Разбитые души.

Северус, Билл, Карлайл, Эдвард и Леора сопровождали Гарри в Гринготтс в Сиэтле, штат Вашингтон. Они надеялись решить вопрос об опекунстве Гарри до того, как он будет вынужден вернуться в Хогвартс. Гарри не мог заснуть прошлой ночью, он боялся вернутся к людям, которые предали его. — Расслабься, любовь моя, все будет хорошо. — прошептал Эдвард. Эдвард нес свою дочь, завернутую в бледно-лиловое одеяло. — У меня никогда ничего не было в порядке. — вздохнул Гарри. — Простите меня, если я не очень верю в эту систему, она никогда не работала на меня раньше. Группа последовала за угрюмым, сгорбленным гоблином в заднюю комнату. Они терпеливо ждали, пока он обойдет свой большой письменный стол и сядет. — Я — Блэкрут, а вы — Гарри Поттер, Северус Снейп и Уильям Уизли. Никаких дальнейших представлений не требуется, но я хотел бы знать, как зовут этих вампиров. — Гоблин с любопытством посмотрел на Карлайла и Эдварда. - Я Карлайл Каллен, а это мой сын Эдвард Каллен. Очень приятно с вами познакомиться. — ответил Карлайл. Блэкрут бросил на Карлайла странный взгляд. Он никогда не встречал никого из своего рода, кто относился бы к ним с уважением. Вампиры обычно смотрели свысока на все виды. — Чем я могу вам помочь сегодня? — Блэкрут знал все о Гарри Поттере и обо всем, через что ему пришлось пройти. — Мы пришли сюда сегодня, потому что моя опека над Гарри якобы была аннулирована. Я также хотел бы узнать об официальном усыновлении Гарри. — сказал Северус шелковистым ровным голосом. Северус посмотрел на Гарри, который нервно теребил край одеяла Леоры. - Да, но как только Артур Уизли подпишет документы об усыновлении, они станут официальными приемными родителями Поттера. Блэкрут сложил руки вместе и посмотрел на волшебников и вампиров. — Я не только Эдвард Каллен, но и Седрик Диггори. Я официально взял замуж Гарри Поттера, когда ему было четырнадцать, а мне семнадцать, разве это не делает меня законным опекуном Гарри? — спросил Эдвард. Блэкрут уставился на вампира, объявившего себя покойным наследником Диггори. — Поскольку я не могу использовать вашу кровь для проверки вашего заявления, мне понадобится образец ваших волос. — Гоблин взял миску и протянул ее вампиру. — Выдерните несколько прядей и положите их в миску. Эдвард кивнул и сделал, как было велено. Он терпеливо ждал, пока Блэкрут нальет в чашу черное зелье, покрутит его в воздухе и выльет на чистый лист пергамента. Все подались вперед, когда имена начали набрасываться на лист пергамента. Блэкрут усмехнулся им и выхватил пергамент из их поля зрения. — Судя по этому письму, вы действительно Седрик Диггори, ваш муж-Гарри Джеймс Поттер, и у вас есть одна дочь, Леора Калила Поттер. В нем также говорится, что вы умерли 24 июня прошлого года, участвуя в Турнире Трех Волшебников. Вся информация, которая у нас есть о семье Диггори, которая автоматически обновляется, перечисляет вас как умершего. На семейном гобелене Диггори вы тоже числитесь умершим. Другими словами, Седрик Диггори, муж Гарри Поттера, отец Леоры Поттер, мертв. Гарри подавил рыдания, которые пытались вырваться наружу. — Что это значит? — Спросил он дрожащим голосом. Он терпеть не мог слышать, что его муж мертв, если чувствовал, как ледяная вода бежит по его венам. — Это значит, мистер Поттер, что покойник не может быть вашим опекуном или мужем. — Решительно сказал Блэкрут. Гарри уткнулся головой в плечо Эдварда, чтобы скрыть слезы. Он просто знал, что у него ничего не получится. Его заставят вернуться в Хогвартс и разлучат с дочерью до тех пор, пока ему не исполнится семнадцать. Эдвард передал Леору Биллу, подхватил Гарри на руки и крепко прижал к себе. — Значит, я не муж Гарри? — С ужасом спросил Эдвард. -Ты, как и Эдвард Каллен, не муж Гарри Поттера. — ответил гоблин. Северус вздохнул и провел рукой по лицу. — Итак, кто же в настоящий момент опекает Гарри? Блэкрут порылся в каких-то бумагах. — Ваша опека над мистером Поттером была отменена несколько дней назад. До тех пор, пока мистер Уизли не подпишет документы об усыновлении, опекунство вернулось к тестю Мистера Поттера, Амосу Диггори. Гарри начал задыхаться от рыданий. Попасть к Амосу было ещё хуже, чем попасть в нору и Хогвартс. Северус сунул руку в карман халата, достал успокаивающий напиток и передал его Эдварду. — Возможно, Эдвард больше не Седрик Диггори, но он по-прежнему является родственной душой Гарри Поттера. Могут ли они снова пожениться? — спросил Северус. — Мистер Поттер несовершеннолетний и не может жениться без согласия опекунов. — Сухо ответил Амос. Северус выругался, это было нелегко. Амос был упрям и хотел быть частью жизни Леоры, он ни за что на свете не подпустит этого ублюдка-насильника к своей внучке. — Есть ли здесь какой-нибудь способ снова получить опекунство над Гарри или усыновить его? — Опять тебе придется пройти через Амоса Диггори, — вздохнул Блэкрут. Как только Артур Уизли подпишет документы, Амос больше не будет иметь никакого права голоса в жизни Гарри. Есть ли вероятность, что Мистер и миссис Уизли позволят Гарри выйти за муж за Эдварда Каллена? — Возможно, мой отец, но не моя мать, — простонал Билл. Она слишком контролирующая, и это должно быть ее способом, или никаким способом. Она захочет, чтобы Гарри был в Хогвартсе, ее не будут волновать родственные узы или его желание остаться с дочерью. — Родственная душа, — пробормотал Эдвард. Эдвард посмотрел на гоблина. — Мы связаны родственными душами, Гарри нуждается в ежедневном контакте со мной. Разрешат ли мне жить с ним в Хогвартсе? — Нет! — закричал Гарри. -Мне все равно, чего хочет эта сука или Дамблдор. Я отказываюсь возвращаться в Хогвартс, нору или Британию. Моя жизнь всегда была о том, что другие люди хотели, ну не больше! — Пока Гарри бушевал, по комнате пронесся ветер, и все вокруг задребезжало. — Я устал от того, что все говорят мне, как я собираюсь жить, никто никогда не принимал мои интересы близко к сердцу. С меня хватит, и я этого не допущу. — Гарри встал и направился к двери. — Поттер! — завопил Северус. — Куда это ты собрался?! — Я собираюсь навестить моего дорогого старого тестя и попросить его подписать разрешение на мое усыновление. Если он откажется, я нанесу визит Миссис Скитер. — Он зарычал. Эдвард вскочил на ноги и обнял Гарри. — Ты просто не можешь броситься к моему отцу и потребовать чего-нибудь. — Эдвард, я люблю тебя, но ты не хочешь пытаться остановить меня. Мне нужно добраться до него до того, как крик миссис Уизли оборвется, и мистер Уизли подпишет. Если он подпишет, у меня не будет ни малейшего шанса заполучить Северуса в качестве отца, и мы не сможем пожениться, пока мне не исполнится семнадцать. Я не шучу, мне надоело, что они диктуют мою жизнь. Эдвард улыбнулся своей разъяренной маленькой паре. Было так приятно снова увидеть огонь в глазах Гарри. — Я не собираюсь тебя останавливать, но нам нужно все спланировать. Ты также не будешь идти сам по себе. — Он наверняка пойдёт не один. — сказал Северус убийственно спокойным голосом. — Я согласен с Гарри, мы должны сделать это до того, как арфистка Молли сломает Артура. Мерлин знает, я бы сделал почти все, чтобы заткнуть эту клячу. Северус откашлялся и смущенно посмотрел на свою пару. Билл рассмеялся: — Я согласен, как ты думаешь, почему я уехал так далеко от дома, как только окончил школу? Почему вы, ребята, планируете, я нанесу визит своему отцу. Я думаю, мы сможем привлечь его на свою сторону. Блэкрут откашлялся. — Я советую вам действовать быстро. Если опекунство Мистера Поттера останется в подвешенном состоянии в течение месяца, то опека перейдет к Министерству. Вы можете поспорить, что Фадж больше всего на свете хотел бы заполучить Мистера Поттера и его хранилища. Гарри кивнул и подошел к Гоблину. — Спасибо за ваше время и помощь, сэр. Гарри встретился глазами с ошеломленным Гоблином и поклонился. Когда Гарри выходил из комнаты, Блэкрут окликнул его: — Мистер Поттер, желаю вам удачи. — Оглядывая свой кабинет, добавил он. — Мистер Поттер, этот кабинет устроен так, что никакая магия не может быть использована, с палочкой или без нее. Гарри поморщился и огляделся вокруг, оценивая ущерб, нанесенный его магией . — Простите, сэр, но иногда мне трудно контролировать свою магию. Пожалуйста, возьмите деньги на ремонт из моего сейфа. Блэкрут внимательно посмотрел на юного наследника Поттеров. Он так отличался от других волшебников и был невероятно силён. — В этом нет необходимости, мистер Поттер. Все сломанное можно починить за считанные минуты. Не позволяй волшебникам изменить вас. Вы редкий волшебник, мистер Поттер, с чистой душой. Если я могу быть вам полезен в будущем, не стесняйтесь спрашивать. Хорошего дня, джентльмены.

***

Дамблдор поперхнулся лимонной каплей, читая утренний выпуск «Ежедневного пророка». Подняв глаза, он заметил, что все ученики и учителя в Большом зале смотрят на него в шоке и гневе. — Это правда? — пискнул крошечный профессор Флитвик. Его крошечная рука размахивала перед его лицом ежедневным пророком. — О Альбус, пожалуйста, скажи мне, что мы не посылали беременного четырнадцатилетнего мальчика в Азкабан. — воскликнула Минерва. Её не было там в тот день, когда Гарри покинул площадь Гриммо, она не знала о ребенке. — Правда ли то, что написал Скитер? Неужели Амос действительно сделал эти ужасные вещи с Гарри? — спросил потрясенная и возмущенная профессор Спраут. Седрик был одним из ее Барсуков и потому она не раз встречалась с мистером Диггори. Он всегда был очень добр к ней и был любящим отцом для Седрика. Альбус несколько раз кашлянул, пытаясь прочистить горло и выиграть несколько минут. — Гарри действительно был в положении, но тогда мы об этом не знали. Гарри скоро вернется в Хогвартс, где мы всё сможем помогать ему и заботиться о нём. -А как же его ребенок? Дети не допускаются в Хогвартс. — спросила мадам Помфри. Она была ошеломлена тем, что Гарри смог выносить ребенка, страдая в Азкабане. Даже в самых благоприятных условиях шансы на вынашивание и рождение живого ребенка у мужчины были крайне редки. У большинства мужчин выкидыш случался примерно на четвертом месяце, когда ребенку требовалось больше магии, чтобы вырасти. — Семья Уизли была достаточно добра, чтобы предложить Гарри дом и семью. Пока мы разговариваем, Артур Уизли подписывает документы об усыновлении. Молли будет держать и воспитывать ребенка для Гарри, пока он заканчивает школу. Дамблдор внимательно посмотрел на своих учителей и был потрясён, увидев, что они хмуро смотрят на него. -А как Гарри относится к этим договоренностям? — спросила Минерва. Она пыталась сдержать свой гнев. Было бы нехорошо, если бы она набросилась на директора на глазах у всех учеников. Дамблдор откашлялся. — Мы все ещё должны найти Гарри и сообщить ему хорошие новости, но он будет очень рад вернуться в Хогвартс. — Ты бредишь, старик? — закричала Минерва. Она съежилась, когда ее голос эхом разнесся по залу. Она понимала, что Гарри ни за что не оставит дочь на воспитание Молли. Гарри жаждал семьи больше всего на свете, он не бросит собственную дочь. Гермиона сидела на своем месте за Гриффиндорским столом, и по ее лицу текли слезы. На первой странице «Ежедневного пророка» была фотография ее улыбающегося бывшего лучшего друга Гарри. Это была та самая фотография, которую они использовали во время Турнира Трех Волшебников. Она не знала, как относиться к этой статье. В статье утверждалось, что родители Рона усыновляют Гарри, и он скоро вернется в Хогвартс. Она хотела бы получить шанс доказать Гарри, как искренне сожалеет о случившемся, но знала, что Гарри ни за что не вернется по доброй воле. -Это потрясающе, — провозгласил Рон с набитым ртом. — Гарри будет моим братом. Гермиона покачала головой, глядя на своего бестолкового друга. — Неужели ты действительно думаешь, что Гарри хочет быть частью твоей семьи? — Эй, что это значит? С моей семьей все в порядке, кроме того, Гарри любит мою семью. — завопил Рон. Гермиона хлопнула ладонями по столу. — Нет, Гарри любил вашу семью, - в прошедшем времени. После того, что они и все мы сделали, он не хочет иметь с ними ничего общего. Гарри не хочет возвращаться в Хогвартс, и уж точно не хочет, чтобы твоя мать растила его ребенка. — Моя мать — великая мать.- Возмутился в ответ Рон. -Да, но она не мать ребенка Гарри. Ты действительно думаешь, что Гарри хочет оставить свою дочь? Подумай об этом, Рон, чего Гарри хочет больше всего на свете? — Гермиона печально посмотрела на фотографию на первой странице газеты. Рон проглотил еду и почувствовал комок в горле. Гермиона была права: Гарри ни за что не бросит свою дочь по доброй воле. — Мы должны ему помочь. — тихо сказал Невилл. — Мы все в долгу перед Гарри. — Невиллу было стыдно за себя. Он никогда не верил, что Гарри убил Седрика, но и никогда не вступался за него. Гарри был единственным человеком в Хогвартсе, который никогда не смотрел на него свысока и относился к нему так, словно он был всего лишь сквибом. Гарри всегда желал ему доброго утра, когда они только просыпались, и говорил: — Спокойной ночи перед сном. — Чем мы можем помочь Гарри? — спросила Джинни. Гермиона покачала головой. — Не знаю, но я поищу в библиотеке. Может быть, мы сможем получить его, чтобы Гарри мог взять свою дочь с собой в Хогвартс. Гарри не мог быть первым студентом, который забеременел, должны быть и другие случаи.

***

Амос Диггори вышел из комнаты в Министерстве. Сегодня он опаздывал, поэтому так и не смог прочитать утренний выпуск «Ежедневного пророка». Направляясь к своему кабинету, Амос остановился, заметив, что все в Министерстве стоят неподвижно и смотрят на него. — Доброе утро, — сказал он, и голос его звучал счастливее, чем то, что он чувствовал. С тех пор как умер его сын, его жизнь превратилась в ад. В довершение всего у него была драгоценная внучка, которую он никогда не увидит, а его жена подала на развод. Он был потрясен на прошлой неделе, когда Альбус появился в его офисе, требуя, чтобы он подписал свои права на Поттера. Он не понимал, что у него все ещё есть права опекуна, но Альбус быстро указал на то, что произойдет, если волшебный мир узнает, что он сделал с их идеальным мальчиком-который-выжил. Амос заставил себя улыбнуться, когда к нему подошла пожилая ведьма. — Ты отвратительный кусок грязи, который заслуживает того, чтобы из него высосали душу. — она завизжала на него. -У него нет души! — крикнул кто-то из толпы. Амос отступил назад, когда ведьма, которая кричала на него, размахнулась сумкой и ударила его в живот. — Сгинь в аду, ты, насилующий ребенка кусок дерьма. Он ошеломленно смотрел, как она плюнула ему под ноги и пошла прочь. Весь побагровев, Амос обвел взглядом толпу. Все собравшиеся выглядели так, словно хотели разорвать его на куски. -Ладно, всем двигаться дальше. — прогремел Кингсли. Фадж послал его проводить Амоса в его кабинет. Сегодня рано утром Фадж прокрался к нему в кабинет и предупредил, чтобы никто не входил. — Кингсли, что, что происходит? — спросил Амос. Кингсли ухмыльнулся человеку, стоящему перед ним. — Очевидно, вы не читали газету Сегодня утром. — Кингсли взял свой экземпляр и бросил ему. Амос дрожащими руками схватил листок. Он опустил глаза и чуть не упал в обморок, увидев заголовок сегодняшней газеты и фотографию своего зятя. БЕРЕМЕННЫЙ ГЕРОЙ ВОЛШЕБНОГО МИРА, ПРЕДАННЫЙ НАМИ, ИЗНАСИЛОВАННЫЙ СВОИМ ТЕСТЕМ! Автор: Рита Скитер. Наш мир перевернулся с ног на голову несколько недель назад, когда нам сообщили, что Гарри Поттер, наш маленький герой, невиновен в обвинениях, которые отправили его в Азкабан на восемь месяцев. С тех пор мы спрашиваем себя: почему, что же произошло на самом деле? Нам сказали только, что Гарри невиновен и что Директор Дамблдор позволил отправить невинного мальчика в Азкабан. Мы были шокированы и возмущены, когда министр Фадж запечатал файлы и запретил членам суда высказываться. Итак, мои дорогие читатели, я открыла правду о том, что произошло на самом деле, и позвольте мне сказать вам, что я была в ужасе. Седрик Диггори, молодой человек большого таланта и с многообещающим будущим впереди, был трагически убит во время финального задания Турнира Трех Волшебников. Я должна была узнать, что мистер Диггори был родственной душой нашего молодого Мистера Поттера. За несколько месяцев до кончины Мистера Диггори в Гринготтсе состоялась небольшая свадьба, на которой присутствовали только их друзья, Фред и Джордж Уизли. Для тех, кто не осознает значения этого, родственные души не могут убивать или причинять боль друг другу. Еще одно шокирующее открытие, с которым я столкнулась, мистер Поттер очень редкий магический эмпат. Как эмпат, мистер Поттер был физически неспособен на убийство. Несмотря на мольбы Амоса Диггори о поцелуе, мистер Поттер был приговорен к пожизненному заключению в Азкабане. Казалось бы, этого наказания вполне достаточно для четырнадцатилетнего волшебника, но только не для Амоса Диггори. Мистеру Диггори, с разрешения нашего собственного министра магии, разрешалось еженедельно посещать Мистера Поттера, где он часами жестоко избивал и насиловал его. Пожалуйста, имейте в виду, что в то время мистер Поттер был беспомощным четырнадцатилетним мальчиком. Мне удалось встретиться с сокамерниками Мистера Поттера, которые описывают Мистера Диггори как более жестокого и кровожадного, чем Темный Лорд. — Я никогда не смогу выкинуть из головы крики мальчика. — крики осужденного Пожирателя Смерти, Беллатрикс Лестрейндж. — Даже Темный Лорд проявил больше милосердия к своим врагам. — добавила Миссис Лестрейндж. — Он был всего лишь невинным щенком, этот ублюдок бил, кусал, колол, ломал кости и насиловал его, но, несмотря на то, что сделал этот монстр, он остался сильным и выжил. У него был свой щенок, за которым надо было присматривать. — прорычал печально известный оборотень, Фенрир Сивый. Вы спрашиваете, это его собственный щенок? Да, волшебники и ведьмы, вы правильно расслышали. Гарри Поттер носил под сердцем ребенка Мистера Диггори, когда его приговорили к пожизненному заключению в Азкабане. Мужские беременности очень редки, и очень опасны, и могут произойти только между родственными душами. Требуется много магии, чтобы поддерживать мужскую беременность и помогать плоду расти. Более девяноста процентов мужских беременностей заканчиваются выкидышем в течение первых нескольких месяцев. Мистер Поттер должен быть чрезвычайно могущественным волшебником, чтобы не только выносить своего ребенка, но и сделать это в то время, как дементоры кормились от него, отсутствия надлежащего питания, а также жестокого обращения и изнасилований, которые он перенес от рук своего тестя. Я как репортерша была еще более потрясена, когда узнала, что мистер Поттер родил крошечную девочку, один в своей камере, за день до освобождения. Никаких подробностей о здоровье малышки Поттер или её имени не известно, но я молюсь, чтобы она была здорова. С тех пор как Мистера Поттера освободили, мы все время спрашиваем о его местонахождении. Альбус Дамблдор заверил нас, что Гарри получает необходимую медицинскую помощь и вернётся в Хогвартс следующей осенью. Я пришла, чтобы узнать что все по другому. Мистер Поттер с помощью своего бывшего профессора зельеварения Северуса Снейпа, Уильяма Уизли, Фреда и Джорджа Уизли и высокооплачиваемого экс-Аврора Аластора Муди покинул Британию в неизвестном направлении. Северус Снейп смог получить опеку над мистером Поттером и по просьбе Гарри забрал его от людей, которые предали и причинили ему боль. Всего два дня назад я услышала о тайном заговоре нашего уважаемого директора, чтобы заставить Мистера Поттера вернуться в Англию и забрать у него ребенка. Альбусу Дамблдору удалось добиться отмены опекунства Мистера Снейпа, и он подал заявление на усыновление Артура и Молли Уизли. Одно время мистер Поттер думал о семье Уизли как о своей собственной семье, пока они не отвернулись от него и не предали его на суде. Их план состоит в том, чтобы заставить Мистера Поттера вернуться в Англию и отправить его в Хогвартс, в то время как миссис Уизли воспитывает его дочь дома. Гарри сможет видеться со своим ребенком только на каникулах и летних каникулах. Их план провалился, когда Артур Уизли отказался подписать бумаги об усыновлении. Он считает, что то, что они делают, неправильно, и что Мистера Поттера следует оставить в покое и позволить ему жить так, как он хочет. Я спрашиваю вас, что дает Альбусу Дамблдору право диктовать жизнь мистера Поттера? Я, например, согласна с Артуром Уизли. Мистера Поттера следует оставить в покое и позволить ему спокойно жить со своей новой семьей и дочерью. Амос уронил газету и упал на колени. Он не мог поверить, что то, что он сделал, просочилось наружу. Его жизнь была разрушена, никто не хотел иметь с ним ничего общего. Он потерял все, ради чего стоило жить.