Слово

— А-Чэн! — Взволновался Вэй Ин и убежал вниз. Раздался грохот и громкие визги. Лань Чжань выругался на родном языке: как они могли так просто попасть в ловушку! Да, тот человек не был похож на демона, он не распространял вокруг себя клубы темной энергии, но он был жив! Единственный живой на два десятка ли вокруг. Прежде чем вернуться к адептам ордена Цзян Лань Чжань разомкнул нарисованный круг ногой, размазав кровь и чернила по полу. Убегая, он не заметил как удовлетворённо закрылись глаза мертвеца и появилась на тонких губах улыбка. *** Огромная туша демона придавила собой Цзян Чэна, пока полукруг безвольных мертвецов молча взирал на сие действо. Демон, катаясь как подтаявший колобок, пыхтел и пытался связать пару слов, но не получалось: от искр, которые летели с головы Цзян Чэна, его фальшивое тело начинало таять и растекаться. Появление Вэй Ина их несколько расшевелило: они попытались поднять тело и освободить заклинателя, но без огонька и явной охоты. Кто-то пару раз провел когтистыми руками по круглому животу хозяина, но на этом деятельность закончилась. Несколько мертвых повернули головы к Вэй Ину и уставились на него, будто спрашивая: «что дальше?». Вэй Ин взгляды проигнорировал, отмахнувшись. Ванцзи задался вопросом: почему же лютые мертвецы испытывают такие странные чувства — симпатию и страх — к Вэй У Сяню? В этом времени, по канону, нет ещё темных заклинателей, а Вэй Ин — ребенок, которого ждёт множество событий и смертей. Что, если эта деталь — упущение автора — одна из важнейших и, чтобы стать темным заклинателем, нужно иметь особую предрасположенность к этому пути? А кто вообще сказал, что искаженный путь — удел бездельников и злодеев? Лань Чжань отмахнулся от этой мысли — ещё чуть-чуть и голова закипит кучей теорий о будущем и настоящем, о добре и зле. Этим Лань Чжань очень мог бы сойти за старейшин-философов клана Лань и даже в чем-то их превзойти. Что сказать, роль Ванцзи ему подходила как ничья лучше. Ситуация, поначалу казавшаяся напряжённой, с прибытием Вэй Ина несколько изменилась: звонкий смех парня эхом разбежался по комнате и сложно было оставаться серьезным рядом с ним. Ванцзи подавил улыбку, но глаза его слегка изогнулись, обозначая ее. Пока тварь ругалась и визжала, иногда перекрывая собой смех Вэй У Сяня, Цзян Чэн все ещё задыхался под ней — как он вообще туда попал? — бил кулаком по полу и тщетно выворачивал руку с мечом, чтобы ударить. Капли жира и еще чего-то неприятно пахнущего медленно затекали ему за шиворот. — А-ха-ха, Лань Чжань, ты только посмотри на это, ха-ха-ха… — Вэй Ин задыхался на полу от смеха. Здесь, в эпицентре, не было спасительного тумана, а обжорство обошлось МэнгШа боком: он не мог перевернуться или шевельнуться, чтобы поймать заклинателя. «Ситуация патовая» — решил Лань Чжань и сложил пальцы в печать. Один он не справится, но Вэй Ин, все еще посмеивающийся, быстро подхватил печать. Изгнать демона из тела — половина дела. Сверкающая голубым и красным светом печать накрыла парочку и истребила нечисть. Вэй Ин с огромным удивлением посмотрел на Лань Чжаня и на огоньки духовных сил: синий и красный тесно переплелись, но не смешались между собой, растворяясь в воздухе. Стоило главному демону исчезнуть, оставив только физическое тело после себя, как остальные участники «кружка» повалились замертво. Только один из них почему-то задержался, кося стеклянными глазами на У Сяня. Как только туша обмякла, истекая жиром содержимым желудка, быстро разлагаясь без поддержки, Цзян Чэн закричал благим матом, не прося помочь, но выговаривая спутникам за медлительность и тупость. — Надо было сначала вытащить! — выл он, пока Ванцзи перетаскивал тело. На удивление лёгкое. Лань Чжань поймал восхищённый взгляд Вэй Ина, уши опалило кипятком: он и забыл насколько нечеловеческой силой обладает. Румянец перетек на шею, когда он вспомнил, каким способом использовалась эта сила в многочисленных рейтинговых экстрах новеллы, когда вансяни "вансянились". Ванцзи отвёл взгляд в сторону от бедер У Сяня и за шиворот поднял Цзян Чэна на ноги. Со спины бедного парня сразу потекла какая-то вода. Тот скомкано пробормотал слова благодарности и попытался хоть немного очистить одежду от грязи, крови и еще чего-то непонятного, но бросил это дело и лишь стянул верхний халат, чтобы накинуть его на плечи. Главная опасность миновала: туман рассеется в течении трёх дней, но оживет ли деревня — неизвестно. В этом месте лежат десятки трупов, которые нужно будет сжечь или правильно упокоить, чтобы они не восстали вновь. Простые люди все равно прознают о произошедшем и начнут сторониться этой деревни, а местные жители, собрав пожитки, а то и вовсе без них — уйдут. Возможно, пройдет много лет прежде чем в ней снова будет звучать гул толпы и детский смех. — Найдем место для отдыха? — поинтересовался Цзян Чэн, когда немного успокоился. — Завтра обойдем деревню и поищем выживших, — кивнул Лань Чжань, выходя на улицу. Адепты ордена Цзян, кто охотно, а кто — нет (Вэй Ин нашел себе занятие на пару с мертвецом — они играли в «ладошки», и Вэй Ин, под грозный рык, выигрывал), последовали за ним. — Может, замуруем их внутри? — предложил Вэй Ин. — Мало ли, такая толпа на злобе поднимется быстрее обычного. Ванцзи подумал немного, и согласился. Однако, блокировать ее было категорически нечем. Нужные предметы нашлись за пять домов в левую сторону. Кажется, раньше здесь жил лесоруб или строитель: за маленьким заборчиком, в пристройке, ровно сложены высокие — по бедро — кленовые бревна. Четырех хватило на то, чтобы надёжно замуровать дверь. — На одну ночь хватит. — Оценил Цзян Чэн, пока Вэй Ин весело предлагал ему занять место этих досок, раз ему не нравится такой способ кратковременной защиты. Вэй Ин быстро смолк, едва Цзян Чэн ответил не очень ласковыми словами. У Сянь несколько притих после встречи с иллюзией тумана: если и не притих, то хмурился точно: между бровей и в уголках глаз залегла страдальческая тень. Ванцзи мог предположить, что тот видел смерть Цзян Янли или призраки родных родителей, но последнее казалось ему надуманным: Вэй Ин вряд ли помнит как они выглядели. Заклинатели заглядывали в каждый дом, встреченный по пути: ни один из ближайших не был жилым — только старым и заброшенным, поросшим толстым слоем пыли. Ванцзи кольнула в сердце вина: он опоздал, и случилось больше жертв, чем могло бы. Вот бы он мог помогать беззащитным людям больше. Вэй У Сянь очень тонко почувствовал расстройство спутника и громко устало выдохнул: — Второй молодой господин Лань, это был очень интересный опыт. Не было еще человека который так спокойно взаимодействовал бы с моей духовной силой. Обычно любое вмешательство извне провоцировало искру, а то и взрыв. — Вэй Ин развел руки, показывая каким большим был этот самый взрыв. Ванцзи поднял бровь, удивленный новым, доселе неизвестным фактом: — Разве подобное возможно? Я считал, что духовная энергия подчиняется своим хозяевам. — Так и е-е-е-есть, — протянул Вэй Ин в ответ, улыбаясь. — Но при взаимодействии не каждый может обуздать ее. Когда мы с Цзян Чэном впервые создали печать изгнания, его волосы встали дыбом, а рукава подпалило. Мы долго пытались найти причину, и очень удивились, когда поняли в чем дело. — Между нами особая совместимость? — уточнил Лань Чжань. Двусмысленность фразы дошла до него не сразу: только после того, как он увидел тень румянца на скулах Вэй Ина. — Похоже, что так, — парень отвел взгляд и поспешил немного вперед, но вернулся, когда увидел в неразвеявшимся тумане два силуэта. Иллюзии, не такие четкие, как раньше, все еще преследовали его. — Когда же это кончится? — пробормотал он недовольно. «Не так скоро, как ты надеешься», — про себя подумал Ванцзи и покачал головой, позволяя У Сяню держаться за свой рукав. — Мы найдем уже постоялый двор или нет? — заорал откуда-то с правой стороны Цзян Ваньинь, которому наскучила компания не замолкающего брата и, словно в противовес, молчащего Ланя. — Я уже готов зайти в первый попавшийся дом, они все равно пустые! — А-Чэн, а если тебя занесет в дом красивой девушки? — хохотнул Вэй Ин. — Поцелуешь красавицу, а? — Мы не пойдем в чужие дома. — пресек любые ответы Ванцзи, — Неизвестно, когда выжившие жертвы тумана начнут возвращаться. — Если они вообще остались, — ответил Ваньинь. — В том доме должен быть подвал, помимо двух больших комнат. Кто знает сколько трупов запрятано там, а сколько было съедено с костями тем парнем. Все-таки они слишком припозднились. Не понятно, почему Сичэнь отправил на такое задание пятнадцатилетних недоучек вместо взрослых адептов, морально готовых к большому количеству трупов. Лань Ванцзи почти уверен, что, будь здесь тот, настоящий Чжань, трупов было бы еще больше. Постоялый двор они все-таки нашли: пришлось поплутать, но это лучше, чем наткнуться поутру на неадекватных хозяев пристанища. Ванцзи не решился оставлять целые серебряные слитки (маленькие, но слитки!) на прилавке и понадеялся расплатиться завтра. — Чур лучшая комната моя! — Вэй Ин забежал вперед, махнув рукой. Цзян Чэн тряхнул головой — пара фиолетовых искорок выпала из заплетенных волос, когда он рванул вперед. Лань Чжань пошел следом: ему еще нужно поймать этих детей и выдать им паек. Гостиница, на счастье, пусть и была пыльной, вид имела пристойный: аккуратная, не царапанная мебель, ровные стены с арками вместо окон на первом этаже и расписные ширмы внутри комнат. Ванцзи на свое удивление увидел железную защелку на гостиничных дверях, хотя раньше таких еще не видел. Они расположились в средней комнате — той, которую выбрал Ванцзи себе. Здесь так же был небольшой столик, удобный для совместного перекуса. Обоих парней Лань Чжань чуть ли не силой затащил туда, упорно храня молчание о причинах. Братья очень оживились, когда поняли, зачем их притащили за стол. — Лань Чжань, мы же совсем забыли об ужине! — обрадовался У Сянь, показательно поглаживая пояс. — Чур, самый большой кусок мяса мне! Ванцзи честно достал три рисовые плюшки и раздал парням. Мяса не было, отчего оба Юньмэновца грустно вздохнули. Ванцзи подумал недолго, вспоминая, залез в карман и вытащил оттуда бутылек с пряным соусом. Вручил его Вэй Ину и снова вернулся к своей пресной плюшке. Этот бутылек был почти пуст: Лань Чжань таскал его при себе первое время после прибытия в этот мир, медленно привыкая к совсем уж безвкусной еде ГуСу, добавляя с каждым разом все меньше специй. Сейчас он, к собственной гордости, может спокойно есть эти горькие салаты и супы и даже чувствовать сытость. Вэй Ин едва не закричал от радости и начал хлебать приправу из горла. Со стороны казалось, будто булочка была дополнением к специям, а не наоборот. Цзян Чэн завистливо посмотрел на брата, но просить не стал: ему вообще не нравилась эта очевидная благосклонность Ланя к его сводному брату, и он решил поглядывать на этих двоих со стороны. Перекусив все вместе, они разошлись по комнатам спать: Лань Чжань в комнате посередине, а братья разошлись по разные стороны от него. Уже лежа в постели, так и не привыкший к жестким кроватям древнего Китая, Ванцзи гипнотизировал потолок взглядом. На удивление тонкими оказались стены гостиницы: если прислушаться, он мог услышать шорох одежды Вэй Ина. Похоже, их кровати находились через стенку, рядом. Проснувшись ночью от жалобного вскрика Вэй Ина, подскочившего с кровати, Лань Чжань ошеломленно моргнул, и хотел было пойти проведать главного героя, как услышал тихий всхлип. А потом еще один, более громкий. Испугался, а в сердце что-то с треском порвалось. Он лежал ровно, боясь шевельнуться и вдохнуть лишний раз, слушал, как разрывают тишину ночи слезы Вэй Ина и не находил в себе смелости пойти туда, чтобы успокоить. Душа его обливалась слезами, как и Вэй Ин.