Глава 38. Яблоня
6 апреля 2021 г., 21:22
«Жить бы теперь, не сражаясь, подальше от пропасти, Зная, что все позади, там где каждый второй Жаждет быть первым, не помня ни чести, ни совести, О мой Герой! Мой Герой…» © Вельвет — Герой
Снейп запустил пальцы в спутавшиеся волосы, и низко склонив голову, едва удержался от того, чтобы не зарычать от бессилия. Всю жизнь он насмехался над пресловутым Гриффиндорским безрассудством, однако сам сейчас вел себя как образчик представителей алознаменного факультета. Поппи Помфри в охотку возилась с тестом для пирога, ненароком подсунув Снейпу блюдо с яблоками, чтобы не только страдал впустую, но еще и занялся делом. — Мама, я проиграл! — горестно возопил Снейп, хватаясь за ножик и вонзая тот в особенно румяное яблоко. Поппи сделала вид, что не расслышала: общение с Северусом научило ее тому, что к нему не стоит лишний раз приставать с расспросами. Нужно было просто позволить ему какое-то время вести бессмысленный монолог с пустотой, время от времени вставляя наводящие вопросы. — Кажется, что все, абсолютно все, кроме моей жены, уже знают об этом проклятом Маховике! Вы с Минервой и то воспользовались благами творения Фламмеля и притащились за мной в прошлое! Что, если мы уже успели всё испортить? Поппи пожала плечами: по ее скромному мнению, испортить этот мир больше, чем он уже успел пострадать за две прошедшие войны, им все равно не удастся. Потому, как бы ни повернулась интрига Северуса, она была уверена в его безоговорочной победе. — Мирное время совсем испортило мои шпионские навыки, напрочь отучив постоянно быть настороже, — продолжал Северус, нашинковав яблоки и перемешивая их с сахаром. Поппи перевязала фартук и посмотрела на Снейпа, строго, как в детстве, когда он пытался симулировать боль в животе, чтобы не встречаться лишний раз с Мародерами. А теперь эти самые Мародеры практически помогали ему спасти собственную жену. — Северус, я знаю, ты ненавидишь, когда тебе сочувствуют, но уж не ты ли затеял эту дикую авантюру по спасению жены и ребенка, чтобы искупить собственную вину? Что ты сейчас хочешь от меня услышать? Что вас могут убить, если кто-то прознает о Маховиках? Ты и сам это прекрасно знаешь. Что тогда? — Я не знаю. Я впервые в жизни не знаю, что делать дальше, — вздохнул Снейп, сам страшась собственного признания. Поппи сжала губы. — Ты же не просто так помогаешь мне печь пирог, вместо того, чтобы брать Гермиону и аппарировать в шотландские нагорья смотреть домик, который ты недавно присмотрел в колонке продажи недвижимости? — Мам, о чем ты говоришь? Какая недвижимость? — Самая настоящая. Или ты собрался постоянно жить в Северной Башне Хогвартса? Учебный год подходит к концу, вам стоит подумать о собственном жилье. Снейп всучил ей миску с тестом и отошел к окну. — Я сам себя не узнаю: вожу дружбу с Малфоями, зачем-то связался с Блэком, уговорил его спасти Регулуса, пару раз помогал Ремусу с его трактатом по Темным искусствам. Они знают о Маховике. — Северус, скажи, разве лучше было жить все прошлые годы в полном одиночестве? Был ли ты счастливее, когда функционировал исключительно на кофе и недоверии? Ты все эти годы ждал удара в спину, и даже сумев выжить, ты продолжаешь ждать подвоха. — Потому что так и будет! — повысил голос Снейп, раздраженно задернув шторы и присев на столешницу. — Почему? Разве не вы с Сириусом и Люциусом работаете над реформами? Разве Гермиона не занялась детьми? Оставь свой пессимизм. — Пессимизм спасал мне жизнь бессчетное количество раз. Я должен искупить свои грехи. Поппи едва удержалась от того, чтобы не запустить в него полотенцем. — Северус Тобиас Снейп! Твоя собственная извращенная мораль заставила тебя согласиться на приказ старого интригана лишить его жизни! Твое благородство заставило дать Нерушимый Обет Нарциссе! — Драко — мой крестник! — И ты в очередной раз спутал верность собственным идеалам со здравым смыслом! — Начни еще меня упрекать в том, что я получил Метку! — Ты хотел, чтобы тебя приняли, хотел отыскать свое место под солнцем, но оно у тебя всегда было, Северус, — смягчившись, пояснила Поппи. — Нарцисса с самого детства считает тебя кем-то вроде младшего брата. Люциус помог тебе получить степень Мастера. С Ремусом вы тысячу раз могли подружиться на почве взаимной любви к книгам и долгим научным исследованиям. И уж не ты ли продолжаешь работать над усовершенствованием Волчьего Противоядия? — Я варю его потому, что Ремус преподает в Школе, полной детей! А не из каких-то соображений благородства! — прогремел Северус. — Тише, меня таким уже давно не испугать. А кто устраивал Сириусу допрос на анимагическую тему? Ты же свято уверен, что ликантропия — это темная форма анимагии, и если суметь вычленить верный магический элемент, Ремус сможет превращаться в волка и обратно в человека без потерь для собственного здоровья. Ты представляешь, какая это будет сенсация? — Я якшаюсь с собственными врагами! Поппи рассмеялась. — Северус, тебе сорок три года! Пока уже смотреть на мир поверх юношеских распрей! К тому же, кто, как не мистер Блэк может помочь тебе узнать необходимую информацию в Министерстве? Ты по-прежнему не знаешь, кому перешла дорожку Гермиона. — Я вообще уже ничего не знаю! Вся эта авантюра с изменением времени такого здесь натворила, что я окончательно запутался. — А что такого? Ты узнал свою жену лучше, вы сумели создать отношения, построенные на взаимном доверии, и, как мне кажется, на любви. Что может пойти не так? Боишься, что тебя сотрет из этой реальности? Так сам знаешь, ты не вмешивался в ключевые события истории, не воскрешал Темного Лорда, не спасал Дамблдора. Блэка вернули к жизни, так и не умирал, он лишь застрял в Арке. Ты не меняешь судьбы, ты сглаживаешь крутые повороты. — Однако, если Маховик попадет не в те руки… — Во-первых, у нас есть еще два, у меня и у Минервы, а во-вторых, вы вместе с Сириусом и Малфоем обвешали их такими охранными заклинаниями, что их и сам Великий Мерлин не сумеет украсть. Во всяком случае, не с первого раза. — Тогда, что не так? — Ты боишься, Северус. Боишься открыться кому-то, всё думаешь, что вы по-прежнему дети, и собираешься искупать вину. Хватит уже обвинять себя в том, что не сумел спасти Лили. — При чем здесь Лили? — При том, что ты ее предупреждал. И ты, и Блэк, и даже Минерва. Но она слишком верила в собственное всемогущество. — Что, впрочем, не помешало ей взять с меня кровную клятву и обещание защищать ее отпрыска. — Вот ты сам и ответил на свой вопрос. Перестань жить прошлым, Северус. — Я не умею. — Надо учиться, сынок. У тебя семья. У тебя реформы. Проекты. Планы на будущее. У вас отпуск, в конце концов! Отправляйтесь в Шотландию. Позволь Блэку хоть раз в жизни заняться делом, его неуемную энергию нужно куда-то девать, вот пусть и займется распутыванием интриг против магглорожденных. — Я не могу просто взять и уехать. — Тогда я попрошу Минерву сделать порт-ключ и в следующий раз, когда вы с Гермионой заглянете в гости, просто суну вам в руку и отправлю подальше. Кстати, как там Австралия и мистер и миссис Грейнджер? Ты не собираешься познакомиться с тестем и тещей? Северус закатил глаза: — Гермиона, кажется, морально готова вернуть им воспоминания. — Вот и летите в Австралию! Обзаведетесь жильем и сразу отправляйтесь! — А как же этот заговор? — Заговор без вас не зачахнет, я тебя уверяю. Перестань быть шпионом, директором, вечным пессимистом. Позволь себе право быть просто мужем. Когда ты в последний раз был в отпуске? — Я не был. — Прости? — Я никогда в жизни не был в отпуске, — огрызнулся Снейп. — Тем более. Собирай вещи, и чтобы через неделю духу твоего здесь не было! — Мама, я не могу всё испортить. Не в этот раз. Я не сумею еще раз вернуться в прошлое, если Гермиона погибнет. — Тебе и не придется. Только ответь мне: когда ты собираешься рассказать жене о своей небольшой авантюре? Северус в абсолютном недоумении посмотрел на Поппи: — А зачем? — Северус, ты меня изумляешь. То есть, она найдет у тебя Маховик Времени, и ты скажешь ей, что это небольшой сувенир, который ты купил в Косом Переулке? — Как я могу ей об этом рассказать? Она поймет, что я почти год ею манипулировал, используя в собственных целях! — Северус, она твоя жена. Она имеет право знать, от чего ты пытаешься ее уберечь. Ты всю жизнь пытался обрести свободу от манипуляторов. И теперь ты тоже самое делаешь с ней. — Не сравнивай. — Почему же? Дамблдор боролся за благие цели, Волдеморт стремился спасти идеологию и традиции чистокровных, а то, что пару тысяч человек полегло в процессе, так любая война всегда славится кровопролитием. — Она меня возненавидит, если узнает. — Хотя бы попытайся с ней поговорить. Ты все время забываешь, что Гермиона — это не Лили. И твоя жена, в отличие от твоей подруги детства, прощала своим друзьям гораздо большие грехи, чем игры со времени или брошенное по глупости оскорбление. Гермиона имеет право знать правду, какой бы ошеломляющей она не была. Снейп покачал головой. — Возможно, но только после того, как мы вернемся из отпуска. Поппи удовлетворенно улыбнулась: именно этого она и добивалась.****
А вечером медиведьма получила весточку от Сириуса: ему удалось узнать, что в интригах против магглорожденных неким образом оказалась замешана некая Медея Амбридж, мстившая за гибель собственной сестры.
