Слово

Лань Сичэню ничего не оставалось, кроме как согласиться взять с собой еще четверых адептов. На охоту собирались всего трое из них: Хуайсан отказался лезть в озеро, но изъявил желание отдохнуть в городке рядом. Уже шагнув в свою лодку, Ванцзи обратился к Вэй Ину через плечо, говоря вполголоса. — Зачем, если ты не можешь встать на меч? Это опасно. Вэй Ин в ответ наградил его недовольным взглядом и отвернулся, плотнее кутаясь в мантию, будто ему стало холодно. Лодка под ним покачнулась: Цзян Чэн, забираясь в свою, задел бортик ногой. — Даже такой, я не слабее других, Лань Чжань. Я могу сразить нечисть мечом и без духовной энергии. Лань Чжань не стал спорить, но про себя решил держаться к Вэй Ину поближе: ему нельзя падать в озеро, иначе Ванцзи окончательно сойдет с ума от беспокойства за это чудовище. «Боевая» белая травма для него стала лучшим напоминанием того, что у всего есть последствия: за все надо платить. Прядку он, кстати, прятать не стал, а вычесал и заплел в маленькую косичку, которая белой лентой обвивала голову и прятала кончик в пучке сверху. Смотрелось… экстравагантно. Другие адепты оценили благоговейным шепотом в спину, от которого захотелось передернуть плечами. Вэй Ин не заметил. А если и заметил, то не сказал ни слова. Лань Чжань готов был устроить ссору, но решил не уподобляться истеричной девице и промолчал. Простые люди обращали много внимания на великих заклинателей, которые спустились из Облачных Глубин для того, чтобы им помочь. Кто-то приветливо махал, кто-то предлагал попробовать вкуснейших фруктов с рынка. Девушки смущенно хихикали им вслед. Совсем скоро они приплыли к краю городского канала: совсем рядом открытое озеро почти идеально круглой формы. При свете дня Билин ничем не отличалось от обычного и на первый взгляд не таило в себе никакой опасности: сравнивая с НэнгЛян, можно было сказать, что на Билин не вилось гнетущей атмосферы, спокойно пролетали птицы и шуршали изредка животные в кустах и высокой траве. Лань Чжань осматривался, подмечая, с какой охотой местные девушки заигрывали с робкими адептами Лань. Те толпой маленьких овечек жались в кучку, несколько непривычные к такому вниманию к своим персонам: орден воспитал их. Вэй Ин, который вальяжно развалился на узкой лодке и загорал, не обращал на девиц никакого внимания. Ртуть его глаз изредка показывалась из-за густых ресниц и проверяла наличие рядом спутников: в основном У Сянь следил за Цзян Чэном и самим Лань Чжанем. Паренек старательно делал вид, что не волнуется перед охотой. Лань Ванцзи по итогу начинал нервничать за обоих. Ему все равно, если другие узнают о проблеме У Сяня — это, наоборот, было бы к лучшему. Но что, если понадобиться взлететь на мечах? В этом озере не простые гули, здесь целый бездонный омут. Подняться на лезвие придется в любом случае. Лодки одна за другой неспешно выплыли из канала, направляясь к середине. Они не успели отплыть далеко, как послышались первые крики: люди просили о помощи. Гули полезли со дна вверх, подтягиваясь к берегу, хватая людей за ноги и утаскивая за собой. Некоторые твари покусились и на заклинателей. Лань Чжань с братом стояли слишком далеко от других лодок, но стали свидетелями нападения на адептов. Хуайсан что-то весело щебетал с соседней лодки, нагибаясь к отдыхающему У Сяню: тот что-то отвечал, редко шутил, а один раз сказал нечто не очень приличное: Ваньинь начал на него ругаться, а Цзы Сюань не преминул вставить свое слово о том, насколько испорчен Вэй Ин. Момент, когда все отвлеклись на ругань с Цзы Сюанем, стал наиболее удачным для того, чтобы особенно смелый гуль выпрыгнул из толщи воды, целя огромными когтями в беззащитного Хуайсана. Тот обернулся к нечисти, но отойти уже не успевал. Вэй У Сянь тоже увидел, как тянутся гнилые лапы к другу и вскочил, подхватывая палку в руки. Одним резким движением У Сянь проломил гулю череп и отправил на дно. Звонко хлюпнули размокшие мозги твари. Окаченный водой, молодой господин Не повалился вглубь своей лодки, тяжело дыша. — Как же близко — хрипло пробормотал Хуайсан и начал судорожно обмахиваться веером. — Вэй-Сюн, спасибо! — поблагодарил и добавил сиплым шепотом: — Ах, будь тут брат, я был бы в большей безопасности. Найдя отвлекающий маневр достаточным, гули полезли дальше, нападая на мирных жителей. Адепты Лань вытащили мечи и спрыгнули на пристань, чтобы помочь другим. Крики звучали громче: кто-то воинственными кличами подстегивал заклинателей. Нефриты при помощи печатей тоже начали помогать издалека, посылая мечи летать над сушей. Вдруг одна особо наглая тварь посмела вытащить руку из воды и ухватить Лань Ванцзи за полу ханьфу. Тот сначала не отреагировал, и пнул помеху по уродливой морде, за что поплатился и едва не упал в воду. К счастью, Вэй Ин заметил некоторую заминку Ланя и с громким смехом огрел нечисть палкой по голове. Утопленник снова пошел ко дну. — Тебе там что, делать нечего, смеется он тут?! — возмутились Цзян Чэн и Цзы Сюань практически одновременно. Они яростно переглянулись, будто не могли решить, кому достанется привилегия поорать на Вэй Ина первым. У Сянь не обиделся, а продолжил размахивать палкой направо и налево с таким видом, будто ему стыдно ради такой мелочи доставать Суйбянь. Если бы не знал правды, Ванцзи бы поверил. Вэй Ин очень хорошо умеет притворяться. Сичэнь вдруг отпрыгнул от брата, чтобы помочь Хуайсану: тот почему-то показался гулям вкусной добычей, раз на бедного парня снова прыгнуло что-то огромное. Хуань помог парню избавиться от опасности и перенес его на мече на сушу, велев оставаться здесь и ждать их возвращения. Ванцзи призвал Бичэнь обратно и взлетел выше, раскидав пышущие духовной силой талисманы на гулей и уничтожая их при помощи печатей. Один за другим утопленники падали в воду, рассыпались на кусочки или погружались на дно, чтобы уже никогда не всплыть. Ванцзи отдаленно заметил в стороне несколько странных гулей: они, начисто проигнорировав талисманы, вернулись в воду самостоятельно. Вэй Ин не смог зацепить ни одного из них мечом, как ни пытался. Остановившись, У Сянь задумчиво нагнулся к кромке воды и достал оттуда пучок водорослей. Ванцзи сверху оглядывался, рассматривая, все ли на месте, и есть ли раненые. Солнце осветило его, послав блик на нефритовую заколку в волосах Вэй Ин снизу вверх смотрел на него, стоя на носу лодки и задрав голову. Серые глаза отражали странные чувства, но сейчас никто, даже Лань Чжань, не смог бы их понять. Направляясь в центр озера, У Сянь завел разговор о количестве гулей в озере и о том, почему же в прибрежном городке, где все умеют плавать, столько утопленников. — Гулям не свойственно мигрировать из одного водоема в другой, — рассуждал У Сянь. — Да и… Помимо гулей здесь плавает еще что-то, менее приятное на вид. Цзян Чэн послушал брата и придвинулся ближе, положив руку на меч: один раз Вэй Ин уже утопился, второй Ваньинь не переживет. Ванцзи кинул на них взгляд, на сердце потеплело: не только у него моральная травма от прошлого приключения. Лань Хуань не ответил господину Вэй и молча кивнул: он тоже заметил, что что-то не так. В мрачном предчувствии разделившись по лодкам, они поплыли вперед. Лань Чжань на самом деле плохо запомнил произошедшее на Билин в новелле: где-то в этих главах ему проспойлерили, чем закончил Вэй Ин, при этом не добавив дальнейших подробностей, и он глубоко переживал, что вот прямо сейчас, в этой или следующей главе, У Сянь потеряет все, что имеет, в том числе и ядро, и канет в лету. Когда Вэй У Сянь назвал его по имени, параллельно обозвав кроличьим садоводом, Ванцзи недоуменно обернулся к нему, и чуть не вскрикнул, когда ему в лицо полетела треклятый бамбуковый шест. Как мог быстро, чтобы не попасть под раздачу и брызги, Лань Чжань перепрыгнул к брату. Сичэнь встретил его, ласково придерживая ладонью за спину и хмуро смотря на виновника переполоха. Сам «виновник» ловко перескочил с лодки на лодку и показал, что к деревянному дну прицепилась троица гулей. Ванцзи ловко устранил их, а Сичэнь вернул себе хорошее настроение и слегка поклонился. — Благодарю, господин Вэй. Пока У Сянь в очередной раз блистал знаниями и наблюдательностью, Лань Чжань напряженно всматривался вдаль: первая волна, пробная, шла на них. Бездонный омут всерьез заинтересовался гостями. Темная дымка, брызги, и водоросли, на ощупь напоминающие сырые длинные волосы, накатили на них, раскидав лодки по сторонам. Лань Чжань вместе с Сичэнем приняли на себя основной удар, откинув тварь назад духовной силой. Ванцзи мысленно отметил, что с Вэй Ином ему работалось несколько лучше: сила старшего брата постоянно пыталась его подчинить. Мелькнула красная вспышка. Суйбянь, взлетев, сошелся в танце с Бичэнем и окончательно предотвратил нападение. Вода, взметнувшись, улеглась так же резко как и поднялась. Лань Чжань сощурился, обернувшись к У Сяню. Вэй Ин, он… Исцелился? Снова заклинатель? Почему он не сказал раньше? Вэй У Сянь подмигнул ему и спрятал меч в ножны, любовно огладив резьбу. Тонкие пальцы, пока никто кроме второго нефрита не смотрит, слегка отодвинули в сторону ворот одежд, обнажая тонкую персиковую шею и ярко-выраженные ключицы. У Ванцзи в горле пересохло. Он не сразу понял, что Вэй Ин на самом деле не соблазняет его посреди белого дня, а показывает прикрепленный к груди, под выпирающей косточкой, окровавленный талисман-накопитель. Вэй У Сянь сделал выводы с прошлого опыта и нашел, как можно применить исказившееся заклинание. Он потратил не так много дней, придумывая, как бы его переделать, и получил то, что хотел, путем малой крови. Тварь, получив отпор, с большим энтузиазмом поперла на них, подбираясь снизу и со спины: извилистые водоросли: липучие и неприятные, нападали исподволь. Послышались крики, многие заклинатели взлетели вверх. Кто-то направил меч в воду, пытаясь достать до омута. Сичэнь дал отмашку и все до единого заклинатели поднялись в воздух: водоворот стремительно топил деревянные хлипкие лодки, круша их на жалкие щепки. Ванцзи мельком заметил, как скачет один из адептов на своем плоту: его меч безвозвратно исчез в толще воды и не вынырнул. Не желая, чтобы Вэй У Сянь понесся спасать незнакомца, жертвуя собой, Лань Чжань опередил его и подхватил беднягу за шиворот, подкидывая вверх со всей силы. Вэй Ин остановился позади него и словил адепта. Ванцзи почти поравнялся с ним, но был утянут проворным щупальцем под воду. Второй нефрит не успел глотнуть воздуха перед падением и задыхался, силясь вплыть: вода казалась чем-то злым, кусачим, а водоросли омута стремительно тащили его к илистому дну. Ванцзи не мог ни дернуться головой, ни грести рукой или шевельнуть пальцем, чтобы призвать меч: вода, казалось, уже текла по легким вместо воздуха, а сознание начинало медленно угасать. Он не успел даже запаниковать: слишком быстро все произошло. Мелькнула мысль о том, что вряд ли кто кинется его спасать: разве что Лань Хуань попытается помочь. Угасающее сознание очень удивилось, когда поверхность воды разрезал собой Вэй Ин. Парень прыгнул за ним, откинув в сторону и меч, и спасенного адепта. Ужас и страх были написаны на лице У Сяня, когда он, с трудом дотянувшись, обхватил Лань Чжаня всеми конечностями и крепко прижался: упав следом, он лишил их последней возможности спастись на Суйбяне. Ванцзи, схваченный в еще одни тиски, помимо нечисти, удивленно замер на мгновение, а потом жутко разозлился: этот придурок опять не ценит собственную жизнь! Да сколько можно?! Духовная энергия огнем вспыхнула в нем, выбираясь наружу, выжигая водоросли и раскидывая их на части. Тварь испуганно отпрянула, а Лань Чжань, приобняв одной рукой У Сяня, всплыл на поверхность и подозвал Бичэнь. Встать ровно ему помог Лань Сичэнь. Тело Вэй Ина, который уже потерял сознание и лишь трясся в забытьи, попытался отобрать Ваньинь, но Ванцзи не отпустил и молча полетел к суше. Ступив на ровную поверхность, второй нефрит опустил парня вниз. У Вэй Ина тенями на лице осела усталость, обозначились синие вены. Кровавый талисман растворился в воздухе, оставив после себя красные глубокие полоски на коже. Они заживут еще не скоро. — Ванцзи, как же ты нас напугал! — запричитал Хуань, хватая брата за плечи. Ванцзи на минуту почувствовал себя куклой, но злиться не стал: Сичэнь просто волновался. Остальные тоже уже выбрались наружу: тот самый адепт, из-за которого им пришлось окунуться, с трудом выжил и теперь стоял под осуждающими взглядами остальных, сутулясь и отводя глаза: ему было стыдно за свою самонадеянность. На белых одеждах уродливыми нитями нависли водоросли. Цзинь Цзы Сюань пристально наблюдал за Цзянами в стороне: Янли убьет его, если с ее братьями что-то случится. Ваньинь подошел к Вэй Ину, отпихивая Ланей в сторону. Тот не отреагировал ни на появление брата, ни на осторожное касание к щеке. Цзян Чэн вдруг ярко запылал фиолетовыми искрами. Некоторые из них упали на Лань Чжаня, когда парень резко обернулся. — Ты! — Он указал на Второго Нефрита. — С самого твоего появления в нашей жизни, мой брат делает все, чтобы себе навредить! Он так изменился с той проклятой охоты! Но ты, его чертов Лань Чжань, ни в чем не виноват, хотя он пережил все это из-за тебя! Ванцзи нахмурился, стряхивая с себя руки Лань Хуаня. Цзян Чэн… идиот. Вэй Ин всегда страдал: он чувствовал себя лишним, его била собственная приемная мать, родной брат ворчит и колко избивает словесно из раза в раз… Разве Лань Чжань… тоже угроза? Он сам об этом никогда не задумывался, но вдруг Ваньинь прав? Не появись его душа в этом мире, Вэй Ин бы не потерял силы, не провалился бы в озеро. Он… жил бы счастливо до самого конца, до отправной точки: пожара в Юньмэне. Теперь же, у него забрали годы, жестоко погрузив подростка в пучину сомнений в самом себе. Вперед выступил Лань Сичень. Его взгляд не предвещал ничего приятного. — Господин Цзян, прошу не обвинять моего брата в том, в чем он не виноват. Господин Вэй попал в НэнгЛян по собственной неосторожности, и уж тем более никто не заставлял его прыгать сейчас. Скорее, если вы ищите, кого винить в жертвенности Вэй У Сяня, то вам стоит в первую очередь пересмотреть свое отношение к нему. Цзян Чэн ошеломленно замолчал, будто его ударили под дых. Он понял намек, понял, что хотел сказать ему Хуань, но отказался копать глубже и искать первопричину, очевидную для всех. Вэй Ин просто хотел быть нужным. В ордене Цзян Вэй Ин не мог почувствовать себя таким. Потому что, на самом деле, он был там единственным лишним человеком.