kokoronashi

По ночному небу стелилось полотно из звезд, слабо освещающих здание, что уже много лет служит базой для отряда разведки. На крыше левого крыла замка сидела девушка, чьи небрежно лежащие черные волосы и потрепанный красный шарф ласково огладило лунное свечение. То ли прячась от холодного ветра, то ли по устоявшейся привычке, она зарывалась носом в мягкую ткань, с которой крайне редко расставалась. Еле заметный шрам на правой щеке теперь казался не напоминанием о кровавой битве и потерявшем контроль брате, а клеймом, вырезанным на коже тяжелой рукой непрекращающейся войны. Тянущуюся тишину прервал стук сапог о каменные ступеньки и скрип открываемой двери. Спустя несколько мгновений девушка увидела опускающегося на выступ рядом с ней мужчину. – Когда-нибудь слово «отбой» будет что-то значить для тебя? – привычно беспристрастным тоном спросил он, бесшумно опускаясь рядом с не проронившей ни слова разведчицей. – Отдых – это незаменимая часть подготовки к сражению. Ответа не последовало, а Леви и не настаивал на разговоре, понимая, сколько смысла может содержать тишина между ними. «О переживаниях можно и помолчать», – всегда проносилось в такие моменты в его мыслях. Пока последняя реплика растворялась в пропитанном ночной мглой воздухе, двое сильнейших солдат продолжали безмолвно наблюдать за чернильным небом, словно пытаясь узнать ответы на мучающие их вопросы. – Мне нужно больше тренироваться, – наконец произнесла Микаса чуть охрипшим голосом, не теряя при этом уверенности во взгляде. – Чем больше я буду работать, тем лучше я смогу защитить Эрена, Армина...и своих друзей. – Ты слишком много на себя берешь, тебе так не кажется? Твои товарищи прошли ту же военную подготовку, что и ты, поэтому способны сами о себе позаботиться. – Ты не понимаешь... – попыталась возразить девушка, повернувшись в сторону нахмуренного капитана. – Ошибаешься, Микаса. Я отлично понимаю твое желание уберечь тех, кто тебе дорог. Однако твои намерения могут расценить как недоверие, – Леви взял девушку за руку и увидел, что та дрожит. – Я думала, что держу все под контролем. Тихий женский голос дрогнул, и девушка замолкла, поджав губы. Ее плечи стали выглядеть еще более напряженными, а взор потемневших глаз не сдвигался с определенной точки. Леви знает этот взгляд, схожий с собственными серо-голубыми омутами, в которых некогда также бушевали невыпущенное отчаяние, горечь и невыносимая тоска, смешанная со страхом потерять самое ценное, что есть в его жизни. – Не нужно изводить себя тренировками, чтобы справиться с болью, – тихо произнес мужчина, наклонившись к ссутулившейся девушке. – Это не поможет. – Что мне остаётся? – с отчаянием в голосе спрашивает брюнетка, сталкиваясь взглядом с парой глаз напротив, смотрящих так понимающе, так нежно, что в груди начинает ныть с новой силой. - Кричи, если чувствуешь, что боль невыносима. Ты и сама понимаешь, что физические нагрузки не помогут. Плачь, рви и метай, сорвись на мне, но не пытайся делать вид, что ты в порядке, – сжимая ее бледные ладони в руках, твердо произносит капитан. – Сделай что угодно, чтобы восстановить контроль. Слезы – это не проигрыш. В тот момент, когда Микаса осознала смысл произнесенных Леви слов, ее маска безразличия и напускной холодности рассыпалась, обнажив истинные эмоции, которые ее сердце сдерживало из последних сил, словно переполненный чернилами сосуд. Ужас, тоска, сожаления и скорбь застыли в ее взгляде вместе с появившимися крупными слезами. Через несколько секунд послышались тонкие всхлипы, сопровождающиеся дрожью и вжавшимися в грудную клетку пальцами, а затем тяжелые рыдания, переходящие в пропитанный отчаянием, громкий и несдержанный крик. Леви же крепко прижимал к себе ее ставшее хрупким и легким тело, шепча что-то, подходящее на «мы справимся». Вдыхая запах ее волос и ласково проводя пальцами вдоль выпирающих позвонков, он думал о том, смогут ли они увидеть конец. Сумеют ли…найти к нему путь? Красота раскинувшегося пейзажа казалась злой насмешкой над чувствами людей, что каждый день боролись за свои жизни. Словно мирно качающиеся деревья, колышущиеся в траве бледно-розовые цветы и стрекот кузнечиков – это лишь сладкая иллюзия. Обманная реальность, в которой нет места каждодневным убийствам, искалеченным и сломанным судьбам. Только в симфонии свистящего ветра и стука дождя о грубый камень старого замка можно услышать безмолвные надежды юных солдат на то, что завтрашний день они смогут встретить достойно. Найти дорогу, проложить путь, встретить конец. И, наконец, спокойно умереть.