It's so delicious..

Пэйринг и персонажи: Панталоне/Тарталья, Оригинальные ОС Жанры: AU, Hurt/Comfort, Омегаверс Предупреждения: Underage, Кинки/Фетиши, ООС, Отклонения от канона Кинки (18+): Sugar daddy, Кинк на слезы Отношения: Неравные отношения, Вынужденные отношения Другие метки: Богачи, Элементы ангста, Элементы дарка Статус: в процессе Описание: Аякс не думал, что так получится. Он просто не смотрел куда бежал, вот и врезался в этого мужчину. Точнее, упал ему под ноги. Высокий, красивый человек в богатых одеждах выглядел черным пятном посреди заснеженного леса. Он поднял брови, увидев Аякса у своих ног, а после улыбнулся так сладко и ласково, но в глазах горел опасный, жадный огонек.

* * *

Снег задорно хрустел под ногами, когда Аякс шел в слишком больших, — отцовских, валенках по лесу. Он то и дело проваливался в сугробы, но упрямо продолжал идти вперед; рука, одетая в варежку, сжимала веревку от санок, которые он вёз вслед за собой. Мальчик медленно петлял мимо деревьев, которые скрючились от холода в эту морозную погоду и провожали его, широко растопырив свои пальцы-ветки над его головой. Перед Аяксом стояла ответственная задача: ему надо было проверить все заячьи капканы, которые он оставлял намедне. Сейчас было бы кстати всякое животное, угодившее в ловушку: где-то год назад их отец заболел, а в последнее время стал чувствовать себя хуже прежнего — лекарства практически не помогали, а на другие у них попросту не было денег. В зимнюю пору отец рубил дрова, охотился, но чаще занимался рыбалкой: перед глазами тут же возникла картина темно-синей, практически черной воды в круглой лунке на белой корке льда. Поэтому Аякс потрепал младшего брата по голове, обнял Тоню и, пообещав маме вернуться не позднее восьми, отправился в лес проверять «улов». Если ему повезет, то сегодняшний ужин будет сытным и… Аякс задумался, всматриваясь в серое суровое небо; он буквально почувствовал во рту вкус горячего жаркого и сдержался от того, чтобы облизнуть губы — мать всегда ругалась на него из-за этой привычки. Вместо этого он почесал нос от холода, щиплющего даже красные щеки. Ужин в принципе будет. По правде говоря, они не были особо богаты, а болезнь отца еще сильнее ударила по их семье. И Аякс, хоть и являлся омегой, (но в первую очередь он был мужчиной, к тому же самым старшим в их семье), отправился в лес. Несмотря на все препятствия, он упрямо шел вперед, продираясь сквозь голые ветви кустарников и низенькие деревья. Он проверил большую часть капканов, однако везде его ждало одно разочарование; санки за спиной ощущались предательски лёгкими, подтверждая его никакущие успехи. Осталось проверить лишь еще несколько, а если уж и там ничего не сыщется, Аяксу придется возвращаться ни с чем. От таких мыслей он расстраивается еще больше, понимая, что сегодня их ужин будет еще скуднее. Бродя в своих мыслях, он дошел до последнего капкана, который… Он поймал зайца!.. Аякс ярко улыбнулся и едва не засмеялся, но тут же сжал губы в тонкую полоску, — из-за резкой улыбки на морозе у него заболело лицо, особенно губы заискрились внезапной болью. Они сегодня вкусно и сытно поужинают! Заяц, почуявший чужое присутствие, начал сильно дрожать. Раскосые глаза стали еще круглее, когда Аякс появился в его поле зрения. Животное попыталось удрать, однако замерло от боли; покров снега под ним был испачкан в крови от раненой лапы. — Прости, заец… — Аякс с сожалением прижал губы, снимая перчатки, и достал из-за пазухи мешок. — Но нам совсем нечего есть. — В руках у мальчика сверкнуло лезвие ножа. Будто почуяв свою скорую смерть, заяц сделал еще несколько рывков в попытке сбежать, но тщетно — капкан крепко держал длинную лапу. Аякс приблизился к зверю, пока он дёргался сильнее. — Да чего же ты так себе вредишь? Я сейчас быстро все сделаю, ты даже ничего не почувствуешь! — Парень почти достал до животного, но внезапно тот выскользнул из его рук и, хромая, пустился наутек; дорожка кровавых следов следовала за ним. Чертов старый капкан! — Что?! — Аякс не мог допустить, чтобы их ужин вот так ускакал, поэтому бросив санки здесь же, он бегом кинулся за животным, не заботясь ни о чем боле. Аякс бежал что было сил, но сугробы, острые ветки кустов и стволы деревьев мешали; препятствий на пути становилось все меньше и меньше, заяц терял все больше сил и теперь был виден хотя бы в виде резких скачков туда сюда. Аякс не может его упустить! Мальчишка выскочил из леса на тропу и в удивлении оглянулся вокруг: он даже не заметил, что забежал так далеко, не знал, на какую тропу попал и где находился — хотя в этом лесу он бывал минимум пару раз в неделю. Кажется, они все-таки в чаще леса. Зайца нигде не видно, да и следы от его раны на снегу потихоньку редели. Вдруг Аякс заметил мельтешение слева метрах в двадцати от себя; что-то прыгнуло около массивной ели, за которую поворотом уходила протоптанная снежная тропа. Неурядица какая-то: и давно здесь успели проложить тропу?.. Парень тут же бросился туда, подтверждая догадки о сбежавшем зайце. Он ускорился и побежал со всех ног, когда увидел ещё один прыжок и скрывающийся хвост зайца за стволом дерева. Холодный воздух обжигал лёгкие, сердце стучало в ушах, когда Аякс резко обогнул дерево, повернул по тропе и… Врезался во что-то. Он тут же упал на зад, больно зашиб поясницу и развалился на тропе, сцепив зубы и отчаянно жмурясь от головокружения. Когда противная боль из тела немного улеглась и больше не показывала уродливой головы, Аякс, проморгавшись, открыл глаза. Он увидел мужчину, нависшего над ним — кажется, именно в его твердую грудь он врезался. Мужчина был страшно высок, а с полулежащей позиции Аякса он словно упирался плечами в само небо. На нем были надеты дорогие одежды, которые Аякс мог изредка заметить у богатых людей, когда выходил в город с отцом; но даже те наряды не могли сравниться с тем, что было на этом мужчине. Одна только белоснежная ткань выглядела дороже всего Аякса в несколько раз, не говоря уже о прекрасном пошиве, о роскошном черном мехе на капюшоне и драгоценных вставках на горловине его одежд — будто драгоценные глаза филина из золотых глазниц смотрят на него. Взгляд Аякса переместился выше, на лицо этого человека. Что ж. Он красив. Даже не так. Очень, очень красив, — все знакомые ему девицы искусали бы все локти, если бы увидели его изящество, даже Машка, считающаяся первой красавицей на деревне. Бледная, холеная кожа с легким румянцем на щеках без следа щетины, но самое главное глаза. Радужка отливала глубоким оттенком фиолетового, а внимательный взгляд словно прошибал Аякса насквозь; хоть с легким оттенком недоумения, но огромного, пожирающего интереса, скрывающегося под бликами очков-половинок на его переносице. В недоумении уставившись на него в ответ, Аякс по привычке потянулся поправить шапку, но ладонь вместо этого скользнула в копну рыжих волос. С удивлением он перевел взгляд на свою руку: кажется, Аякс потерял не только зайца из виду, но и ушанку с головы, пока за ним гнался. Богатый мужчина усмехнулся; крылья его носа затрепетали, когда он вдыхал морозный воздух, все ещё нависая над мальчишкой. — Что такое сокровище как ты, забыло в этом Архонтами позабытом месте? — Спокойный, ровный голос незнакомца вывел Аякса из ступора. Он захлопал глазами и увидел ладонь, приглашающе протянутую незнакомцем. Длинные изящные пальцы в черных перчатках украшали несколько перстней с фиолетовыми камнями. Аякс не решился подавать руку, отодвинулся от незнакомого мужчины подальше, чтобы тот больше не мог нависать над ним, и тут же поднялся; от мужчины как-то странно пахло. Приятный запах, но с какой-то непонятной ноткой, которая велела Аяксу быть осторожным с этим человеком. Парень коротко огляделся: погоня за зайцем вывела его на небольшую заснеженную полянку. Он стоял в середине неширокой тропы; за спиной богача чуть дальше он увидел черную карету. — Я… Я просто гнался за зайцем. — Аякс пожевал нижнюю губу, но тут же прекратил; взгляд мужчины проследил за этим движением, а потом вернулся к глазам Аякса. — Ты про эту зверушку? — Мужчина кивнул в сторону; в паре метров от него стоял еще один человек в черном и держал в руках мертвого зайца. Аякс со страхом оглядел мужчину: строгие, черно-серые тона одежды, маска, скрывающая глаза, сжатые в сухую полоску губы. Мальчишка оглянулся вокруг: подобных людей было несколько. Двое стояли около кареты, и еще двое в нескольких метрах позади Аякса — он со страхом обернулся на них, впервые заметив. Мальчик не мог прочитать выражения их лиц, а темное безразличие их холодных масок ему не нравилось. — Д-да, я поймал его в капкан, но он вырвался. — Незнакомец все еще улыбался, глядя на него, и кивнул тому, кто держал зайца: — Заверни во что-нибудь. — Тот молча подошёл к карете и достал что-то из заднего отсека; как оказалось, черный мешок, и положил туда тушку зайца. После чего приблизился к Аяксу и вложил суму в руки мальчика. Аякс растерянно посмотрел на зайца в мешке, подмечая, что убийство произошло мгновенно — точные, буквально ювелирные удары едва виднелись на сухожилиях лап, а еще один на шее. Эти люди убили зайца за несколько секунд пока он бежал сюда и заворачивал за угол? Аякс снова уставился на богатого мужчину, а после его взгляд зацепился за карету позади: черная, красивая, тонко выдержанная в украшениях — хоть экипаж выглядел очень роскошно, однако притягивал взгляд простотой. Великолепные вороные скакуны нетерпеливо постукивали копытами по протоптанному снегу и тихо фыркали, пуская пар. Роскошная грива убрана в хитрые косички, а черные начищенные бока сверкали в холодном зимнем свете. Аякс снова посмотрел на красивого мужчину и невольно вздрогнул; тот все это время неотрывно смотрел прямо на него. — С-спасибо. Я… Пойду. — Аякс захотел поскорее сбежать отсюда домой, в объятия своей семьи и тепла. — Постой минутку. — Мужчина повернул голову. — Как тебя зовут? — Аякс. — Мальчишка прижал губы от неудобства и только из вежливости поинтересовался в ответ: — А вас? — Можешь звать меня Панталоне, Аякс, — произнося его имя, Панталоне едва не замурлыкал, прищуривая взгляд точно лиса и улыбаясь. Парень нахмурился — этот мужчина явно альфа. Матушка всегда велела ему быть осторожным с незнакомцами, а особенно с альфами. С такими как этот богач. — Хорошо, господин Панталоне, — согласно кивнул Аякс, хоть и отлично понимал, что это их последняя встреча — чужое имя отнюдь не пригодится в будущем. — Сколько тебе лет? — Мужчина наклонил голову вбок. Аяксу не нравилось, что этот человек так им интересовался. — Мне семнадцать. — Панталоне утвердительно хмыкнул, кажется, оставшись довольным. Аякс вздернул подбородок и нахмурился. — Я пойду. — Куда же ты столь сильно спешишь, сокровище? — Панталоне взглянул на него из-под ресниц; острый блик в его глазах насторожил Аякса. — Моя семья будет беспокоиться обо мне. — Аякс сжал мешок с зайцем в руках. — Меня ждут. И здесь холодно. — Он снова пожевал губу. — В том-то и дело. Ты не можешь уйти в таком виде, особенно когда тебе холодно. — Мужчина кивнул на его старую охотничью куртку, забрызганную кровью. — Что подумают твои родители? — Панталоне снова сладко улыбнулся и снял черные перчатки, обнажив ладони, и на секунду Аякс обомлел. Он никогда не видел таких ровных, нежных пальцев, не запятнанных тяжелым физическим трудом, и ровной белоснежной кожи; он готов поспорить, любая аристократичная девица позавидовала бы таким прекрасным рукам. В следующее мгновение он вспомнил про свои ладони: мозоли, небрежные шрамы, а кое-где и сухое отшелушивание из-за сильных морозов. Пока Аякс размышлял, Панталоне потянулся к пуговицам своей одежды. Мальчишка поднял брови и приоткрыл рот, когда тот снял с себя белое пальто и быстро набросил его Аяксу на плечи. — Не надо… — Мальчик было начал отходить назад, но мужчина уже взял его за плечо и приложил палец к своим губам. Богач остался стоять на морозе в черной водолазке с драгоценными вставками, которая только лучше дала Аяксу разглядеть широкие плечи, узкую талию и поджарые сухие мышцы — несмотря на холёные ручки, этот мужчина явно силен в физическом плане. Владеет ли он глазом Бога? — Оставь себе. — Панталоне застегнул пару верхних пуговиц у горла; Аяксу забился в нос чужой, незнакомый запах альфы: что-то странное, но приятное и душистое, словно аромат чёрного чая с шиповником, который заваривал их отец на рыбалку. — Я настаиваю. Может быть, тебя проводить, Аякс? — Панталоне повернул голову, выглядя в этот момент совершенно не угрожающим. — Ты доберешься? Кажется, ты говорил, что случайно сюда вышел. — Нет, спасибо. Я… Дойду сам. Спасибо… — Он вцепился одной ладонью в теплое пальто; только сейчас парень осознал, как в самом деле ему было холодно, а сейчас благодаря этому странному мужчине в его тело возвращалось желанное, уютное тепло. — Уверен? — Богач поднял бровь. — Да. — Аякс не мог допустить, чтобы этот человек узнал, где он живет; не мог дать ему увидеть их дом, видеть его семью — он не доверял ему. — Что ж, тогда не смею боле задерживать. Ступай, Аякс. Не заблудись. — Панталоне смахнул невидимую пылинку с плеча мальчишки и, будто на прощание, нежно провел большим пальцем по его щеке. Аякс кивнул и, развернувшись, пошел туда, откуда он пришел. Отойдя на достаточное расстояние и убедившись, что он скрылся с зоны видимости странного альфы, Аякс бросился бежать по своим же следам, хоть это и было сложно делать из-за объемной и тяжелой шубы на его плечах. — Проследить за ним. — Как только мальчик ушел на достаточное расстояние, любезная маска Панталоне сошла с его лица, а выражение сменилось на холодное и хищное. — Предоставить отчет о мальчишке сегодня вечером. Хочу знать о нем все. Мужчины в масках кивнули; один из них без лишних слов тут же последовал по следам Аякса, скрывшись среди деревьев. Аякс с облегчением выдохнул, завидев окна своего дома, освещённые теплым светом огня и свечей. Пока выходил из леса, мальчишка постоянно оглядывался: ему казалось, что за ним следят. Но только он поворачивал голову назад, убеждался, что позади него нет ни души. Он сперва хотел броситься к дому, но тут же встал как вкопанный: как объяснить родителям наличие у него дорогущей шубы? А что, может просто сказать им: «Я встретил странного человека, который дал мне это жутко дорогое пальто». Он пожевал нижнюю губу и с некоторым сожалением снял шубу. Тут же вернулся холод, и Аякс поёжился; она все еще хранила приятное тепло и запах этого мужчины. Парень рассматривал пальто и невольно наслаждался прикосновениями к мягкой ткани, любовался красивыми переливами драгоценностей. — Но ведь этот богач сказал, что я могу оставить шубу у себя… Значит, мы можем продать ее. — Аякс с долей сожаления огладил ткань. — Значит, я могу отдать это матери. Мы сможем купить лекарства отцу. — Он напоследок огладил взглядом сверкающие камни. Аякс тяжело вздохнул и направился в дом, не замечая тени, скользящей между деревьев у него за спиной.

***

Живот был приятно наполнен запеченным мясом с картофелем — матушка приготовила часть на сегодняшний вечер, а другую отложила на завтра. Отец радостно похвалил его, мама не переставала улыбаться, кидая на него короткие взгляды между готовкой. Тоня с Тюсером крутились под ногами и добавляли дополнительной суматохи, но Аякс только улыбался; единственное, что омрачало его радость, так это то злосчастное пальто, припрятанное в дровнике рядом с кухней. После сытного ужина младшие пожелали взрослым спокойной ночи и завалились спать. Аякс остался за столом, и пока родители разговаривали о чем-то, иногда перешучиваясь, он не мог собраться с мыслями, сцепив руки на коленках, и выдирал себе заусенцы. — Мам, пап… Мне нужно кое-что вам показать. Родители прекратили разговор и с интересом обратили на него свои взгляды, кажется, впервые замечая напряженную спину, сжатые в полоску губы и плавающий по комнате взгляд. — Что-то случилось, Аякс? — Мама склонила голову и нахмурилась в беспокойстве. — Сейчас я… Сейчас я принесу… Кое-что. — Парень вышел из-за стола и, отодвинув с противным скрипом стул, прошел к выходу из дома. Он открыл дверь: резкий морозный поток воздуха обдул его фигуру, прежде чем он вышел. Через минуту он стоял у порога и боялся зайти, держа в руках тяжелое пальто сверкающее в тусклых лучах луны. Когда он наконец вошел, родители все еще сидели за столом в напряженном ожидании. Матушка подняла брови, увидев в его руках чужую одежду: — Что это, Аякс? — Мальчишка подошел ближе к родителям и водрузил шубу на стол. Самоцветы на ней заиграли новыми красками под ярким светом расставленных по комнате свечей и ламп, и будто издевательски подмигивали. Родители в недоумении разглядывали странную вещь. — Это… Что?.. — Отец нахмурился и потянулся к вещи. Он распахнул пальто и нахмурился, почуяв чужой запах альфы, исходящий от одежды. — Откуда у тебя это?.. Аякс неторопливо рассказал свою историю, то и дело кусая губы и ковыряя носком домашнего тапка щель в деревянном полу. Она в этот момент казалась ему намного интереснее, чем шокированные лица собственных родителей. — Но мы… Мы можем его продать! — В конце рассказа он поднял лицо с надеждой, глядя в лицо матери и отца. Но они совершенно не были воодушевлены, наоборот — мрачность залегла в их морщинах, начинающих пускать корни в уголках глаз и в тех местах лиц, где они изгибались во время улыбок. — Повтори, Аякс. Он сам тебе его отдал? — поинтересовался отец, хмуря темные брови. Обычно он говорит с ним таким тоном, если Аякс где-то сильно накосячил — до той степени, что матушка решала не ругать его самостоятельно, а рассказать отцу и передать разбираться с Аяксом ему. Но сейчас мальчишка не знал, как выкрутиться из этой ситуации — да и в целом, по его мнению, никакой вины на нем не лежало. — Да, он сам! Я вышел на поляну за зайцем, врезался в этого богача. И он давай меня расспрашивать!.. — Аякс поежился. — О чем же? — Отец напряг плечи. Его фигура стала еще более угловатой и неловкой на фоне бревенчатой стены. — Спросил мое имя, сколько мне лет. Но больше я ему ничего не сказал! — Аякс опустил голову. — Он предлагал меня проводить, но я отказался. А еще я всю дорогу проверял — за мной не было слежки. Наверное… — Последнее мальчик тихо пробормотал себе под нос. — Кошмар… — Его мать закрыла лицо руками. — Он ведь альфа? — Спросила его мать, будто не ощущала запах от пальто (или не хотела верить). — Да… — совсем тихо ответил Аякс и прижал губы, отворачивая лицо в сторону; несмотря на это, на краю зрения постоянно маячило пальто — как злая насмешка, напоминание о сегодняшней встрече. Он в миг ощутил себя полным болваном. — Столь дорогую вещь не дарят обычным прохожим, Аякс. — Мать буквально прочитала его мысли. В свете свечей ее рыжие волосы горели как яркое пламя. Но взгляд ее жалостив и печален — Аякс ненавидел себя за то, что был тому причиной. — Ты ему понравился, это очевидно. Отец кашлянул, то ли из-за болезни, то ли привлекая внимание, и посмотрел на Аякса. — Ладно. Мы уже ничего не исправим и время вспять не повернем, пальто уже в нашем доме. — Тон, пропитанный серьезностью и мрачностью вводил Аякса в еще большую настороженность. — Если за тобой и правда не было слежки, то все нормально. Просто сейчас спрячем эту шубу, чтобы никто не видел. Или если кто-то объявит о пропаже пальто — мало ли, вдруг богач решит вернуть его таким образом, — то просто вернем его. Или, через некоторое время мы вместе решим, что дальше делать с этой вещью. — Аякс кивнул, а мать потянулась к пальто, чтобы сложить его, но через секунду вскрикнула, отпрянув от шубы как от огня. — Царица, помилуй!.. — в шоке произнесла его мать, схватившись за сердце. — Коля, это… — Что такое?.. — Отец подошел ближе к жене, положив руку ей на плечо в успокаивающем жесте. — Что случилось? Она молча указала пальцем на одну из брошей приколотую к пальто. — Предвестник… — шепотом произнес отец, чуть сжимая мозолистые пальцы на хрупком плече. — Предвестник?.. — Аякс шокировано посмотрел на брошь, указанную матерью. Он никогда не видел Фатуи — их деревня слишком далека от столицы, чтобы они тут появлялись. Парень даже не знал, как обозначается эта организация — только теперь заметил примечательную символику, похожую на какой-то цветок состоящий из четырех лепестков. — Коля, что нам делать?.. — задушено произнесла женщина. — Аякс, он же… — Как его звали?! Аякс, имя! — потребовал отец через секунду, резко обернувшись на него. Аякс вздрогнул и попятился: он никогда не видел отца в таком состоянии. Как зверь, загнанный в клетку, которому уже нечего терять. Сжав кулак и смяв одежду на груди, он судорожно вспоминал. Имя все-таки пригодилось. — Панталоне, — просипел мальчик. На глаза уже непроизвольно наворачивались слезы, пока родители потрясенно молчали. — Аякс… — Отец зажмурил глаза, приложил ладонь ко лбу в глубоком вдохе. — Иди в постель. Уже слишком поздно… Аякс безропотно вышел из комнаты и буквально побежал по лестнице на второй этаж в спальную комнату. Он забежал внутрь, про себя вознося молитвы Царице, чтобы Тюсер и Тоня спали и не увидели его слез. — Яксик! — Его молитвы, видимо, не успели дойти до Царицы. — Что случилось?! — Тоня подбежала к нему и обняла, с искренним беспокойством заглядывая в глаза. — Из-за чего ты так плачешь? Неужто отец наругал за что-то? — Мальчишка покачал головой, не в силах ответить. — Что произошло? — Тюсер выглядел так, словно сейчас тоже заплачет с Аяксом на пару. Он стоял в пижаме около своей прикроватной тумбочки; на ней тускло горела лампа, прогоняя тени к углам комнаты. — Ни-ничего… Я просто… Не могу объяснить. Я сегодня встретил нехорошего человека. — Это он тебя обидел? — Тюсер нахмурился и подобрался; даже слезливый блеск из глаз исчез, заменившись огоньком злости. — Только скажи, кто это, мы мигом ему глаз на жопу натянем! — Аякс вытаращил глаза, в шоке уставившись на младшего брата, и через секунду рассмеялся от всей души: — Что, прости? Ха-ха!.. — Аякс не мог успокоить смех — порой он перерастал в истерический. — Ты… Ты что?.. Ты откуда такого понабрался? — Петя с соседнего двора научил. — Тюсер гордо улыбнулся. — Он говорит его родители иногда так ругаются на плохих людей. — Ты лучше поменьше с Петей болтай… — Аякс утер слезы, пролившиеся из-за смеха. — Ладно, давайте спать. Все в порядке. Он уложил Тоню и Тюсера в постель, а сам не мог сомкнуть глаз, укутавшись в пуховое одеяло. Аякс тихонько вышел из комнаты, аккуратно прикрыл дверь и подкрался к кухне. Там все еще горел свет. — …Панталоне, определенно, не худший из Предвестников. Таня, чего только стоит Дотторе? — возмущенно произнес отец. — Если бы Аякс повстречался на его пути, мне страшно представить, что могло произойти! — Мальчишка услышал маменькин вздох. — Панталоне сделал много для Снежной — наша страна стала второй по товарообороту после Ли Юэ, значительно вырос импорт и экспорт, увеличился приток денежных средств, экономика наконец выбралась из застоя. — Аякс не понимал половины слов, но впитывал каждое. — Днако ж и сам Панталоне не святой. Избалованный, жадный, наглый и эгоистичный — вот что я слышу о нем, когда выбираюсь в город. — Если интерес, который он проявил к Аяксу, является не насмешкой над нашим финансовым положением, а настоящим, то этот интерес временный. — Он услышал тихий голос мамы. — Конечно. Ты полностью права. Ты же знаешь замашки богатых людей. Они уже всё испробовали, роскошь уже приелась их натуре. Им хочется чего-то нового, Аякс стал этим «новым». Как только Панталоне наиграется с ним, и Аякс ему надоест, тот выбросит его, будто сломанную игрушку. Я не могу допустить этого по отношению к сыну!.. — Аякс вздрогнул от удара кулака о стол. — Я должен защитить всех вас и Аякса в особенности! Ему даже нет восемнадцати! В конце концов, он омега. Поэтому, срочно переезжаем. — Аякс зажал себе рот. — Коля, мы не можем! Мы не справимся! Зима сейчас особенно сурова, да и твое здоровье надо беречь! Вот выздоровеешь и мы сразу будем готовиться к переезду… — Отец молчал, но парень знал, что папа категорически не согласен. — Коля, у нас не хватит денег… — Аякс буквально увидел как матушка покачала головой и прикрыла лицо тонкой ладошкой. — Прошу, Коля… Давай тогда отправим Аякса к дальним родственникам. Ты говорил, твой дед живет в другом конце Снежной. Пусть завтра он отправится в путь. А заявятся подчиненные Панталоне — пустим их по ложному следу. Аякс за это время уедет еще дальше. — Мы зря с тобой сейчас спорим… — Отец отодвинул стул и грузно сел на него. Отчаяние сквозило в его голосе, наполняя комнату атмосферой безнадежности. — Фатуи сейчас везде. Куда бы он ни поехал, его найдут. Нам с тобой остается лишь писать прошение самой Царице, если Панталоне постучится в наши двери в поисках Аякса. Вопрос только в том, дойдет ли оно до нее… Аякс на цыпочках ушел в свою комнату. За ночь он не смог сомкнуть глаз, размышляя. Не может такого быть, чтобы столь элегантному и красивому мужчине приглянулся Аякс — такой неказистый, с грубыми от работы ладонями, носом с горбинкой, рыжими торчащими волосами и тусклыми веснушками, усеивающими все его лицо. В старой отцовской куртке обрызганной кровью, в грузных поношенных валенках с толстой подошвой — тоже отцовские. В нем невозможно было разглядеть омегу под курткой, шерстяной шалью матери и запахом его альфы-отца от ткани. А если это действительно так, то все пойдет по сценарию, который озвучил отец — он поиграется и бросит Аякса. Поэтому даже думать об этом богатом мужчине нельзя: они предназначены для элегантных, нежных, аристократичных омег. Именно их такие люди как Панталоне потом поведут под венец. А такие, как Аякс, остаются в старых умирающих деревнях, с воспоминаниями о красивых, изящных глазах и времени, которое они провели вместе. В конце-концов, Аякс не Золушка, а Панталоне точно не принц, вытаскивающий из невзгод и нищеты. Верно, ведь Панталоне Предвестник. Может, сходить поспрашивать у остальных, что они могут рассказать о нем? Только не у родителей… А что вообще делал Панталоне в такой глуши? Еще и вышел из кареты. Конечно, у него была охрана — солдаты Фатуи, как уже смог догадаться Аякс. Решил с кем-то встретиться? Ну, другого варианта для раздумий у него нет. Правда вот, почему именно в лесу, посредь заснеженной тропы, а не в столице? Аякс хотел бы посетить как-нибудь Нортбург. У него есть несколько книг с фотографиями — там безумно красиво. Он бы точно хотел своими глазами увидеть Павловский собор, а еще и сам дворец Царицы! Когда-нибудь он точно туда попадет! Вот станет купцом, разбогатеет, купит хороший дом и обязательно посетит всё, что только захочет! Он снова сбился с мыслей и пожурил себя. Ему стоит сосредоточиться на том, что есть сейчас. А сейчас надо помочь семье. Может, и правда пойти устроиться на работу в местную гильдию путешественников? Ну, хоть проводником записаться. Конечно, охотчих сюда приехать немного, но они есть: по слухам в самой дальней и густой чаще леса можно найти вход в бездну. Только какому дураку придет в голову туда соваться? Аякс пожевал губы. И все-таки, несмотря на чувство опасности, которое ощущал тогда, он никогда не забудет их встречу. Будет вспоминать ее, переживая заново, и хранить, лелеять в объятиях памяти — удивительно, как такой неказистый болван как он, мог понравиться кому-то настолько красивому, как Панталоне.

*

Мужчина сидел за темным дубовым столом, одетый в черное пальто. Черные волосы отливали синим в свете лампы, расположенной в углу стола, и ярких светильников на стенах по обе стороны от него; очки в тонкой оправе на переносице бликовали; на губах теплилась легкая, едва заметная улыбка, когда глаза из-под пушистых ресниц скользили по тексту на документах. В стекле окна проглядывалось лишь отражение комнаты: звезды довольно давно заволокли очередные снежные тучи, кажущиеся одеялом на небосводе, а холодное, морозное солнце взойдет только через пять часов. Полумрак царствовал в комнате, чернота расцветала кляксами в углах комнаты, расходилась сеточкой мороза на окнах, и, кажется, сжирала комнату. — Семья Рыбаковых. Ничего необычного или сверхъестественного — занимаются рыболовством и торговлей. Трое детей. Старший — Аякс Рыбаков… — Панталоне дернул губой, раздосадованный отсутствием фотографии мальчишки. Лишь в памяти всплывали всполохи ярких рыжих волос, веснушки, напуганные голубые глаза и сжавшаяся под ним фигурка, скрытая под слоем старых тряпок. Личико симпатичное, будто у куклы, но болезненно худое. — Пол: Омега… — Он на секунду задержал дыхание и остановил взгляд на этом слове. Все так, как он и предполагал — не мог же такой прелестный мальчик быть альфой. Панталоне взглянул на свою ладонь, обтянутую перчаткой, и медленно снял ее, поигрывая пальцами. Он прикрыл глаза, вспоминая тот момент, когда смог увидеть кусочки оголенной кожи на чужой шее, изящную тонкую руку в рыжих волосах и удивленное выражение лица. Будет ли мальчишка так же удивлен, когда рука Панталоне нырнет в непослушные рыжие вихры? Внутри него медленно поднимается жар. Мальчишка был милейшим, самой настоящей прелестью — дерзкий, несмотря на страх задористый, но одновременно и такой кроткий под ним. Любой альфа удавился бы, чтобы просто взглянуть на такую омегу. Но финансовое состояние его семьи оценивается в ниже среднего — Панталоне сразу заметил это по старому тряпью, заменяющую ему куртку, но лишний раз убедился, когда Волков принес ему досье на парня. Аякс еще и кровью обляпался, — Панталоне улыбнулся. Значит, не из пугливых и не ропщущих на судьбу. Панталоне уважал такие качества в людях. Пальцы медленно, один за другим, начиная с мизинца, начали постукивать по столу. Тик-тик. Тик-тик. Тишина, кажется, застыла во всем Заполярном Дворце, однако это было не так. Многочисленные Фатуи и служащие дворца несли здесь свою службу, стараясь во благо Снежной и ее величества Царицы. Где-то далеко внизу в подвалах гудели и работали многочисленные механизмы Доктора под руководством его Сегментов; где находится оригинал, Панталоне не знал, да и не хотел знать. Возможно, в Нод-Крае?.. Скарамуш отправлен по заданию Царицы на Драконий Хребет (Пожалуй, планировка его командировок и Капитано ему нравились более всего — кукла и Первый совсем не прихотливы к наличию или отсутствию роскоши, еды, а значит, более финансово выгодны). Капитано, кажется, планировал набор новых рекрутов на службу через несколько месяцев, тоже некоторая морока организовывать множественные лагеря по всей Снежной, но это не его задача, — а иначе, за что он платит остальным работникам Нортлендского Банка? Панталоне нахмурил брови. Он опять думает о работе, хотя сел только чтобы перелистать те две единственные страницы информации об Аяксе. Никаких подводных камней, никаких именитых родственников, ничего. Среднестатистическая семья, таких как они — целые деревни и города по всей Снежной. Вот только нигде по Снежной Панталоне не видел таких ярких рыжих волос и голубых глаз, глядящих на него с опаской, настороженностью, однако и интересом. Ни на одном званом вечере и балу, где все именитые аристократы мечтают о том, чтобы выдать за него своих детей, а другие сами стараются привлечь его внимание. Статус Предвестника лишь подначивает, разговоры о том, что он богатейший человек в Тейвате после самого Гео Архонта делают его одним из самых лакомых кусков в Снежной. Иногда их попытки забавляют, иногда раздражают, но чаще просто все равно. Панталоне любит лишь богатство, и оно отвечает ему взаимностью. Так, быть может, зря он затеял эту маленькую игру с бедняком из захолустной деревеньки? К чему он вообще Панталоне? Еще и пальто отдал, — однако в тот момент ничего не казалось ему более правильного, лишь наоборот, внутренняя мрачная натура удовлетворенно оскалилась — такое с ним бывало лишь когда его планы осуществлялись в точности, как он задумал, или когда его счет снова пополнялся крупной суммой. Стук в дверь прерывает его мысли. Мужчина поднимает голову и смотрит на вход, где, практически сливаясь с темнотой, стоит Волков; только красные всполохи на костюме не дают полностью потерять его из виду. Не зря он служит Панталоне. — Нашли кое-что. — Волков, как всегда, не расшаркивается у порога на милости. — От мальчишки. Нести? — Неси, коль пришел. — Фатуи кивает и шагает к его столу; Панталоне замечает в руках темную сумку, из которой Волков достает рыжее меховое нечто и кладет на стол. В свете лампы рыжее нечто приобретает форму: угадывается головной убор, сделанный из меха лисы. — Ушанка? — Панталоне опирается скулой о кулак, рассматривая шапку. Волков кивает. — Еще указания будут? — Панталоне медленно переводит на него взгляд из-под прикрытых век, качает головой: — Ступай. Мужчина еще пару секунд разглядывает вещь, прежде чем взять в руки. Шапка как шапка — обычная, без всяких изысков, не старая и не новая. Он тянет носом и под характерным запахом животного меха может ощутить что-то приятное, но слабо уловимое. Панталоне переворачивает ее и внюхивается внутри — приятный запах сильнее, уже можно понять, что омежий. Не сладкий и не вычурный, просто приятный и комфортный. Предвестник прикрыл глаза и уткнулся в щекочущий мех. Веки начали сладко слипаться, а спокойствие накрыло его с головой. Панталоне нужно вновь увидеть Аякса. Определенно.