It's so delicious..

— Ч-чжун Ли… — Чайлд простонал, пытаясь уйти от нежных прикосновений Архонта к своей шее. Он ощущал, как неестественно длинный язык скользит по его коже, пока крупное тело Чжун Ли прижималось сверху, а длинный хвост обвил его ноги, не позволяя сбежать из-под Моракса. — Что ты… Хва… — Его просьбы утонули в резком стоне, едва Чжун Ли коснулся клыками его загривка. Чайлд не желал вспоминать их поединок, который в основном состоял из резких, сильных атак Властелина Камня и многочисленных уворачиваний Чайлда посреди Золотой палаты. Любое оружие которое он создавал гидро глазом Бога резонировало с гео и лопалось у него в руках в момент создания. Когда Чайлд схватил глаз Порчи и его гидро стало подкреплено электро, он смог хоть как-то защищаться и наносить ответные удары; вместе с этим Чжун Ли стал еще более безжалостен: удары сыпались на Чайлда словно из рога изобилия. В один момент Предвестник просто поставил щит из электро стихии; конечно, он был даже не вполовину так прочен, как нефритовый щит Чжун Ли, но годился для того, чтобы передохнуть хоть несколько секунд до того момента, как щит треснет под гневом ударов Моракса. — Честно говоря, я ожидал большего, Аякс. Где же твой неукротимый нрав? Где та страсть к битвам? — сразу после этих слов на него обрушился особенно мощный удар, и его отбросило к краю постамента; Чайлд наполовину перевалился через него, прежде чем его тело остановилось и перестало скользить по мрамору. Аякс выпустил Чжун Ли из поля зрения (Подобного с такими противниками делать нельзя! Если бы мы бились насмерть, эта ошибка стала бы роковой!..) и рвано дышал, смотря на груды золотых монет и их сверкающий блеск под собой. Он оторвал взгляд от золота, перевернулся на спину и посмотрел на Чжун Ли, который медленно приближался к нему. — Думаю, я способен предположить причину твоего недомогания. Откуда он знает?! Аякс замер, когда полутьма расступилась и показала Архонта в новой форме: золотые глаза светились в приглушенной тьме, сзади его тела покачивался коричневый хвост с золотыми вставками и медным гребнем; на голове выросли ветвистые, отливающие кор-ляписом рога, а как только Чжун Ли улыбнулся, из-под губ сверкнули клыки. — С-сянш… — Чайлд запнулся, не находя слов. — Моракс. Прошу, отпустите меня. Я клянусь, вы никогда не увидите моей ноги на вашей земле. — Чжун Ли усмехнулся от этих слов. — Аякс. Подойди ко мне. — Чайлд мигом встал на ноги и захотел было подбежать к Чжун Ли; прижаться к нему всем телом и вдыхать этот божественный аромат, который заглушал боль… Но Аякс одернул себя и через силу вновь упрямо поднял руки с гидро клинками. — Откуда вам знать, что… — Что ты сейчас испытываешь боль, просто находясь в стоячем положении? Боль преимущественно в нижней части живота, порой режущая, а иногда ты просто не желаешь вставать с постели из-за слабости. — Аякс нахмурился; пару капель с его оружия упали на мраморный пол, слишком громко шлепнувшись в окружающей их тишине. — Все на удивление просто, Аякс. Просто ты уже становишься омегой. — Что?.. — Аякс не верил своим ушам. — Что вы такое говорите?.. — Просто твой внутренний альфа понял, что поблизости другой сильный альфа — адепт, который невербально проявляет к тебе интерес. Поэтому твое тело начало меняться в пользу омеги. У тебя растет матка, начинают проявляться омежьи черты характера. Ты ведь испытываешь желание прижаться ко мне, искать у меня защиты и вдыхать мой запах. — Аякс внутренне пошатнулся от этих слов — они прозвучали словно отрезвляющая пощечина, но внешне только рассмеялся, глядя в незнакомое лицо Чжун Ли. — У вас, сяншен, как всегда — отличное чувство юмора. — Ухмыльнулся Чайлд. — Я почти поверил вам. — Разве я до этого тебе лгал? — Чжун Ли прищурился, прижимая губы. — Постоянно. — Чайлд нахмурился и внезапно оказался за спиной Моракса, стремясь нанести удар; но Властелин Камня был быстрее: парируя, он успел обвить хвостом его щиколотки и снести парня с ног; Аякс прошипел, когда ударился о каменный пол и ушиб себе локоть. Он тут же вывернулся из хватки и встал поодаль, сжимая в руках оружие и произнося с придыханием: — Ты лгал о себе, пудрил мне мозги и все для того, чтобы я сыграл в этом спектакле предписанную мне роль — хотя, в этом я не могу тебя осуждать. Но ты сблизился со мной, только для того, чтобы сейчас усмехаться над моим положением! Ты заключил контракт с Царицей на мою жизнь, а все ради чего?! Еще сильнее поглумиться надо мной?! — Ты тоже преследовал свои корыстные цели, Аякс. Ты пытался сделать из меня омегу, а после украсть и отправиться на Родину. Однако ты совершил ошибку, решив сделать это со мной. — Парень прижал губы и прищурил нижние веки. Через секунду их оружие снова схлестнулось; Аякс сжал челюсти, когда едва сдержал силу удара Моракса; Архонт усмехнулся, после чего гидро-клинки Чайлда вновь лопнули. Аякс тут же отступил, пытаясь выиграть время на раздумья. Может быть?.. Нет, он и без того недавно использовал Грязное наследие, а при его плохом самочувствии и скудном запасе сил это ещё сильнее ударит по его здоровью… Будто прочитав его мысли, Властелин Камня сдвинул брови, исподлобья взглянув на Аякса. — Даже не думай об этом. Я запрещаю тебе отныне прибегать к этой трансформации. А как только ты получишь мою метку, ты раз и навсегда избавишься от этого паразита с бездны. — Сяншен… — издевательски подтрунил Чайлд, криво улыбаясь. — На каждый бой я готов поставить свою жизнь. Если у меня будет хоть малейший шанс победить Архонта… Я готов положить свою жизнь на чашу весов. — После этих слов мутная субстанция начала медленно, будто неохотно растекаться по телу Чайлда; Чжун Ли, видя это, вмиг потерял ещё больше человеческих черт и с рычанием бросился к нему, взмахивая копьём; однако его удар уже приняли мощные руки, поднявшие древковое оружие с элементом электро. Маска и пластинчатые доспехи отражали каждый блик, исходящий от золотых монет раскиданных по комнате; круглый камень в маске таил в себе многие оттенки фиолетового и переливы синего. Этот зверь выглядел пугающе и опасно. Моракс лишь крепче сжал копье. — Аякс!.. — едва не взревел Чжун Ли, и, кажется, стал выше в росте и шире в плечах. — Подчинись мне, и я не буду тебе вредить! Избавься от этого паразита, который прямо сейчас пожирает тебя! Из-за маски послышался только хриплый смех. Моракс подбежал к Аяксу и замахнулся; Чайлд тут же сделал блок руками, но Чжун Ли снес его с ног, внезапно с силой навалившись на Предвестника всем телом, вместо ожидаемого Аяксом удара. Мужчины покатились по полу, вцепившись друг в друга изо всех сил. Чайлд пытался сбросить с себя внезапно такого тяжелого Архонта и занять верх; но каждое движение направленное против Чжун Ли вызывало ломоту в мышцах, а дополнительно дезориентировал и массивный хвост Чжун Ли, обвивший его ногу. Наконец они остановились; к сожалению, Моракс занял нависшую над ним позицию, сверкая оскалом острых зубов. Брови нахмурены, на переносице пролегла складка, а золотые глаза с глубоким переливом кор-ляписа сверкали чистой злобой и яростью. Его руки с острыми выросшими когтями с легкостью перехватили его запястья и пригвоздили над головой — Аякс оказался обездвижен. Адреналин, гуляющий по венам, потихоньку отпускал его тело: постепенно возвращалась тупая боль в животе, накопившаяся усталость и болезненное ощущение от использования Грязного наследия заставляли чувствовать себя еще хуже. Ему осталось около двух минут в трансформации, после чего… Он не хотел думать. — Непослушная, дрянная омега… — прорычал Чжун Ли, на что парень мотнул головой. Запястья Чайлда оказались в одной ладони Архонта, пока другая рука начала приближаться к его плечу. Чайлд захотел этим воспользоваться и дернул руками, но тщетно — он только почувствовал появившиеся каменные наручники, после чего и другая рука Моракса отпустила его. Аяксу захотелось взвыть раненым зверем от безысходности, его инстинкты кричали ему, что сейчас взбешенный Чжун Ли просто перегрызет ему горло и дело с концом — ему следует не дергаться, а смирно лежать — возможно, после этого акта повиновения Чжун Ли проявит милосердие к Чайлду?.. Однако мужчина лишь схватил его за плечи и рывком перевернул под собой. Аякс приложил горячий лоб к холодному полу и застыл на месте, глубоко дыша под адептом. Тяжелый, но все такой же эфемерный и приятный запах Чжун Ли агрессивно забился в его легкие вместе с кислородом. У Аякса кружилась голова. Он почувствовал руки Чжун Ли у своего загривка и задрожал. Хорошо, что броня защищает эту область и Чжун Ли не доберетс… Поток мыслей прервало чувство, что его броня трескается и разрывается на куски начиная от шеи и вниз к лопаткам. Он тут же задергался, пытаясь сбросить Архонта с себя, пока тот когтями рвал его броню словно картон. Холодный воздух стал оглаживать его обнаженную кожу, в то время как Чжун Ли яростно сдирал с него Грязное наследие. — Прекрати, прекрати, прекрати!.. — взмолился Чайлд, когда почувствовал на голом загривке прикосновения когтей. Слезы безысходности текли из его глаз, а сил сопротивляться уже не осталось — руки начали неметь, ноги были по-прежнему связаны хвостом Чжун Ли, пока его удушающий, недовольный запах давил сверху. — Что ты творишь?! — Я же сказал, ты избавишься от этого паразита. — Аякс кожей почувствовал дыхание приблизившегося лица Чжун Ли. — Сейчас. Следующее, что он ощутил — ослепляющую боль на загривке от зубов, вонзенных в основание шеи, а после — агонию, расползающуюся по телу от места укуса Архонта. Чайлд закричал со всех сил: будто каждая вена в его теле сейчас клеймилась в горящем пламени, кровь бурлила словно кипящее масло, а кости ужасно ломило. Аякса едва не выворачивало наизнанку — его всего трясло, мышцы непроизвольно возбуждались и сокращались, однако Чжун Ли продолжал крепко сжимать его и держать под собой. Спустя некоторое время, которое тянулось мучительно медленно, его отпустило. Чжун Ли снова перевернул его — Аякс будто в мутной дымке видел черты лица Архонта. Чайлд задушено дышал, хрипя при вздохах и ощущая, как пот пропитал его одежду, как мучительно болит горло, а странная пустота вызывает зуд по всему телу — будто из него выдернули само его существо. Нежные прикосновения когтистых рук к его лицу казались насмешкой. Чайлд посмотрел вверх, на мутное пятно лица Моракса — его зрение не могло фокусироваться, но он не увидел там злой оскал или надменную улыбку. Да и как мог Чжун Ли смотреть на кого-то с такими низменными чувствами?.. Аякс бессильно закрыл глаза, позволяя себе насладиться приятными прикосновениями, что утирали его слезы и дарили нежность. — Так ведь намного лучше, не так ли? — прошептал Чжун Ли. Аякс болезненно вдохнул, больше не чувствуя никакой отдачи от Грязного Наследия. Он был чист с самой неприятной для него стороны. — Ты самая настоящая прелесть, когда остаешься собой, а не прячешься за этими… — Рука Моракса сняла с его головы красную маску Предвестника, после чего послышался глухой стук в отдалении. — Бесконечными масками. Предвестник. Мерзкое Наследие. Альфа. — Он усмехнулся на последнем слове. — Тарталья, Чайлд, — все твои псевдонимы… Жалкое зрелище. Аякс прижал губы и сжал кулаки, с болью зажмуривая глаза. Верно. Сейчас это был не Чжун Ли — обычный житель Ли Юэ, которого он решил одурачить. Которого он имел неосторожность возжелать и полюбить. Все это время, предполагая, что сам Чайлд охотник, он и не заметил, как стал жертвой для более могущественного хищника. — Ведь твое истинное предназначение — быть моей омегой. Быть подо мной. — Чайлд выдохнул сквозь сжатые зубы и едва смог тихонько махнуть головой в отрицании. Он не был омегой. Он не… — Не противься, Аякс. Твоя судьба была решена, как только я впервые увидел тебя. Возможно… Это его наказание? За то, как он решил поступить с Чжун Ли — тем консультантом из похоронного бюро. Который так много знал о культуре Ли Юэ, любил пить чай и наслаждаться разными блюдами в тихой гавани. Тот Чжун Ли имел свое мнение на каждую тему любого разговора, легко парировал аргументы собеседников и неторопливо, уверенно вел споры. И улыбался. Так тепло. Как мамины объятья перед очагом их маленького, но уютного дома. Чайлд усмехнулся. Безумно, безумно хотелось жалеть себя, однако… — Господин Чжун Ли. У нас в Снежной есть поговорка: «Что посеешь, то и пожнешь». — Раз так, то она очень правдива. — Моракс тоже усмехнулся, после чего сознание Аякса потухло.

* * *

Аякс проснулся от ощущения, как что-то мокрое, влажное скользит по поверхности его шеи. Сперва он нахмурил брови и сонно застонал, желая перевернуться на спину и вытянуть затекшие конечности, однако теплое тело сверху мягко, защитно придавливало его своим весом, позволяя минимум движений. Аякс часто заморгал, приоткрывая глаза; золотистый закатный свет первым встретил его взгляд, после чего Аякс оглядел глубокое, будто в тумане, небо; оттенок имел цвет самого красивого кор-ляписа, который Аякс мог видеть. Мягкие переливы охры, желтого и золота на небесном склоне ощущались эфемерными, однако столь красивыми и успокаивающими. Он бы возможно и снова заснул, но в ту же секунду вздрогнул от влажного, мягкого прикосновения к основанию его шеи. В этот же миг он вспомнил о чужом теле, столь приятно накрывающем его — он совсем расслабился от этого ощущения, и… Божественный запах, который он мог сейчас почуять: что-то слишком вкусное, чудесное до такой степени, что Чайлд мог бы опьянеть от этого аромата. — Аякс… — промурчал голос над его макушкой, после чего на его шее появилась новая влажная дорожка. Щекочущее ощущение чужого дыхания вынудило его пах потеплеть, а ноги сжаться. — С пробуждением. — Глубокий баритон обдал Аякса мурашками; он тихо выдохнул, полностью открывая глаза и оглядываясь. Он лежал на роскошной постели с простынями золотого цвета; обстановка жилища, в котором и очнулся Аякс, была богатая, очень богатая — самые роскошные апартаменты Фатуи могли лишь частично сравниться с этой комнатой: стены украшали великолепные картины, величественные комоды, расставленные у стен, были завалены драгоценностями, дорогими камнями, украшениями и просто разнообразными вещами. На полках он успел заметить множество рядов книг и свитков. Его взгляд вернулся к Архонту. — Чжун Ли?.. — Аякс поднял брови и захотел уйти из-под мужчины; однако не успел он и повернуть голову, как вместо довольного мурлыканья над ним раздался рык. — Морак.! — его перевернули через секунду; длинный хвост обвился вокруг одной из его ног, не позволяя их сомкнуть; руки оказались разведены по сторонам и прижаты к постели другими, более крупными ладонями с когтями. Аякс застыл, оглядывая человека, нет, Архонта над собой. Массивный, словно высеченный торс с мощной грудью подрагивал в дыхании, пока в некоторых местах тела проглядывались черные чешуйки, красиво бликующие на солнце, и соединялись с кожей, исчезая в ней. Длинные каштановые волосы свободно рассыпались по широким плечам, не убранные никакой заколкой. Из прядей волос выглядывали массивные рога, созданные будто из чистейшего золота самым талантливым из мастеров Тейвата — золотые изгибы цепляли взгляд, вызывая восхищение и страх. Пронзительный взгляд жидкого кор-ляписа встретился с голубой тусклой радужкой; в зрачках Моракса плавала жадность и вожделение, пока с лица Аякса не сходила растерянность. — Чжун Ли… — выдохнул Аякс, медленно моргая. — Омега. — Мужчина уткнулся носом в его шею и вдохнул; прикосновение волос Чжун Ли к его лицу оказалось щекотным. — Еще чуть-чуть… — Нет, я не… Не омега. — Аякс положил руки на плечи Чжун Ли и попытался оттолкнуть. — Я альфа. Мы не можем… — Аякс прервался на полуслове и вскрикнул. То место, в которое ранее с нежностью уткнулся Архонт, сейчас было атаковано его острыми зубами; Аякс ощущал каждый из острых резцов, отпечатавшихся на его коже зудящей болью. — П-прекрати! Что ты… — Самовольный. Упрямый. — Чжун Ли взглянул на него из-под ресниц. — Раньше за такое неподчинение своему альфе могли назначить публичное наказание. Но мне нравится. Ведь в этом весь ты, Аякс. — Чжун Ли как-то по особенному промурлыкал его имя. — Твой огненный дух, яркий темперамент, стойкость и постоянное бунтарство, — все в тебе привлекло меня. Но вот твоя упрямость, которая осталась от твоей сущности альфы… Хочется сломить и подчинить себе. — На этих словах его глаза засветились. — Я альфа, Чжун Ли! Хватит, прекрати же!.. — Он попытался сбросить обезумевшего Архонта с себя, но не смог сдвинуться с места, сколько бы не напрягал мышцы. — Я уже было подумал, что ты покорился мне тогда, в зале… Однако я понимаю. Тебе еще непонятно твое положение и роль рядом со мной. Все это время ты предполагал меня как свою омегу. Но тебе придется привыкнуть… — Чжун Ли обхватил его лицо рукой и поцеловал; Чайлд промычал в его губы, понимая краем сознания, что и без того крупные ладони Архонта стали еще больше, покрывая лицо Чайлда. Куснув его, Архонт облизал его нижнюю губу. Влажный язык Чжун Ли пару секунд ласкал его нёбо, прежде чем сцепился с его собственным, смешивая их слюну и крадя у него кислород из легких. У Чайлда во рту еще никогда не было так мокро, Архонты, так мокро, и при этом столь мало места — длинный язык Чжун Ли кружился с его, чужие горячие губы впервые ощущались на губах бывшего Предвестника. Аякс иначе представлял их первый поцелуй. Чжун Ли мягко отстранился от покрасневшего Чайлда, лизнул его губы на прощание и будто бы мурлыкнул, оглядывая его лицо: покрасневшие щеки, влажные розовые губы и неосмысленный, пьяный взгляд — парень явно еще не пришел в себя. Одна из рук перешла по тазовой кости Чайлда к его полунапряжённому члену. Аякс задышал глубже, когда посмотрел вниз; рука пролезла под тонкий, полупрозрачный шёлковый халат, в который его кто-то одел — хотя, гадать не приходится… Он выдохнул, когда пальцы прикоснулись к нежной коже члена, после обхватили ствол и провели от головки до основания, размазывая смазку. Аякс почувствовал, как кровь приливает к низу живота, делая его твердым, заставляя его еще больше желать. Чжун Ли продолжал качать ладонь, с оттяжкой массируя ствол и изредка аккуратно перекатывая яички. Собирая смазку с головки члена, пальцы будто втирали ее в тонкую кожу, облегчая скольжение по напряженному обхвату. У Чайлда сбилось дыхание; он потихоньку толкался в руку Чжун Ли, едва постанывая от каждого движения. Когда мужчина прекратил и убрал руки от его сладких, но зудящих мест, требующих внимания этих рук, Аякс едва жалобно не всхлипнул, однако сумел сдержать себя. Но, этого просто не может быть… Он ведь альфа, он не может… Не может… Моракс усмехнулся и привстал над Чайлдом. Аякс тут же увидел, что Архонт… Святая семерка, полностью обнажен. Рука Моракса спустилась вниз по мускулистому торсу, после чего пальцы обхватили тёмно-коричневый член. Массивный, огромный член, сверкающий предэякулятом. Как только Аякс смог оторваться от внимательного рассматривания обхвата Чжун Ли, он поднял глаза и встретился взглядом с Архонтом. Чжун Ли коварно, пошло ухмылялся, прикрыв глаза с опасными, жадными бликами и продолжал равномерно, неспешно качать руку на собственном члене. Аякс не мог узнать в этих узких, жадных зрачках того размеренного, спокойного консультанта, в которого был влюблен — на его месте был альфа, претендующий на омегу и показывающий, кто здесь главный, — от этих мыслей он вздрогнул. Внезапно, улыбка Чжун Ли стала шире, и он тут же навис над Аяксом; руки змеями проползли под поясницей Чайлда и резко потянули вверх. Аякс оказался на коленях Чжун Ли через секунду, и от неожиданности движения сперва уткнулся в его шею, а после отодвинулся и снова посмотрел в глаза, горящие искрами веселья. В попытке отстраниться он положил руки на грудь Чжун Ли, но одна из рук, оставшаяся на пояснице держала крепко — крепче, чем мог бы ожидать Чайлд. Он почувствовал руку Чжун Ли на своем члене, а через мгновение ствол Архонта прижался к его. Обхватив оба члена рукой, Чжун Ли начал с оттяжкой дрочить им, иногда нетерпеливо подаваясь вперед — Аякс мог почувствовать собственной кожей каждую венку на горячем, напряжённом стволе Архонта. Чайлд застонал и уткнулся Чжун Ли в перекат шеи и плеча, глубоко дыша и вцепившись в плечи альфы. Вторая ладонь Чжун Ли нашла свое место на ягодице Аякса, нетерпеливо сжимая ее. — Чжун Ли… Я не… Мх… Я не омега. Хватит, я… — Он снова почувствовал укус, но на этот раз в краешек уха, после чего влажный язык прошёлся по отпечатку зубов. — Моя омега. — Рука на ягодице сжалась, после чего двинулась к расщелине половинок ягодиц. Палец прошёлся по тугому, зажатому входу, отчего Чайлд вздрогнул и чуть не свалился с чужих массивных коленей — Чжун Ли удержал. — Не надо… — Чайлд, ты ведь уже прекрасно должен понимать… — прошептал Моракс на ухо. — Что ты уже не альфа. Твоя боль в животе связана с тем, что ты менялся благодаря моей адептальной мощи. Ты стал моей милой омегой. — Палец продолжал ласкать его сжатый вход и в то же время крепко сжимать их члены в ладони. — Я украшу тебя самыми дорогими украшениями, мое сокровище. Ты будешь так прекрасен, украшенный золотом: драгоценные изящные кольца на твоих пальцах… — Он повернул голову и поцеловал ладонь Чайлда на своем плече. — Дорогие, полупрозрачные ткани на твоем прекрасном теле будут держаться благодаря золотым цепочкам. И много драгоценных камней. Головные украшения, тонкие и сверкающие браслеты на запястьях рук и ног. Ты позволишь мне проколоть твои соски?.. Конечно, сперва это будет больно, ты столь чувствителен… Но потом, поверь, я заставлю тебя забыть об этой боли… — Рука будто в подтверждение ущипнула его за сосок и выкрутила; горячая боль сменилась облегченным наслаждением, когда напряженную горошину накрыл мокрый рот; Чжун Ли смотрел на Аякса с благоговением, припадая к его груди. — Я не. Моракс… — Мое самое драгоценное сокровище, в окружении других драгоценностей. А когда ты сделаешь наше гнездо, это будет просто чудесно. Ты столь мил, столь прекрасен, дорогой Аякс. — Рука на их членах не останавливалась, а набирала все более быстрый темп, размазывая их смешанную смазку на напряженные стволы. Член Чжун Ли был больше, чем Аякс мог представить; бывший Архонт весь стал шире и крупнее. Через секунду массивный драконий хвост вновь обернулся вокруг его ноги и слегка, почти ласково сжался; Аякс от неожиданности крепче прижался к Чжун Ли, соприкасаясь с ним торсом. С некоторой дрожью он снова отметил, что Архонт стал массивнее и сильнее, чем если бы предстал перед ним в человеческом обличье. А ведь и правда. Сейчас Аякс сидел на коленях у Бога, бывшего Архонта, построившего великую нацию — от этих мыслей, кажется, его член стал еще крепче. Наслаждаясь прикосновениями Чжун Ли, Аякс понял, что ничего не сможет сделать — он уже проигрывает. Он не может сейчас ничего противопоставить Мораксу. Его Мерзкое наследие, доставшееся ему от Бездны? Уничтожено Божественной силой. Его гидро-видение? Он не знал, где оно, а если бы то и было под рукой, Аякс сомневается, что смог бы сделать хоть один порез на этой коже. Оставалась лишь его физическая сила, на которую полагаться сейчас было не то, что смехотворно, а глубоко стыдно — хотя Аякс никак не считал себя слабаком. Оставалось лишь убедить Архонта, что Чайлд слишком… Не подходит. Он ведь альфа?.. По крайней мере, был им. Но Аякс испорчен. Так глубоко испорчен Бездной, что даже мощь Архонта не сможет его спасти. — Стой, Чжун Ли, стой… — Аякс отодвинулся от жара тела Моракса, кладя ладони на грудь Архонта. — Я не… Даже если я и стану омегой. Ты никогда… Я ведь стал столь грязным, когда вылез из Бездны. Все мое тело — сплошное напоминание об извращенности моей натуры. Все шрамы, что я получил — свидетельства моего характера, жаждущего кровопролития. Я люблю убивать, я делал это слишком часто. По приказу Царицы или по своей прихоти. Мне было плевать на всех граждан Ли Юэ, когда я выпустил Осиала. Я был бы только рад, если бы врагов у моей Родины стало меньше, даже если из-за этого погибла бы целая нация. — Аякс хмурился, пока говорил это; медленно хватка Чжун Ли на его теле ослабевала. — И я никогда не изменюсь. В моих глазах больше не будут отражаться блики. Никогда. — Через пару секунд напряженного молчания Чайлд решил полностью слезть с колен Архонта — тот уже почти не держал его. — Чжун Ли, позволь мне уйти, это будет правиль… Его прервал резкий, раскатистый смех, а руки, что почти отпустили его, прижали к горячему телу сильнее прежнего. Аякс с недоумением поднял взгляд: на лице Моракса торжествовало чистое веселье — пара клыков опасно выглядывала изо рта, Чайлд мог заметить даже пару морщинок в уголках глаз. — Ну ведь сколько в тебе изворотливости, Аякс. — С остаточным смехом произнес Чжун Ли, аккуратно беря его подбородок в свою ладонь. — Однако… — Он приблизил их лица до опасного расстояния. — Я знаю, что ты нередко играл с детьми в порту и угощал их сладостями. Ты часто помогал людям на улицах советами по разным темам — начиная от качества дерева, заканчивая рыбалкой. Ты с удовольствием ходил со мной в рестораны традиционной кухни Ли Юэ и хвалил многие блюда. Я знаю, что ты спасал многих мирных жителей от нападков хиличурлов или похитителей сокровищ. Ты был столь любезен со всеми пожилыми людьми и каждого называл «бабушка» и «дедушка» на своем родном языке. Я знаю о твоей любви к своей семье, с какими горящими глазами ты рассказывал о своих братьях, сестрах и родителях. Я видел, как ты подкармливал бродячих котов и собак. Ты избегал любых конфликтов, связанных с твоим статусом Предвестника; если некоторые жители были тебе не рады, ты стремился изменить их мнение, либо просто уходил, не навлекая шумиху. А еще ты покинул гавань Ли Юэ, только когда убедился, что путешественник сможет справиться с Осиалом. Ты лжец, Аякс. Аякс потрясенно смотрел в золотые глаза Чжун Ли; в них, казалось, было море обожания, направленное на него. Откуда Чжун Ли мог знать все это? Архонт снова прикоснулся губами к губам Аякса, но на этот раз это было нежнее, но все равно очень страстно и желанно — Аякс не заметил, как стал отвечать на поцелуй. Отпадая от Аякса, Чжун Ли снова усмехнулся и провел пальцем по его нижней губе. Через секунду Аякс лежал на лопатках, а Моракс, улыбаясь, выцеловывал дорожку от его губ и вниз; чмокнул подбородок, яремную впадину, между грудных мышц и коротко сжал соски, отчего Аякс вскрикнул. Пощекотав дыханием кубики пресса, Чжун Ли спустился к рыжим завиткам волос над возбужденным членом и обхватил его ствол ладонью, после чего накрыл головку жаркой, мокрой глубиной рта. Чайлд громко простонал и зажмурился, хватая Моракса за пряди волос; едва сдерживаясь от желания толкнуться в эту до неприличия приятную глубину. Чжун Ли в это время расслабил горло и взял член до конца; Аяксу до жути захотелось сжать бедрами голову Архонта и просто нетерпеливо толкнуться. Чжун Ли продолжал движения головой — Аякс чувствовал бархатистое нёбо, нежные стенки чужого рта и опасно прижимающиеся, острые зубы. Но столь близкая опасность наоборот возбуждала сильнее, пока Аякс жмурился от удовольствия и стонал. Чжун Ли промычал что-то, и вибрация от его горла дополнительно простимулировала нуждающийся в освобождении член. Аякс взглянул на Чжун Ли: покрасневшие, припухшие губы, мокрые от слюны и его собственной смазки. Чайлд много раз представлял консультанта так, у своих ног, но в его фантазии глаза Чжун Ли не горели ярким золотом вперемешку с голодным желанием, а запах возбуждения принадлежал не альфе, а омеге. Чжун Ли поднял на него взгляд расширенных зрачков — безумно пошлая картина — Бог, который способен взмахом руки создать новые острова, сейчас буквально преклоняется перед ним, перед Аяксом — простым, слишком грешным смертным. Аякс поджал губы; слезы пролились по его щекам, но он не отрывал взгляда от глаз Чжун Ли. Архонт, коротко отстранившись и лизнув головку, через секунду резко протолкнул Аякса в своё горло и сглотнул вокруг члена. Чайлд не выдержал — он весь задрожал, обхватывая ногами Чжун Ли и прижимая его ближе, пока кончал в этот влажный рот — яркая вспышка удовольствия, и ему уже казалось, что он достиг Селестии. Когда Чайлд прикасался к себе сам, он не мог ощутить и жалких крох удовольствия, которое сейчас предлагал ему Моракс. Пока Аякс кончал, Чжун Ли только взял его глубже, до самого основания, а после, как только Аякса отпустила коитальная судорога, отстранился с влажным хлопком; перемешавшиеся слюна и сперма ниточкой тянулись от губ Моракса до розовой блестящей головки. — Столь быстро, — хрипло произнес Архонт. — Видимо, ты не искушен в подобных делах, Аякс. — Чайлд лишь задушено дышал, глядя на Архонта. — Я… Не хочу спрашивать, где ты набирался опыта. — Аякс прищурился, тяжело дыша. — О, не ревнуй, baobei. — Чжун Ли ухмыльнулся. — У меня было ничтожно малое количество партнёров. Слишком большое количество обязательств, а любовник только бы мне помешал. Тем более… Никто не мог заинтересовать меня, еще никого я не желал взять так сильно, пока не встретил тебя. — Придерживая основание его члена рукой, Архонт снова лизнул весь ствол, отчего нижняя губа Аякса дернулась, и он поперхнулся стоном. Но одна деталь не давала ему покоя — куда исчезла та припухлость, где обычно должен расти узел? Аякс отлично помнил, что раньше она была прямо на том месте, где сейчас сомкнуты пальцы Архонта. А сейчас совершенно ничего. Чжун Ли не лгал ему — он превращается в омегу. Да и разве Чжун Ли мог лгать? Он слишком честен до грехов обычных смертных людей. Возможно, это еще одна из причин, почему Аякс влюбился в него. — О чем-то задумался, Аякс? — Моракс снова навис над ним, и Чайлд почувствовал себя слишком маленьким по сравнению с огромными мышцами и телом бывшего Архонта. Вместо ответа Аякс потянулся к манящим губам; Моракс с готовностью ответил, лаская его губы своими и переплетая их языки — Аякс почуял собственный вкус. Параллельно Чжун Ли снова раздвинул его бедра и умостился между ними; хвост снова змеёй обвил одну из его ног. Когда они прекратили поцелуй, Чайлд почувствовал влажную руку между половинок ягодиц и ужаснулся, тут же пытаясь вывернуться. Но крепкая хватка хвоста не дала ему и сдвинуться с места. — Стоять. — Твердый тон действительно заставил Аякса застыть. — Сейчас ты не можешь производить смазку, поэтому я взял на себя ответственность подготовить тебя. — Объяснил Чжун Ли. — Я еще не готов к подобному! — Аякс пытался вывернуться. — Чжун Ли! Я не готов!.. — Я понимаю, что тебе непривычно. Однако, тебе придется терпеть. — Строгий тон не терпел возражений. — Но поверь, твой процесс превращения в омегу почти завершен. Нам надо следовать дальше, чтобы это произошло как можно скорее, понимаешь? Это новый шаг для нас. И адептальная энергия из моего семени очень полезна в этом случае — это только укрепит тебя изнутри и уменьшит боль, подпитает тебя. Кроме того, я обещаю, тебе понравится. — Мне уже не нравится… — нервно пробормотал Аякс. Речи Архонта о полезности его спермы никак не вдохновляли. — Я перетерплю боль, все будет в порядке и без этого… Моракс покачал головой: — Уже поздно останавливаться. А тебе стоит понять, что роль омеги — подчиняться, Аякс. Ты можешь выражать свое мнение, однако последнее слово всегда остаётся за мной. — Аякс сжал челюсть и нахмурился. — Нет, я не… — Жесткий взгляд Архонта пригвоздил Аякса к месту — волна ужаса поднялась в нем, когда он увидел выражение его лица: строгость и мрачность застыли в прищуре его глаз, недовольство проявилось на складке между бровей и тонкой полоске прижатых губ. Сам того не осознавая, Аякс прикрыл глаза и опустил взгляд в подчинении — даже запах давил на него, призывая к повиновению доминирующему альфе. Аякс зажмурился, и усилием обнажил шею — все, чтобы альфа был им доволен и проявил благосклонность; Аякс тихо выдохнул и мяукнул что-то похожее на писк. Увидев подобную картину, Чжун Ли смягчился, понимая, чего стоит бывшему альфе обнажить шею перед другим. Он медленно приблизил их лица и нежно поцеловал его. Только когда нежные, успокаивающие прикосновения Архонта стали порхать по его телу, Аякс смог подавить беспокойную дрожь. Предупреждение — вот, что сейчас произошло. Моракс поставил Чайлда на место — место омеги, которым он будет являться. Аякс со страхом почувствовал, как его смягченный от оргазма член затвердел при этой мысли. Взгляд Архонта скользнул по его телу, а глаза сверкнули. — Я столь сильно желаю тебя… — прошептал Чжун Ли. Чайлд снова перевёл глаза на массивный, напряженный член и сглотнул, — и не понял, из-за чего. Из-за страха ли, или слюны, заполнившей его горло от взгляда на естество Моракса. Пальцы нежно огладили его вход; Аякс выгнулся, нахмурившись. Оставшиеся инстинкты кричали остановить Чжун Ли — ведь Чайлд альфа, он не может принимать на себя роль омеги. Не может, не может… Но палец внутри него входил глубже, размазывая теплую смазку, оглаживая нежные тугие стенки и лаская. Чайлд прижал губы, пока с каждым движением пальца внутри него росло напряжение. — Чжун Ли, прошу… — Слезы потекли из его глаз, когда к пальцу присоединился второй. — Я больше не могу это вынести… — Что-то внутри него выло и скреблось будто прямо о грудную клетку — ему вмиг захотелось взвыть самому. — Аякс, — строго произнес Чжун Ли, и Чайлд поднял на него взгляд слипшихся ресниц. — Я знаю, ты справишься. Будь для меня хорошим омегой. — После этих слов его едва не затрясло; два пальца прокладывали путь все глубже и глубже внутри него, пока он не начал ощущать край ладони Чжун Ли — пальцы поместились в нем полностью до последних фаланг. От этой мысли он не выдержал — резко дернулся и забился под Чжун Ли изо всех сил, пытаясь сбросить альфу с себя. Чжун Ли, очевидно, ожидавший подобного, все еще крепко держал его, прижавши к постели своим телом и хвостом. Аякс заскулил, сморгнул слезы и на миг расслабился, прежде чем начать биться с новыми силами; этим коротким промежутком и воспользовался Бог — через секунду Аякс уже был распростерт перед Архонтом в коленно-локтевой позе. Всхлипывая, он весь дрожал от инстинктов, вгонявших его в панику. «Невозможно победить — беги, прячься, иначе он убьет. Более могущественный, чем можно представить. Сильнее, чем мы. Быстрее, опытнее. Твари из бездны не могут сравниться с тем, кто сейчас за спиной» — это были даже не полностью сформированные мысли, а что-то древнее, импульсивное — страх его подсознания и желание выжить. Аякс втянул шею — нельзя позволить этим острым клыкам добраться до него, прокусить трахею и убить. — Аякс, Аякс, любимый, — проворковал над ним Архонт, нежно прижимаясь к его спине. Целуя сведенные в напряжении лопатки и веснушчатые плечи, а после зарываясь носом в рыжие волосы. — Все в порядке. Это я. Я ни за что не причиню тебе вреда, мой драгоценный цветок, мой омега. Мое сокровище, Аякс… — Архонт говорил какие-то успокаивающие пустяки, окружая его более сладким ароматом — Чайлд узнал в нем специальный запах для успокоения омег, выделяемый альфами. Но это помогало — он чувствовал, что тот буквально животный ужас, что он испытал, отпускает его, пока Моракс осыпал его поцелуями и похвалой. — Хороший, такой хороший для меня… Аякс… — Ладонь Архонта снова расположилась на его ягодицах, но на этот раз намного медленнее; он давал ему время привыкнуть к его присутствию, не делая никаких резких движений, а только мягкие поглаживания. Два пальца снова вернулись внутрь него, но с большей нежностью; каждый миллиметр внутри Аякса был приятно обласкан внимательными пальцами, вымеренными движениями фаланг. Приятные ощущения легко, словно прикосновения крыльев бабочки, распространились по его телу. Когда он почувствовал третий палец, трущийся о его край, и дополнительное количество смазки, то снова вздрогнул, но другая рука Чжун Ли мокро обхватила его член и начала раскачиваться на стволе; Аякс уронил голову на простыни — стало невыносимо приятно, даже когда третий палец присоединился к остальным. — Совсем скоро ты сможешь кончать только от моего члена, а внешние стимуляции не будут тебе приносить должного удовольствия. Прикосновения к себе станут для тебя лишь баловством. — Я не… Не говори этого. — От грязных, пошлых слов Чжун Ли у него покраснели даже кончики ушей и он сжался изнутри. На секунду в его мыслях пробежала мысль — живой образ того, что вместо пальцев внутри него находится тот массивный член и буквально вырезает внутри его узких внутренностей для себя место. — Видишь? Ты ведь уже так скоро привыкаешь. Будто создан специально для меня… Когда пальцы, разрабатывающие его на манер ножниц, покинули внутренности, горячая, губчатая головка ткнулась в ободок разработанных мышц, а сверху вылилось еще больше смазки; Чайлд прикрыл глаза, пытаясь успокоить вновь начавшееся безумие. Он ощутил, как Архонт накрыл его руку своей и переплел их пальцы в успокаивающем жесте, когда конец медленно начал проталкиваться внутрь. — Чжун Ли, пожалуйста, пожалуйста, ведь я не альфа, не альфа… — Он тут же потрясенно замолчал, и Архонт позади него рассмеялся и прикоснулся губами к его шее. — Конечно, не альфа, Аякс. Ты мой драгоценный омега. — Чайлд буквально почувствовал на коже его улыбку. — Расслабься, Аякс, — тихо произнес он спустя пару мгновений. — У тебя так хорошо получается… — Осторожные движения потихоньку продвигали тупую толстую головку все глубже и глубже; Чайлд прижал губы и попытался сделать так, как говорил Чжун Ли. Но Боги… Он чувствовал себя уже таким полным — хотя и сам понимал, что Моракс поместил внутрь него совсем немного. Несколько пальцев не могли сравниться с тем, что он сейчас чувствовал — много, так много внутри и так странно, до жути непривычноправильно. На какой-то секунде он подумал, что так и умрет — насаженный на огромный член Архонта, который, кажется, сейчас стукнется о гортань. Но внезапно ощутил, как Чжун Ли встретился с половинками его ягодиц; Архонт позади него глубоко вдохнул и выдохнул. Аякс сжал в кулаках простынь. Чжун Ли был весь внутри. — Аякс, ты столь узок. — Пробный, совсем осторожный толчок заставил его выгнуться. — Ты принял всего меня. Хороший, такой хороший омега для меня, Аякс. Он мог прочувствовать каждую неровность и выпуклость; каждая чувствительная точка внутри него была задета толстым, пульсирующим внутри него членом; Чжун Ли старался медленно, аккуратно толкаться, буквально перестраивая Чайлда под себя — от этой мысли Аякс сжался на члене и застонал. Архонт усмехнулся и, огладив бедро Чайлда, переместил ладонь на его вспотевшую спину. — У тебя отлично получается, милый. — Промурлыкал Архонт; постепенно его движения становились смелей, а напор рос — уже короткие, быстрые толчки толкали Аякса на простыни, когда ладони Моракса схватили его грудь и сжали соски меж пальцев. — Аякс… — выдохнул Чжун Ли, приближая лицо к чужому уху. — Ты так хорошо меня принимаешь… Столь милый, милый омега. — Удовольствие нарастало по телу парня словно пожар — прямо от паха и до кончиков пальцев, когда Архонт становился смелее; в каждый следующий толчок он вкладывал больше желания, чем в предыдущий, в то время как Аяксу не оставалось ничего, кроме как принять все, что давал ему альфа. Зажатый между постелью и горячим, защитным телом Моракса сверху, он чувствовал себя в полной безопасности. Между тем темп Архонта нарастал; толстый член внутри него продолжал колотить его нежные трепещущие стенки, посылая Аяксу странное, но такое яркое удовольствие по всему телу. Конечно, ему доводилось брать омег, но те ощущения для Чайлда сейчас предстали как жалкие крохи того, что сейчас дарил ему Чжун Ли, крепко обхватив его талию и вбиваясь в него все глубже и яростнее. Испарина покрывала их тела, пока и Аякс, и Чжун Ли близились к разрядке; толчки стали более хаотичными, пока вторая рука змеей проползла под Чайлдом и схватила его член, начиная качать руку в такт. — Кончай, Аякс, кончи для меня, как хороший омега, — он слышал лишь половину от того, что хрипло шептал в его кожу возбужденный альфа; приближающийся оргазм выветрил все мысли из его головы, когда пик настиг его, как лавина. Удовольствие огненными искрами пробежалось по коже, на мгновение оргазма его тело буквально захотело вывернуться дугой; слезы скатились по щекам — из него будто вышибли дух. Он приходил в себя с ощущением защитного веса Чжун Ли над собой. Это производило на него странное успокаивающее воздействие, поэтому он не стал пытаться вырваться: зачем, когда так хорошо?.. На удивление, он не чувствовал внутри узла Чжун Ли — только теплое ощущение чужой спермы глубоко в его дырке. Запах альфы, который он вдыхал, был пропитан удовлетворением, спокойствием. Нос Чжун Ли уткнулся в макушку Аякса, ладони медленно ласкали его тело. Он шумно вдыхал аромат его волос и, кажется, мурчал. — Аякс. — Кажется, прошла целая вечность, прежде чем бархатный, слишком довольный голос Архонта нарушил тишину. Чайлд лениво моргнул и медленно перевел взгляд на Чжун Ли. Аякса разморила дремота, и буквально воздушное ощущение спокойствия и размеренности затопило все его тело, опьяняя не хуже огненной воды. — Мы не сможем долго оставаться здесь. Так как моя истинная природа является драконьей, то бо́льшую безопасность во время всех физиологических процессов я чувствую в пещерах. — После этих слов Аякс особенно хорошо прочувствовал рельеф нечеловеческой кожи — мелкие чешуйки, трущиеся о него, странную, но от того не менее приятную текстуру хвоста. Уступая секундному порыву, он перехватил хвост в руки и провел ладонью по направлению мелких чешуек. Он почувствовал, как грудь Архонта заколыхалась от сдерживаемого смеха. Не глядя в лицо Чжун Ли, Аякс буквально ощутил, почти увидел милую, теплую улыбку аккуратных губ. — Мы должны скоро будем перебраться туда. — Как только Чжун Ли закончил говорить, он придвинулся к Чайлду еще ближе — положил голову на плечо. Мощная грудь прижалась к его спине, хвост скрутился вокруг одной из ног, а край кисточки медленно игрался с пальцами Аякса. Несмотря на это, вес Чжун Ли ощущался слишком комфортно, не придавливал, а только создавал внутри Аякса желание замурлыкать и прижаться в ответ. Он хотел бы заснуть — только продолжающийся диалог и интерес держали его в сознании. Аякс медленно поднял брови. — Пещера?.. — удивленно переспросил Чайлд, лениво прокатывая язык по нёбу, будто заново пробуя знакомые движения. — Зачем нам туда? Что с тобой будет? — Не волнуйся, тебе тоже будет там комфортно. — Чжун Ли медленно переплел их пальцы. — А зачем конкретно нам туда надо? — Чайлд не мог унять свое любопытство несмотря на дремоту. — Совсем скоро у меня начнется гон, и я не смогу сдерживать свои инстинкты. — Он нежно потерся кончиком носа об Аякса. — А у тебя начнётся течка. Нам будет необходимо создать там гнездо. Конечно, в основном оно уже готово, осталось лишь немного доделать и добавить финальные штрихи. Для этого мы можем взять с собой те вещи, которые тебе приглянулись в этом доме. Мягкие ткани, подушки, одеяла, возможно, какие-то драгоценности, может, еще какие-нибудь безделушки — все, что тебе понравится, мое сокровище. Но все надо подготовить заранее. Я не смогу тебя оставить, когда мы будем в пещере. И взять с собой тоже не смогу — инстинкты защиты мне не подвластны, особенно после потери гнозиса. — Он глубже зарылся в волосы Аякса. — Ты будешь слишком мил, я боюсь, что не смогу отпускать тебя с поля зрения и на минуту, когда ты понесешь нашу первую кладку. Моя милая пара. — Он снова зарылся в его волосы и счастливо вдохнул. — Ты столь приятно пахнешь. Под весом тела Архонта большая часть информации просто прошла мимо его ушей — в голове будто радужная вата, а то, что он смог выцепить из диалога, сейчас не слишком интересовало его. Ну, конечно, пещеры ему бы не хотелось… — Почему мы не можем остаться здесь? — Снова спросил Чайлд, даже не задумываясь. Архонт терпеливо вздохнул и снова объяснил. Чайлд снова совсем не вникал в смысл чужих слов — только наслаждался ласковым баритоном и переливами голоса, пока погружался в приятный сон.

*

Он снова проснулся от вылизывания его шеи — и тут же покрылся мурашками, жмурясь и потягиваясь под лежащим на нем Архонтом, который даже не думал прекращать или хоть как-то замедляться, а лишь перешел на адамово яблоко. Чжун Ли увлеченно щекотал его кожу жарким дыханием; руки умостились на его коленях, сам он находился между раздвинутых без стеснения бедер Аякса, пах притирался к чужому — кожа к коже. Слишком интимно, слишком близко; Аякс мог ощутить каждую приятную неровность и выпуклость на чужом, прижимающимся к его, члене, отчего искры возбуждения затеплились внутри Чайлда — он потянулся к Чжун Ли с поцелуем. Архонт с готовностью ответил. — Аякс… Ты столь великолепен, мой дорогой возлюбленный. Твой запах уже практически полностью поменялся. — Чжун Ли снова глубоко вдохнул. — Нам пора собираться, baobei. Нужно принять ванну, прежде чем мы покинем дом. Ты не против? — Чайлд задохнулся от того, что пальцы Чжун Ли оказались внутри него, оглаживая теплые стенки подушечками пальцев; он не смог подавить дрожи в теле и сжался. Чжун Ли покинул его с влажным звуком; фаланги были испачканы в белой вязкой жидкости. Архонт задумчиво перетер субстанцию меж пальцев: — Смесь искусственной смазки, моего семени и других жидкостей. Тебя определённо надо вымыть. Аякс прижал губы, после чего с ахом вцепился в плечи Чжун Ли, который поднял его; в руках альфы он чувствовал себя совсем крохотным и беспомощным, хоть таким и не являлся, но… Аякс прижался крепче к мощной груди. Но так приятно смотреть на эти темно-золотые переливы на руках, ухаживающих за ним. Ведь они принадлежали Чжун Ли — тому самому консультанту из похоронного бюро, в которого он имел неосторожность влюбиться. Губы Архонта прижались к его макушке, прежде чем они направились по длинному коридору, проходя мимо многочисленных, богато украшенных дверей, пока не завернули в одну из них. Кожа Аякса вмиг покрылась испариной, а мышцы расслабились; он ощутимо обмяк в руках Моракса из-за тепла, а его висок нашел опору на чужой груди. Аякс огляделся: кажется, они были в купальне. Все помещение отделано бежевой плиткой, а в середине комнаты расположился широкий бассейн, сделанный в полу. Крылья носа затрепетали, вдыхая жаркий нагретый воздух. Не успел он и задать вопрос, как Чжун Ли на него ответил: — Это так пахнет специальный отвар, который я приготовил, — объяснил мужчина. — Он обладает успокаивающими и расслабляющими эффектами. Аякс ответил мычанием, все еще не отрывая голову от чужого плеча. Вмиг он почувствовал ужасную усталость, а ещё желание не отпускать Чжун Ли от себя ни на миг. Мужчина, будто потворствуя ему, через пару секунд прижал его ближе к себе, после чего опустился в небольшой, но горячий бассейн с водой. Аякс охнул, когда оказался погружен под горячую воду до груди. Чжун Ли, видимо, сел на лавку или ступени купальни под слоем нагретой воды, а сам посадил Аякса к себе; голова по-прежнему лежала на плече Архонта, а тела близко и интимно прижаты друг к другу, пока они сидели в бассейне. Изначально ощущение горячей воды было приятно его телу, но как только он привык к температуре, Аяксу стало душно — он был окружён теплом со всех сторон. Он возразил, поднимая голову к лицу Архонта: — Чжун Ли… Слишком жарко. Чжун Ли кивнул, сразу же поднял Аякса со своих коленей и встал. Оказавшись без привычной опоры, Аякс едва не плюхнулся в середину бассейна, но Чжун Ли лишь рассмеялся и вновь поставил его на ноги, прижимая губы к его щеке. Он подхватил его за бедра и посадил его на бортик, после чего отошел к шкафчику в другой части бассейна. Чжун Ли перебрал несколько флаконов и, выдавив что-то себе на ладони, принялся обтирать его. — Сяншен, что ты… Ахах, щекотно!.. Хватит, я могу сам. — Чжун Ли запустил мокрую руку ему в волосы и зачесал пряди челки назад. — Тихо. — Аякс подчинился, наслаждаясь ласковыми прикосновениями Чжун Ли, когда тот сперва намыливал его, а после смывал пену теплой водой. — Наклонись, Аякс. — Чайлда снова потянуло в сон, и он сперва сонно проморгался: — Ты что-то сказал? — Ничего, любовь моя. — Чжун Ли коротко погладил его по лопаткам, прежде чем медлительно, но напористо перевернуть Чайлда к себе спиной и наклонить. — Чжун Ли! — Сон как рукой сняло — парень покраснел еще сильнее и прижал губы. Едва не начал вырываться, почувствовав у своего входа чужие пальцы. — Тише, Аякс… — Чжун Ли проник внутрь двумя пальцами и стал соскребать изнутри сперму и смазку. Чайлд весь напрягся, а потом обессиленно обмяк, чувствуя как аккуратные длинные пальцы забираются все глубже внутрь него. В паху тут же потеплело, а ноги стали ватные — и так… Приятно от нежных ласкающих прикосновений. Чайлд сжал челюсть, чтобы ненароком не застонать; и тут же задрожал всем телом, пока Архонт, будто и не замечая, все продолжал погружать в него пальцы. Сладкая мучительная пытка продолжалась недолго, после чего Чжун Ли удовлетворённо вдохнул и провел ладонью по ягодице Аякса. — Вот и все, baobei. — Внезапно он прижался к нему всем телом; Аякс резко почувствовал, как прилипла их кожа, как мелкие капли стекают по Чжун Ли и медленно стекают на Чайлда, а довольно внушительный твёрдый член пролегает меж его ягодиц, и изредка трётся, словно подначивая. — Увы… Меня уже одолевает желание испачкать тебя снова. — Чжун Ли кладет свою руку поверх ладони Чайлда и переплетает их пальцы; дыхание щекотит шею, а Чайлд, сам того не замечая, прогибается в спине. — Ч-Чжун Ли… — Аякс не узнает свой голос. Он никогда не слышал себя таким… Просящим и нуждающимся. — Нам стоит уже собираться, мое сокровище. Мы будем покидать дом уже очень скоро. Успеем ли мы?.. — Рука Архонта заскользила по его мокрой груди, ущипнула грудь под затяжной стон и перешла на шею, осторожно обхватывая широкой ладонью. — Я столь сильно желаю тебя… — Горячий язык обвел его ушную раковину. — Не могу дождаться, как ты возьмёшь мой узел в себя и позволишь мне полностью насытить тебя. — Чайлд, слыша подобные слова из уст Чжун Ли, обмякал в чужих объятиях; он не мог держать затуманенные глаза открытыми, а губы, несмотря на влажность, полностью пересохли. — Какой же ты соблазнительный, мне хочется прямо сейчас прижать тебя к… — не договорив, он укусил его шею и одновременно вошел — Аякс застонал, когда желание внутри него было удовлетворено толстым членом, массирующим его чувствительные места изнутри.

*

Чжун Ли вытирал его в спешке — быстро обтер его сперва одним небольшим полотенцем, а после завернул его в широкое, покрывшее его всего; на время оставил его на скамье у бассейна, пока сам вытирался ещё скорее. После схватил его на руки, и вновь куда то понес. Аякс даже не смотрел, куда — после ещё одного оргазма глаза слипались неимоверно, отчего он уже почти спал, нежась в крепких объятиях. — Аякс, милый… Ох, я знал, что это плохая идея… — Чжун Ли с сожалением провел большим пальцем по его щеке. — Прошу, просыпайся. У нас совсем мало времени. — Аякс с трудом открыл глаза, жмурясь от яркой спальни, в которую они снова вернулись. — Что ты хочешь взять с собой? — Воды… — Прошептал Аякс. — Тут же к его губам был прижат стакан с кажется, вкуснейшей водой, которой он когда-либо мог утолить жажду. — Я хочу взять это полотенце… — Он кивнул на то, в которое был обернут. — Больше ничего. — Ничего? — Чжун Ли был удивлен. — Уверен? — Аякс кивнул. — Может, это одеяло? — Нет. — Он не чувствовал никакого желания завернуться в это одеяло, в отличии от полотенца, пропитавшееся их общим запахом, — а вот его хотелось постелить под себя, укрывшись где-то. — Мне сейчас только хочется быть ближе к тебе… Укутаться с тобой и… — Спрятаться. — С улыбкой закончил Архонт. Чайлд кивнул, утыкаясь носом в его плечо. — Честно говоря, я не чувствую себя в безопасности… В этом месте. Где же мы, кстати? — Мы в моей обители. — То самое подпространство, о котором ты говорил? — Чжун Ли кивнул. Уткнувшись лицом в грудь Чжун Ли, он старался сильнее прижаться к нему и зарыться как можно глубже. — Я до сих пор не под кроватью только из-за того, что здесь ты… Хах, что же это со мной?.. — Он прижал руку ко лбу. — Это в порядке вещей. Это новая для тебя территория. Обычно омегам комфортнее проводить течки в знакомых местах, где они чувствуют себя в безопасности. Однако нам необходимо немного другое место… Поэтому я так тороплю тебя, дорогой Аякс… — Он поцеловал его в кончик носа. — Какая ты прелесть. — У Аякса заалели уши, когда Моракс продолжил спускаться поцелуями к его губам. — Замечательный, такой сладкий… — Чжун Ли… — Хвост крепче сжал его и придвинул к Мораксу. — Хорошо, собираемся.

*

Волна внезапно настигла его на их пути к пещере. Они вышли из квартиры Чжун Ли как ни в чем не бывало; вокруг суетились люди, отвлеченные мирской жизнью, повседневными заботами и исправлением того, во что превратилась гавань после нашествия Осиала. Некоторые нашли время радостно поприветствовать мистера Чжун Ли и скривиться при виде Чайлда, держащего его за руку и едва опирающегося об Архонта, который обнял его за талию. — Зачем вы гуляете с этим преступником?.. — Презрение читалось в их взглядах и речи, обращенной к Чайлду. — Хоть Цисин его и оправдали, но мы-то знаем, что это просто формальность ради Предвестника Царицы. Лучше убирайся подобру-поздорову обратно в свою Снежную. — Аякс не успел ничего ответить, как буквально кожей почувствовал от своего альфы, который был секунду назад спокоен как камень, недюжинную ярость. — Чайлд мой омега. — Строгий тон вводил собеседников в изумление не только холодностью, но и самой новостью. — Прошу более не опускать в его сторону никаких комментариев, иначе будете иметь дело лично со мной. — Они продолжили путь, ускорив и без того поспешный шаг. Когда, наконец, все поселения остались позади и они вышли к горам, Чайлд ощутил облегчение освобождения от неприятных взглядов, но одновременно с этим, будто волна прилива, на него накатила паника. Они не в укрытии. Открытое пространство — Чайлда и Чжун Ли видно как на ладони. На них могут напасть с любой стороны; даже с воздуха. Они в опасности, в то время как Чайлд в таком уязвленном состоянии; ноги то и дело дрожали от напряжения и слабости, будто опутанные рыбацкой сетью, голова тяжела, наполненная болью. Они могут пострадать, все это плохо кончится… Подобные мысли буквально заполонили разум — внезапно Аякса начало трясти, а ног он перестал чувствовать; его душила паника. Чайлд схватился за Чжун Ли и осел на землю подле его ног — его всего трясло. — Селестия, я же предупреждал… Аякс!.. — Чжун Ли вмиг опустился рядом с ним и прижал его к себе. — Аякс. Я здесь. Прошу, успокойся, мы скоро прибудем на место. Дыши. Слышишь меня?.. — Аякс, действительно, едва не задыхался, уткнувшись лицом в Моракса, который стал распространять успокаивающий запах. — Тише, тише… Я здесь. — Он обхватил его лицо ладонью и заставил взглянуть на себя. — Ты в безопасности. — Он внезапно повалил его на землю и накрыл собственным телом — Аяксу тут же стало легче, когда он ощутил защитный вес Чжун Ли над собой. Так вот, почему Моракс заимел такую частую привычку ложиться на него; уже собственные инстинкты требовали того, чтобы он лежал под Чжун Ли в безопасности. Он устроился удобнее и прикрыл глаза. Сквозь полог дремы он ощутил как через некоторое время Чжун Ли подхватил его на руки, прижимая как можно ближе к себе, и побежал. Аякс смог перестать дрожать в чужих объятиях, однако его щеки все еще оставались мокрыми. Он уснул. — Я так часто засыпаю… — Аякс был дезориентирован, когда разлепил глаза. Он не понимал, где верх, где низ, и где он сам — вокруг было темно. Но главное — ощущение чувства абсолютной безопасности снова вернулось. Было тепло и очень приятно. — Не беспокойся, baobei. — Голос Чжун Ли раздался прямо над ним. — Это в порядке вещей. — Аякс тут же обнял Чжун Ли, защитно нависшего над ним. — Мы уже пришли?.. — Робко поинтересовался Аякс, сжимая между пальцев чужую одежду. — Да, мы на месте. — Нос Чжун Ли зарылся в его макушку и глубоко вдохнул. — Как ты себя чувствуешь? — Тепло, приятно… Даже жарко. — Он оттянул ворот своей одежды и непонятливо нахмурился, чувствуя. — Что это на мне? — Я взял на себя ответственность переодеть тебя. — Чжун Ли мягко поцеловал его в щеку, прежде чем соскользнуть с него; однако рука покровительственно лежала на его бедре, пока Чайлд потягивался, а после поднялся, оглядывая пещеру. Набрав в грудь воздуха, он ощутил, что тот был влажный и тёплый; первым ему в глаза бросился водоем неподалеку от них. Сама пещера, в которой они находились была средних размеров, темная; однако полного мрака не было. Ровная гладь воды казалась эфемерной и наводила размеренное спокойствие; на небольшой глубине озера он даже мог разглядеть некоторые водоросли, светящиеся в темной воде приятным теплым светом; растения выглядели так, будто изрядно напитались гео-энергией. После его взгляд переместился на яркие светящиеся точки над поверхностью. Светлячки — улыбнулся Аякс, замечая их по всей пещере. Все вокруг выглядело волшебно, просто невообразимо загадочно и красиво, — так, будто Аякс попал в сказку — ту самую таинственную пещеру дракона, в которой тот хранит свои несметные богатства. Чайлд, продолжая улыбаться, перевел взгляд на Чжун Ли; тот, не отрываясь, смотрел на него с лёгкой ответной улыбкой. — Это место очень красиво, — произнёс Чайлд с придыханием. — Да, — согласился Чжун Ли, смотря лишь на Аякса. — Чудесный… — Он чуть не запнулся, понимая, что Моракс говорит о нем, и прижал в смущении губы, не снимая с них улыбки. — Как ты смог его найти? — Очень и очень давно… — задумчиво ответил мужчина. — По правде говоря, оно было бы уничтожено извне, либо подверглось разрушительному действию времени, если бы я не запечатал его много лет назад. Тогда мне лишь приходилось надеяться, что когда-нибудь я смогу привести сюда свою пару. — Он взял его за руку. Глаза Моракса светились прекрасными глубокими переливами кор-ляписа. Чжун Ли медленно приблизился к его лицу и аккуратно коснулся его губ своими, заправляя рыжие волосы за ухо. В поцелуе была лишь невысказанная нежность и благоговение; от нежных чувств, заполнивших его, Аякс задрожал. Чжун Ли медленно отступил, после чего поднялся на ноги, начиная снимать свое пальто. Чайлд облизал губы, внимательно наблюдая, как в тусклом свете Моракс расстёгивает собственную одежду, избавляясь от нее. — Ты можешь пока заняться гнездом, baobei, — со смехом предложил мужчина, скидывая рубашку с широких плеч. Чайлд, снова облизывая пересохшие губы, кивнул, после чего с трудом перевёл взгляд на то, на чем сидел все это время. Широкий, большой матрас? Футон? Аякс не понимал, как конкретно назывался этот тип мебели, но главное, он был жестковатым, но это компенсировалось наличием множества подушек, разбросанных по всему гнезду. Он нахмурился, глядя на это: ему совершенно ничего не нравилось. Он схватил свое полотенце, лежащее на завязи вещей, которые они взяли с собой, и постелил его как простыню на более симпатичную, по его мнению, часть футона. Аякс стал перекладывать подушки с одной стороны на другую в разных ракурсах, полагаясь на чувство «правильности», когда передвигал их и оставлял в разных положениях. Он был смутно осведомлен, но все-таки знал, что омеги в какой-то период их жизни гнездятся. Кажется, на поздних сроках беременности? Но, как ему казалось, не во время течки и гона, как будет у них. Однако и ни у одной из омег течка не проходила в пещере с Адептом — Аякс пшикнул от смеха. И тут же застыл, как вкопанный. Что он делает? Он шокировано посмотрел на ложе перед ним; подушки аккуратно разложены по периметру футона, в его руках зажата одна из них, а узор на ней будто издевательски подмигивает ему. Тарталья с шоком выпустил ее из рук и медленно обернулся на Чжун Ли. Моракс доверчиво стоял к нему спиной, что-то делая неподалеку от него. Тарталья заозирался по сторонам, в поисках своего гидро-видения, но не нашел его поблизости. Его нет даже в их походном мешке, который собрал Чжун Ли — Тарталья почти сразу проверил это место. Что за напасть… Тарталья едва не заскрипел зубами, с черной яростью прошибая Моракса взглядом полным ненависти. Как этому ублюдку удалось это сделать с ним?! Какого черта он ведёт себя так, будто и создан для того, чтобы хлопать ресницами, подставлять Мораксу задницу и наслаждаться этим?! Как он смог запудрить мозги Тарталье? Он сейчас на полном серьезе строил гнездо для его течки — какого блять черта?! Это несомненно, магия Адептов сейчас управляла его сознанием, — мрачно понял Чайлд. Тарталья — альфа, один из сильнейших воинов Величества Царицы. Ему не пристало греть постель бога войны, так ещё и не его Архонта. Он верен лишь Царице, даже если и она отреклась от него во благо Снежной — он вырвет сердце Моракса и принесет гнозис ей на блюдце. Аякс подошёл к водоему и старательно сделал вид, что умывает руки; в отражении он едва смог увидеть себя, — бледное, перекошенное испугом лицо с золотыми искрами на дне зрачков. Моракс, кажется, не заметил никакой перемены в нем и продолжал что-то делать. Несомненно, чертов ублюдок даже не подозревает, что музыка в его дудочке перестала играть, а Тарталья совсем перестал под нее плясать — мозги встали на место. Без Гидро глаза Бога он с большим трудом сумел создать в ладони небольшой нож и спрятать его за изгибом руки. Сердце внутри него колотилось с бешеной скоростью, когда он подходил к Мораксу со спины. Он медленно вдохнул и выдохнул, успокаиваясь, а после приобнял Чжун Ли и нежно прикусил его шею. Грудь Моракса завибрировала от мурлыканья, он повернул голову к нему и потянулся за поцелуем. Тарталья замахнулся и молниеносным движением пересёк острым лезвием чужую шею. Чжун Ли застыл; Аякс почувствовал, как собственные руки внезапно забрызгала кровь, брызнувшая фонтаном из нанесенной раны. Через секунду Чайлд ужаснулся тому, что сделал; Чжун Ли обернулся на него с шоком на глазах и огромной болью в выражении лица, пока по его оголенной груди скатывалась свежая кровь. Ладонь Моракса медленно потянулась к лицу Чайлда, прежде чем он упал, рассыпавшись пылью. Тарталья часто задышал, в шоке уставившись на землю под ногами. Он зажал себе рот, но несмотря на это собственный крик оглушил его. Что он наделал?! Он убил Моракса!.. Убил Чжун Ли!.. Как самый настоящий трус и подлец, нанес удар со спины, когда его не ждали. Слезы внезапно градом скатились по его щекам; он тут же зарылся ладонями в песок, сжимая его в руках. — Пожалуйста, пожалуйста, вернись!!! Я не знал, что у меня получится!.. — взмолился Чайлд, обливаясь слезами. На него напала паника и страх, его всего трясло без успокаивающего запаха его пары и защитного присутствия. Зачем, зачем он это сделал?! Через ладони, будто вода, пролился песок и снова слился с землей пещеры. Будто и не было здесь Чжун Ли. Не было никакого Моракса. — Молю тебя!.. — Что ж, раз ты так просишь… — раздался голос позади него, и Аякс тут же застыл, не веря своим ушам. В шоке он обернулся и увидел Моракса, прислонившегося спиной к стене. Он заметил изменившуюся форму Архонта — золотой венец рогов украшал его макушку, темные руки оплетены золотыми гео-узорами и рунами, увеличившееся телосложение и мускулатура тела оставляли Аякса с тихим желанием коснуться того, что пытались запечатлеть талантливейшие резчики по камню. — Чжун… Чжун Ли… — слабо просипел Чайлд, стирая слезы с щек. — Молчать!.. — громогласный рык заставил его послушаться и склонить голову в подчинении. Так он убил клона Чжун Ли… Архонты, какое облегчение. Или нет? — Чертово отродье. — Презрение сочилось с губ Моракса, пока Аякс чувствовал, как злобный взгляд прошибает его насквозь. — Я думал, что уже окончательно избавил тебя от воздействия Бездны, но, видимо, зря. — Прости, прости меня… — его дрожь не прекращалась, когда он упал на колени. — Я не знаю, что на меня нашло… — Я сказал. Молчать. — Чайлд зажмурился, но не сказал ни слова на угрожающий, не оставляющий возражений тон. Он мог только выпустить запах полного подчинения, когда преклонил колени, буквально лег на землю и прижался к ней лбом. — Грязная тварь, недостойная зваться не то, что омегой, а человеком в его прямом замысле. — Болезненные слова ранили как настоящие стрелы. Чайлд беззвучно рыдал, зажмурив глаза, одними губами повторяя: «Молю, прости меня». — После всего, что я для тебя сделал, грязная сука? После того, как я о тебе заботился, дарил свою нежность, любовь и ласку, ты ответил мне этим?!. Как он мог?! Как Чайлд вообще смог такое сделать по отношению к Чжун Ли?.. К его альфе, с которым он собирался провести эту течку?.. — Убирайся отсюда. Найди какого-нибудь проходимца или преступника, который сможет прельститься столь грязной и мерзкой натурой. Возможно, он сможет составить тебе компанию. — Внезапно, в конце пещеры забрезжил яркий солнечный свет — открылся выход. Аякс громко всхлипнул и покачал головой, не двигаясь с места. — Вон. — Тихо произнес Чжун Ли, однако для Аякса это показалось криком. — Прошу, Чжун Ли, молю, прости меня! Я-я, н-не знаю, что со мной произошло!.. Не оставляй меня, прошу тебя!.. Я ведь только из-за тебя стал… — Омегой?.. — Моракс презрительно усмехнулся. — Грязный лжец. Ты уготовил мне подобную судьбу — сделать из меня омегу, потом украсть и увезти на твою Родину, а там хвастаться своим «трофеем» из Ли Юэ. Милой подчиняющейся омегой, готовой на все твои слова. — Альфа, Чжун Ли… — Ты не достоин более называть меня так. — Чайлду захотелось взвыть. Он не знал, как можно вымолить прощение — за такое. Если бы Моракс сделал по отношению к Чайлду что-то подобное, Чайлд, возможно, и простил бы его, но не смог никогда доверять. Но Чжун Ли никогда бы не поступил так… Так, как сейчас повел себя Чайлд — перерезал глотку в мягком объятии. Он действительно, не достоин даже дышать рядом с ним. Он ещё раз всхлипнул и медленно поднялся с колен, не смея взглянуть на Чжун Ли — сам не считал себя заслуживающим этого. Он медленно пошел к выходу, смотря на свои обнаженные ноги. Наконец, свежий ветер и солнечные лучи гладили его лицо; Чайлд поднял взгляд, с печалью оглядывая нежно-оранжевое небо, простирающееся на бесконечные дали впереди. Кажется, они были на вершине горы — он не мог видеть землю, лишь пушистые туманные облака. Он было хотел сделать шаг за пределы пещеры, но что-то с рыком затащило его обратно, швыряя на пол. Чайлд зажмурился и сжался, ожидая дальнейшего нападения, но ничего не произошло. Только внезапно что-то крупное прижалось сверху, накрывая собой, и Чайлд снова разревелся из-за облегчения. — Молю, Чжун Ли, прости меня… Я не понимаю, что со мной произошло… — Слезы не переставая катились из его глаз. Он почувствовал на шее ощущения влажного языка, проходящегося от основания и ведущего дорожкой до местечка за ушами, после чего последовало жаркое дыхание. От этого медленного движения Аякс почувствовал, как возбуждение затеплилось в паху. Он, наконец, открыл глаза, рассматривая Архонта, нависшего над ним. Яркие золотые глаза, приоткрытый рот с выглядывающими клыками, но строгий взгляд, направленный прямо на него. — Ты ведь понимаешь, Аякс… Что ты не можешь себя полностью контролировать. — Глубокий голос заставлял его сжаться от сожаления и прижать губы. — Да… Это помутнение… Прости меня!.. Я клянусь, я не знаю, что со мной произошло!.. — Он снова поспешил оправдаться, но Чжун Ли, приблизив свое лицо к его, поцеловал Аякса; язык Моракса облизнул его нижнюю губу, прежде чем начать вылизывать рот и, сплетая языки, жадно, жадно прижиматься, не в силах насытиться смертным, вступающим в фазу его первого эструса в качестве омеги. От этих мыслей голод разлился по телу, Чжун Ли поспешил снять с Аякса его одежду; впрочем, Чайлд и сам уже начал от нее избавляться, стягивая шелковый халат. Когда они оторвались друг от друга, смешанная нить слюны соединяла их рты, взгляд Аякса был полностью рассеян. Моракс довольно заурчал, видя свою пару в подобном состоянии — сбитое дыхание и абсолютно пьяный взгляд желания, направленный на него. — Достаточно мольб, Аякс. Ты получил мое прощение. Однако, я вряд ли когда-то смогу полностью тебе доверять. — Моракс с болью прикрыл глаза. Его пара заскулила, прижимаясь к его груди, вновь не в силах сдержать слезы. — Но… Есть один способ, который полностью искоренит влияние бездны на тебя. — Он погладил его щеку, и Аякс тут же вскинулся с надеждой: — Какой?.. Какой, Чжун Ли?.. — Аякс выглядел слишком мило, с такой искренностью глядя на него. — Честно говоря, я не уверен в этом методе. Мне не доводилось ни разу участвовать в подобном… Обряде, Аякс. — Чжун Ли, обняв Аякса, сел вместе с ним и привалился к стене, прижав его к своей груди. — Однако, если ты желаешь… — Я согласен!.. — резко перебил Чайлд. Чжун Ли рассмеялся, играя с чужими волосами. — Столько страсти и напора. Что ж. Тогда я с удовольствием сделаю из тебя Адепта, — медленно произнес Чжун Ли. — Адепта?.. — Конечно, baobei. После того, как ты станешь другой, более высшей сущностью, чем человек, а именно — Адептом, созданным с использованием моей энергии, ты полностью перевоплотишь свое тело, которое станет девственно чисто — будто ты никогда и не был в Бездне и никогда не принимал ее про́клятые дары. Ты станешь моей идеальной парой, милый. — Как?.. — между его бровями пролегла складка. — Доверься мне, мое сокровище. — Он развернул его к себе. — Ничего, что должно тебя беспокоить. Оставь все мне. — Чжун Ли прикоснулся к его губам своими с нежным трепетом. Аякс сморгнул слезы, попытавшись отвлечься от призрачного ощущения крови Архонта на своих руках. — Дорогой… — Чжун Ли медленно погладил его щеку. Глаза светились сочувствием, а тон голоса был ласков. — Прошу прощения, что причинил тебе боль своими словами. Я… — Нет, только не извиняйся, — прервал Чайлд, сильнее прижимаясь щекой к Архонту. — Я не заслуживаю твоих извинений. — Каждое живое существо заслуживает утешения и сострадания. — Он накрутил волос на свои пальцы и поднес к губам. — Особенно моя пара. Чайлда снова затянуло в сон — уж не Чжун Ли помог этому?.. Не важно. Но из этого липкого, теплого и уютного сна он выбрался, когда Чжун Ли купал его в озере. Вода казалась очень приятной: как говорила его покойная бабушка, как парное молоко. Она была совсем молода и свежа, когда своими глазами видела весну и лето в Снежной — то, о чем сейчас только с печалью и тоской смотрит в заледенелое окно. Как только они вышли из водоема и начисто вытерлись, Чжун Ли прижал его совсем близко к себе; его кор-ляписовые глаза смотрели на него столь тепло, что Чайлд не мог не запустить руку в его волосы и пригладить их в нежной ласке. Чжун Ли прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями. — Аякс… — промурчал Чжун Ли. — Думаю, что пора. — После этого в его ладонь попал сверкающий золотом небольшой бутылек. Свет был столь же мягким и манящим, как зрачки Архонта. — Это эссенция, которую ты должен выпить. После этого последствия для тебя станут необратимы. Ты уверен? Какой дурак будет отказываться от бесконечной жизни, великой силы, сокрытой в этом сверкании золота? От Чжун Ли, который наконец станет доверять ему. Не раздумывая, он откупорил бутыль и тут же влил ее в горло, едва не поперхнувшись. — Не торопись, любовь моя. — Спину погладила чужая рука. — Мне столь радостно… — Чжун Ли тут же прижался к его губам поцелуем. Нежные прикосновения Моракса расцвели и на его щеках, и на лбу — по всему лицу Чжун Ли оставил свои лёгкие поцелуи. Чайлд был счастлив заслужить одобрение. Но внезапно собственное тело начало ужасно гореть. Мышцы через пару секунд начали непроизвольно сокращаться, кости по ощущениям начали ломаться и выкручиваться, будто он заново переживал облачение в Мерзкое наследие; голова стала ужасно раскалываться — словно колокола церкви в его деревне. Боль когтистой лапой сдавила виски, расцарапала когтями кожу, и с наслаждением вгрызлась в его беззащитное тело. От переполняющей его агонии он сперва не понял, кто издает такие жалкие поскуливания, пока не обнаружил, что сам является их источником. Аякс сморгнул слезы, зажмурился и попытался прижаться ближе к Чжун Ли, хоть и так был до невозможности близко. Утешительные звуки, исходящие от альфы, совершенно не помогали, но, по крайней мере, обнимающий его в ответ Моракс немного облегчал боль, которая струилась по венам. — Все будет хорошо, Аякс, милый мой… — Чужая рука гладила его, запуская пальцы в волосы. — Ты сильный. Мой сильный, прекрасный омега. Но в один момент все пропало. Боль, ужасные ощущения и мучительное страдание, которое он имел несчастье испытать.

*

Чайлд едва сумел приоткрыть глаза, часто моргая и не понимая, что мешает ему смотреть нормально. Будто какой-то липкой корочкой сдавило веки и часть лба; Аякс потянулся рукой почесать это место, но его руку тут же перехватила ладонь Моракса. — Не стоит, дорогой, — тихо произнес Моракс, после чего обнял одной рукой его за плечи, другой обхватил под ногами и понес в воду. Аякс жалко заскулил, не чувствуя утешающих прикосновений и поцелуев Чжун Ли, но тот успокоил его тихим урчанием. — Все хорошо, милый. Омывая его лицо в прохладной воде, Чжун Ли аккуратно прикасался к его коже, однако избегал верхней части его лба, которая особенно болела и чесалась. Чайлд потянулся рукой и медленно коснулся… Наростов?.. — Селестия!.. — Вскрикнул Аякс и дернулся в руках Чжун Ли, после чего случайно плюхнулся в воду. Чайлд мигом вынырнул, тут же начиная ощупывать голову. На ней действительно находились совсем небольшие… Выросты, по форме напоминающие рога Чжун Ли — однако у альфы они были намного больше и массивнее, чем у него. А ещё новообретенные… Части были безумно чувствительны — вот почему Моракс советовал не прикасаться к ним. Аякс вздрогнул еще раз, когда сзади его неожиданно обнял Архонт, кладя голову на плечо. Тело дернулось, и он наконец смог заметить еще одно изменение. — Не беспокойся. Это в порядке вещей. — Крупные мышцы поверх собственных согревали в прохладе водоема, и Чайлд смог немного расслабиться после охватившего его шока. Он сумел заметить синюю кисточку собственного хвоста, выглядывающего из тёмной глади воды, прежде чем золотой хвост обвил его собственный, переплетая их. — Чжун… Чжун Ли… — Аякс всхлипнул, глубоко задышал и не смел пошевелиться. — Все в порядке, Аякс. — Поцелуй прикоснулся к его макушке. — Ты наконец стал Адептом. Но так как эссенция была изготовлена из сосредоточения моей энергии, ты обрел… Драконьи черты, такие как рога, хвост и другие… — Мне страшно… — Чайлд захотел развернуться, но почувствовал лишь, как его хвост дернулся в сторону. — Чжун Ли!.. — он всхлипнул, чувствуя, как глаза зудят из-за слез. — Что это такое?.. Я даже не могу повернуться… Моракс медленно развернул его к себе; лицом к лицу, и взял за подбородок. Золотые глаза напротив собственных мерно светились на фоне темноты пещеры, от чего Аяксу вновь стало не по себе — на секунду они показались совсем незнакомыми, прежде чем мерно и тепло вспыхнули ярче. — Все в порядке. Ты ведь доверяешь мне? — Большой палец проследил за овалом его лица, смахнул слезы и пригладил губу, после чего ладонь покинула лицо, взяла его собственную и тихонько сжала. Аякс кивнул. — Как я и говорил, ты принял свою новую форму Адепта. С этого момента ты можешь быть совершенно независим от Бездны. Теперь твое тело даже не помнит ее… — После этих слов Моракс прикоснулся к его губам своими и обнял, одновременно с этим сильнее переплетая их хвосты.

*

Чайлд не уверен, сколько прошло времени в действительности; все ощущения, кроме инстинктивного, буквально животного желания спариваться, слишком притупились. Поцелуи Моракса протянулись от лица Аякса и выше, переходя на чувствительные рога. Чайлд чаще задышал, когда горячий язык скользнул по темно-коричневым рожкам, проходясь от основания к кончикам. — Чжун Ли!.. — Аякс заерзал под ним, не понимая, чего желает его тело: поддаться навстречу прикосновениям и просить больше, или прекратить такую сладостную пытку. Архонт в это время ухватил его за подбородок и принялся легко покусывать волнообразные изгибы на рогах. — М-Моракс!.. — Чайлд уже чувствовал, как смазка пачкает половинки ягодиц, и сдвинул ноги. Чжун Ли, видимо, смилостивился над ним и перешёл ниже, по шее и дальше; ласки достигли его сосков, которые уже опухли от внимания Архонта и измененной биологии. Клыки задели твердую горошину и прикусили; Аякс простонал от неожиданности, сжимая между бедер таз Моракса, уже чувствуя длину, прижимающуюся к собственному члену. Архонт подхватил его на руки и уложил в середину постели, после снова припадая к его губам. Жадно целуя, буквально облизывая чужой рот, Моракс не мог сдержать из груди удовлетворенного урчания; золотые глаза зорко следили, впитывали образ Аякса, метающегося в постели от нежных прикосновений и страсти. Жадный рот накрыл другую ареолу, пока оставленный сосок не оставался без внимания, выкручиваемый черными пальцами с золотыми узорами. Громкие причмокивания звучали в ушах Аякса слишком пошло, а приятные ощущения отдавались прямо в член, уже отвердевающий от ласк. Чжун Ли втянул горошину в рот и посмотрел через веер ресниц — греховно прекрасная картина. Лизнув его напоследок, он последовал вниз, развязывая и без того ослабленный узел халата; напряженный член лежал на мускулистом животе и пачкал предэякулятом местечко под пупком. Чжун Ли лизнул от самого основания до головки, затягивая последнюю в рот под вскрик Аякса и давление дрожащих бедер, сжавших его голову между ног. — Чжун Ли!.. — Прерывистый вздох перекрыл вскрик, когда глубина горячего, влажного рта обхватила его до основания. — Ты!.. Мгх… — пальцы запутались в длинных коричневых прядях. — Чжун Ли!.. — Чужой рот подбирался ниже, влажной дорожкой слюны прокладывая свой путь к сжатому, уже слегка поблескивающему от смазки входу. Он развел пальцами ягодицы, и Аякс заерзал в неудобстве, хвост стал мотаться из стороны в сторону, показывая искреннюю озабоченность и нетерпение. — Чжун Ли, не надо там… — Почему? — Моракс шумно вдохнул ни с чем не сравнимый запах — аромат девственной омеги, открыто лежащей перед ним, желающей его прикосновений. — Ты не дашь мне насладиться тобой? Столь прекрасным телом, запахом плодородия, жажды и страсти? — Ах-х!.. Не говори так!.. — Аякс укусил кулак. — Твою!.. — Прежде чем он успел сказать дальше, горячий, мокрый язык оказался внутри него; его лазурный хвост оказался объят золотым. Изгибаясь внутри, оглаживая чувствительные стенки и, кажется, исследуя его, язык кружил, будто экспериментально нажимая на разные точки внутри и заставляя Чайлда скулить и выгибаться на простыне. Влажные, чавкающие мокрые звуки, которые разносились по всей пещере, не могли его более смутить — все его внимание было направлено на Моракса, проникающего подозрительно глубоко в него. Член, лежащий на животе, пульсировал, требуя ответных прикосновений — Аякс потянулся ладонью к напряженному стволу, но та оказалась перехвачена чужой, более крупной. Чайлд затуманенным взглядом посмотрел вниз; из-за его бедер тут же вынырнула голова со светящимися глазами; они были безумны, пьяны и яростны в своем голоде. — Прошу, позволь мне… — Тихий голос только сильнее подстегнул его сжаться и промокнуть на длинных пальцах, заменивших выскользнувший язык. — Пропади пропадом Селестия, ты столь сладок… — Голова вновь нырнула в его ягодицы, и он задрожал, когда к пальцам вновь присоединился язык. Слезы беспорядочно скатывались из его глаз, кулаки сжимались на полотенце — он не знал, куда себя деть, когда фаланги пришли в движение, то входя глубоко внутрь него, то выходя, вместе с этим захватывая смазку и доставляя ее прямиком к жадному рту, ласкающему его раскрытый вход. — Моракс, Моракс, Моракс… — сбитый дыханием шепот вылетал из его губ. Дракон внутри Чжун Ли ликовал — наконец-то он может насладиться своей парой. Аякс. Красивый, сильный, с замечательной улыбкой и глубокимпустым взглядом. Хотелось съесть его, напичкать яйцами и, свернувшись вокруг его глубоко беременной пары, счастливо мурлыкать в их гнезде. — Ах-х… Ай!.. Ч-Чжун Ли! З-за… Мхм, зачем ты кусаешься?.. Там очень чувствительно… — слабо пробормотал Аякс. Его милая пара была слишком добра к нему, балуя его своим слабым от удовольствия голосом. Облизав пульсирующий, нежный вход плашмя, он, наконец, оторвался от чужих бедер и снова лег на Аякса, целуя его особенно мокро — тонкая нить слюны скатилась из краешка губы Чайлда, пока он страстно отвечал на прикосновения Чжун Ли. Сильные руки шире расставили его бедра; Аякс почувствовал крупную головку, целующую его мокрую, подрагивающую дырку, но на этот раз это было иначе, чем в прошлые разы. Ощущения многократно усилились, его задница, кажется, была насквозь мокрой от его же смазки, а внутри него все сводило и спирало от желания почувствовать чужой член внутри. — Такой нетерпеливый. Просто взгляни на свою неряшливую дырку. Такой мокрый и жадный, — горячо прошептал Чжун Ли, скользя членом по мокрому входу. Как только эти слова сорвались с его языка, Аякс задрожал и прижал губы, краснея. Чжун Ли медленно протиснулся внутрь и зарычал; не в силах сдерживаться, он просунул руки под спину Аякса, прижимая его совсем близко к себе, будто боясь, что он сбежит, и резко запустил клыки в чужую шею. Чайлд вскрикнул и сжался на члене; внезапная вспышка удовольствия от быстрого оргазма заставила его начать скулить, когда Моракс стал двигаться внутри него. Аякс хватался за чужую спину, пока слезы скатывались по его розовым щекам. Он чувствовал, как член внутри него скользит все глубже и глубже внутри, слишком приятно массирует внутренности неровностями и выпуклостями на темном стволе; чужой пах бился о его ягодицы, все сильнее размазывая смазку. Моракс разжал челюсть, выпуская клыки из шеи и вновь поцеловал его; Аякс на мгновение увидел расширенные зрачки на фоне светящихся, жадных глаз. Чайлду не оставалось ничего другого, как принять все, что давал ему Архонт. Язык, вылизывающий его рот, и толстый член, перестраивающий его внутренности. Пошлые шлепки кожи о кожу, стоны и поскуливания раздавались по всей пещере, пока Архонт не мог насытиться его только что представленной парой — такой милый, такой прекрасный и сладкий, которого хотелось одновременно вылизывать, кусать и наполнять собой полностью. Его гон только набирает свои обороты, — а Аякс уже чувствует себя таким чувствительным и разбитым. — Чжун Ли! Чжун Ли!.. — Аякс метался под ним, облизывая губы и зарываясь в чужие волосы, хватался за рога и зарабатывал этим особенно глубокий толчок, после чего жалко скулил, подаваясь навстречу. — Чжун Ли! Альфа! — Услышав отчаянный, молящий зов Аякса, Моракс стал вбиваться медленнее, но выверять каждое движение, проходясь членом по тем местам, которые заставляли Аякса закатывать глаза и сильнее, волнообразно сжиматься, будто доя член Моракса ради его семени. — Так и просишься, чтобы тебя размножили. — Моракс слизал влагу с чужих красных щек и громко чмокнул его в губы. — Такой невнятный и глупый от удовольствия, наполненный мной и моими яйцами. Стоп. Что?.. Чайлд простонал что-то неразборчивое и сглотнул слюну, чтобы начать говорить; не послышалось ли ему в бреду его начинающейся течки? — Ч-Чжун Ли, я не… Что ты говоришь такое?.. Мне… М-м-ах!.. — Член изменил угол наклона и проехался толстой выпуклостью по новым чувствительным точкам. — Яйца?.. — Да, конечно, baobei. Я ведь не человек. — Поцелуи посыпались на его веснушки как из рога изобилия. — Ты, наполненный под завязку моими детенышами. Послушно сидящий в гнезде и вынашивающий будущих Адептов, как хороший омега. — Аякс не успел отреагировать, как узел зацепился за край розовой дырки и медленно вошел, захлопываясь внутри Аякса, связывая их в первый, но далеко не последний раз. Чайлд закричал, впервые ощущая огромный узел Чжун Ли внутри себя — раньше его альфа просто кончал внутрь, не завязывая его, однако сейчас он хватает его под бедра, разводит их шире и проталкивает себя глубоко внутрь плодородного лона Аякса. Сам Чайлд громко стонет; из напряжённого члена вырывается бесцветная нить и размазывается между их животов. Он мелко дрожит, широко раскрыв глаза; нижняя губа дернулась, как если бы он хотел еще раз всхлипнуть, но вместо этого снова застонал. Руки крепко сжались на спине Моракса и не хотели отпускать его от себя. Совершенно уставший после оргазма, Аякс ощущает, как внутри него разливается теплая сперма, а острый ряд зубов прокалывает шею. Аякс чувствует, как сильные руки обнимают его, а после скользят вниз и хватают за бедра. Внезапно Моракс поднимает таз Аякса выше, вынуждая расположить длинные ноги на широких плечах, пока сам он привстает над лежащим омегой, опираясь на колени. Чжун Ли протолкнулся в Аякса по самое основание, явно наслаждаясь уютным теплом и изливая свое семя так глубоко, как только мог, прежде чем Аякс чувствует еще одну выпуклость, прижимающуюся к ободу. — Моракс… — задушенно прошептал Чайлд и зажмурился от удовольствия. — Все в… Хорошо… — Он аккуратно, медленно покачивал бедрами, пока Аякс чувствовал, как выпуклость скользит все дальше и глубже в него. — Чжун Ли?.. — Аякс жмурился, смаргивая новую порцию слез. — Яйца, — коротко ответил он и прикрыл сверкающие золотом глаза. — Я… — Аякс подавился стоном, когда выпуклость ещё шире раздвинула его дырочку и проникла внутрь. — Яйца?.. — Его взгляд гулял по Мораксу, нависшему над ним. Поблескивающий на напряженных мышцах пот, часто поднимающаяся в дыхании мощная грудь, распущенные длинные волосы, разметавшиеся по плечам и затуманенный взгляд, буквально пожирающий его. — Ты будешь замечательной… Матерью. — После особенно мощного толчка Чайлд вскрикнул, как только почувствовал, как яйцо покинуло Моракса и легло в объятия его раскрывшего лона. По ощущениям оно было совсем небольшое, однако мягкое и горячее. Но после этого Чжун Ли не остановился; Чайлд тут же почувствовал еще одну выпуклость, прижимающуюся ко входу. Блять! Его глаза закатились. Яйцо медленно, но верно скользило внутри него, надавливая на чувствительные точки, оглаживая мягкие трепещущие стенки. Аякс выгнулся дугой, когда кончил еще раз, разбрызгивая прозрачную сперму на свой живот. — Моракс! — вскрикнул Аякс и тут же расслабился, будто все кости разом исчезли из его тела. — С… Сколько?.. — Не… Не знаю, Аякс. — Чжун Ли тяжело дышал, кожа на его щеках покраснела, а член внутри него пульсировал в такт сердцебиению альфы. — Обычно около… Кха… — Аякс застонал вместе с ним, когда второе яйцо внутри него присоединилось к первому; кончик члена проталкивал его еще глубже в Аякса, тем самым вынуждая его судорожно сжимать пальцы ног и сжиматься на члене. — За весь период кладки около пятнадцати яиц, однако я… Долго сдерживал свои инстинкты. Скорее всего будет больше… Аяксу не оставалось ничего, кроме как принимать все, что давал ему Архонт.

* * *

Мадам Пин хмурилась. — Господин Чжун Ли… — Старая женщина покачала головой, не находя слов. — Ты… Ты уверен?.. Чжун Ли, рассматривая золотой бутылек между изящных пальцев, кивнул. Легкая морщинка пролегает меж его бровей, тонкие губы сжаты, а на дне кор-ляписовых глаз переливается что-то темное и непонятное. — Ты сам прекрасно знаешь, что изменение вторичного пола — ужасный стресс для организма. — Она замолчала на мгновение. — А перевоплощение в Адепта, по сути, это изменение самой сущности человека. Это может сломать его. Не физически, так морально. — Мадам Пин. — Чжун Ли сдвинул брови. — Не сомневайтесь, что я обо всем позабочусь. Мой избранник силен и непременно будет в полном порядке. Мое почтение. — Звук удаляющихся шагов заставил пожилую женщину нахмуриться: — Это преступление против самой человеческой сущности… — пробормотала она, отворачиваясь. — Да поможет ему Селестия пережить этот грех.

* * *

Сколько уже все это длится?.. Аякс не помнит. Он знает лишь острые зубы на своей коже, нежные поцелуи по всему телу, вкус горячего желания на языке и постоянное ощущение семени внутри него. Жадные прикосновения, движения и жаркий шепот: «Мой дорогой Аякс», «Мое сокровище», «Дорогой» и «baobei». А еще груз, полностью наполняющий его. Живот опух, вмещая в себя множество небольших, пока еще мягких яиц. Моракс наполнял его ими постепенно: когда завязывал узел, помещал в него всего около пяти. Но это продолжалось не один, и не два раза… Чайлд тихо лежал, прижавшись к драконьей форме Чжун Ли — тот решил ненадолго принять иной облик; намного меньший, чем экзувия, однако достаточный для того, чтобы окружить все его тело. Мурчание дракона, который обвился вокруг него и ворковал, проходилось теплом словно до самых костей и вынуждало счастливо жмуриться и пытаться… Мурлыкать?.. В ответ. Вылизывание его всего, кажется, входило в ежедневную процедуру личных дел Чжун Ли — розовый шершавый язык приятно щекотал кожу, а когда касался чувствительных и нежных мест, Аякс выстанывал что-то неопределённое. Он чувствовал себя абсолютно насытившимся. Довольным, полностью удовлетворённым, когда член с неровностями снова вырезал внутри Аякса для себя место и заполнял новой порцией спермы и яиц. — Чжун Ли… — Тихо произнес Аякс. У него болело горло, поэтому он старался не перенапрягать связки. — Что нам делать с этим огромным количеством детей?.. Как мы сможем их воспитать?.. Пару секунд дракон молчал, прежде чем залиться смехом — ну, насколько позволяла форма дракона это сделать. «Милый, нам не придётся воспитывать все эти яйца… — голос Моракса звучал в его голове, пока теплая морда ткнулась в его шею. — Не знаю, огорчит тебя или обрадует эта информация, но обычно оплодотворенными оказываются совсем мало яиц. В обычной кладке вылупляются примерно от трех до пяти. Остальные, неоплодотворенные, служат как питательные вещества для выживших детёнышей. Однако, не знаю, сколько будет у нас. Могу лишь предположить. — Сколько? — Я бы сказал что где-то восемь. Но точное количество мы узнаем, лишь когда они появятся на свет. — Дракон прикрыл глаза и потерся о Чайлда, счастливо мурлыча и крепче сжимая их хвосты.

* * *

Аякс первые месяцы после «рождения» их детей совершенно не мог их покинуть. Единственное, когда он мог заставить себя это сделать — сбегать в уборную, а потом бегом мчал назад; сдвигал своего мужа в сторону от совершенно милых и беззащитных на вид яиц. Семь совершенно замечательных яиц умещались на его ладонях, были немного крупнее куриных и, несмотря на видимую хрупкость, являлись чертовски жёсткими. Каждое из них было либо темно-коричневым с золотыми расплывчатыми узорами, либо лазурными — Аякс узнавал в них стихии своего мужа и свою. Но одно из них было ярко алым, другое — зеленым, а третье фиолетовым. — Чжун Ли! Что это? Почему такие странные цвета? — Аякс аккуратно огладил скорлупку пальцем. — Все из-за стихии, к которой они будут принадлежать, милый. Как видишь, двое коричневые и голубые — соответственно, гидро и гео, доставшиеся им от нас. — На фоне широких рук Моракса они казались еще меньше и беззащитнее, укутанные в одеяла и подушки. — И взгляни на оставшиеся три: красный — пиро, зеленый — дендро и фиолетовый — электро. — Странно. — Аякс прижал губы и теснее обнял Чжун Ли, который прижался к нему в ответ. — Это совершенно нормально, — успокоил Архонт. — Ты, наверное, не знаешь, но Янь Фей, которая является полуадептом, получила силу пиро, несмотря на то, что ее отец владел электро. Но главное — яйца были горячими как печка, однако Аякс все равно предпочитал лежать на них, мурлыча от чувства безопасности и теплоты их гнезда. Моракс увы… Иногда нес определенный ущерб. Инстинкты Аякса разыгрались в полную силу; иногда, даже против воли, он мог укусить Чжун Ли, который слишком сильно прижимался к их яйцам, и по мнению драконьей натуры Чайлда, мог навредить им или задавить (Вопрос «как?» оставался открытым, так как яйца становились крепче с каждым днем). Но Чжун Ли совершенно не обижался, напротив — открывал горло, доказывая собственную лояльность и преданность своей паре, которая стала слишком защитной. Кстати, не только по отношению к их детям, но и самому Мораксу. Пока Чайлд все свое время проводил уже не в пещере, а чайнике, любовно заботясь об их детенышах, Чжун Ли начал ненадолго покидать их, иногда возвращаясь в гавань Ли Юэ. Аякс с очень большим усердием отпускал его на несколько часов, а пока его мужа не было, не отходил от яиц, обняв и окружив их своим телом. При возвращении Архонта Аякс всегда горячо приветствовал его и с презрением обнюхивал — незнакомые запахи на его паре сильно раздражали, и Аякс терся о него, словно кошка, смывая чужие и нанося свой запах. — Почему они такие маленькие? — Аякс не мог успокоиться: неужели, когда они вылупятся, то будут крохотными детьми размером с цыпленка? — Слишком уж миниатюрные. Как из них вырастут… Люди? — Не совсем люди. — Моракс улыбался. — Они сперва будут очень маленькими драконами, или, если тебе будет удобнее, ящерками. После этого они станут очень много питаться, пока не дорастут до размера обычных младенцев. Лишь тогда они смогут пытаться обращаться в людей, — но далеко не сразу. — Моракс целует его в лоб. — Ты не представляешь, как я хочу увидеть их, любовь моя. Я столько ждал… — Я люблю тебя, Чжун Ли. — Аякс смеётся и чмокает его в ответ. Веснушки улыбаются на его лице, а глаза сверкают на солнечном свете. В них теперь отражаются блики.