Больше не игрок.

      После того дня прошло две недели. Изуку продолжал восстанавливаться и ходить на физиотерапию, а Шото активно ему в этом помогал. Парни старались не поднимать тему насчёт их поцелуя. Это было слишком… неожиданно и до безумия мило, что ли? У обоих дыхание прихватывало от одного только воспоминания. Однако это совершенно не мешало им общаться сейчас. Иногда, когда Мидории было слишком скучно, то он потом использовал Тодороки и Киришиму в качестве ходулей, и они таким образом гуляли по этажу. Конечно, временами на них ругались медсёстры, мол, во-первых, место занимают, а во-вторых, Изуку очень опасно так ходить. Но зеленоглазый заверял их, что это даже безопаснее, чем он ходит с костылями.       И больше всего смущали моменты, когда гетерохром помогал Изуку сесть на кровать после их прогулки и самым неожиданным образом оказывался максимально близко к лицу Мидории. Тот от горячего дыхания тут же покрывался краской, стараясь найти предлог, чтобы не смотреть Шото в глаза. Изуку чувствовал, как мягкие пряди Тодороки приятно щекотали кожу, и парень начинал покрываться мурашками, ведь он бы очень хотел трогать эти волосы как можно дольше. Раньше это всё воспринималось так легко, но сейчас одна мысль о таком заставляла сердце биться чаще, а руки неимоверно дрожать.       И даже не смотря на всю сложившуюся ситуацию, Изуку продолжал делать уроки. Ведь он совсем не хочет, чтобы его ещё и из института попёрли. Да, придётся много отрабатывать, когда он вернётся, но он был настроен решительно. Даже остальные одногруппники которые его навещали придавали уверенности.       Вот только в какой-то день Мидория увидел слегка удручённого Шото, который, кажется, старался избегать зрительного контакта с Изуку. — Шото, что случилось? — всё же не выдержав, спросил зеленоглазый. Эйджиро вновь не смог его навестить, поэтому Мидория мог абсолютно спокойно задавать любые вопросы. — Н-ничего, — очищая очередное яблоко, ответил гетерохром. — Ага, я заметил. Давай рассказывай, — Изуку поймал яблоко, которое ему кинул Шото, но всё равно продолжал прожигать его взглядом.       Тодороки не смог противиться такой настойчивости, поэтому томно вздохнул и прислонился к стене, закрывая глаза. — Изуку, когда у тебя день рождения?       Мидория усмехнулся и откусил кусочек яблока. Шото как дурак залип на эту картину и даже не мог ничего сказать. Он просто ждал, когда зеленоглазый ему ответит. — А тебе, видимо, кто-то проговорился, — Изуку кинул на Тодороки взгляд и удобнее уселся на кровати. — Я увидел в интернете на твоей официальной странице волейбольной команды, — с какой-то ноткой грусти сказал Шото. — Ого, а я думал, что мой профиль удалили. Довольно забавно, — Изуку доел фрукт и посмотрел на сердитого гетерохрома, — ой, да хватит уже злиться. Ну пропустили мой день рождения… — Тебе правда настолько всё равно? — неожиданно перебил Тодороки, подходя ближе к кровати. — А какой смысл проводить день рождения в больнице? Ну прошло две недели, что дальше? — Изуку улыбнулся, а к его щекам подступил румянец, — да и… подарок я от тебя уже получил.       Гетерохрому понадобилась минута, чтобы сообразить, о чём говорит Изуку. И когда загрузка завершилась, Шото тут же покраснел как рак и закрыл лицо руками, а Мидория начал смеяться, хотя ему самому было очень неловко это вспоминать. — Черт, а я ведь только стал об этом забывать, — пробубнил себе под нос Тодороки, но зеленоглазый это услышал и его настроение заметно упало, что не ускользнуло от Шото, — нет-нет-нет! Это не то, о чём ты подумал. Мне… п-правда понравилось, и я ни в коем случае не хотел это забывать, но ты так неожиданно про это сказал, просто… Бо-о-оже, не заставляй меня это говорить, пожалуйста.       Мидория просто не мог перестать любоваться таким Шото. Стеснительным. Милым. Робким. Улыбка не сходила с его лица, так что парень даже не заметил, как уже держал руку гетерохрома, у которого от всей этой ситуации уже скоро пар из ушей готов был идти. — Прости, — Изуку усмехнулся, но всё же убрал свою руку, исподлобья глядя на Шото, — всё, давай закроем тему насчет днюхи. В следующем году нормально отмечу. — Иногда я тебе просто поражаюсь, — сказал Тодороки, закатывая глаза и убирая руки в карманы джинс. — Тебе, кстати, вроде пора на тренировку, — неожиданно заявил Изуку, чем нехило так удивил Тодороки. — Что, прогоняешь? — Шото прищурился, внимательно посмотрев на зеленоглазого. — Нет, просто не хочу, чтобы ты зря время тратил, — Тодороки не мог понять, почему Изуку сейчас так странно улыбался. — Какой же ты болван.       Шото достал из кармана конфетку, которая у него оказалась неожиданным образом, положил на прикроватную тумбочку, наклоняясь к Изуку и смотря в его изумрудные глаза. — С прошедшим днем рождения, — прошептал гетерохром, после чего быстро поцеловал Мидорию в щеку и ушёл, оставляя того в полном недоумении. — Это кто ещё из нас болван, — с улыбкой на лице проговорил Изуку, крутя в руках столь скромный «подарок».

***

      На тренировке Шото старался максимально сконцентрироваться на игре. Понятное дело, получалось у него это с трудом. Губы всё ещё чувствовали нежную кожу Изуку. Даже крики Бакуго не могли его привести в чувства.       Ну, а на перерыве с Тодороки уже решил поговорить Киришима, который догадывался, в чём причина такого поведения его друга. — Ну колись, дружище, что случилось, пока ты был в больнице с Изуку? — хитрая ухмылка так и не сползала с наглого лица.       При упоминании Изуку Тодороки встрепенулся, а его глаза тут же округлились. — Ты бы еще на всю раздевалку это спросил? — стараясь сильно не шуметь, проговорил гетерохром, на что Киришима лишь рассмеялся. — Чувак, здесь всё равно никого, — Шото развернулся и убедился в правдивости слов друга, хотя ему почему-то показалось, что в помещении был кто-то ещё, — давай, я жду очень интересного рассказа. — Ничего не случилось, — сухо ответил Тодороки. Киришима не хило так хлопнул друга по спине, — Эй! Какого черта?! — Я конечно ничего против не имею ваших любовных отношений, но ты хоть настолько не летай в облаках.       Шото потер переносицу, и на его лице появилась улыбка. — Прости… У Изуку был день рождения две недели назад, а я об этом только вчера вечером узнал. — Да ладно? Блин, вот это мы облалажались, конечно… — Но я в тот день поцеловал его, — Киришима просто застыл на месте, не зная, как на это реагировать. Он глупо открывал и закрывал рот, что-то показывая параллельно руками, но Шото лишь громко выдохнул, убирая волосы назад, — ничего не говори. — Мда, братан. От тебя другого и не ожидалось.       Тодороки удивленно смотрит на Киришима, а после его эмоции резко меняются, и Эйджиро понимает, что ему пора бежать.       Тут же в зале Бакуго наблюдает, как один придурок гоняется за другим, и у него чуть челюсть не отвисла от этого. Остальные ребята же смеялись, моментами уворачиваясь от летающих мячей. — А ну прекратили этот детский сад!!! — рявкнул Кацуки, хватая очередную «подачу» со стороны Шото, — Тодороки и Киришима, остаетесь сегодня после тренировки и всё убираете, раз из вас так хлещет энергия. — Есть, кэп, — отсалютировав, ответил Эйджиро, продолжая смеяться, в то время как гетерохром пытался восстановить дыхание.       Бакуго как назло оставшееся время тренировки откровенно мучил Эйджиро и Шото, чтобы те вообще без сил остались. Но что сделано, то сделано, так что парни всё равно остались в качестве дежурных. Им надо было протереть полы, убрать сетку, мячи и прочее оборудование. И именно в это время Киришима активно вытягивал из друга всю информацию. И Шото пришлось всё рассказать, а Эйджиро лишь радовался, что его друзья наконец сдвинулись с мëртвой точки.