А вы точно смерть?

      — А где мы? — я внимательно осматривал потрясающе красивое ничего. Про «ничего» это всё же преуменьшение. Полянка обычная, каменистая, с несколькими пальмами, раскиданными вокруг.       — Секундочку, — Кощей вышел вперёд, сложил руки в виде рупора и заорал: — Здорово, туритопсис!       Эхо разнеслось вокруг, отражаясь от скал и затихая. Довольный собой некромант любовался стайкой улетающих ворон вдалеке, а я пытался вытряхнуть остатки звона из ушей. Цербер, которого Агнесс даже сюда притащила, упал и пытался закрыть лапами уши, но голов оказалось чуть больше.       — Чего ты орёшь, полудурок, не дохнущий? — воздух задрожал. — Знаешь ведь, где вход.       Сначала появилась голова, совершенно лысая, с кожей мятно-зелёного оттенка и красными глазами без зрачков. Увидев, что «полудурок» не один, он чуть смутился и отодвинул занавеску в сторону. В воздухе повисла тонкая рамка двери, хотя самой её не было.       — Николас, давно тебя здесь не было, — спрыгнул с табуретки мужичок и, отпихнув меня, потолкал алхимика внутрь. — Как жизнь, как здоровье?       — Не особо, как видишь, — Фламель кашлянул. — Может, больше и не приеду уже, Абба.       — Да как ты можешь такое говорить! Мы без твоих настоек сами все загнёмся! — запричитал мужичок.       — Не переживай, рецепты ученику оставлю.       Абба повернулся ко мне и, смерив немного скептическим взглядом, чертыхнулся.       — Из него такой же алхимик, как из меня супермодель!       Он был прав. Человечек хоть и выглядел, как ходячая тонна мышц, едва ли доставал мне до живота, а чудом державшийся на нём смокинг выглядел, в лучшем случае, неуместно.       — На, выпей потом за моё здоровье, — достал откуда-то из рукава плоскую фляжку Николя.       — Один ты меня всегда понимаешь! — сердечно поблагодарил его привратник и вернулся к своему посту на табуретке.       — Аббу призвали лет пятьсот назад, на спор. Уйти отсюда он не может, вот и стал привратником.       — Обратно его тоже не отправить? — я занял освободившееся место и толкал коляску дальше.       — Можно, но это должен сделать сам призыватель, а Абба его съел.       Пока некроманты застряли у зависшей Агнесс, я осмотрелся. Мы оказались в скромной парадной. Хоть каменные стены и украшали картины в резных и, без сомнения, древних рамах, впечатления они не производили. Освещение было естественным, только в дальних углах вспыхивали клетки с какими-то волшебными тварями.       — По дороге из зелёного кирпича! — усмехнулся Фламель, показывая взглядом на ковровую дорожку.       Пока мы шли, Николя начал рассказывать историю замка. Оказывается, это был летний домик одного из основателей клуба — Бренна. Был он так давно, что даже алхимик его не помнил. Только совсем старожилы рассказывали, что этому кельтскому умнику пришла идея пойти бить римлян в одиночку в четыреста лет отроду.       — Это средний возраст или уже пристарелый считается? — я на секунду остановился и развернулся.       В этот момент, пока Вася о чём-то разговаривала с Аббой, Кощей поднял Агнесс к клеткам, расписывая, какие это ужасные и гнусные твари. Впрочем, тянуть к ним пальцы он девочке не мешал.       — У него древний, — устало вздохнул Фламель, явно жалея об отданной фляжке. — Папа! — Васин вопль заставил вздрогнуть всех.       — Да, доча, — чуть не впечатал Агнесс в пол бессмертный и обернулся с самым невинным выражением лица.       Попрепиравшись с отцом Василисса погнала Агнесс перед собой, оставляя директора позади.       — Ещё при жизни Бренн сделал одно правило, — Николас указал на рунную табличку над дверью в длинный коридор. — Пройти без приглашения могут только те, чьё время не ограничено земным законом. По крайней мере, так мне это объяснили, когда я тут был в первый раз, — усмехнулся алхимик.       — И как? Тут испепеляющий барьер? Двери не откроются? — решила влезть раздраженная Агнесс.       — Да нет, просто не пройдёшь…       — Ай!       Прости, предупредить забыла, — Вася поймала пошатывающуюся девочку. — Всё нормально?       — Да… — Агнесс потирала ушибленный лоб. — А он тогда почему прошёл? — показала она на меня.       Я едва сдержался, чтобы не показать ей язык, но мне и самому было интересно. Я поводил рукой, но никаких преград не было. Агнесс же решила, что я её позлить пытаюсь лишний раз, и отвернулась.       — А теперь я покажу тебе маленький фокус, меня ему одна японская знакомая научила, — улыбнулся Кощей, отталкивая Васю. — Запоминай внимательно.       Некромант сложил пальцы в некое подобие клюва или заеринной морды.       — Лисье окошко, — улыбнулась Инари в моей голове. — Не думала, что он до сих пор это помнит.       Ещё пару движений спустя почти всё лицо директора закрыли руки, только один глаз смотрел будто прямо в душу. Меня даже передёрнуло немного. Агнесс со второй попытки смогла повторить его жест, и меня опять пробрало до самых костей.       — И ты всё это время молчал?! — судя по голосу, она смотрела сквозь все мои попытки скрыть хвостатость. — Погладить дай!       — Когда вернёмся, если будешь хорошо себя вести, — скорчил я рожу и покатил Фламеля дальше.       — Лучше уши, — прошептал Кощей у меня за спиной. — Уверяю, стонать будет как…       Совет Васи замолчать я уже не слушал продолжая идти, обратив внимание только на женский визг.       — Вася, помоги! — Агнесс дергалась на плече у догнавшего нас директора.       — А я что могу сделать?       — Спустить! Меня! На землю! — девочка дёрнулась ещё раз, но безуспешно.       Тем временем мы вышли в большой зал. Как и в предыдущем, стены из голого камня, немного разномастных статуй, но ничего, производящего впечатление. Почти ничего, потолок был очень высоким, как во многих залах Хогвартса, тут можно было спокойно даже полетать. Вместо свечей тут зависали в воздухе целые канделябры, хотя местами света не хватало, и виднелись обычные «люмосы», с поправкой на приколы колдующих, конечно.       — А дальше нам куда? — Фламель бегло осмотрел всю разношерстную толпу и указал в дальний угол комнаты. — Креол там.       Впрочем, там был не только Креол. Я даже почувствовал, как Инари впилась взглядом в одного низенького старичка в шубе из лисьих шкур и с двумя гейшами по бокам. Он медленно потягивал какую-то синеватую бурду из блюдца, явно полностью довольный собой.       — Хочешь извиниться за утро? — сказала Инари таким тоном, что даже если бы я не хотел, сейчас это стало бы смыслом моей жизни. — Подойди, пожалуйста, к сёгуну Уню.       — Я на минутку, — отдал я коляску Васе и, под два удивлённых взгляда, шмыгнул в толпу.       До сёгуна я долез быстро. Вблизи он выглядел ещё нелепее: гейши и так были чуть выше его, а он, оказывается, ещё и в сандалиях на высокой платформе.       — Теперь, на секунду, отойди в сторону.       Меня опять передёрнуло. Богиня с какой-то невероятной лёгкостью заняла моё тело. Пару секунд покачивалась, приходя в себя, и хлопнула старичка по плечу:       — А ведь тётя Инари всё помнит. — Я даже со второго плана почувствовал хищную улыбку, искажающую моё лицо.       Старик дёрнулся, как от призрака. Упал, не устояв на своих несуразных ходулях, и прямо на четырёх конечностях побежал к выходу.       — Доберусь я ещё до этого старика, — расплылась в улыбке богиня, занимая место зрителя.       Я поспешил назад, благо найти остальных было не сложно. От Кощея все шарахались, как от прокажённого.       — Что это было?       — Частичная трансформация. Если ты не заметил, сейчас твоя иллюзия больше похожа на смену формы. Так что тебе ничего не мешает менять глаза, зубы…       — Да я не про это. — Не хотел я признаваться, что даже сейчас не заметил. — Что с тем дедом?       — А это, — Инари говорила фальшиво равнодушным тоном. — Всего-то он ловил моих лисят и смог извлечь из них эссенцию бессмертия.       — Может, стоило сразу убить?       — Настоящая казнь — не смерть, а жизнь в страхе. Я ещё навещу его. Потом.       Тем временем я уже добрался до остальных. Кощей с его вечной дружелюбностью уровня «чтоб ты сдох, любимый» беседовал с высоким смуглым черноволосым мужчиной в красном плаще.       — Да сегодня день старых знакомств! — усмехнулась Инари, увидев его. — Я бы даже сказала, древних. Ну, посмотрим, что наше ископаемое сможет.       Уточнять я ничего не стал, всё равно сейчас стоял в первом ряду.       — И не зови меня «Шиповничек»!!!       — Я, что ли, виноват, что ты проспал пять тысяч лет в хрустальном гробу? — В каменном гробу!       — Это в корне меняет дело, — хмыкнул Кощей. — Я к тебе, собственно, с чем. Мне нужно осмотреть двух альтернативно одаренных и понять, что они с собой сделали.       — Эту? — устало вздохнул мужчина, видимо понимая, что Кощею проще отдаться, чем объяснять, почему нет.       — Эту, — согласился Кощей, наконец-то поставив натерпевшуюся Агнесс на твердую землю. — И… Ты где, йольский кот тебя дери?! И этого ленивого студента. — Он поймал меня и вытолкал вперёд. — Детки, позвольте представить вам: Креол Урский. Уникальный в своём роде архимаг-демонолог.       — И почему ленивого? Утро очень даже активное обеспечил, — дёрнуло меня что-то за язык.       — А ещё раз сожжёшь мне пол замка, останешься без половины хвостиков. Понял? — прошипел мне в ответ Кощей, и я решил отступить, так безопасней.       Тем временем демонолог обошёл нас кругом, приподнял сначал девочку за подбородок, посветил ей в глаза огоньком с руки и перешёл ко мне, но на полпути чертыхнулся:       — Иллюзию сними.       Я скосил глаза на замершую в предвкушении Несси и подчинился, бросив ей в лицо слабенькое заклинание дыма. Когда она смогла его разогнать, Креол уже закончил, и я стоял в своём обычном виде.       — Я тебе ещё и нос проколю! — хмуро пообещала она.       — Некромантка и пиромант, — хмуро утвердил шумерский маг. — Во имя Мардука, где ты их берёшь?!       — Не поверишь, мне их притащили, — многозначительно опёрся Кощей на кресло Фламеля.       — Гарри — мой ученик, — подтвердил алхимик.       — Он из алхимии только перегонку спирта знает, — хмыкнул Креол. — Руки вытяните. Оба.       Мы подчинились.       — Глупые создания! Ладонью вверх!       — А можно сразу уточнять? — возмутилась Агнесс.       — Женщина, заткнись! — От такого обращения девочка натурально зависла.       Тем временем мужчина достал прямо из воздуха золотую жаровню. Спустя секунду у него в руке оказался ещё и золотой нож. Не долго думая, он полоснул ножом по моей ладони. Инстинктивно я отдёрнул руку, но боль прошла почти сразу. Последнее время все раны у меня проходят подозрительно быстро.       — Чрево Тиамат, женщина, дай сюда руку и не зли меня! — рявкнул шумерский архимаг, взбешенно сверкая глазами.       Агнесс подчинилась и спустя минуту уже матерно шипела на всё вокруг, пытаясь не заляпать одежду кровью.       Тем временем колдун поставил на жаровню чашу и стал всматриваться в побулькивание крови.       Пока было время, я оглянулся вокруг. Бессмертные как-то сами собой отплыли куда подальше, видимо, Креол обладал репутацией не хуже Кощеевой. Хотя были и те, кто подошёл поближе, у одного так красиво поблёскивали клыки. Я улыбнулся ему в ответ, с частичной трансформацией, и, отсалютовав, вампир уплыл в толпу.       — Парень — китцунэ. Причём настоящий, а не те, что сейчас из эссенции делают…       — Пожалуйста, напомни убить всех, кто их там делает, — мило напомнила о себе Инари.       — …Кстати, подозрительно много эманаций смерти. Некромантии не думал учить?       — Он не мой, — лениво пожал плечами Кощей.       — А ещё две следящих метки, — тут Креол резко нахмурился, — Одна — понял чья. Передай Инари, что я тоже рад её видеть, но пусть уберёт из моей чаши это.       Богиня чуть не каталась со смеху. Надо будет потом выяснить, что там.       — А вот она… — Взгляд архимага стал странным. — От неё идёт двойной отклик. И аура будто разделена. Следов демона или любой другой твари нет. Покровительница, если и повлияла, то самую малость.       — Чего? — Кощей в два шага подошёл. — Что значит двойной…       — Хозяин, я тут такое узнал!!! — Прямо из ниоткуда на нас упала странная гадость. Рог, крылья, глаз, да ещё и без ног. Архимаг злобно поймал своего питомца в кулак.       — Где ты шлялся, когда ты мне так нужен? — И, видимо, начал медленно сжимать пальцы.       — Хозяин!!! Хозяин, не надо, я тебе пригожусь!!!       — Конечно! Вот прямо сейчас и пригодишься?       — Как? — Приоткрыл глаз это нечто.       — Вот убью тебя, и настроение поднимется.       — Хозяяяяин…       — Давай ты сначала мне ответишь? — Холодно потребовал Кощей. — Что значит двойной отклик?       — Вот, вроде, глаза огромные, а ощущение такое, будто ты в них долбишься, — отпустив это маленькое нечто, оскалился архимаг. — Девчонка будто… близнецы, только в одном.       — И что это значит?       — То и значит. Вообще оба они какие-то странные. Некромантка с покровителем и кицунэ с ещё одной…       — Хозяин, а…       — Молчать, раб! — приказал Кощей, даже не поворачиваясь.       — Это я должен был сказать! — возмутился Креол. — Да, и на ауре девочки следилка.       — Твою ма-а-ать, — простонал Кощей, прикрывая глаза. Вася молча подошла и похлопала его по плечу, очень гаденько улыбнувшись.       — И? Это плохо? Что это значит? — девочка встревожено повернулась к Кощею.       — Это значит, что твой папаша набьёт мне морду, — честно ответил тот.       — Даже интересно, как ты собираешься выкручиваться, — продолжала скалиться Вася.       — Ну, я надеюсь, у меня ещё есть десяток часов, прежде чем он всё узнает и появится тут… и пять минут после, чтобы объясниться.       — Ну ты скорострел, — опять усмехнулся архимаг.       — Не я, он.       Я даже поперхнулся от таких подробностей. Вася и Агнесс тоже не смогли проигнорировать это. Одна хихикнула, другая бросила очень подозрительный взгляд на директора.       — Я про характер, а не про то, что вы подумали! — наконец дошёл второй смысл до главного бессмертного.       — Хозяин… — снова подал голос чёртик.       — Ну, говори уже, — сдался Креол.       — Кощей Бессмертный здесь, — выпалило непонятно откуда это существо. — А с ним Николя Фламель, Василиса Премудрая и двое детей. А там ещё Пивз с Аббой выпивают…       Договорить он не успел. Креол подкинул его перед собой, одним движением достал из воздуха золотой жезл и отправил создание в полёт.       — А Кощей правда тут? — улыбнулся бессмертный.       — Сейчас его тут «правда» не будет, — оскалился архимаг. — Ещё что-то надо?       — Да. Дети, погуляйте пока. Дочь, ты куда?       — Ну ты же сказал «дети», — улыбнулась отцу Василиса и скользнула в толпу.       Мы с Агнесс попытались последовать за ней, но быстро разочаровались в своих способностях и сами потерялись. Спешить было некуда, и я решил поближе узнать местных обитателей. Инари в этом активно помогала, хоть и знала едва ли половину.       Сами бессмертные были всех форм и размеров, о которых только можно было подумать. Дух великого озера почти доставал до потолка, хоть и состоял из водорослей и тины. А рядышком в бочке с водой сидело другое существо с голубоватой кожей, едва достающее до стола с сырой рыбой.       Эту парочку я обошёл по большой дуге и оказался у выхода не в терраску, а скорее на маленьком балкончике с парой стульев для не столь публичных бесед. Я уже хотел возвращаться назад, когда ко мне вышёл мужчина. Немного выше меня, худощавый, в идеально подогнанном костюме, но при этом он всё равно выглядел как-то слабо. У всех в зале была хоть какая-то аура силы, даже у того дедушки, которого решила напугать Инари. От мужчины я не чувствовал ничего.       — Здравствуйте, мистер Поттер. Меня зовут Уильям Кроу, — представился он. — Не могу ли я заинтересовать вас в сделке?       Даже разговаривать с ним мне не хотелось, поэтому я просто кивнул.       — Я могу дать вам всё, что угодно, — он сделал паузу, давая мне разочароваться в предложении заранее. — Но мне нужно ваше тело.       — Так эта хрень тоже ещё жива! — искренне восхитилась у меня в голове Инари. — Его только при мне раз десять убивали.       — То есть для обещанного счастья мне надо отдать всё, что есть? — Я усмехнулся.       — Слаб человек, что мыслит только материальным миром, — ещё противнее усмехнулся Уильям, понимая, что тут ему ничего не светит.       — Много соглашаются?       — Да, — на удивление бодро ответил он. — Всё зависит от обстоятельств и от того, сколько времени есть, чтобы их создать. — Усмехнулся не очень хороший человек и галантно удалился в зал.       — Та ещё мерзость, — согласилась с моими мыслями Инари. — У него нет бессмертного тела, поэтому приходится переносить душу. Ритуал очень противный, а новое тело дряхлеет уже через год-два.       — Чем же я ему так понравился?       — У тебя тело кицунэ, он бы лет десять смог жить, а то и больше. — Инари тоже была не в лучшем расположении духа от старого знакомого. — Несколько раз его всерьёз убить пытались, даже запасные тела отыскивали, но их слишком много. Он даже прятаться потом не пытался. Сам приходил.       — Откуда он вообще такой взялся?       Впрочем, вопрос это был риторический, и, не дождавшись ответа, я пошёл назад в большой зал.       Второй бессмертный, удостоивший меня своим вниманием, оказался гораздо приятнее. Пожилой мужчина, одиноко сидящий в углу, окликнул меня и пригласил на чашечку «чая». Удивительно, но Инари не только узнала его, но и посоветовала познакомиться поближе. Он был одет в белое подобие мундира, но вместо пуговиц на груди у него были четыре тонких кожаных ремешка, а высокий воротник полностью закрывал шею. Я был даже готов поверить, что это первый «нормальный» бессмертный. Но все иллюзии рассеялись, когда он снял цилиндр. Голова была нормальной, шляпа, можно сказать, тоже, но вот рукава… Старичок закатал их почти до локтей, но они всё равно были чуть длиннее, чем нужно. Добрый дедушка сидел в смирительной рубашке.       — Какой чай желаете? — улыбнулся он, запуская руку почти по самое плечо в свой цилиндр. — Белый, чёрный, ассам…       — Английский завтрак, — поспешно ответил я, надеясь, что этот бич европейской чайной традиции понять неправильно невозможно.       — Очень хороший выбор. Кения и Шри-Ланка неизменно радуют хорошим урожаем, — достал он пузатый заварочный чайник с голубыми полосочками. — Молоко, сахар желаете?       — Не надо, спасибо.       Я всё ещё не был уверен, что это чай. Даже наоборот, всё больше был готов поверить, что это нечто потяжелее, особенно когда дедушка залил чайник кипятком прямо из шляпы.       — А почему вы так любите чай? — спросил я скорее для поддержания разговора.       — А как можно его не любить?! — чуть ли не подпрыгнул он. — За чашкой чая войны шли! Он мне завтрак, обед и ужин заменяет!       — И правда, никак, — я смог переварить странности и принять происходящее как данность. — А вы знаете, как чай в Тайване пьют?       — Как?! — дедушка дёрнулся и расплескал чай мимо кружки, но будто этого и не заметил.       — Они добавляют туда сгущенку и тапиоку — крахмальные шарики.       — Что?! — дедушка опять дёрнулся и забормотал себе под нос. — Чай… чай… чай. Я не позволю издеваться над чаем! Но если это новый вид чая?! Я… Я должен это попробовать!       Я хотел сказать ещё что-то, но по залу разнеслось злое «Поттер», а через пару секунд толпа расступилась, хотя шарахнулась вернее, пропуская директора.       — Простите, мне, видимо, пора, — вскочил я со стула и попытался уйти. Не знаю, к счастью или к сожалению, так и не попробовав чая.       — Мистер Поттер, стойте, — подскочил за мной дедушка. — Вы забыли свой чай!       — В следующий раз обязательно выпью, — пообещал я.       — Я не могу оставить вас без чая! — схватил он меня за руку с какой-то невероятной силой. — Возьмите его с собой!       Я даже ничего не успел сделать, как в моих руках оказался пухлый заварочный чайник, а сам безумный дедушка исчез. Даже стола, за которым мы сидели, больше не было. — Ты ему понравился, — Кощей указал глазами на чайник и зло приказал. — Пошли.       Остальные уже ждали у выхода, пытаясь уговорить пьяного Пивза оставить Аббу в покое. Полтергейст же убеждал духа, что ему нужно просто поверить в силу чуда, дружбы и пойти ко мне в рабство, чтобы выбраться из этой тюрьмы. К счастью, Абба не горел желанием, и успокаивать пришлось только одного.       Портал обратно Кощей открыл без всяких понтов с пением, вратами и прочим. Да и вёл он не в портальный зал, а на многострадальную полянку.       Под остатками обожженного дерева стоял Руслан. Назвать его радостным можно было только после крайне бурного и крепкого вечера. Глаз дёргался, а лицо даже перекосило от стиснутых зубов.       — Рус, какая неожиданность! — директор вышёл вперёд.       — Ты хоть представляешь, что я сейчас хочу с тобой сделать? — почти прорычал он. — Я тебе её привел не для того, чтобы ты таскался с ней на другой конец планеты!       — Да что ей угрожает? — толи поморщился, толи улыбнулся Кощей.       — Как минимум то, что её пытались убить!       — Со мной всё впорядке, — Агнесс попыталась вылезти из-за спины Кощея, но под двумя недовольными взглядами стушевалась и отошла к нам.       — Ты просил понять, что с твоей дочерью. Именно этим я и занимался! — директор тоже начал терять терпение.       — Чаю? — шепнул я Агнесс, протягивая чашку.       Сам пить я ещё опасался, но Фламель уже стал первым подопытным, а второй потенциальный испытуемый врятли останется тут надолго.       — Именно! И ключевое слово тут «тебя», а не вашу компанию полувменяемых алкоголиков!       — Я её Креолу показал.       — Этому психу?!       — Ты знаешь ещё одного демонолога его уровня? Да и тебе ли говорить о полувменяемых психах, — Кощей попал в самую точку.       Лицо недовольного родителя перекосило ещё сильнее. Пара прозрачных щупалец за долю секунды исказила воздух и устремилась к директору. Не ожидавшего такого директора сбило с ног и отбросило на несколько метров, голова слетела с доспеха и покатилась по земле. Руслан за долю секунды оказался у Агнесс, схватил за плечо и исчез. Не было ни хлопка, ни вспышки, они просто исчезли.       — Пять минут не дал? — усмехнулась Василиса, подбирая голову.       — Сам же мириться прибежит, — усмехнулся Кощей.

***

      После такого насыщенного дня я откровенно валился с ног. Не помог даже «чай». Напиток действительно был тем, чем должен быть. Причём очень хорошим, а главное не заканчивался и не бледнел. Я даже попробовал поменять заварку на свою, но под крышкой чайник был пуст. Каким-то неведомым образом я даже смог "переключиться" между заварками. Невероятная вещь.       Другой невероятной вещью стал подарок от Василисы. В кожаном мешочке была небольшая деревянная пластинка с рунами, когда я взял её в руки над ней возникла фигурка, сантиметров десять высотой. Это был я, окруженный голубоватым пламенем. За спиной разевались восемь настоящих хвостов и один огненный. Такой же огненный меч я держал двумя руками перед собой. Довершал картину пластинчатый доспех. Всполохи рыжего и голубого пламени перемешивались, создавая воистину гипнотическое зрелище.       Но даже на такую красоту у меня не было сил и я провалился в сон.