарок тебе и профессору Снейпу, – сказала она, протягивая птичью клетку. – Его зовут Сноуи. Так нам будет проще поддерживать связь каждый день. Одной рукой взяв клетку, а другой, обнимая Джинни, Гермиона почувствовала ком в горле. – Спасибо! – прошептала она в рыжие волосы. Джинни предложила поехать с ней, чтобы привести дом в порядок, но она обещала не делать этого. Северус просил не приглашать в дом, в их дом, никого до его приезда. Когда она отпустила Джинни и положила клетку на сундук, Гарри показал ей прямоугольный черный футляр с застежкой. – Это мой подарок тебе. Здесь полностью заряженный мобильный телефон. У меня тоже есть такой, – он показал ей футляр, пристегнутый к поясу. – Это быстрее, чем сова, если я тебе срочно понадоблюсь. Мой номер уже есть на быстром наборе. Гермиона обнимала его гораздо дольше, чем обычно, а когда отпустила, то пристегнула телефон к джинсам. – Имей в виду, мы хотим получать новости от тебя каждый день! – сказала Джинни, когда они помогли ей выйти в сад с багажом. – По крайней мере, до тех пор, пока мы не убедимся, что с тобой все в порядке. Гермиона держалась за свой сундук и клетку Сноуи. – Я пришлю весточку, – пообещала она. – До свидания! И, тщательно сосредоточившись на своей цели, Гермиона аппарировала. Северус стоял перед большим зеркалом в просторной гардеробной Минервы и впервые за два года рассматривал свое отражение. Хотя мужчина знал, что его внешний вид будет плохим, он не ожидал, что все будет настолько плохо. Снейп был худым как никогда: выдающиеся ребра выглядели слегка шокирующе. Он понял, что с нечесаными волосами и бородой можно справиться довольно легко; у него снова была волшебная палочка. Воспоминание о волшебной палочке сразу же взбодрило его. Северус с тревогой взглянул на то место, где оставил ее, – на угол туалетного столика – ах, она все еще была там. Снейп выпрямился и снова посмотрел на свое отражение. В конце концов, он никогда не был красавцем, и мисс Гр… Гермиона и не ожидала, что он будет красив. Если Северус не мог произвести впечатление красавца, то уж точно мог выглядеть достойно, даже элегантно. Взяв древко палочки и почувствовав его как продолжение своей левой руки, Снейп начал стричь спутанную массу черных волос, свисающих на спину, чувствуя мрачное удовлетворение, когда клочки волос падали на ковер. Когда его волосы достигли длины до плеч, он остановился. Сейчас они были достаточно длинными, чтобы собрать в хвост, и достаточно длинными для того, чтобы при желании, оставив их распущенными, скрыть выражение своего лица. Северус всю жизнь пользовался этим приемом. После этого мужчина взялся за задачу потрудней – убрать с лица двухлетнюю бороду. Когда кожа на щеках и подбородке стала гладкой, он почувствовал сильную усталость. – Профессор, сэр? Северус отвернулся от зеркала и увидел домового эльфа, стоящего в дверном проеме и отводящего глаза размером с теннисный мяч. – Ваша ванна готова, профессор, – продолжал эльф своим высоким голосом, стараясь не смотреть на обнаженного волшебника. – Добби может принести вам что-нибудь еще? – Ты можешь убрать этот беспорядок, – сказал Северус, указывая на кучу черных волос на полу. – Это все пока. Я позову, если ты снова понадобишься. Добби поспешил исполнить приказ. Северус взял палочку и вошел в вычурную ванную комнату Минервы, отделанную розовым мрамором. Сама ванна была в углублении на полу; из множества кранов текла пенная, горячая и холодная вода. Снейп скользнул в нее, подавив стон чистого удовольствия от ощущения тепла, пока вода поднималась до подбородка. Прошло больше двух лет с тех пор, как он в последний раз имел возможность понежиться в ванне. Закрыв глаза, он обдумал свои ближайшие планы. Мужчина намеревался поесть, почитать и отдохнуть в течение следующих нескольких дней. Ему нужно было пополнить свой гардероб, но он не решался отправиться за покупками ни в волшебный, ни в маггловский Лондон. Неделю назад Минерва получила от него список и заверила его, что вещи, о которых он просил, теперь лежат в шкафу в гостевой комнате. Темно-синий халат, который она всучила ему перед тем, как прогнать в ванную, был немного великоват для него, но Снейп был уверен, что со временем наберет вес. Расслабившись, он поймал себя на мысли, что впервые собирается посетить офис компании «Security Solutions». Северус много лет вынашивал идею этого бизнеса, выжидая своего часа и мечтая о том времени, когда он не будет служить никому, кроме самого себя. Ужасающая необходимость убить Альбуса Дамблдора несколько изменила его планы… Как всегда, воспоминания о друге и наставнике, принявшего смерть от его руки, ввергли его в состояние скорби и раскаяния. Обычно Снейп безжалостно подавлял сильные эмоции, но сегодня бывший профессор был слишком уязвим: сегодня он вернул себе палочку, вышел из тюрьмы и связал себя на всю жизнь с бывшей ученицей, – так что контролировать эмоции было выше его возможностей. Снейп добавил немного соленой воды в ванну и почувствовал себя лучше, зная, что Дамблдор был бы доволен успехом, которого они с Минервой добились в «Security Solutions». Когда он узнал, что старик оставил ему значительное количество золота, в трастовом фонде, под управлением Минервы, это подтолкнуло его не откладывать осуществление своих планов, несмотря на его неопределенное будущее. – Он хотел, чтобы золото досталось тебе, Северус, – сказала Минерва четыре года назад, когда показала ему завещание Дамблдора. – Он оставил его в трастовом фонде под моим управлением, чтобы Министерство не смогло отобрать его у вас, если вас признают виновным в его убийстве. Северус поделился с Минервой своей идеей, и они вместе все спланировали, согласившись привлечь к этому делу и Аластора Муди. Северус был спящим партнером, о его участии вообще не было широко известно, но его изобретательность сделала бизнес успешным в очень короткое время. Проблема корпоративной и промышленной безопасности в двадцать первом веке была насущной как для магглов, так и для магических клиентов. Конечно, использование действующих агентов, чья работа состояла в том, чтобы внедряться в бизнес и оставлять свидетельства своих вторжений, также было весьма полезно для развития бизнеса. С громким треском Добби появился у края ванны с хрустальным бокалом коньяка. – Госпожа сказала, что Добби должен принести это вам в ванную комнату, профессор, сэр, – нервно сказал домовой эльф, протягивая стакан в сторону Северуса и крепко зажмурив глаза. – Госпожа сказала Добби, что сегодня у сэра свадьба и что всем мужчинам, когда они женятся, нужно крепко выпить. Северус сел и взял бокал, его чувствительный нос уже сообщил ему, что это было De Fussigny Tres Vieille, из запасов Дамблдора. – Госпожа права как никогда, – пророкотал он. – А теперь убирайся. Домовой эльф быстро исчез. Северус снова откинулся на бортик ванны и с огромным наслаждением отпил коньяка. Женат. Святой Мерлин! Доверьте Минерве испортить божественную, расслабляющую ванну – и нате вам, пожалуйста. Гермиона наложила чары невидимости на свой сундук и клетку Сноуи и оставила их в маленьком заросшем саду за домом, выскользнула за ворота и направилась к парадной двери дома номер одиннадцать на Спиннерс-Энд. Она вставила ключ в замочную скважину, провернула его разок, затем незаметно вытащила палочку и произнесла: – Piaculum. Дверь дома со скрипом отворилась, и девушка проскользнула внутрь. Гермиона оказалась в маленькой, душной гостиной с потрепанной старой мебелью и книжными полками на стенах. – Кто там? – раздался чей-то голос. Гермиона подняла палочку и замерла на месте, прислушиваясь. Голос доносился изнутри дома, но никого не было видно. Девушка тихонько прокралась вперед, миновала гостиную: обогнула диван, кофейный столик и кресла; дальше комната уходила направо в форме латинской «L». Держась поближе к стене, Гермиона заглянула за угол, – там оказался книжный альков с двумя креслами для чтения, а на противоположной стене висел портрет женщины с густыми бровями, прямо рядом с дверью, которая вела на кухню. – Ты кто такая? Гермиона вздрогнула, и ее сердце подскочило, забившись в тревоге. Голос раздался почти рядом с ней. Держа палочку наготове, она медленно описала круг, но комната была пуста; девушка была здесь одна. – Ради Мерлина, девчонка, ты можешь смотреть на меня, когда я с тобой разговариваю? Женщина с портрета говорила с ней. – Извините, – резко сказала Гермиона, убирая палочку в ножны, – но я не знала, что это вы говорите. – Теперь она полностью сосредоточилась на картине. У женщины были блестящие черные волосы, собранные в пучок на затылке, и большие темные глаза над тонкогубым, неулыбчивым ртом. – Ну? – недовольно спросила женщина с портрета. – Добрый день, миссис Снейп, – сказала Гермиона так вежливо, как только могла, удивляясь, почему Северус забыл упомянуть о том, что в доме есть портрет его матери. – Меня зовут Гермиона. – Это должно что-то значить для меня? – язвительно спросила Эйлин Снейп. – Что ты делаешь в моем доме? Где мой сын? – Я жена вашего сына, – сказала Гермиона хмурому портрету. – Теперь это мой дом. Ваш сын сидел в тюрьме, но через несколько дней он прибудет сюда. Выполнив свой долг перед портретом старухи, Гермиона вошла в тесную кухоньку; если ее оценка была верна, обстановка и маггловские приборы были созданы около пятидесяти лет назад. Справа была единственная раковина со стойками по обе стороны и открытыми шкафчиками наверху; слева стояли плита и холодильник. В дальнем конце комнаты располагались маленький обеденный стол и четыре стула, которые были сдвинуты в сторону; на дальней стене была задняя дверь, ведущая в сад. Над обеденным столом висела пасторальная картина, с изображением коров, пасущихся на лугу, заросшем дикими цветами. Гермиона вздрогнула, когда одна из коров начала ругаться на нее. – Как ты смеешь уходить, когда я с тобой разговариваю, девчонка? Повернув голову направо, она увидела мать Северуса, стоящую позади одной из коров, уперев руки в костлявые бедра. – Я здесь, чтобы прибраться в доме и подготовиться к возвращению Северуса из тюрьмы, – терпеливо объяснила она. – Мне нужно осмотреть комнаты и решить, что нужно сделать. Уханье совы напомнило ей, что Сноуи и ее чемодан все еще в саду. – Я иду, Сноуи, – крикнула она, отпирая замок на задней двери и спускаясь по ступенькам в сад. Сундук и птичья клетка были там, где она их оставила, но ее новый питомец выглядел довольно обиженно. – Пойдем внутрь и найдем место для твоей клетки, – сказала Гермиона, собирая свои вещи и направляясь обратно к лестнице. Когда девушка потянулась к дверной ручке, то услышала безошибочный звук поворачивающегося замка. Чтобы удостовериться, Гермиона повернула ручку, но дверь не открылась; каким-то образом она снова заперлась. – Как странно, – пробормотала она, вынимая палочку и произнося: – Алохомора! – но дверь оставалась запертой. Ворча себе под нос, она взяла птичью клетку и потащила сундук к передней части дома. Входная дверь была также снова заперта. Радуясь, что не выложила ключ из кармана, а не оставила его в доме, Гермиона вытащила его и стала отпирать дверь, но та не сдвинулась с места. – Piaculum! – сказала она с большой досадой, и дверь отворилась. Раздраженная, она втащила сундук внутрь, поставила на него птичью клетку и закрыла дверь. – Так скоро вернулась? – насмешливо спросил лукавый голос с другого конца комнаты. – Я не уходила, я просто вышла, чтобы забрать свой багаж, но двери были заперты, – сказала она, удивляясь, почему оправдывается перед портретом. – О, самозапирающиеся двери, – ехидно заметила миссис Снейп. – Почему я об этом не подумала? Не обращая внимания на портрет свекрови, Гермиона громко позвала: – Винки! Я готова приступить к работе! В комнату аппарировала миниатюрная домовая эльф в клетчатом чайном полотенце. – Винки здесь, госпожа Принц, – пропищала она, низко кланяясь. – Ее зовут не Принц, – раздраженно сказал портрет. – Я не знаю, что тебе сказала эта маленькая выскочка, эльф, но она не чистокровная. Она не может иметь над тобой никакой власти. Гермиона сердито повернулась к портрету угрюмой старухи. – Не называйте ее эльфом, как будто у нее нет имени! Ее зовут Винки. И мы обойдемся без разговоров о родословных, миссис Снейп. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Гермиона обратилась к Винки: – Я еще не была наверху, это я сделаю прямо сейчас. А ты, пожалуй, можешь начать с того, что возьмешь посуду из тех открытых шкафов на кухне. Вымоешь ее и вычистишь полки, хорошо? – Да, Гермиона Принц, – сказала домовой эльф и побежала на кухню. Гермиона взяла клетку Сноуи и стала осматривать книжную полку на стене позади дивана, в поисках книги под названием «Рим: врата древности». Как и сказала профессор Макгонагалл, она нашла большой зеленый том прямо рядом с «Историей Хогвартса». Девушка ухватилась за корешок зеленой книги, и часть стены распахнулась внутрь, открывая лестницу. Гермиона поднялась на второй этаж. Первая дверь направо вела в небольшую комнату, где стоял красивый письменный стол. Справа, в углу, стояла походная кровать, из-под которой торчала картонная коробка. На стене над столом висел семейный портрет, который, должно быть, был написан, когда Северус был маленьким ребенком – конечно, до того, как он поступил в Хогвартс. Ребенок Северус угрюмо ссутулился рядом с матерью, которая стояла позади сидящего отца. Тобиас Снейп был единственной неподвижной фигурой на картине; будучи магглом, он не смог придать портрету оттенок своей индивидуальности. По суровому красивый, несмотря на свой крючковатый нос, темноволосый мужчина равнодушно смотрел в окно. Молодая Эйлин, абсолютно невзрачная, заботливо склонилась над своим гораздо более красивым мужем, не обращая внимания на сердитого ребенка. – Нехорошо пялиться, – с четкой дикцией произнес Северус с портрета. Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но крик снизу заставил ее слететь вниз по лестнице и помчаться на кухню, где она обнаружила Винки, сжимающую руку со слезами на огромных карих глазах. – Что случилось? – воскликнула Гермиона, опускаясь на колени рядом с обезумевшим домовым эльфом. – Винки чистила полки, как и просила Гермиона Принц, а эта злая ведьма с портрета сожгла Винки! – Подожди здесь, Винки, – сказала Гермиона, выбегая в гостиную и открывая свой чемодан. Она порылась и вытащила сумку с основными средствами первой помощи. – Может быть, теперь эльф будет знать, кто хозяйка этого дома, – самодовольно позлорадствовала ведьма с портрета. Гермиона выхватила из аптечки заживляющую ожоги пасту и рулон марли и, не глядя, прошествовала мимо портрета, бормоча: – Нет, она теперь знает, кто главная сучка этого дома. Возмущенный вопль Эйлин Снейп не остановил Гермиону; девушка прошла на кухню и опустилась на колени рядом с Винки, произнеся общее исцеляющее заклинание, затем нанесла пасту и осторожно перевязала руку эльфа бинтом. – Ты не хочешь вернуться в дом профессора Макгонагалл, Винки? У тебя, наверное, очень болит рука. – Винки не вернется к своей госпоже! – воскликнула возмущенная Винки. – Винки здесь, чтобы помочь подготовить дом для темного профессора! Винки будет работать! И тут же приступив к действиям, маленькая эльфийка быстро левитировала себя на столешницу, но Гермиона задержала ее, положив свою руку на ручку Винки, до того, как она успела дотянуться до рамы шкафа. – Пока не надо, Винки. Не могла бы ты пойти наверх и убраться в ванной комнате? Это наверху, в конце коридора, если не ошибаюсь. Винки охотно прошла через гостиную и поднялась по лестнице, сопровождаемая Гермионой. – Не смей проходить мимо меня, девчонка! – взвизгнул портрет миссис Снейп, но Гермиона не обратила на него внимания. В кабинете Гермиона села за письменный стол и поставила птичью клетку на ближайшую книжную полку. – Мы просто пошлем письмо твоему хозяину, – сказала она Сноуи, вытаскивая кусок пергамента и перо. – Портрету меня не одолеть. Написав послание, Гермиона открыла клетку, позволив Сноуи вылететь. – Ну разве ты не прелестная сова? – ласково спросила она, поглаживая пернатую головку. – Знаешь, у меня никогда раньше не было совы. Я очень рада, что ты переехал со мной, – Сноуи тихо ухнул и протянул лапу, позволяя прикрепить письмо. – Это для Северуса Принца, квартира профессора Макгонагалл на Эрлс-Корт-Роуд, Кенсингтон, хорошо? Сноуи с готовностью взлетел ей на руку, и они вместе спустились вниз; Гермиона открыла окно гостиной и позволила сове взлететь в безоблачное голубое небо. – Не игнорируй меня! – взвизгнул портрет миссис Снейп, когда девушка снова прошла мимо и, схватив наугад книгу с полки, плюхнулась в кресло и открыла первую страницу. – Я выживу тебя отсюда! – Это мы еще посмотрим, – сказала Гермиона, не поднимая глаз. – Я послала сову своему мужу. И она уткнулась носом в книгу, с легкостью отключившись от шума голоса свекрови. Свежевымытый, Северус сидел, откинувшись на стуле после сытного завтрака: английский ростбиф с йоркширским пудингом. Пищеварительное зелье, которое Минерва влила силой ему перед едой, на самом деле оказалось весьма полезным; резкий переход от тюремной пищи к изобилию не потревожил его желудок. Снейп сделал еще один глоток прекрасного бургундского, которое ему подали вместе с едой, и ухмыльнулся ей. – Продолжайте кормить меня таким образом, и мне нужно будет разузнать имя портного Горация Слагхорна. – Если вы и дальше будете так есть, мы быстро приведем вас в форму, – Минерва критически оглядела его. - Зачем вы сбрили всю бороду? Я думала, вы хотите сохранить ее, чтобы изменить внешность. Северус пожал плечами. – Мисс Гр… Гермиона попросила, чтобы я сбрил ее. Мне показалось, что это достаточно небольшое одолжение. В дверном проеме появился Добби, на его тощем предплечье довольно ненадежно сидела снежная сова. – Простите, госпожа, но есть письмо для Северуса Принца. Минерва выглядела удивленной. – Разве это не сова Гарри? Северус сделал знак Добби приблизиться, и сова сошла с руки домового эльфа на скатерть, вытянув ногу. – Это от ми... моей жены, – поспешно исправился он. Когда же он привыкнет называть девушку по имени? Снейп развернул пергамент и начал читать. – Нет, это сова не Поттера, а моя. – Бывший профессор оторвал взгляд от пергамента и посмотрел на сову. – Его зовут Сноуи. Сова ухнула и щелкнула клювом. – Да, ты можешь выпить воды и съесть остаток моей говядины, – сова с благодарностью опустила клюв в кубок с водой, и Северус снова начал читать. Через несколько секунд он закричал: – Добби! Добби так быстро бросился обратно в комнату, что потянул за собой маленький коврик из коридора. – С-сэр? – спросил Добби. – Принеси мне пергамент и перо, – приказал он, грозно сдвинув брови. – В чем дело, Северус? – спросила Минерва, несколько встревоженная его мрачным взглядом. – Моя мать, – прорычал он. – О, – сказала Минерва, удовлетворенно откидываясь на спинку стула. На самом деле, это было ответом на все вопросы. Она довольно часто слышала о трудностях Северуса с портретом его матери. Северус написал ответ, громко ругаясь себе под нос, перо быстро царапало пергамент. Не останавливаясь, он закончил письмо, сложил его и постучал по нему палочкой, бормоча заклинание: тотчас же пергамент был заключен в красный конверт, который слегка дымился. – Северус! – выкрикнула Минерва; в ее голосе боролись шок и веселье. – Вопиллер, матери? – Она уже выгнала Гермиону из дома и подожгла вашего домового эльфа, - сообщил он ей, повернувшись к Сноуи. – Пожалуйста, доставь это Гермионе Принц на Спиннерс-Энд, Хэкни, – сказал он сове. – Она проследит, чтобы послание прибыло по назначению. С удивительной мягкостью Северус погладил голову Сноуи, прежде чем прикрепить конверт к лапе совы и отправить его восвояси. Снейп свирепо посмотрел на Минерву, зная, что она заметила нехарактерное для него действие, но Макгонагалл просто ответила ему взглядом. Затем Северус уставился в свою тарелку, барабаня пальцами по столу. – Пойдемте, – сказала Минерва, вставая. - Позвольте мне показать вам, где вы будете спать и куда я положила вашу одежду. Вы можете просмотреть ее, возможно, вам еще что-то понадобится, прежде чем вы отправитесь на Спиннерс-Энд. Минерва провела его в прекрасно обставленную комнату для гостей. В комнате стояли полированная кровать из вишневого дерева, такие же комод, стол, кресло и платяной шкаф. Северус отметил, что в комнате не было никаких личных вещей, за исключением изящной колдографии на комоде. Когда Гермиона в полном свадебном облачении помахала ему из кадра, он посмотрел на Минерву с подозрением. – Ну разве не прелестное сходство? – ласково спросила она. – Это прислала Джиневра Уизли, пока вы были в ванной. Северус усмехнулся. – А мисс Уизли времени даром не теряла… Минерва не ответила, лишь открыла дверцы шкафа, внутри висели многочисленные комплекты мантий, рубашек, брюк и черных шерстяных костюмов. Северус шагнул вперед, его худшие опасения оправдались. Схватив рубашку, он бросил ее ей. – Что это такое, Минерва? – Синий, Северус. Этот цвет называется синим. Снейп бросил ее на кровать, вытащил зеленую рубашку и серые брюки и потряс ими. – Я не ношу эти цвета! Минерва, прищурившись, посмотрела на него. – Вы сказали мне, что хотите изменить свою внешность. Как вы собираетесь это сделать, если будете одеваться как всегда?! – возмущенная пожилая женщина подняла с кровати бедную голубую рубашку и повесила ее вместе с остальными. – Ваш гардероб был такой же частью личности мастера зелий, как и явная неприязнь к любому ученику из другого дома. Если вы не хотите, чтобы вас за милю признавали за Северуса Снейпа, вы должны сменить одежду! Сжав губы в тонкую линию, Северус вернул одежду на место. Конечно, Минерва была права. Он просто не привык носить что-либо, кроме черного, белого и Слизеринского зеленого, и то, только в особых случаях. Отойдя от шкафа, он закрыл дверцы. – Пожалуй, я немного отдохну, – тихо сказал Снейп. Он подождал, пока за Минервой закроется дверь, взял серебряную рамку и сел в кресло. Снимок был сделан на лестнице на площади Гриммо; он узнал перила. Гермиона улыбалась. Босая, одетая в белое, с венком из полевых цветов в непокорной гриве волос, она была похожа на дриаду – лесную нимфу. ...лесная нимфа с интригующей золотой цепочкой на тонкой лодыжке. Сытый, после хорошей еды и вина, Северус заснул прямо в мягком кресле, сжимая в руке колдографию Гермионы. Сноуи влетел в окно и уселся на подлокотник кресла Гермионы. – О, так быстро! – Гермиона настороженно посмотрела на письмо. Оно было красным и дымилось. Сняв его с птицы, девушка прочитала имя на конверте и встала лицом к портрету Эйлин Принц Снейп. – Ага! – воскликнула старушка. – Ты только посмотри! Теперь с тобой разберутся! Гермиона мило улыбнулась портрету. – Да, сейчас мы во всем разберемся. Я просто оставлю вас наедине с вашим письмом. Когда Гермиона отпустила конверт и вошла в кухню, Вопиллер вспыхнул пламенем, и голос Северуса, увеличенный в несколько раз по сравнению с тем, что он использовал в классе, когда сердился, заполнил маленький дом. Гермиона прислонилась бедром к кухонному столу, скрестила руки на груди и улыбнулась. Старая летучая мышь получила именно то, что заслужила; и что еще важнее – Северус прошел первое и самое важное испытание молодоженов: он встал на сторону жены, а не матери.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты