A Dark Lord is born

      Миссис Коул была вне себя от ярости, когда Том и Фрэнки вошли почти через три часа после того, как Дамблдор пообещал им вернуться. Они приехали только к ночи и не только невероятно опоздали, но и похоже, где-то по дороге бросили своего компаньона. Демонические дети, очевидно, дали доброму, красивому воспитателю «ускользнуть». Они часто проделывали это с миссис Коул, когда выходили вместе. Иногда она молилась, чтобы они заблудились, но им всегда удавалось найти дорогу к ней. Прошлой зимой она потеряла их примерно на час. Когда она спросила, где они были, Том выдумал какую-то чепуху о том, что пытался помочь потерявшейся девушке, а Фрэнки заявила, что она просто побежала за Томом. Она не понимала их убеждений. Зачем возвращаться, если они так сильно ненавидят приют и только хотят сделать его ещё хуже? По выражению разъяренных глаз миссис Коул было ясно, что в тот день произошло самое худшее. Они наверняка бродили по всему городу, вызывая хаос и разрушения на своем пути, как адские отродья, которыми они были. Несмотря на то, что у Тома и Фрэнки было два котла, наполненных необычайно странными вещами, такими как мантии, палочки, весы и телескопы, они оставались незамеченными глазами невежественной старой ведьмы. Госпожа Коул начала насильно тащить их обратно через дверной проем, изо всех сил крича о том, что они не будут есть никакой еды в течение их последней недели в приюте. Фрэнки пошла в основном добровольно, но Том был полон решимости причинить как можно больше неприятностей. У него сразу же возникло искушение похвастаться некоторыми ингредиентами зелья, которые они купили, пока отсутствовали. Ему будет трудно удержаться, чтобы не вылить пузырек с кровью саламандры в различные блюда, которые они пропустят на этой неделе. Ей только что удалось затащить внутрь Тома, который, несмотря на свою костлявую структуру, все еще мог полу-успешно перевешивать ситуацию. Едва он проскользнул внутрь, как заметил на пороге небольшой конверт. Время для почты давно прошло, и на нем не было ни марок, ни адресов. Том присмотрелся повнимательнее и увидел, что на конверте темно-изумрудными чернилами были нацарапаны имена. Френки и Тому. Он тут же повернулся и нырнул за ним, но миссис Коул захлопнула дверь у него перед носом, прежде чем он успел это сделать. Том бросил на неё раздраженный взгляд. Внезапно из соседней комнаты донесся гигантский грохот, сопровождаемый криками и воплями боли. Том мог бы «проклясть» башню из блоков, чтобы она упала на Билли Стабба, но ни у кого не было бы физических доказательств этого. Госпожа Коул была вынуждена ворваться в комнату, чтобы посмотреть, что случилось, в то время как Том ухитрился открыть дверь и схватить письмо. Он молча поманил Фрэнки к себе, и они сели на корточки у двери, чтобы вместе прочитать письмо. «Надеюсь, вам обоим удалось найти все свои школьные вещи и благополучно вернуться в сиротский приют Вула. Я прошу прощения за то, что так внезапно покинул вас, но возникла чрезвычайная ситуация, которой нельзя было избежать. Прилагаю ваши билеты на Хогвартс-Экспресс. Поезд отправится со станции Кингс-Кросс с платформы 9 ¾ ровно в 11:00 утра 1 сентября. Если вы сможете, пожалуйста, убедитесь, что вы прибыли заранее до запланированного времени. Я бы сам проводил вас, но боюсь, что мне все еще придется заниматься этим делом в школе, и на данный момент я немного занят. Однако я…я уверен, что вы двое прекрасно справитесь сами. Я с нетерпением жду встречи с вами в школе через неделю. С уважением, Профессор Альбус Дамблдор» Том вынул из конверта два билета и протянул один Фрэнки. Она смотрела на него как-то странно, вероятно, не веря своим глазам, и он не мог не сделать то же самое со своим билетом. Все это было невероятно, даже после того, как они провели целый день в Косом Переулке. Том, например, все еще ждал подвоха. Если рассуждать логически, то должен быть хотя бы один. Школа магии, наполненная такими же детьми, как они. Дети, которые были другими и причудливыми. Девушка, которую они встретили несколько часов назад у «Мадам Малкин», уже казалась нереальной. Кроме того, у них была короткая встреча с мальчиком из «Флориш и Блоттс. Они оба были дружелюбны и не смотрели на них с автоматическим отвращением, как все в приюте. Неужели все так реагируют? Да, они все еще могут ненавидеть их. Личность Тома нуждалась в серьезной корректировке, прежде чем он мог даже подумать о возможности иметь новых друзей. Однако если их все еще будут ненавидеть в Хогвартсе, то уж точно не за то, что они умеют пользоваться магией. После ужасной жизни, которые они прожили до сих пор, эта простая идея принятия казалась слишком хорошей, чтобы быть правдой. Они были слишком заняты своими билетами, чтобы заметить, что миссис Коул вернулась после небольшого развлечения, устроенного для нее Томом, и теперь нависла над ними. Фрэнки подняла голову, заметив ее тень, и потянула Тома за рукав, чтобы предупредить его. Он тоже поднял глаза, и они оба одновременно вскочили и отступили на шаг от нее. Том быстро спрятал письмо и билет, сунув их для безопасности в котел, и заставил Фрэнки отступить еще на пару шагов назад, чтобы принять дополнительные меры предосторожности. — Теперь, когда у вас есть ваши школьные вещи, вам двоим действительно пора собираться. — настаивала миссис Коул, и голос ее звучал чересчур нетерпеливо. В ее голосе тоже слышались нотки радости и волнения. Она хотела, чтобы они покинули приют больше, чем кто-либо другой, возможно, даже больше, чем они сами. Даже если это продлится только до следующего лета, все равно лучше, чем иметь их здесь целый год, чтобы доставлять ей неприятности. — Оставьте нас в покое! Мы соберем вещи, когда нам, черт возьми, захочется! — огрызнулся Том в ответ. Миссис Коул выглядела оскорбленной его замечанием и подошла ближе к паре, держа руку наготове. Том инстинктивно загородил Френки от неё. Даже если бы он не сказал это, это не помешало бы ей наказать их обоих. В конце концов, они были командой. Однако на этот раз она неожиданно остановилась в нескольких дюймах от лица Тома, ухмыльнулась им обоим и просто ушла. Легкого страха и паранойи, по-видимому, было достаточно на данный момент. Кроме того, это вероятно, плохо отразилось бы на ее репутации, если бы они появились в своей новой школе с синяками. Фрэнки опустила блокирующую руку Тома, потому что он, казалось, застыл в этой защитной позе. — Я думал, она собирается ударить нас. — Спасибо, Том, — она улыбнулась. Однако она не выглядела очень довольной им. Том видел по выражению ее лица, что его действия заставляют ее чувствовать себя неловко, и, по прошествии стольких лет, он должен был это заподозрить. Фрэнки не нравилось, когда он вступался за нее. Том не знал точно, почему она никогда не падала в обморок, как это делали девушки в кино, когда мужчины вступались за них, но он разработал свою собственную теорию. Когда Том защищал её, она должно быть, чувствовала, что он пытается отплатить ей за тот день с Билли Стаббом, и как будто боялась, что как только он это сделает, их дружбе придет конец. Том подумал, что это глупая мысль, но не осмелился вынести её на свет, чтобы проверить, правда ли это. Он не хотел, чтобы она так себя чувствовала. — Ты же знаешь, она не собиралась меня бить. Я могу справиться с её наказаниями. — Да-да. Конечно… — поспешно ответил он. Он нервничал и стремился ускользнуть от ее взгляда, но все же сумел удержать в себе ту маленькую саркастическую нотку, которую всегда держал в себе. Она нахмурилась, подумав, что он снова упрекает ее в силе. Фрэнки отказывалась быть слабой и жалкой, как все остальные. Даже если это было так же просто, как изобразить улыбку в самые мрачные времена, она была храбрее всех, кого Том когда-либо встречал. Со времени инцидента с Билли Стаббом он знал, что она вполне способна постоять за себя, когда это необходимо. Он не знал, что на него вдруг нашло. Его тело действовало само по себе. Смутившись, он начал подниматься по лестнице один, стараясь держаться как можно дальше.       Неделя после Косого Переулка и до Хогвартса была самой странной неделей в сиротском приюте Фрэнки и Тома. Обычно их лечили инфекционно. Никто не хотел прикасаться к ним больше, чем на секунду. Однако на этой неделе Том и Фрэнки не могли найти ни минуты, чтобы побыть наедине. Сироты разговаривали с ними. Ну, в основном разговаривали с Фрэнки и просто смотрели на Тома с вежливыми улыбками. Они больше не были причудливыми демонами, а были мальчиком и девочкой, отправившимися в роскошную школу-интернат, чтобы получить высшее образование. Фрэнки была переполнена поклонницами, точно так же, как она была тогда у раковины в ванной. Они цеплялись за ее подол и каждое слово, как будто она уже была утонченной женщиной высшего класса, о которой они только читали в рассказах. Некоторые из них, не спрашивая разрешения, позаимствовали у миссис Коул несколько романов Джейн Остин и считали ее положение идеальным началом для женской фантазии. Она наверняка выйдет замуж за богатого человека, хотя и происходила из такого низкого места. Тем временем Том провел неделю в основном в одиночестве, поглощенный всеми фантазиями и возможностями, которые внезапно открылись перед ним. Он никогда по-настоящему не задумывался о своем будущем, пессимистично размышляя о том, что сиротский приют убьет его задолго до того, как он его обретёт. Том начал царапать маленькие галочки под своей кроватью, считая долгие летние дни между ним и Хогвартсом. К счастью, неделя прошла быстро…       Было уже около полуночи накануне их отъезда. Формально Фрэнки легла спать несколько часов назад, но все еще лежала без сна в темноте. Скоро официально наступит день, когда они с Томом уедут в Хогвартс и она начнет строить свое новое будущее в качестве ведьмы. Реальность отказывалась погружаться в нее. До этого блестящего магического открытия Фрэнки ожидала, что ее будущее будет нормальным. Она молилась, чтобы когда она вырастет, то не сможет использовать свои силы. Возможно, она даже надеялась, что они постепенно исчезнут, когда пройдет достаточно времени. По правде говоря, у нее была тайна, в которой она не осмеливалась признаться никому, даже Тому. Особенно Том. Ему было бы так стыдно за нее, если бы он знал истинную причину, по которой она почти никогда не использовала свои силы. Фрэнки не использовала свою магию, потому что боялась ее. Она все еще не могла контролировать себя так, как Том. Ее родители никогда не позволяли ей использовать магию, когда она была младше. Они заперли ее, чтобы защитить от смертных людей. Однако, когда она увидела, что этот мерзавец Билли издевается над Томом, она просто поняла, что должна что-то сделать. К счастью, Том тоже обладал магией. Если бы он этого не сделал, то, вероятно, отверг бы ее и счел уродиной, как и все остальные. После случая, который разжег их дружбу, он начал учить ее, что использование магии и обладание ею — это привилегия, дарованная им Богом. Прятать это было глупо. Это неотъемлемая часть того, кто они есть. Наконец-то, впервые за целую вечность, у нее появился кто-то, кто поощрял ее способности и считал ее особенной. И, отправляясь в Хогвартс, она будет окружена людьми, которые будут поощрять ее магию и поддерживать ее. Наконец-то она сможет избавиться от своих страхов навсегда. Конечно, она не могла сомкнуть глаз. Как она могла, когда такое светлое будущее было у нее под рукой? Она пролежала там уже слишком много часов. Очевидно, это было бесполезно. Она не собиралась спать сегодня ночью. Наконец Фрэнки вскочила с кровати, недовольно хмыкнув, и ушла. Она прошла небольшое расстояние до комнаты Тома и без стука открыла его дверь. Все было именно так, как она думала. Он тоже не мог заснуть. Он сидел на кровати и читал в тусклом свете лампы «История Хогвартса». Книга не была обязательной, но он все равно купил её, чтобы побольше узнать о школе. — Значит, ты тоже не можешь уснуть? Я так и думала. Том вздохнул, закрыл книгу и встал с кровати, чтобы пойти ей навстречу. С таким же успехом стен могло и не быть, потому что он слышал, как скрипела ее кровать в течение последнего часа. Фрэнки утвердительно покачала головой и прошла мимо него, чтобы взять книгу. Том вернулся назад и сел рядом с ней на пол, когда она снова открыла страницу, которую он только что отметил. — Это будет потрясающе, — сказала Фрэнки, улыбаясь фотографии школы на открытой странице. Это был очень большой замок, и одни только картины, вероятно, не могли бы воздать должного. Любой ребенок был бы счастлив пойти учиться туда. Но она слегка нахмурилась. Ее жизнь в приюте явно не была идеальной, но она все еще боялась такой большой перемены сразу. Что, если дети из волшебных семей осудят их за то, что они сироты, и они не смогут завести друзей? Что, если ее магия недостаточно сильна после стольких лет подавления? Что, если они с Томом разойдутся? — Завтра все изменится, не так ли? — Это будет перемена к лучшему. Не беспокойся, — заверил её Том. Её голос звучал печально. Или он просто устал? Он переворачивал страницы книги, пытаясь показать ей что-нибудь, что могло бы немного поднять ей настроение. Фрэнки была взволнована предстоящим отъездом. Том был в этом уверен. Ему просто нужно было что-то, чтобы вернуть ее к хорошему настроению — Мы наконец-то выберемся отсюда… — Я не могу не волноваться. Я нервничаю перед отъездом. — призналась она, внезапно почувствовав себя намного более усталой, чем раньше. Том видел, как ее глаза начали опускаться, когда она попыталась разглядеть зачарованные картины. — А что, если это не все, на что мы рассчитывали? Он должен был действовать. Это несомненно, будет величайший день в их жизни, и он не позволит ей сожалеть об этом, даже на секунду. Он схватил лампу со стола и нырнул под кровать. Ее опущенные глаза расширились, когда она увидела, как он пытается проникнуть глубже под кровать. — Что ты делаешь? — Залезь сюда на секунду, — прошептал он откуда-то снизу. Она последовала за ним. В свете лампы было видно только лицо Тома. Она придвинулась ближе к нему. Вскоре они уже ютились под кроватью, зажав между собой фонарь. Фрэнки огляделась, ожидая увидеть там что-нибудь стоящее, кроме пыльных комков. — Видишь это? Стена ни в коем случае не была безупречной, но шесть маленьких клещей были намеренными и жирными среди различных анонимных пятен. На стене были обозначены галочки. — Я считаю дни, как заключенный. Ты даже не представляешь, как я рад, что уезжаю. — Я знаю.  — Если ты хоть на секунду сомневаешься в том, что школа магии будет менее чем блестящей, ты явно не знаешь, что я сейчас чувствую, — категорически признал Том. Он вздохнул и протянул ей монету:  — Это будет лучший день в нашей жизни. Я обещаю… Фрэнки слегка улыбнулась, придвинулась ближе и приняла честь нарисовать седьмую галочку. Они вышли более усталыми и довольными. Фрэнки собиралась вернуться в свою комнату, но они были поглощены учебниками и другими школьными принадлежностями. Она уже почти распаковала все его вещи, когда Том вдруг вспомнил о таинственной коробке. Может быть, то, что дал ему тот человек, немного облегчит её нервозность по поводу поездки в Хогвартс. У него еще не было возможности открыть ее, учитывая, сколько всего отвлекало его за эту неделю. Сейчас было самое подходящее время, чтобы посмотреть, что это такое. — Вот… — нервно проговорил он, вынимая коробку из пары носков, в которых прятал ее, и практически сунув ей в лицо. К счастью, она была слишком мила и слишком устала, чтобы обращать на это внимание. — В чем дело? — спросила Фрэнки, широко зевая. Том удивился, что она вообще сумела ответить на этот вопрос. — Даже не знаю. Тот человек, который нас сфотографировал, дал её мне, но я её еще не открывал, — ответил Том. Честно говоря, ему тоже было немного любопытно содержимое маленькой коробочки. Она была из волшебного мира. Конечно, это должно было быть что-то волшебное. — Я подумал, что мы могли бы открыть её вместе. Они открыли шкатулку и нашли маленький медальон в форме сердца из тусклого гладкого золота. Она открыла его и увидела, что детальки медленно вращаются в бесконечных петлях. — Хорошенький… — она зевнула, довольно сбивчиво, прежде чем просто уснуть у него на плече. Том мысленно слегка запаниковал. Он не знал, что это будет явно романтический подарок. Мужчина, вероятно думал, что они пара, что было неправильно. Он сидел неподвижно, просто глядя на её умиротворенное лицо. Он не знал, каков надлежащий протокол для такого рода ситуаций. Никому и никогда не было бы так удобно засыпать в его присутствии, не говоря уже о том, чтобы использовать его для поддержки. Разбудить ее или дать поспать? И как он объяснит ей утром, что это за медальон? Он заснул, пытаясь решить, что делать дальше…       На следующее утро Том проснулся, прислонившись к краю кровати, с ужасной болью в спине и тем местом, где уснула Фрэнки. Должно быть, она проснулась раньше, чтобы подготовиться. Миссис Коул вопила во все горло, чтобы он убирался к чертовой матери вниз, но она не звала Фрэнки, значит, она уже была там. Том быстро оделся и положил остальные вещи обратно в багажник. Спустившись вниз, он увидел, что Фрэнки уже запихивает свой школьный чемодан в такси. Это было не так уж далеко, но миссис Коул хотел устроить им грандиозные проводы исключительно для видимости. Несколько соседей тоже пришли и болтали с миссис Коул, полностью игнорируя их. Фрэнки согласилась принять одно из многочисленных предложений водителя о помощи, смутившись, что даже попыталась сама, и заметила Тома, стоящего у подножия лестницы. Том подтолкнул свой чемодан к двери, стараясь не встречаться с ней взглядом, пока не оказался прямо перед ней. — Доброе утро! — Фрэнки просияла, её голос звучал бодро и звонко. Том как-то странно посмотрел на неё. Была ли прошлая ночь просто сном? Может быть, он заснул, и все это было странной галлюцинацией. Затем он увидел медальон на её шее. Она покрутила его в пальцах и улыбнулась, но больше ничего не сказала. — Доброе утро. — натянуто ответил он в ответ. Водитель позади них тоже указал на багажник Тома, и тот прошаркал мимо неё. На нее, казалось, не произвело никакого впечатления его довольно странное поведение. К счастью, похоже, она не собиралась вспоминать прошлую ночь. — Ты взволнован? — спросила Фрэнки, наблюдая, как водитель пытается втиснуть в машину второй багажник. — Отчасти, — неуверенно ответил Том. Школа, заполненная такими же детьми, как они, все еще казалась такой нереальной, несмотря на то, что была в нескольких минутах от того, чтобы увидеть целую железнодорожную станцию, полную «проклятых» людей. Он вдруг почувствовал необходимость отвлечься от больших перемен, ожидающих их впереди, как Фрэнки прошлой ночью. — Как ты думаешь, Фрэнки, на какой факультет тебя отправят? — Какой факультет? — Наконец-то я знаю, что такое чертов Рейвенкло, — вздохнул Том, размышляя над своим вопросом из Косого Переулка, оставшимся без ответа. Он только что прошел мимо раздела о факультетах прошлой ночью, когда она вошла. — По-видимому, в Хогвартсе есть четыре факультета, в которые мы можем попасть. Гриффиндор, Хаффлпафф, Рейвенкло и Слизерин. Все они ценят разные черты характера. — Полагаю, для меня это не имеет особого значения. — Фрэнки ответила резко, только на мгновение задумавшись. Это был типичный ответ от неё. Она даже не позволила Тому объяснить, что это такое и почему они так важны. — Я просто хочу быть там. Я не думаю, что факультеты повлияют на это. — Ты права. На самом деле это не имеет значения. — согласился Том, изо всех сил стараясь улыбаться и выглядеть таким же счастливым, каким он себя чувствовал. На самом деле, это действительно не имело значения, в каком факультете они находились. Они могли быть умными Рейвенкловцами, как сказала Прю, или Хаффлпаффцами, или Гриффиндорцами, или Слизеринцами. Вскоре Том обнаружил, что ему наплевать на каждую мелочь. Долгожданное изменение от постоянного беспокойства и гадания о том, что ждет их в будущем. Машина была битком набита, и они ехали в лучшую школу во всей Европе. Ничто другое не могло сравниться с тем, как подпрыгнуло его сердце, когда они вместе сели в машину и уехали.