Десять лет моей любви

      Хэ Чжи Шу подремал еще минут двадцать, а затем вновь открыл глаза. Тело сегодня болело меньше, если не считать дискомфорта, причиненного жестокими действиями Цзян Вэнь Сюя ночью.       Цзян Вэнь Сюй занимался готовкой, когда Хэ Чжи Шу тихонько остановился на входе в кухню, думая, что такого теплого, уютного дня уже давно в его жизни не было.       Цзян Вэнь Сюй был чрезвычайно хорош собой: широкие плечи, узкие бедра, длинные ноги... Вид его, закатавшего рукава рубашки до локтей, сосредоточенного, занятого делом, был в высшей степени притягательным. Чистое воплощение мужественной красоты.       Он внезапно повернул голову и заметил Чжи Шу. Выглядел он несколько удивленным:       — Уже проснулся? — Он дружелюбно улыбнулся: — Ты вовремя подоспел! Есть будешь?       Чжи Шу дал утвердительный ответ и принялся помогать накрывать на стол. Проходя мимо Цзян Вэнь Сюя, он походя попробовал предложенный ему кусочек.       — Чуть пресновато, но я бы не стал солить больше. Для здоровья не очень полезно.       Сказав это, Хэ Чжи Шу замер, а потом улыбнулся, найдя это забавным.       Во время еды настроение Чжи Шу, казалось, совсем улучшилось: он попробовал все блюда, глаза его сияли, рот расплылся в улыбке. Он брал каждый раз по чуть-чуть, не забывая похвалить кушанье. Только вот вид его был лишь ширмой, за которой таилась обида; однако же он улыбался, ямочка на левой стороне его исхудавшего лица не исчезала.       — Цзян Вэнь Сюй, где ты до этого пропадал?       Фраза прозвучала ласково. Цзян Вэнь Сэй не сильно задумывался над ответом, он вообще уже давно весьма мало уделял внимания словам Хэ Чжи Шу. Он лишь добавил ему еще немного овощей в тарелку и ответил:       — Ешь побольше, после завершения текущего проекта определенно проведу несколько дней с тобой.       Палочки в руках Хэ Чжи Шу остались неподвижны, его взгляд скользнул по длинным и тонким рукам Цзян Вэнь Сюя. Он вдруг спросил:       — А где твое кольцо?       Цзян Вэнь Сюй застыл, словно громом пораженный, что не позволило ему найтись с ответом; чувство вины взыграло со страшной силой. Он неосознанно повторил вопрос, отозвавшись эхом:       — Где кольцо...        Цзян Вэнь Сюй никогда не забывал надеть кольцо.        Девять лет назад Хэ Чжи Шу подарил его на день рождения. Ради того, чтобы сделать подарок, достойный восхищения, Чжи Шу с ног сбился в попытках заработать побольше денег, но к знаменательному дню так и не смог заработать достаточно, потому смог купить для него лишь колечко. Совершенно простое, матовое, без каких-либо узоров. После покупки Хэ Чжи Шу целыми днями носил его с собой, в свободное от работы время самостоятельно попытался выгравировать на нем надпись, заработав в процессе несколько кровавых ранок. Когда Цзян Вэнь Сюй впервые увидел кольцо, он был растроган до глубины души, ему казалось, что лучше этой вещи нет на всем белом свете.       Как же он мог потерять его?       Цзян Вэнь Сюй впал в некое подобие транса. Когда он впервые лег в постель с Шэнь Цзуем, он был в стельку пьян. Шэнь Цзуй отдался ему целиком, той ночью Цзян Вэнь Сюй принял его за Хэ Чжи Шу. Этот парень и впрямь очень напоминал ему юного Хэ Чжи Шу: мягкие черные волосы, чистый, невинный взгляд, тот же ласковый тон, когда он просил Цзян Вэнь Сюя о чем-либо... Кольцо пропало после той ночи, а Шэнь Цзуй сказал, что его не видел его. Должно быть, тогда, будучи пьяным, Цзян Вэнь Сюй и не заметил, куда кольцо закатилось.       Он носил кольцо все эти годы, а когда оно пропало, то какое-то время чувствовал сильную вину, но казалось, что Хэ Чжи Шу потери и не заметил. Цзян Вэнь Сюй уже и забыть успел об этом, хотя ранее подумывал о том, чтобы сделать пару хороших колец для них с Чжи Шу на заказ. Но Шэнь Цзуй был таким прилипчивым и ласковым, бизнес требовал внимания, и затея все откладывалась и откладывалась...       И вот Хэ Чжи Шу внезапно задал вопрос, а Цзян Вэнь сюй не знал, что сказать в ответ. Но, к счастью, Хэ Чжи Шу, кажется, не придал событию особенного значения. Он опустил глаза, набрал ложкой бульон и стал дуть на него, чтобы остудить:       — Ничего страшного. Все равно грош ему цена. Потерял — и черт с ним...       «Так же, как и меня».       Вторую часть фразы Хэ Чжи Шу оставил при себе. Он привык переживать обиду внутри себя, привык контролировать свои чувства и не выдавать их даже в минуту сильного эмоционального всплеска.       Цзян Вэнь Сюй откашлялся, а затем выдавил из себя улыбку:       — Ну почему сразу потерял? Забыл просто где-то. Когда у нас образуется свободная минутка вместе, давай закажем новые? Если не поспеем к нашей пятнадцатой годовщине, у нас еще будет двадцатая.       Хэ Чжи Шу лишь молча улыбнулся. Отставив палочки в сторону, он направился к раковине, чтобы вымыть руки. После он сказал:       —Ты ешь, я пойду вскипячу воду. Если вдруг понадоблюсь, зови.       Цзян Вэнь Сюй смотрел вслед уходящему Хэ Чжи Шу, нахмурившись. В его сердце не было места ни для кого, кроме Чжи Шу, другие люди были просто развлечением, с их помощью он привносил в свою скучную жизнь разнообразие, с ними он разыгрывал страсть. В настоящий момент он отказался от такой жизни, она стала пуста и безынтересна, а Хэ Чжи Шу, к тому же, заставляет его чувствовать себя не в своей тарелке.       Он всегда находился в поисках чего-то, что бы стимулировало его, а когда находил, думал, что Хэ Чжи Шу ему надоел, но сейчас казалось, что это совсем не так.       Цзян Вэнь Сюй внезапно подумал, что ужасно устал.