Пороки чистокровнейшего рода Блэк

      О произошедшем инциденте дома узнали едва ли не сразу, слава Салазару, Вальбурга Блэк решила повременить с воспитательной беседой. Регулус пребывал в восторге от того, что мать не позвали с визитом в школу, даже несмотря на то, что она являлась председателем Попечительского совета. Иными словами, Блэк посчитал, что он легко отделался. Разве что письмо в довольно сухой форме, доставленное нынешним утром, укоряло его за беспечное и легкомысленное поведенье, недостойное представителя чистокровной фамилии. После прочтения у Регулуса появилась уверенность: теплого приема по возвращению домой ожидать теперь не стоит. Он впервые, за все годы обучения, так явно оступился, поэтому то родители, в частности леди Блэк, и гневались. Мысль о том, что Регулус повел себя недостойно для Блэка, звенела в ушах, от досады юноша готов был покинуть квиддичную команду. Но он этого не сделал, даже учитывая то, что ему не посчастливилось стать капитаном сборной, отныне капитаном был Флинт. И, наконец, Регулусу оставалось лишь догадываться, что мать написала Сириусу. Наверняка, после прочтения письмо брата полетело сразу в тепло камина, Рег помнил: Сириус обычно любил сжигать письма.       В среде студентов выходка братьев Блэк обрела совершенно другой окрас, равнозначный дерзкому вызову системе школьных правил. Ну или, на крайний случай, Сириус и Регулус Блэк были у всех на устах, те, кому посчастливилось увидеть их противостояние, не жалели слов и громких эпитетов для передачи подробностей. Иными словами, они теперь не решили глупо поделить стадион для игры, а решили сразиться за сердце мистической красавицы, имени которой ещё никто не знал. Дотоле итак достаточно романтичный образ Сириуса Блэка отныне оброс ещё более пикантными подробностями, что касается Регулуса, то о нём хотя бы стали говорить лестно представители противоположного пола. Отчего-то до многих теперь дошло то, что младший Блэк был довольно симпатичен, хоть и угрюм, неразговорчив, но зато талантлив, невероятно загадочен, не говоря уже о таинственной мрачности, следующей за ним по пятам. Подобные открытия смешили Регулуса, тем более, когда какая-нибудь девчонка оказывалась с ним за одним котлом на зельеварение, смущенно поглядывая на него из-под полуопущенных ресниц, или когда якобы неожиданно к нему подсаживался в библиотеке кто-то из представителей прекрасного пола. Вообщем, плюсов от такой глупости, как семейный полет на скоростях, набралось прилично, но был один веский минус.       Едва ли не ежедневно Регулус должен был проводить время за отработками. Отрабатывать проступок приходилось в крайне душных, убивающих теплицах, часами просиживая своё драгоценное время за никому не нужными клумбами. Блэк крайне ценил своё время, с детских лет он знал, как дорого дается человеку лишняя секунда. Время, пожалуй, было самым ценным ресурсом, что у него есть, особенно, если он Блэк, которым обычно присущ короткий цикл жизни и бешеный норов. Он не помнил на скольких похоронах побывал, начиная с глубокого детства, то и дело каждые несколько лет умирал отдельный представитель многочисленного рода Блэк. Эти похороны здорово укрепляли семейное единство не хуже, чем роскошные балы, которые так любили устраивать живые представители дома Блэк. На этих самых многочисленных похоронах Регулус, будучи ещё совсем мальчиком, жался к подолу маминого платья. Не от того, что он боялся мертвецов, нет, Рег боялся умереть, потерять время. Леди Блэк недовольная подобным поведением отпрыска, заставляла его собраться и вести себя порядочно: не плестись под ногами у взрослых и составить компанию остальным детям, спокойно игравшим в детской. Регулус, плюс ко всему чувствуя себя брошенным, послушался требованиям матери, однако ситуацию быстро исправлял Сириус, умевший везде и всюду быть беспризорным и надоедливым.       Юноша с удовольствием бы сейчас избавился от компания старшего брата, который и сейчас был везде и всюду, а точнее бок о бок отрабатывал провинность. Сириус пришёл с опозданием, наспех накинул рабочий плащ и начал лениво ковырять ящики с саженцами.       Окинув гриффиндорца быстрым взглядом, Регулус понял, что тот забыл нацепить перчатки. Юноша улыбнулся, сейчас что-то будет, а точнее Сириус наверняка возьмётся за крапиву, достаточно долго простоявшую во влажной среде, чтобы обрести в своих соках обжигающие кислоты. Но Сириус этого не сделал, продолжая возиться с ростками клещевины. Затем пятикурсник и вовсе отодвинул подальше ящик, намереваясь пожонглировать найденными в склянках огромными навозными жуками. Кажется, неугомонному Сириусу действительно не сиделось на одном месте, он предпочитал во многом дурачиться. Регулус скривил губы, в знак омерзения, когда старший брат принялся за своё незатейливое развлечение. Хорошо, что этого не видел назначивший им отработку завхоз.       - Реги, лови! - воскликнул Сириус, кидая брату в самую физиономию жука.       Регулус, точно не ожидавший подобной выходки, еле как успел увернуться от неприятного сюрприза.       - Жаль, не быть тебе ловцом, - подытожил со скучающим видом Блэк, не замечая прожигающего взгляда младшего брата.       - Как и тебе не быть жильцом, Сириус, если ты продолжишь быть таким же, мягко говоря, беспечным человеком, - сказал Регулус, сохраняя ледяное выражение лица.       - Ты что угрожаешь, Реги? - спросил Сириус, тут же загораясь потусторонней инициативой. - Не может быть, а я то только собирался с тобой поговорить, в двойной степени жаль.       - Допустим, что так. Твоё поведенье в последнее время, ни в какие рамки не лезет. Чего ты хочешь? - бросил Регулус.       - Тебя, - отвечает Сириус без доли стеснения, опираясь на один из многочисленных столбов теплицы.       Регулус от услышанного против воли залился густой краской. Эта глупая и короткая фраза, можно сказать, совершенно странно звучавшая в устах Сириуса, заставила посмотреть слизеринца прямо в лицо брату. Сириус с минуту не понимает, почему на него так уставился совсем неловко раскрасневшийся Рег, гриффиндорец непонимающе выгнул бровь. На что Регулус быстро отмахивается и продолжает возиться в земле.       Наконец, Сириус смеется, откидывая голову назад, он смеется громко и даже немного неестественно, вдыхая специфичный аромат белладонны, всюду витавший во влажном воздухе. Гриффиндорец, крайне довольный эффектом произведённым на Регулуса, в один миг оказывается рядом с Регулусом.       Слизеринец же в замешательстве снова уставился на Сириуса, освещаемого мягким светом, который заполнял всё помещение. Регулус замечает, что старший брат тоже немного колебался, но легче от этого совсем не становилось. Прилив дрожи бил изнутри, а глаза хотелось задержать на чем-то другом помимо Сириуса и вены, пульсирующей у того прямо на шеё. Должно быть, там клубилась и свертывалась точно такая же кровь, как и у него: чистая, безупречная. От этого Сириус лучше не становился, холодная злость начинала медленно красться в чертоги разума Регулуса.       - Я имел в виду нечто другое, - хлопает по плечу брата Сириус. - Твоё участие в одном делишке. Согласись, что может быть лучше, чем месть маразматику Филчу? - убирает ладонь юноша, когда замечает, что Регулус незаметно для самого себя вздрагивает.       - Есть много дел, которые меня интересуют, помимо бесполезных школьных шалостей! - разом выпалил слизеринец. - Я не в деле. Можешь проваливать, мне неважно, - стараясь придать своему голосу твердость, Рег возвращается к бесполезным грядкам, тем самым показав, что беседа его совершенно не интересует.       Оставшееся время Регулус долго и упорно игнорировал присутствие гриффиндорца, до тех пор пока не понял, что тот ушёл. Сириус ясно дал знать о своём уходе, довольно-таки громко хлопнув дверью. Озадаченный своим поведеньем Рег ещё некоторое время провёл тут, в теплицах, наплевав на то, что он опаздывает ежегодное открытие клуба слизней. Покидать безопасное пространство теплиц не хотелось, снаружи можно было встретить Сириуса, часто проводившего время на общих территориях Хогвартса в своей компании бесшабашных друзей.       Блэк летел через хорошо знакомые лестничные пролеты, минуя недовольные портреты, которые успевали обильно сетовать на нынешнее поколение. От его быстрой ходьбы, чередующейся с бегом, приходили в испуг зазевавшиеся первокурсники, поспешно уступавшие ему дорогу. Юноша успел проворчать себе под нос едкие ругательства, когда обнаружил, что собрание у профессора Слагхорна началось. Оставалось только горделиво, как он это обычно делал, войти в кабинет декана, где обычно и проводились застолья с перетекающими с одной темы на другую светскими разговорами. Расслабив хватку батистового галстука, Регулус двинулся прямо по коридору, заодно стараясь привести в порядок дыхание.       По правде говоря, он вообще сомневался, позовут ли его в этот раз на собрание перспективных и, конечно же, влиятельных в школьных кругах учеников. Юноша прекрасно понимал, что облажался со своей недавней выходкой, о которой голосила школа. Но, видно, Слагхорн счёл нарушение Блэка не таким уж и вопиющим, пригласив слизеринца в очередной раз на званый вечер, куда приглашался весь будущий свет магического мира, высшее общество. Регулус Блэк так же допускал то, что не терял расположения старого интригана благодаря лоску своей фамилии, которая буквально обещала заблистать во тьме, что делалось испокон веков.       Перед тем как войти, юноша достал карманные часы, подаренные отцом, и пристально взглянул на циферблат, который когда это нужно владельцу приобретал идеально зеркальную поверхность. Подобная модификация артефакта позволила слизеринцу пристально вглядеться в своё отражение. Всё было в порядке, лишь ворох тёмных волос растрепался, Регулус легко исправил ситуацию, а затем обнаружил за собой активное движение. Из любопытства юноша обернулся и обнаружил в нескольких метрах от себя Алекто Кэрроу. Девчонка была в простом платье довольно легкого кроя, в этом недоразумении коричневого цвета она выглядела ещё меньше и будто бы не к месту. Регулус нахмурился, в последнее время он забыл о существовании на горизонте таких персон, как брат и сестра Кэрроу. Подобного раньше не случалось, Блэк обычно, как истинный слизеринец, приглядывался к деятельности едва ли не каждого, с большим интересом изучая мотивы тех или иных действий.       - Кэрроу? - всё же не смог сдержать удивления при виде слизеринки Блэк.       - Приятно тебя видеть, - широко улыбнулась эта не вполне понятная Регулусу особа.       - Полагаю, тебе, равно как и мне, надобно на званый вечер? - не менее дружелюбно попытался улыбнуться Рег, находя Алекто дико непривлекательной.       Собеседница, немного выпрямив спину, кивнула.       - В таком случае, прошу, - сказал юноша, подойдя к самой двери кабинета Горация Слагхорна. Олицетворяя саму галантность, он легко отворил дверь, тем самым, одним жестом приглашая девушку войти внутрь.       Кэрроу потупилась на месте, видно, ей было нелегко решиться прийти на первое в своей жизни собрание клуба слизней, имеющего широкий набор представлений и различных диковинных пересудов от учеников. Едва Алекто успела сделать встречный шаг в сторону помещения, где проводился вечер, как в проеме двери показался Гораций Слагхорн собственной персоной. Слагхорн был одет по последнему писку моды, а густые блестящие усы на розовощеком лице говорили об отменном здоровье их обладателя. При всём этом профессор выглядел довольно комично, костюм, явно сшитый на заказ, был немного маловат, ещё более подчеркивая тучность стареющего мужчины. А ансамбль ярких цветов костюма смотрелся не совсем к месту. Но это нисколько не волновало мистера Слагхорна, тот только рассмотрев учеников, застывших у входа, торжественно подобрел.       - Какая неожиданность. Мистер Регулус Блэк прибыл со своей дамой! - воскликнул декан, глазки которого заблистали при виде ставшего вмиг непроницаемого лица Блэка.       - Мы уж думали вы не почтите вашего добродетеля, мистера Слагхорна, своим появлением! - с жирным намеком на сожаление продолжил декан.       - Мистер Слагхорн, я сожалею, что заставил вас беспокоиться обо мне, - учтиво ответил Блэк, пропуская мимо ушей слова о своей даме на этот вечер.       - Ладно, вам, Блэк! На этот раз я великолепно счастлив вас видеть, - продолжил распинаться Гораций Слагхорн, разглядывая пришедших.       - Пройдёмте же за не менее великолепный стол, - резво возвел руки вверх Слагхорн, заставляя этим жестом сдерживать неожиданно появившийся смех Регулуса.       - Друзья, - живо сказал декан Слизерина, обращаясь лишь к собравшимся поблизости богатого стола ученикам, которых было довольно прилично в расширенном хитрыми чарами ярком помещении. - Спешу порадовать вас приятной компанией мисс Кэрроу в сопровождении мистера Блэка, между прочим, единственного на этом вечере! - заявил Слагхорн, заставляя Регулуса приветственно кивнуть окружающим.       Как оказалось, Блэк, сам того не зная, оказался кавалером Алекто Кэрроу. Чертов старик успел за каких-то пару минут навязать ему общество этой чокнутой девчонки, успевшей чуть ли не набить ему морду в первую же встречу. Возможно, не специально, но от этого приятнее общение с ней не становилось, Кэрроу скромно молчала, пару раз однозначно отвечая. Неизвестно где ещё болтался её братец. Размышляя подобным образом, Регулус успевал спокойно оказывать знаки внимания слизеринке, любезно прислуживая ей за столом, предлагая напитки и десерты. Сидевшие напротив приятели юноши ехидно посматривали на них, особенно балагурить готов был Яксли, взявший в привычку все аспекты поведения молодого франта.       Сегодня Яксли был особенно горд, так как ему выпала честь произнести торжественную ежегодную речь. Глаза юноши слегка блестели, что быстро заметил Регулус, скорее всего, ввиду выпитого в массе эльфийского вина. Видно, благодаря этому же напитку Корбан приобрел смелость и успел подойти к прелестной Рикель Шафик, окруженной толпой подруг. Старшекурсницы слегка притихли, когда обнаружили краем глаза болтавшегося недалеко Яксли. Среди круга слизеринок, стоявших прямо по центру кабинета, Блэк заметил и нареченную своего брата. Будто бы заметив, взгляд Регулуса Эйвери жеманно улыбнулась.       - Не ожидала тебя здесь увидеть, Регулус, - спустя некоторое время Асфрид присоединилась к ним за столом, прилично переговорив со Слагхорном на тему предстоящих магических олимпиад, где она хотела бы поучаствовать.       - Поэтому ты в компании Мальсибера? Свидетели тут как тут, если что, - решил слегка сострить Блэк, вечер итак был довольно скучен, стоило его разбавить нетривиальной беседой с будущей миссис Сириус Блэк. - В случае чего, последние сведения будут сообщены моему скверному брату, а изумрудно-зелёный бант Мальсибера заставляет меня ещё больше насторожиться...       - Почему это? - не смогла скрыть своего непосредственно детского удивления Асфрид.       - Потому что этот бант, как мы знаем, Мальсибер предпочитает носить только по особо торжественным случаям, - спокойно изрек свой вывод Блэк.       Эйвери настороженно оглянулась, повернув свое прелестное личико в сторону Мальсибера. Убедившись в том, что именно сегодня на слизеринце почётно красовался этот аксессуар, а сам Мальсибер сиял, как начищенный таз при одном взгляде на Асфрид, девушка прыснула от смеха. Мальсибер, не понимая в чём дело, решил удалиться к самому камину, где с задумчивым видом мешал пунш в бокале Каххар Шафик.       Регулус удовлетворённо улыбнулся, ведь он сам не особо-то знал, по каким случаям носит изумрудно-зелёный бант Мальсибер. Юноше лишь хотелось побеседовать, а Кэрроу словно воды в рот набрала. Впрочем, как оказалось, Алекто была способна на беседу, причём с большим интересом загораясь самыми разными мыслями, рассуждениями.       - Магглы давно не посещают территорию волшебников, по крайней мере, в наше время, - ответил Яксли, перебирая в руках конфеты, которые набрал он только для Рикель Шафик, она обожала конфеты. А Корбан будто бы обожал Шафик, не смотря на хмурые взгляды Каххара Шафика.       Они стояли подальше от основного скопления студентов и декана Слизерина, у самого окна. Отсюда виднелся прекрасный вид на ужасающе тёмное и тихое в эту ночь Чёрное озеро. Картина была завораживающей, неплохим фоном для неспешного разговора старшекурсников и их планов на коварное будущее.       - Конечно, Яксли. Но не забывай с чьей легкой руки это произошло, - полушепотом сказал Эйвери.       Блэк прекрасно понимал к чему клонит его приятель. Но в разговор встревать не спешил, хоть и являлся наибольшим почитателем идеологии того, о ком непременно зайдёт речь. В последнее время в кругу слизеринцев часто всплывали неугодные для наибольшей части магического общества темы. Но от этого они были не менее правильными, чем когда-либо.       - Напротив, я не соглашусь, это лишь естественный ход истории, - отчеканила Алекто Кэрроу, восседавшая за антикварным шахматным столом неподалеку. - История циклична, особенно, если это касается взаимоотношений волшебников и маглов. Раз за разом мы наблюдаем взаимные гонения то с одной стороны, то с другой.       - Хочешь сказать, мы должны постоянно претерпевать давление и угрозу со стороны этих гнусных тварей лишь потому, что это естественный ход истории? Цикл преобладания магглов слегка задержался, не находишь? - издевательски спросил Корбан, встречая поддержку со стороны Эйнара, Флинта и Монтегю. - Мы будучи сильнее, совершеннее и куда более изощреннее, чем кто бы то ни был, живущий на этой земле, остаемся в тени вот уже много десятилетий.       - Нет, я не это имела ввиду, Яксли, - встрепенулась Кэрроу. - Я нахожу абсолютно естественным появление того великого волшебника, который может повергнуть магглов в ужас, всех кто имеет отношение к маглам, - живо дополнила свою речь Алекто.       Небольшая кучка ребят, устроившись в скромном уголке у камина, то и дело оглядывалась по сторонам в ходе разговора, всё-таки эти магглолюбцы проникли даже в клуб Слизней, где им в лучшие времена вход вообще-то был запрещен.       - Естественные процессы не переломить, - вторил мысль Кэрроу Регулус, отчасти соглашаясь с ней.       - То есть вы находите целесообразным уничтожение любого маггловского влияния в этом мире? - отчеканил Шафик, поглядывая сквозь стекло очков на собеседников.       - Не исключено, если это принесёт пользу магическому миру. Не стоит забывать о верховенстве волшебников, чистокровных волшебников над кем бы то ни было, - мрачно подтвердил Блэк, посматривая на приятеля.       Шафик, между тем, становился всё мрачнее, приобретя прежнюю задумчивую молчаливость. Ребята поддержали Блэка, отчасти соглашаясь и со мнением Кэрроу, увлекшую небольшой круг разговорами. Естественно, о тёмных искусствах, которые, мягко говоря, были весьма занятными. Дальше тема разговоров приобрела более мирное русло, не такое животрепещущее, не такое увлекательное.       - Вы лишь плывёте по течению, друзья мои, или же залегаете на дно, смотря по обстоятельствам, вот как сейчас, - заключил будто бы совсем из ниоткуда Шафик, когда беседа исчерпала себя.