A Dark Lord is born

      С того самого инцидента с Билли Стаббсом, Фрэнки не отходила от Тома ни на шаг. Хотел ли он того или нет, но она считала его своим другом. Все дети в приюте называли её проклятой ведьмой, поэтому никто не осмеливался подходить к ней и уж тем более разговаривать. Теперь главным объектом всех девичьих сплетен был не только Том, но и Фрэнки. Их считали сообщниками. По слухам, эти двое пытались устроить пожар на кухне, подкладывали мышей в детские колыбельные, проводили ритуалы по призыванию Сатаны. Их воображение бушевало с неистовой силой. Мальчики же не имели такой фантазии, им не было дела до сплетен и выдумок, они просто швыряли в Фрэнки детские кубики и обзывали уродиной всякий раз, когда она попадалась им на глаза. Из-за того, что она была девочкой, она считалась менее опасной, нежели Том, поэтому все вымещали свой гнев на ней, несмотря на то, что она могла творить такие же ужасные вещи как и он. Но они и понятия не имели, на что она была способна на самом деле. Она могла поменять местами части лица и превратить их физиономии в безобразные месива. Неужели они и вправду хотели получить вместо глаз — уши, а вместо рта — глаза? Но дети внезапно с облегчением поняли, что Фрэнки больше не собирается использовать свои силы против них. В то время как Фрэнки называли его сообщницей, она же на самом деле не имела к проделкам Тома никакого отношения. Почти ни разу она не показывала свои способности при других. Ей нравилось использовать их только тогда, когда они оставались с Томом наедине. По её мнению это было чем-то особенным, тем, что должно остаться только между ними двоими. Она с абсолютной искренностью делилась с ним тем, что умеет. Одним из её любимых занятий было создание маленьких волшебных фейерверков для того, чтобы отвлечь Тома от чтения и привлечь его внимание к себе. Ей нравилось заставлять цветы распускаться раньше времени, перетаскивать силой мысли предметы в комнате. Она никогда не причиняла никому вреда после инцидента с Билли Стаббсом, разве что как-то случайно перекрасила волосы одной из работниц в ярко-розовый цвет. Том, увидев это, лишь коротко и тихо усмехнулся. Но Фрэнки понимала, что это имело большое значение, учитывая то, что за последние два года он не улыбался ни над чем кроме вида причинения боли другим. Её магия по большей части была действительно безвредной и она не могла контролировать её полностью так же как и Том, но он всё равно считал её необычной. Поэтому не отталкивал её. Она оставалась рядом с ним несмотря ни на что. Несмотря даже на то, что он всегда упрямо заявлял том, что ему никто не нужен, Том начал чувствовать странную необходимость в её присутствии. Возможно они были единственными детьми в Лондоне, которые имели подобные способности. С его стороны было бы очень глупо отталкивать первого и единственного человека, который был таким же как и он. Их встреча была абсолютной случайностью, и Тому показалось, что это был один из тех редких случаев, когда ему очень повезло. За эти два года их знакомства Том начал чувствовать, что она становится всё более и более знакомой ему. Было ощущение, что они уже когда-то встречались. Ему снились странные сны, в которых он видел Фрэнки лежащую на больничной койке с повязкой на глазах. Но это было невозможно. Том бывал в больницах лишь пару раз после того, как Билли «упал» с лестницы, и он наверняка запомнил бы Фрэнки, если бы видел её раньше. Был ещё один сон, в котором он слышал её смех в незнакомом ему саду. Это было ещё невозможнее, но он не мог отделаться от этих навязчивых мыслей. После её появления в приюте Том перестал выходить на улицу, потому что от неё было много шума и он не мог сконцентрироваться на чтении. Какое-то время он думал что ему мерещатся видения, которые хотят предупредить его о чем-то связанным с ней. Но в конце концов они прекратились и он перестал думать об этом. Даже после почти трёх лет её пребывания рядом, Том всё равно не мог назвать её своим другом, хоть и чувствовал между ними связь. У них, впрочем, было не так уж и много общего. Она была жизнерадостной, с весёлым нравом и бойким характером — полная противоположность Тому. Он здоровался с ней по утрам, садился рядом за завтраком, они проводили дни вместе, читая книги и практикуя свои способности. Том не мог в точности описать того, что испытывает к ней, но он был уверен в том, что не презирает её так, как остальных. И всё же он не понимал, что это значило. То был обычный августовский полдень. Над городом нависли громадные серые тучи, оповещая о скором ливне. Поскольку в пасмурные дни им было запрещено выходить на улицу, Том в одиночестве сидел у себя в комнате и читал книгу. Обычно в солнечные дни они с Фрэнки сидели за маленьким столом в саду — Том никогда не отказывался выходить с ней на улицу. Как только они выходили, другие дети сразу же забегали обратно в приют, оставляя их наедине в полной тишине. Дождь не мог помешать им увидеться, однако формально Фрэнки не разрешалось входить в его комнату, и всё же иногда она пренебрегала этим правилом. Настояв на том, что в этот день им не следует делать ничего такого, что могло бы доставить им проблем от миссис Коул, она осталась у себя, а он начал читать книгу, которую «купил» в одном из местных книжных. Том был полностью поглощён чтением, когда внезапно услышал два голоса, доносившихся с лестницы. Миссис Коул с кем-то разговаривала. Судя по второму, ранее ему незнакомому голосу, рядом с ней был мужчина. Том оставил книгу на кровати и негромко подошёл к двери, прислонившись к ней так, чтобы можно было лучше услышать их разговор. Некоторые слова он не мог разобрать, но он понял, что мужчина задает много вопросов о чем-то конкретном. Возможно он был здесь для того, чтобы усыновить или удочерить кого-нибудь из этих грязных сирот. Но следующее заставило сердце Тома остановиться. Он услышал собственное имя. Они пришли за ним. Он бросился к кровати и хотел зарыться с головой в серое шерстяное одеяло, но из-за его раздражающей колючести решил просто забиться к краю. «Должно быть это доктор!» — в панике подумал Том. Миссис Коул никогда не приводила к Тому тех, кто мог бы его усыновить. За все эти одиннадцать лет она убедилась в том, что такое чудовище как он было бесполезно пытаться спихнуть кому-либо. Несколько дней назад он услышал разговор между ней и одной из работниц приюта. Миссис Коул хотела чтобы его и Фрэнки осмотрели специалисты, которые скорее всего заберут их в психушку сразу же после того как они снова выкинут что-нибудь странное. Не так давно она обожала Тома. Она не верила ни одному из абсурдных слухов о нём, ссылаясь на обычное совпадение. Она верила в то, что вырастила его хорошим и тихим мальчиком. Однако вскоре её иллюзии на его счет растворились. Он всё это время притворялся, лишь после появления Фрэнки позволив себе прекратить весь этот спектакль. Том начал думать о том, насколько удачно он приземлится на землю после того как выпрыгнет с окна в попытке сбежать. Но он не успел. Услышав два стука по ту сторону двери, он вновь быстро взял книгу и нацепил на себя спокойный вид, будто не подходил только что к двери и не метался в испуге. Она распахнулась после очередного короткого стука, несмотря на то, что он не давал разрешения войти. Розовощекая, откровенно пьяная миссис Коул вошла в комнату в сопровождении высокого мужчины. — Том, к тебе посетитель, — заявила она. — Этого человека зовут мистер Думбертон. Ой. Подожди, Дандербор. Том понял, что она была слишком пьяна для того чтобы правильно выговорить чужое имя. Миссис Коул рассмеялась пьяным смехом, а незнакомый мужчина издал добродушный смешок, в то время же как Том сидел с каменным лицом. Она извинилась и покинула их. Том молча разглядывал этого странного посетителя. На вид ему было лет сорок или больше, длинные каштановые волосы рассыпались по плечам, его тусклые голубые глаза были скрыты за очками-полумесяцами, а одет он был в яркий костюм из сливового бархата. Том подумал, что он выглядел слишком чудаковато, чтобы быть одним из работников психушки. Возможно, это детский врач? Аккуратный и ничем не вызывающий опасность вид этого человека заставлял Тома напрячься ещё больше. Этот человек мог сломать ему сейчас всю его жизнь. — Как поживаешь, Том? Мужчина поздоровался с ним, подошел к Тому и протянул ему руку. Том неподвижно смотрел на него в ответ так, словно был болен чем-то. Очевидно с неохотой, поняв, что выбора у него особо нет, он всё же пожал вытянутую ему руку. Мужчина взял единственный деревянный стул в комнате и сел рядом с Томом. — Меня зовут профессор Дамблдор, — начал он. Ну, миссис Коул была всё же не так далека от своих догадок. Том бы усмехнулся, если бы не обратил внимания на слово «профессор». Он чувствовал, что за этим стоит что-то неладное. — Профессор? — повторил Том, внимательно наблюдая за подозрительным мужчиной. В нем быстро нарастало чувство тревожности. — Это что-то вроде «доктор»? Зачем вы здесь? Она позвала вас сюда, чтобы осмотреть меня? Он неуверенно указал на дверь при последних словах, имея в виду миссис Коул, хотя она уже наверняка давно ушла. Дамблдор тем временем сидел в чересчур мягком молчании. Несмотря на непонимание Тома и его растущую злость, мужчина казалось даже не обращал на это внимания. — Нет-нет. Я не доктор, Том. —Дамблдор улыбнулся, пытаясь успокоить Тома. — Я вам не верю, — ответил Том, глядя на доброе, улыбающееся лицо Дамблдора. Его тон был пугающе спокойным, он держался так, словно каждый день работал с психически больными людьми. Такие как он должны были вести себя добродушно, чтобы заслужить доверие, а затем нанести удар и утащить в психушку. Он не собирался вестись на это. Здесь, в сиротском приюте Вулла, ему жилось не особо хорошо, но по сравнению со смирительной рубашкой и комнатой с мягкими стенами, он считал это место лучшим. — Они хотят, чтобы меня осмотрели, да? «Скажи наконец правду!» Злость Тома достигла своего пика. В его голове закружились разные отвратительные образы, отчего ярость вспыхнула с новой силой. Он мысленно метал кинжалы в Дамблдора, но тот продолжал улыбаться ему так, словно не замечал этого направленного на него гнева. Том вздохнул. Какое удовольствие могло быть в его злости, если его даже не боятся? Как только он наконец успокоился, Том почувствовал странную тошноту и настороженность. Он взглянул на маленькие часы на своём столе. После прихода Дамблдора не прошло и десяти минут. — Кто вы такой? — во второй раз спросил Том, ожидая услышать что-то другое. — Я ведь уже сказал, что меня зовут профессор Дамблдор. Я работаю в школе под названием Хогвартс и хочу предложить тебе стать её учеником. Том усмехнулся. Хогвартс, серьезно? Неужели он действительно полагал, что у приличного заведения могло быть такое название? Том был не в настроении выслушивать очередной бред. Гнев вернулся ещё более сильный, чем прежде. Он спрыгнул с кровати и попятился от Дамблдора. Его пробирала злость от всей этой лжи, которая исходила из уст этого человека. Зачем было врать о какой-то школе? Он не понимал, почему этот человек просто не вколит ему что-то и не утащит прочь. — Вы меня не обманете! Вы пришли, чтобы забрать меня в психушку! Но я не сделал ничего плохого! — он кричал так громко, словно ещё больше доказывая, что как раз таки в психушке ему самое место. — Я не из психиатрической лечебницы, Том, — спокойно заявил Дамблдор. — Я учитель. И если ты сядешь, то я расскажу тебе об этой школе. Никто не заставит тебя ходить туда, если ты не захочешь. — Меня никто не сможет заставить. — С вызовом ответил Том, почувствовав внезапно прилив уверенности. И тем не менее, он всё так же стоял в другом конце комнаты с испуганным видом. Дамблдор продолжил свою речь: — Хогвартс – это школа для детей с особыми способностями. — Я не сумасшедший! — Том тут же заорал, зная, что когда Дамблдор говорил об «особых способностях», он на самом деле имел в виду сумасшедший дом для детей. Детей, которые пытались есть мыло и разговаривать на выдуманном языке. Он не был таким уж сумасшедшим. То, что он ненавидел весь мир, не делало его больным. Ну или же он попросту не думал об этом. Он был нормальным — весь остальной мир не таким. Сумасшедшим. Даже Фрэнки была абсолютно чокнутой, но достаточно вменяемой для того, чтобы её терпеть. — Конечно, ты не сумасшедший, Том. Хогвартс — это не школа для сумасшедших. Это школа магии. Одно это слово и Том оказался потрясен. Магия. Он с отчаянием вгляделся в глаза Дамблдора, пытаясь понять, лжёт тот или нет. О таком нельзя было врать. Но и правдой это быть не могло. Том не считал свои способности чем-то магическим, возможно такие были у Фрэнки, но его силы были намного темнее и ужаснее. Он также и не мог представить, что кроме них есть ещё куча таких же детей, нелепо учащихся в какой-то странно названной школе. — Неужели, мои способности это и есть магия? — Какие способности, Том? — Всякие, — с гордым блеском в глазах ответил Том. — Я могу заставить вещи летать не прикасаясь к ним. Я могу заставить животных делать то, что мне захочется. Я могу сделать так, чтобы с людьми, которые меня раздражают, случилось что-то плохое. Могу сделать им больно, если захочу. Том, дрожа, откинулся на спинку кровати. Он всегда знал, что он был кем-то особенным, лучше, чем все эти ничтожества, и теперь он наконец-то сможет присоединиться к таким же как и он. Эти дети не подумают о нём как о каком-то ненормальном монстре, потому что они сами точно такие же. Они поймут его боль. Он добьется признания своим способностям. Впервые Том почувствовал, как его охватывает безумная радость. Это не отразилось на его лице, но его внутренности ощутили тепло от потока хороших эмоций. Однако его огромное чувство скептицизма мгновенно раздавило все представления о счастье. Всё это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Он посмотрел на Дамблдора с таким же подозрением как и до этого. Хоть он уже и представлялся, Тому вновь хотелось спросить: «Кто вы такой?» Его нелепое имя не удовлетворяло любопытство Тома. Без сомнения, до этого человека дошли слухи о Томе от миссис Коул и теперь тот просто пользовался этим, чтобы заманить его в ловушку. — Вы тоже волшебник? — спросил Том с толикой любопытства и плохо скрытым подозрением. — Да, это так, — ответил Дамблдор. — Тогда докажите, — скомандовал Том. Магические способности нельзя было подделать. Если этот человек говорил правду, то смог бы сейчас показать что-то необычное. Дамблдор поднял брови. — Если, как я понимаю, ты принимаешь свое приглашение в Хогвартс… — Ну конечно же! — Сердито сплюнул Том в ответ. — Тогда ты будешь обращаться ко мне «профессор» или «сэр», — заявил Дамблдор чуть более суровее, чем требовалось. Лицо Тома помрачнело. Это было глупо, но ради того чтобы узнать желаемое он сыграет в эту маленькую игру. Мгновение спустя его лицо вернулось к нормальному выражению, подавляя легкую вспышку гнева, которую он почувствовал при этом требовании. — Прошу прощения, сэр. Я имел в виду… пожалуйста, профессор, не могли бы вы показать мне… — сказал Том болезненно вежливым голосом. Дамблдор вытащил из кармана мантии что-то похожее на палку, направил ее на крошечный гардероб Тома и быстро взмахнул ею. Шкаф охватил огонь. Том подпрыгнул от неожиданности. Всё то немногое, что у него было, он хранил в этом шкафу. Он подбежал к Дамблдору и попытался остановить его. Через пару секунд пламя погасло, шкаф остался таким же целым. Дамблдор не врал. Том с благоговением установился на незнакомую, но кажется очень мощную вещь в руке Дамблдора. Было удивительно, как нечто столь маленькое могло сотворить что-то настолько большое. Он никогда не смог бы сотворить что-то подобное используя только свои силы. — Где я могу достать такую же? — Всему своё время, — улыбнулся Дамблдор, убирая палочку обратно в карман. — Мне кажется, что-то пытается выбраться из твоего шкафа. Том услышал доносящееся изнутри слабое дребезжание. Теперь, зная, какой силой обладал этот человек, это могло быть практически что угодно. Это могло быть какое-то магическое неизвестное существо, готовое разорвать ему лицо когтями, или дракон, готовый выдохнуть в него еще больше огня. Это был еще один из тех редких моментов, когда Том испугался… — Открой дверь, — приказал Дамблдор. Том поколебался и медленно открыл дверцу шкафа. В нем не было ни намёка на огонь. На верхней полке быстро тряслась маленькая, картонная коробочка. — Достань её. Том послушно вынул коробку. Он больше не показывал того, что испугался, считая, что всё было не так уж и плохо как он себе представлял. Ведь он знал, что лежало в этой коробке. Том также знал, что Дамблдор не изменил её содержание. Это был первый урок, который Дамблдор попытался преподать ему. — Есть ли в этой коробке что-нибудь, что не принадлежит тебе? — спросил Дамблдор. Врать не было смысла. Этот человек был всемогущ, и даже в таком юном возрасте Том понимал, что лучше не перечить кому-то, кто обладает силой большей, чем он сам. Конечно, он не сделал ничего плохого. Это было просто небольшое воровство. Том брал победные трофеи каждый раз, когда совершал что-то ужасное. — Да, сэр, — ответил Том. — Открой её. — Том сделал, как ему было сказано. Он открыл коробку и высыпал её содержимое на кровать. Улов включал в себя маленькое йо-йо, серебряный наперсток, маленькую губную гармошку и алую ленту. Если только Дамблдор не знал, как именно он получил эти предметы, это была не самая компрометирующая куча вещей. Большинство предметов были сувенирами с его «завоеваний», за исключением одной вещи. Лента, которую он не так давно украл у Фрэнки. Он и сам толком не знал, зачем это сделал. Он просто захотел. — Ты вернешь эти предметы их владельцам с извинениями, — добавил Дамблдор. — Я узнаю, сделал ли ты это. И предупреждаю: воровство в Хогвартсе не допускается. — Да, сэр, — вежливо ответил Том. Это не имело большого значения. Он не заботился о том, чтобы вернуть вещи другим сиротам, учитывая, что он насильно забрал их у них на глазах, и они, вероятно, уже не ждали их обратно. Он был не прочь извиниться. Откровенно говоря, извинения заставили бы их всех запаниковать, они подумали бы, что он замышляет что-то зловещее, и стали бы настоящими параноиками, пытаясь понять, когда он нанесет удар. Что же касается Фрэнки, то она не могла сердиться на него. Она была не из тех, кто затаивает злобу. Если не захочет остаться здесь без друзей и в одиночестве, то не осмелится перечить ему. Потом он вспомнил, что в Фрэнки было ещё что-то такое, что делало ее лишенной друзей и такой же, как и он. Она была волшебницей, или ведьмой, или кем-то еще, не так ли? — А как насчет Фрэнки? — внезапно спросил Том, не заботясь о том, знает ли Дамблдор, о ком он говорит. Интуиция подсказывала ему, что он уже знает о ней. Если Дамблдор знал о Томе и его способностях, он должен был знать и о Фрэнки. Его предполагаемая сообщница. — Думаю, нам следует спросить и ее, — ответил Дамблдор, переводя взгляд на дверь. — Теперь вы можете войти. Мы закончили. Внезапно дверь распахнулась, и миссис Коул втолкнула Фрэнки в комнату. Увидев её здесь, совершенно сбитую с толку тем, зачем ее сюда привезли, Том отчаянно захотел подбежать к ней. Ему нужно было поговорить с ней обо всем этом в таком месте, где этот странный мужчина и маниакально пьяная женщина не могли бы их достать. Том хотел сказать Фрэнки, что она всегда была права насчет их магической силы, и передать все, что сказал ему Дамблдор. Если кто-то и должен был сказать ей об этом, то только он. Он заслужил это маленькое право. К сожалению, он не мог просто взять ее за руку и утащить прочь. Это было не в его стиле, несмотря на то, что он поступил точно так же после инцидента с Билли Стаббсом, чтобы затащить ее в свою комнату и допросить. Он остался сидеть, а миссис Коул поспешно вышла из комнаты и снова оставила их одних. — Добрый день, сэр. Фрэнки улыбнулась, вежливо приветствуя Дамблдора. Фрэнки часто показывали потенциальным родителям, и она сразу же знала, как вести себя в присутствии взрослых. Они часто находили ее вполне подходящей и хотели удочерить. Однако Том был эгоистом и всегда разрушал все её надежды на счастливую семью. Иногда он использовал магию, но в других случаях все, что ему нужно было сделать, это сказать, что он не хочет, чтобы она уходила, и она сама нарочно всё портила. По какой-то причине он всегда чувствовал необходимость остановить её от удочерения. Она должна быть там, с ним. Он все еще не понимал, почему… Может быть, причина в этом? Знает ли хоть малая часть его души, что впереди их ждет светлое будущее? — Я профессор Дамблдор, — улыбнулся Дамблдор в ответ, пожимая ей руку. Он казался гораздо менее серьезным, чем с Томом всего несколько минут назад, и имел заметно более радостный вид. — Я пришел, чтобы пригласить вас с Томом в мою школу. — Правда? Что это за школа такая? — с любопытством спросила Фрэнки. — Эта школа называется Хогвартс. Это школа-интернат для детей с магическими способностями. — Объяснил Дамблдор, и его лицо расплылось в широкой улыбке. Тому такое отношение показалось странным. Это был совершенно другой тон и улыбка, чем тогда, когда он рассказывал всё это Тому. Это было по-настоящему счастливое выражение лица. Он вел себя так, словно не мог больше сдерживаться и готов был взорваться, если не расскажет ей все до мельчайших подробностей. Однако Фрэнки не выглядела такой уж довольной. Ее глаза расширились, и она замерла, услышав эти слова. — Школа магии… — прошептала она. Фрэнки показалось, что она уже где-то слышала это название, но не могла вспомнить, где именно. От этого у нее закружилась голова. Том заметил, что она начала шататься, и предложил сесть рядом с ним. — Да. У тебя ведь есть такие способности, не так ли, Фрэнки? — спросил Дамблдор, как и в случае с Томом. Она молча кивнула, все еще борясь с кружащейся головой. Тем временем Том скрестил руки на груди, совсем обделенный от их разговора. Дамблдор быстро заметил эту незначительную деталь и продолжил: — Из того, что Том сказал мне, я узнал, что ты обладаешь выдающимися магическими способностями. Том ничего подобного не говорил. Ее магические способности не были такими уж необычными. Он уже собирался сказать ей что-то, но, увидев улыбку на лице Фрэнки, решил промолчать. — Я… я бы не так сказала… — она нервно заикнулась. Конечно, хотя комплимент от Тома Риддла был довольно редкой вещью, поскольку он обычно молчал, она даже не осмеливалась подумать о том, что это было ложью. — Итак, что ты скажешь на мое предложение? Том уже согласился. Ты тоже будешь учиться в Хогвартсе? — спросил Дамблдор, но так, словно уже знал ответ. По тону ее голоса было ясно, каков он будет. — Да! — Превосходно! Через несколько дней я отправлю вам официальные письма, в которых будут содержаться списки ваших школьных принадлежностей и другая важная информация, — добавил Дамблдор, вставая со стула. — Я скоро вернусь, чтобы проводить вас в Косой Переулок за школьными принадлежностями. — Нам не нужна ваша помощь. Мы можем найти его сами, — упрямо заявил Том. Он предпочел бы не иметь нянечку, когда они будут посещать все эти волшебные магазины. Том хотел войти в этот новый мир как независимый человек. Волшебник. Если конечно он действительно тот, кем он должен был быть. — Ну, видите ли, это не совсем обычная улица… — ответил он довольно неопределенно. — Я скоро отведу вас туда. Обещаю. Миссис Коул проводила его, стараясь не показывать, что она все ещё невероятно пьяна, и они спустились по лестнице. Тем временем Фрэнки и Том остались там, все еще пытаясь осмыслить то, что только что произошло. Они сидели молча, прислушиваясь к дождю за окном. Час или два назад они были всего лишь парочкой странных сирот, которым дорога была в настоящую психушку. Затем, внезапно с появлением этого профессора Дамблдора, они должны были отправиться в школу магии, чтобы научиться оттачивать свои силы с другими ведьмами и волшебниками. Странный профессор сбросил на них этот груз и исчез без следа. Том, естественно, чувствовал подозрение, и хотя она сразу же согласилась, Фрэнки тоже сомневалась. Однако, несмотря на их скептицизм в отношении Хогвартса и Дамблдора, они не сомневались, что он вернется за ними. Всерьез он все это затеял или нет, но они должны были быть готовы к поездке в «Косой переулок».