Место девочки — в политике

Вальбурга Блэк

      Любовь ужаса из моря была и правда горячая… Но Вальбурге всё равно стало противно от самой себя — как и тогда, когда она чуть не убила маглу. Это не в её природе, отнимать жизнь. Она хотела лишь вдыхать её в других.       Ласковые слова голоса не помогли ни на секунду принять такую себя. Потому что это не Пандора была мертва и распята на фамильном портрете. Эта стрекоза — и есть Вальбурга.       Зачем, ну зачем она это сделала?..       Ради любви.       Этот простой ответ заставил Вальбургу покрыться холодными мурашками.       "Может, Сириус был прав? — вспыхнула неприятная, но такая логичная мысль. — Может, совсем не всё стоит делать ради любви? Иначе что же это за любовь, если от неё так много зла и страданий?"       — А теперь, детки, к делу, — дед погладил клюв гиппогрифа, как-то вдруг присмиревшего и даже положившего голову на плечо своего хозяина. — Через пару минут сюда явится команда спасения, поэтому слушаем меня и быстро всё выполняем. Вальбурга, отдай Мариусу эту паршивую тряпку.       Она, высвободившись из тёплых и безопасных объятий Мариуса, машинально стащила с себя мантию и протянула её резко собравшемуся Марсу.       — Умница. Ты идёшь к котельной, а оттуда — в подвал. Преследователи совершенно не ждут, что вы разделитесь, они прямо сейчас окружают Гриммо. Знаешь, где порталы в Блэк-мэнор?       Вал отрицательно покачала головой.       — Тогда пусть будет ритуальный зал. Там через две колонны можно войти в разные точки поместья. Тебе нужна по левой стороне, тоже в подвал, а потом…       Он продиктовал чёткие инструкции, откуда можно выйти после перемещения, и у Вал волосы на голове зашевелились — её родственники оказались ещё более чокнутыми параноиками, чем она думала. И пусть созданная система была удобна для того, чтобы спасти как можно больше людей в случае нападения, но также она была ужасно уязвимая для предательства, когда врагом оказывался кто-то из членов семьи.       Например, как это случилось с Элладорой, тоже прекрасно знавшей обо всех этих входах и выходах, и потому сумевшей не только сбежать, ранив Сириуса, но и убить Евдокию с Финеасом. А теперь, какая ирония, такой предательницей стала и сама Вальбурга.       Она убила Дору. Родственницу. Чёрная кровь снова пролилась на Гриммо… О, Сириус. Где же ты, когда так сильно нужен?       Вал схватилась за позолоченную раму портрета: желудок при очередном взгляде на распятую стрекозу запросился наружу. Финеас осёкся лишь на мгновение, когда её согнуло пополам и вывернуло на пол. Зато Мариус, охнув, достал платок из брюк и заботливо протянул его Вальбурге. Но оба хотя бы тактично сделали вид, что не произошло ничего особенного.       — Иди, — безжалостно резюмировал Финеас, не давая ей даже губы вытереть спокойно. — У тебя всё получится.       Вальбурга заторможенно кивнула и стыдливо взмахнула палочкой, чтобы убрать отвратительные остатки ужина с пола. Будто они чем-то хуже горелого запаха крови, пропитавшего весь этаж… И наколдовала себе стакан воды, чтобы сбить кислый привкус во рту, делающий всё происходящее совершенно невыносимым.       — Дед Най? — Вал всё-таки нашла в себе силы спросить у него кое-что очень важное. — Почему ты помогаешь? Почему готов доверять голосу?       Взгляд Финеаса на короткое мгновение смягчился.       — Я просто слишком хорошо понимаю, что происходит в голове моего сына, и не могу дать никаких прогнозов, во что это обернётся. Я вмешиваюсь — точно так же, как когда-то вмешался он сам. Что же до существа… Пусть я никогда не сталкивался с ним, но однажды слышал о нём от Алькора. Тогда я лишь отмахнулся, но теперь у меня нет особенного выбора, предстоит рискнуть — в конце концов, я слышал только хорошее. И я могу доверить тебя только двум дорогим мне людям. Один стоит позади тебя, а второй — это Алькор, преданный мне даже после моей смерти, — он грустно усмехнулся. — Очень неприятно быть портретом, знаешь ли. Мало кто воспринимает всерьёз. Так что помогаю, чем могу, из своего посмертия. А теперь беги. Хватит разговоров.       Мариус, успокаивающе погладив чуть пришедшую в себя Вал по плечам, снова боднул её затылок лбом.       — Лети, моя леди-дракон. Я тебя догоню, обещаю.       В пустой и холодной груди от слов дедушки и этого знакомого с детства жеста вновь начало биться бесконечно жаждущее жить сердце.       Вальбурга успела сбежать вниз по чёрной лестнице, — оттуда до угла Кричера было ближе, чем через цоколь и коридор, — и даже вцепиться в дверь котельной, как до ушей донёсся рёв каминов, выплёвывающих с невообразимой скоростью летучий порох и долгожданных гостей…       Вот так Вальбурга внезапно получила ответ на вопрос из глубокого детства, зачем на цоколе аж три камина напротив парадной лестницы. Это оказалось полезно не только для приёмов, которых на Гриммо при её жизни отродясь не бывало. Сколько им понадобилось, меньше десятка секунд, чтобы оказаться здесь всем вместе?       Вал могла бы спокойно распахнуть дверь и идти дальше, проигнорировав происходящее — в конце концов, она ведь так устала. Ей лишь хотелось, чтобы всё поскорее закончилось… Но ноги её вмёрзли в пол, когда она увидела божественным зрением первого выскочившего из зелёного огня гостя — дядю Регулуса.       "Что? Нельзя же быть в двух копиях?!" — запаниковала она. — Или это оборотка?"       "Мда, — мрачно вторил Мариус. — Может, ещё один метаморф, чтобы испугать нас? А то как-то неловко выходит".       Не угадали.       Голос был совершенно безжалостен.       Просто Сириус очнулся и ушёл с бессознательным Регулусом через камин в кабинете, а вы — всего лишь дети и портрет отставшего от прогресса мертвеца.       Это невозможно — без пролитой крови победить тёмных магов и метаморфа-невыразимца. Остановить их по-настоящему может только Смерть.       "А ты умеешь подбодрить! — застонала Вальбурга. — Хорошо, что я уже на месте, и они не успеют меня догнать!"       У тебя ещё Блэк-мэнор, не расслабляйся… Жаль, что просто нельзя убить всех. Таких сильных магов, как Блэки, во время войн принято только убивать, чтобы наверняка не помешали в будущем. Как видишь, творю для тебя настоящее чудо, моя милая невеста, — вожу их за нос со всеми невыразимцами Британии одновременно…       Вальбурга едва успела заткнуть рот ладонью, ибо из груди рвался булькающий истерический смех. Они с Мариусом — глупые самонадеянные дети! У них ничего не получится!       "Тише, Вал, успокойся. Не такие уж мы и бесполезные, аж целого дракона завалили, — подбадривающе мурлыкнул Мариус. — А ещё мы с тобой немножко русские, и с нами — немножко бог! Справимся!"       Она прикусила губу.       "Марс! Не смеши меня! Это плохо закончится!"       Из второго камина, не давая им и секунды на передышку, со змеиной грацией выскользнул незнакомец в серой мантии, выглядящий лишь немногим старше дяди Регулуса. Всё внимание Вальбурги обратилось к нему.       Высокий рост. Тёмно-каштановые, исчерна волосы, собранные в хвост на затылке. Гладковыбритый подбородок, невыразительное лицо. Но цепкие, льдисто-голубые глаза, почему-то напомнившие Вал о стычке дяди Ликориса с лордом Манлием Малфоем. Дядя тогда её, ужасно маленькую, взял с собой на парламентские слушания, и она почти всё время тихо просидела у него на руках, внимательно глазея по сторонам. Изумрудные мантии и серебристые, угольно-чёрные и багрово-алые…       Яркие голубые глаза.       Но распутать вспыхнувшую ассоциацию она не успела, потому что третьим из огня вышел, хромая и морщась, Сириус. Колени мгновенно предали Вальбургу. Она вцепилась в ручку покрепче, чтобы не осесть поломанной куклой на пол, уткнулась лбом в мокрую и холодную дверь. Но даже с закрытыми глазами она прекрасно всё видела, чувствовала и осязала       Выдох-вдох. Сириус, Сириус, Сириус.       "Спокойнее, Вал, спокойнее. Конечно же, он здесь. Ты справишься".       — Вальбурга! — это первое, что он закричал, разрывая её душу. — Если ты всё ещё тут! Если ты сама опять пытаешься сбежать… Пожалуйста!       Лорд Блэк крепко сжал зубы и болезненно впился в трость, от которой во все стороны разошлись круги по воде. Судорога, как и всегда, поймала его совсем не вовремя, но он всё равно захрипел сквозь неё:       — Пожалуйста. Вернись, я не могу без тебя, я люблю тебя. Только вернись!       Не смей.       Вальбурга ещё и подумать не успела, а голос из моря уже обеспокоенно зашипел, и его страшные когти будто царапнули у самого-самого горла…       "Не буду. Обещаю".       — Дора!       Регулус стал белее мела, но бежать к павшему дракону и девичьему телу рядом с ним не спешил. Его глаза заметались, палочка плюнула искрами, ощупывая поле боя. Вначале он осматривал всё довольно хладнокровно, но потом кулаки его сжались в сильнейшем напряжении и страхе.       — Она… — дядя обернулся к серому человеку. — Вы её?..       — С ней всё будет в порядке, это же Дора, — незнакомец, не дожидаясь окончания проверок Регулуса и будто не замечая воды по щиколотку, пошёл к лестнице, внимательно осматриваясь. — Хотя, знаешь, тебе-то какое дело? Не ты ли додумался пару часов назад сказать ей, что мертвая бывшая — лучшая бывшая?       Регулус прожёг его взглядом полным искренней ненависти, но крепко сжал зубы и ничего не ответил — удивительное самообладание! А мужчина на полпути обернулся и с издёвкой посмотрел уже на лорда Блэка, явно собравшегося крикнуть в пустоту коридора очередное пронзительное признание.       — Тори, будь добр, прекрати бесполезно надрываться и займись делом. Экстренные роды — это ведь всё ещё по твоей части? — голос у незнакомца был сладкий-сладкий, мерзкий-мерзкий. — Или правду в жёлтушных газетёнках пишут, что Сириус Кастор Блэк окончательно спился за это лето?..       — Хватит меня так звать.       Вальбурга с недоумением наблюдала, как напряженный до невозможности Сириус послушно захромал к дракону. Она ожидала как минимум ответного оскорбления… Но потом она увидела его глаза — совершенно пустые и измученные.       Она впилась в дверь так сильно, что перестала чувствовать руку. А нахальный визитёр, поднимающийся по ступеням, чуть ли не засветился от удовольствия.       — Кастор, Кастор, Кастор… Ну что же тебе не нравится? Ты сам попросил моей помощи. Хотя я слабо понимаю, зачем, ибо пока что вижу лишь доказательства своей правоты — детки играются, только и всего. Потерял хватку и начал верить в деревенские суеверия? Это на тебя совсем непохоже, Тори.       — Как будто ты знаешь, какой я сейчас, — горько фыркнул Сириус, закатывая рукава рубашки и осматривая фронт предстоящих работ. — И лучше уж я проверю, наконец, все гипотезы, — пятый побег, шутка ли? — чем продолжу бесполезно кудахтать, как ты… А ещё ты первый прибежал в Блэк-мэнор, туда тебя мы точно не звали, сами бы справились. Но ты так переживал за нас, верно? Теперь чего уж, иди до конца, раз припёрся помогать!       Вальбурга не могла поверить ни ушам, ни глазам: слишком невозможным выглядел их диалог. В последний раз, когда дед Сигнус назвал лорда Блэка вторым именем, Кастором, Сириус ударил его и сломал ему нос… Возможно, правда, горбинка на длинном и слегка кривом носу незнакомца тоже не из воздуха взялась, но сейчас прибывшим явно было не до драки — приходилось лишь огрызаться друг на друга.       "Они и не выглядят так, будто могут подраться, — Мариус звучал задумчиво. — Они выглядят… как старые друзья?"       — Может, вы всё-таки чуть позже обменяетесь любезностями и делом займётесь? — раздраженный Регулус даже приостановил взмахи палочкой. — Мне надо сосредоточиться.       — На чём? На бесполезных проверках? — мужчина закатил глаза. — А, впрочем, давай. Докажи, как и всегда, мою правоту, в том числе и своему любимому папуле. Докажи, что это всего лишь дети, которые поймали тебя врасплох на базовых чарах — да ещё и обобрали, как липку! Что они не использовали сложных заклинаний и тёмной магии, а потому действительно опасных ловушек не предвидится… Хотя лично мне достаточно одного взгляда на Дору, чтобы увидеть, что она, как и ты, провалилась на самом обыденном — её разорвали простейшей трансфигурацией.       — Высшей трансфигурацией, — не согласился Сириус, заглянув внутрь грудной клетки дракона. — Я даже не уверен, что ты сам способен на что-то подобное, друг мой. И прекращай уже петушиться да павлиничать, а? Мы всё равно проверим каждый сантиметр. Преобразование, может, и простое, но масштаб впечатляющий. Это колоссальное количество…       Договорить он не успел. Мужчина, забравшийся на самый верх, как бы невзначай положил руку на стену, подпитываясь от систем Гриммо — а дом будто узнал его и рад был помочь! Вся вода, которую Вальбурга так старательно тащила на цоколь из труб и резервуара, за считанные секунды собралась в четыре толстые каменные колонны, подпирающие потолок.       "Вот это подарок!" — воскликнул отчего-то резко повеселевший Мариус. Вальбурга, вздохнув, нашла в себе силы, чтобы встать ровно, и больше не висеть на двери.       Ей надо было идти. Прекратить их слушать и идти. Но почему она медлила? Что ещё хотела услышать? Или, может быть, кого?..       — Ты тоже давным-давно не знаешь, мой старый добрый друг Сатори, кто я такой и на что способен, — мужчина качнул головой и чуть смягчился. — Так-то хоть звать тебя можно? Милое ведь было прозвище?       — Можно, Кэнсё, можно, — Сириус опустился на колени перед животом дракона. — Вот только ты занял у дома, чтобы не перенапрячься, а тот, кто колдовал, сделал это из собственных резервов.       — Скорее из артефактов! — парировал неведомый "Кэнсё", уткнувшись в стену плечом и задумчиво сложив руки на груди. — Послушай, давай серьёзно. Я всё-таки преподаватель и могу оценить способности детей. Пусть с вашим мальчишкой я лично не знаком, но наслышан о нём от Финеаса. А Вальбурга и вовсе очень способная девочка как в чарах, так и в трансфигурации — просто лентяйка кошмарная, и в кого только?..       В голубых глазах мужчины блеснули смешинки.       — Но когда она увлекается, учится, в её голове находиться — сплошное удовольствие. Хорошее воображение, пространственное мышление, отличная скорость ассоциаций. Не твоё б дурное влияние, и из неё б точно вышел толк!       Так-так. Кто этот "Кэнсё" и что он забыл в её голове? А самое главное, когда?       — Просто представь. Вальбурга стоит вот тут, в её руке артефакт… — мужчина сделал шаг прямо на то место, где и правда колдовала Вал. — А мальчишка нашёптывает ей из-за плеча, что делать. Если он и правда осилил все учебники и перешёл на профессиональную литературу, да ещё и не обделён талантом педагога, это вполне реально. Я в семнадцать вещи и позатейливее делал, когда мне Най карт-бланш на запасы Блэк-мэнора дал. Не уверен, правда, что смог бы взорвать дракона, — и очень хочу услышать, как именно они это сделали, — но дети же должны превосходить своих стариков, верно?       Он пожал плечами.       — А Финеас к тому же упоминал, что в списке, который Мариус заставил учить Вальбургу ещё до поступления в Хогвартс, было и Вулнера Санентур, и Авифорс. Значит, объяснять сложное простейшими словами он умеет, — друг Сириуса мечтательно вздохнул. — Не его б природа, обоих бы в невыразимцы забрал, а Мариуса так вообще сразу в путешественники!       — Только попробуй. Особенно Вальбургу, — с каждым словом этой вполне шутливой перепалки Сириус выглядел всё более расслабленным. — Я тебя в основание Хогвартса закопаю — старому могильнику давненько не приносили жертв.       — У-у-у, боюсь-боюсь, страшный тёмный маг, спасите! — на одной ноте дразнился тоже весьма повеселевший Кэнсё. — Только для начала поймай их, а потом угрожай.       — Да заткнитесь вы, наконец! — завыл Регулус, но вряд ли хоть кто-то его заметил.       "Кто он? — Мариус, прежде чем-то крайне занятый, тоже забеспокоился. — Ты его знаешь?"       "Лица не узнаю, чары. А вот я ему, похоже, хорошо знакома".       "Учитывая, что он мастер трансфигурации, это вполне логично. Ты не уходи пока, раз задержалась, надо подумать. Он может сильно испортить всё — явно же из высокопоставленных невыразимцев".       Правда, слишком долго ждать не пришлось — им решил помочь дедуля.       — Готов подтвердить каждое твоё слово, любовь моя, — донеслось вдруг из парадного портрета. — За исключением того, что артефактов не было, и Вальбурга всё сделала, заняв силы не у Гриммо, а у кое-кого гораздо больше по размеру…       "Алиот! — воскликнула Вал, торжествуя. — Любовник деда!"       "Вот только это никак не объясняет, откуда он тебя знает!"