Слово

Орден Цишань Вэнь, как и горная неприветливая местность, на которой он расположен, категорически не нравился второму молодому господину Лань. Казалось бы, два ордена, расположенных в горах: Лань и Вэнь, но различия между ними огромны. В Облачных Глубинах царила умиротворенная атмосфера, суета простого люда не трогала заклинателей Поднебесной. В Цишань все было по-другому. Липкий, развратный воздух давил со всех сторон, всюду слонялись адепты в красно-белых одеждах, с подозрительными лицами, бегающими в стороны глазами. Беззаконие давно веселилось тут во всю. Глава ордена Лань тоже не был доволен происходящим, но был несказанно рад повидаться с Цзян Фэнмянем и Цзинь Гуаншанем. — Приветствую, господа, — сложил Цинхэн-Цзюнь руки в приветственном жесте и завел бессмысленный, но теплый разговор с обоими. Цзян Фэнмянь, стоя между ними, бдительно следил за тем, чтобы отвыкший от социальной жизни глава ордена Лань не потерял нить разговора. Ванцзи убедился, что отец в надежных руках и незаметно слинял, чтобы найти Вэй У Сяня. Они давненько не виделись. Вэй Ин наверняка израсходовал всю свою энергию и Лань Чжань готов был поделиться своей снова. Проблему с искажением он почти решил: сходил пару раз на занятия к первогодкам, якобы с «инспекцией», а на самом деле выслушивая основы и маленькие советы по медитации, которые не прочесть в книгах. Это передавалось из уст в уста, от одного заклинателя другим. Элементарные истины, которым учатся в раннем возрасте. Например, как у людей, знания как ходить и не падать, или правильно есть из ложки. Лань Чжань смог восполнить пробелы. Оставалась одна маленькая деталь, нечто, чего он никак не мог уловить. От этого чаша ядра переполнялась и грозилась хаотичным потоком покалечить его изнутри. Но подобное случалось значительно реже и контролировалось при помощи кристалла-накопителя. Последние пару недель Ванцзи специально копил излишки, чтобы помочь Вэй Ину. Осталось только найти неугомонного, который убежал осмотреться и пропал. Об этом, к слову, Нефрит узнал от нервничающего Цзян Чэна, который внезапно нашелся рядом с Лань Хуанем. Парни, сидя каждый на своем коне, швырялись друг в друга не очень теплыми словами, но ни один не выглядел обиженным, скорее, они оба испытывали азарт. Словесная баталия увлекла их надолго. Лань Чжань с чистой совестью бросил их наедине и пошел по неприметной тропинке в лес. Дорожка вывела его на скалистое стрельбище. Здесь было красиво: каменные горы стремились ввысь, слышался отдаленный водопад. Деревья, так и не стряхнувшие с себя старые листочки после весны, выглядели слегка угнетенно. Ванцзи прислушался. Перебивая отдаленный шум, раздался выстрел и уверенная стрела с глухим звуком врезалась в мишень. Лань знал, кто являет природе мастерство лучника. Парень медленно пошел вперед, чтобы посмотреть на еще одного значимого, и самого милого, после Вэй Ина, героя новеллы — Вэнь Цюнлиня. Дойти Лань Чжань не успел. Тот, кого он все это время искал, вдруг маленьким чертиком прыгнул на него из-за скалы, навалившись на спину и уронил своим телом вперед. Ай. Что-то пролетело над ними и издало жалобный звон, стукнувшись о камни. — Лань Чжань! — Это имя становится таким приятным, когда его выкрикивает Вэй Ин. Лань Чжань даже подумал простить «покушение». — Мы так давно не виделись! А ты все прекраснее с каждой встречей! Ванцзи немного не понял: когда Вэй Ин успел его рассмотреть, если впечатал лицом в землю и не дает встать? Вэй Ин недолго над ним издевался, и, поёрзав на нем немного напоследок, поднялся и помог встать. При этом он не переставал говорить всякую ерунду, вроде «ты так красив сегодня специально ради меня?» или «подожди, это же я заплетал тебя таким способом, ты что, воруешь мои прически?!». Пока Лань отряхивался, У Сянь отвлекся от собственного монолога и поднял с земли стрелу, подкинув в руке. Серые глаза осмотрели скорчившегося в робкой позе Вэня. — Это, кажется, твое? Вэнь Нин робко кивнул, но сразу замахал широкими рукавами. — Прошу п-прощения молодой г-господин! Я испугался и случайно выпустил стрелу! Вэй Ин прервал его смехом. — Не переживай, мы с Лань Чжанем совсем не такие страшные, как кажемся! Меня зовут Вэй У Сянь, в быту Вэй Ин, а ты, господин Вэнь…? — Вэнь Нин, — совсем засмущался паренек, вцепившись в лук. — Цюнлинь. Лань Чжань приветственно кивнул: ему представляться не следовало. Если Вэй Ина еще можно назвать «не таким страшным», то себе он давно поставил самую лучшую репутацию: одни боятся, другие уважают. Вэй Ин точным броском запустил стрелу в центр мишени. Освободившейся рукой он схватился за белый рукав Лань Ванцзи и отпускать не намеревался. — Тренируешься перед соревнованием? У тебя хорошо получается, — он кивнул на соседнюю мишень, в которой шесть стрел ютились максимально близко к середине. — Н-нет, г-господин… — Не договорив, вконец красный паренек наполовину спрятался за скалой. — Не бойся, ты ведь хорошо стреляешь, тут нечего стесняться! — У Сянь шагнул вперед, чтобы заглянуть в укрытие Вэнь Нина, но Лань Чжань придержал его от излишней наглости. — Молодой господин Вэнь, будете ли вы добры показать, в какой стороне стрельбище? — уточнил Нефрит. — Соревнования вот-вот начнутся. Добрый юноша тут же показался на глаза. — Я провожу вас! У Сянь, довольный, завел разговор с Вэнь Нином и тайком подмигнул Ланю: «Как ловко ты его вытащил!» Лань Чжань только гордо сощурился, мол, это еще не все мои великие таланты, о которых ты не знал. Когда они вышли на поле, Цзян Чэн накинулся на него с криками. — Ты куда пропал?! — Немного заблудился, Чэн-чэн, — отмахнулся тот. — Добрые люди показали нам дорогу. К добрым людям относился Вэнь Нин. Он неловко переминался с одной ноги на другую, но собрался и, выпрямившись, изобразил изящный поклон. Цзян Чэн покачал головой. Ругаться больше не стал, понял всю бесполезность этого дела. Красноречивый взгляд пал на Второго Нефрита. — Не блуждается тебе одному, да?.. Пока все отвернулись, шаловливая рука Вэй Ина переместилась за спину Ланя и ухватила кончик лобной ленты. У Сянь, довольный тем, как ощущается шелк в ладони, постарался проигнорировать мурашки, прошедшие по позвоночнику. Лань Чжань же не разозлится на него за это? Раздался громкий звон, на возвышение вышел один из старших адептов ордена Вэнь, чтобы объявить глав орденов. Вэнь Нин спешно откланялся и убежал, оправдавшись тем, что его потеряет сестрица. Он обещал вернуться чуть позже, в самом начале. А пока адепты мирно шутили снизу, у глав кланов все было не так спокойно. Яростью пылал Не Минцзюэ, которого явное неуважение Вэнь Жоханя довело до трясучки. Цзинь Гуаншань поморщился, когда понял, что здесь не видать ему мягких подушек и молодых девочек из цветника. Фэнмянь и Цинхэн-Цзюнь не показывали свое недовольство так ярко: один с намеком на угрозу пригладил клановый колокольчик, другой покачал головой. Минцзюэ готов был махать саблей в сторону огромного возвышения, на котором планировал разместить свой королевский зад глава ордена Вэнь. — Это выходит за рамки… Всего. — Тяжело уронил глава Не, обуздав свою гордость. — Кажется, нам пора бы обратить на это внимание. Цинхэн-Цзюнь слегка улыбнулся. — Глава Не, наберитесь терпения. Вэнь Жохань совершил еще один подвиг, объединил несколько орденов заклинателей, обрел новых единомышленников. Ордену Вэнь не осталось поводов соблюдать церемонии. Тот фыркнул, но спорить не стал: внутри него горело желание отомстить за отца, за то, что когда-то, из-за главы и старшего сына ордена Вэнь, они с братом стали сиротами в юном возрасте. Пустые слова главы Лань мало помогли, но, благодаря им, Минцзюэ вспомнил слова дорогого его сердцу человека и не мог к ним не прислушаться. «С сегодняшнего дня начнется противостояние. Прошу, не лезь на рожон, не привлекай лишнего внимания. Я боюсь за тебя.» — сказал Не Хуайсан, перебирая ленты и короны. Выбрав что-то, сочетающееся по цвету, он подошел к старшему брату и заплел идеальную прическу главе клана. Цзян Фэнмянь напряженно всматривался в два стола на возвышении. На сердце у него было тяжело. Ударил колокол. Главы неспешно разошлись по своим местам, преклоняя колени перед низкими столами, к собственной злобе находя в чайничках воду, а не чай. Сплошное неуважение, ведь среди них есть и люди в преклонном возрасте. Например, Цинхэн-Цзюнь, который образ старика поддержал и покряхтел, вызвал у стоящих вокруг адептов Вэнь приступы совести. Взлетел вверх огненный феникс и растворился в воздухе, пуская пепел на головы стоящих у подножья участников состязания. Вэнь Жохань гордо продемонстрировал свою особую способность и пустил пыль в глаза тем, кто смеет смотреть на него свысока. Кто-то из адептов закашлялся, когда пыль и пепел осели на нос. Его сын Вэнь Чжао, единственный из участников, которого представили наравне с главой ордена, гордо выпятив грудь, устроился подле Жоханя, неуклюже бухнулся на подушки и никак не отреагировал, когда наглая любовница вцепилась в локоть и повисла на нем. Выбранный адепт начал зачитывать правила игры: никаких промахов; выбывший адепт удаляется с поля мгновенно; фейерверки засчитывают баллы каждому ордену. Жульничество жестоко каралось аннулированием пойманной добычи и пожизненным исключением заклинателя из соревнования. Когда последнее слово упало на поле и адепт зазвенел колоколом в последний раз, флаги великих орденов взвились в небо и пять стройных колонн ступили на выход в лес. Главам орденов, наконец, вынесли вино вместо воды и даже добавили закуски. Внезапно, пьющий крепкое вино из чарки молодой господин Вэнь прищурился и указал пальцем на последнего адепта в колонне. — Эй ты, там! Последний, как тебя… Фэнмянь, пока все отвернулись, прикрыл рот рукавом и выпил полную чашу вина. Сегодняшнее мероприятие никак не воспринималось на сухую. Цинхэн-Цзюнь и Не Минцзюэ посмотрели на него и поддержали, опустошив свои чарки. — Вэнь Нин, — подсказал старый слуга на ушко. — Вэнь Мин! — небрежно крикнул Вэнь Чжао. — Ты же из побочной ветви ордена, какой дурак допустил тебя к участию?! Вы посмотрите, какой он хлипкий, у него силенок не хватит стрельнуть! Услужливые лизоблюды, целая группа которых спряталась у подножья лестницы, в тени, сразу подхватила насмешку и зашептала оскорбления. Вэнь Нин не посмел исправить собственное исковерканное имя и молча сжался, надеясь, что оказанное ему внимание уйдет как можно скорее. Вэй Ин сразу оказался рядом и поддерживающе похлопал нового знакомого по плечу. — Этот паренек прекрасно стреляет, не стоит так сразу списывать его со счетов! — отмахнулся от него У Сянь и подтолкнул к полю Цюнлиня, прошептав пару ободрительных слов. Вэнь Чжао внезапно заинтересовался. На самом деле, ему было все равно, участвует эта букашка в соревновании или нет. Он бы выгнал этого паренька из команды просто так, чтобы потешить самолюбие. Но внезапно появился тот, кто посмел ему возразить — Вэй Ин, который вдруг вступился за незнакомца и не смолчал, когда увидел несправедливость. Какой глупый. Его доброта загубит другого человека. — Стрельни, — разрешил он и приготовился к зрелищу. Вэнь Нин одновременно обрадовался возможности показать свои способности, но вместе с тем испугался: что, если он ошибется?! Это же опозорит не только его самого, но и господина Вэй, который буквально поручился за него! Руки задрожали, а пальцы приказали долго жить и отказывались разгибаться по воле хозяина. Вдруг Цюнлинь почувствовал рядом еще одного человека. Он поднял глаза с земли и встретил уверенный взгляд янтарных глаз, который заглянул в самую его душу. Лань Ванцзи, Второй Нефрит, которого Вэнь Нин увидел еще тогда, на стрельбище, подошел к нему. Зачем? Посоветует не позориться? Выгонит? Поможет, как молодой господин Вэй? Захотелось пригнуться в земле и спрятать голову в яме. Он читал, существуют птицы, которые умеют так делать. А Лань слегка прикоснулся к его рукаву и Вэнь Нин робко прищурился. Он напоролся на мягкую одобряющую улыбку, которая назначалась лишь ему. Он весь затрепетал и выпрямился, преисполнившись веры в себя. Ведь рядом с ним такие сильные люди и они принимают его за равного, хотят соревноваться с ним! Цюнлинь уверенно шагнул на линию выстрела. Вэй Ин спрятал улыбку и исподлобья посмотрел на Ванцзи, который вдруг, вот так просто, улыбнулся незнакомцу. На сердце камнем, не менее тяжелым, чем темная энергия в духовных венах, осела злость и капля зависти. Он молча протянул руку и, уже не скрываясь, потянулся к лобной ленте, но не успел схватиться за нее: Лань Чжаня, дернув за ворот, отодвинул от него Лань Сичэнь, да и сам Лань Чжань посмотрел на его поползновения так, будто он как минимум собрался его убить. У Сянь неловко отдернул руку и прикусил губу. Лань Чжань… не хочет, чтобы он касался его ленты? После тех поцелуев, что ему подарил? Это… разочаровало. Вэй У Сянь помнил значение лобной ленты. Вэй Ин шагнул назад и вернулся в строй, встав за Цзян Чэном. Он больше не поворачивался в сторону Ланей и не смотрел, как Вэнь Нин пытается выстрелить. Маленький Цюнлинь крепко схватился за лук, его руки дрожали. Он надел стрелу, насадил ее и натянул тетиву. Руки все еще дрожали. А потом он вспомнил яркую улыбку Вэй У Сяня, ощутил его прикосновение. В глазах вспыхнул янтарь, который делился с ним Нефритовой уверенностью. Вэнь Нин выдохнул, встал в стойку и выпустил стрелу в мишень. Попал в третий от середины круг. Раньше на публике он не мог даже задеть стрелой препятствие! Изумрудные глаза радостно прищурились, а на сердце теплом осела благодарность: господа помогли ему сделать самый большой шаг вперед в его жизни! Пусть Вэнь Чжао все равно велел ему уйти с площадки, не удовлетворившись результатом. Ему было все равно. Такая мелочь не омрачит его настроение! Заменив адепта, орден Вэнь последним выступил на территорию охоты. Вэй Ин, чье настроение опустилось ниже нормы, хмуро оглядывался по сторонам. Он не зря отметил, что местность давит: не из-за заточенной нечисти. Казалось, земля переняла от хозяина всю грязь, которую он таил в своей душе, и заразилась злобой, как вирусом. Темная энергия внутри внезапно откликнулась на зов мрачной природы и зашевелилась, с силой нападая на ядро. У Сянь схватился за грудь и не сдержал мимолетной гримасы боли. Цзян Чэн и другие двое адептов не заметили этого, потому что ушли вперед в поисках добычи. — Разделимся, — скомандовал Чэн-чэн. — Так мы поймаем больше. Удачи всем. Встретимся на северо-западной части. Адепты разошлись кто куда, последние двое, сгруппировавшись, ушли вместе. Ваньинь не спешил бросать брата и обернулся к нему. Искорки в волосах слабо тлели, не решаясь опасть в окружающий темный туман, который давно уже осел здесь. — Ты побледнел, — вздохнул он и приблизился. Вэй Ин только отмахнулся. — Ерунда, туман давит. С недавних пор у меня с ним плохие отношения, ты же помнишь. — Вэй Ин сделал вид, что не видит тревожно сведенных бровей и рванул было в сторону, но брат схватил его раньше. — Вэй Ин… Я хотел бы заставить тебя признаться силой, как хочу еще с тех самых пор, как ты свалился в то демоново озеро… — Цзян Чэн говорил медленно, глядя в глаза шисюна. — Но я не буду. Потому что хочу, чтобы ты сам рассказал мне. У тебя же проблемы, так? — Вэй Ин смущенно отвел взгляд. — Так. И давно. — Не вопрос. Утверждение. Вэй Ин осторожно выскользнул из хватки и встал подальше от брата. Он упорно смотрел вдаль, где, кажется, заметил черную тень. — Потом поговорим, Чэн-чэн. Сейчас мы должны охотиться, — и был таков. Такой Цзян Чэн, который вдруг стал заботливым братом, немного раздражал. В первую очередь тем, что иногда в нем появлялись повадки старшего брата Лань Ванцзи. Вот и сейчас, раньше он бы просто раздраженно бросил его в одиночестве, но сейчас побежал за ним. У Сянь не стал сбегать дальше, тем более Цзян Чэн больше не пытался говорить на эту тему и завел болтовню ни о чем. С облегчением Вэй Ин ее поддержал. Получилось так, что вел их Ваньинь, и именно он завел их сначала в большую горную пещеру, а потом и в маленький тоннель. Первый же и пострадал, врезавшись в пару висящих сталактитов. Вэй Ин не преминул отпустить пару шуток, хотя у него не было особой охоты шутить. Они наконец выбрались на другую сторону горы и оказались в более просторной местности. Здесь добыча не пряталась, а пара призраков внаглую повисли в небе. Оба адепта Цзян достали луки. *** Тем временем, на месте отдыха глав орденов, было не так спокойно. Вэнь Жохань удалился сразу после начала, оставив сына развлекать других глав. Тот гордо заулыбался, когда первая добыча досталась ордену Вэнь, но сдулся, когда сразу пять адептов выбыли из соревнования. Веселая ухмылка Не Минцзюэ еще больше его разозлила. Вэнь Чжао подскочил на месте и позвал нескольких адептов. Затем повернулся к главам с наглой гримасой. — Я хотел бы присоединиться к охоте. Прошу вас не скучать! — и ушел, оставив глав в гордом одиночестве. Те не расстроились: завели непринужденный разговор, изредка выпивая. Один Цзинь Гуаншань обмахивался веером и все еще тихонько вздыхал о мягкой подушке и служанках. *** Лань Чжань с беспокойством высматривал Вэй У Сяня на поле боя, одновременно отстреливая попадающихся по пути тварей из лука или пуская в лютых мертвецов Бичэнь. Ему не понравился тяжелый взгляд парня, когда он тоже вышел поддержать Вэнь Нина. Сколько ни думал, Лань Чжань так и не смог найти ни одной причины, по которой на него можно разозлиться. Пришлось списать внезапную злость У Сяня на темную силу в его теле и, как следствие, растревожить себе нервы. Однажды, в оригинале, тот уже разозлился и наворотил дел. Лань Чжань не хотел смертей в этом мире. С другой стороны, он сам же и отшатнулся, когда увидел, что чужие наглые руки тянутся к его ленте. Ему не то чтобы было противно или неприятно, что Вэй Ин хотел коснуться ее — он просто испугался. Он не был истинным адептом клана Лань, но это не помешало ему искренне привязаться к белому клочку ткани и бережно лелеять его в сохранности. В этой ленте, помимо серебряных иероглифов-защиты было вплетено множество заклинаний. Она настолько сильно переплеталась с его золотым ядром и душой, что воспринималась как часть собственной сути. Прикосновение к ней действительно интимно. Стоит извиниться за свою реакцию перед Вэй Ином. Он продирался через кусты, в сторону отдаленной полянки, над которой только что возвысился фейерверк выбывшего адепта. Кусты упрямо не пускали его вперед, ветви так и норовили зацепиться за белую косичку, вплетенную в корону. На окраину поляны Ванцзи пришел растрепанный. Белая прядка расплелась и упала на плечо, смешиваясь с челкой. Перед ним развернулся скандал. Воевали, что неудивительно, Вэй Ин и Вэнь Чжао, который не хотел следовать общим правилам. У Сянь наставлял его на правильный путь, надеясь сбить огромное самомнение Вэня. Цзян Чэн доброжелательно улыбался и поддакивал брату с идеально вежливым лицом. И Лань Чжань, и сам Вэй Ин видели, как Ваньинь был рад словесно поиздеваться над неприятным типом. Когда Вэнь Чжао, разозленный, направил три стрелы в сторону Вэй Ина, Ванцзи напрягся и достал собственный лук, готовый отразить опасность. Прежде чем выпустить стрелы в другого адепта, Вэнь Чжао издевательски добавил: — Научишься не лезть к другим, выскочка! Вряд ли он имел в виду инцидент с лентой, ведь свидетелями стали всего несколько человек, и он не стали бы трепаться об этот попусту. Но Вэй Ин, будучи в не самом хорошем настроении, подумал именно о нем. Ярость взметнулась в нем, как черный ворон, взмахивая уродливыми крыльями. Ударом руки парень поднял вокруг себя клубок кроваво-красной силы и отшвырнул стрелы. Одна из них, отлетев, развернулась и насквозь прошила рукав Вэнь Чжао, едва не задев кожу. Вэнь недоуменно посмотрел на дырку в рукаве, а потом перевел полный неверия взгляд на У Сяня. Рука поднялась, указательный палец уставился ровно на Вэй Ина. — Ты!.. Ты!.. Отступник, использовал темные методы и ранил меня! — Уходи, пока не добавили, — зашипел на него Цзян Чэн, сжимая кулаки, пуская вокруг себя искорки. — Настолько слаб, что не можешь отличить взрыв духовной энергии от тьмы! Вэнь спорить не стал и со свинячим визгом рванул прочь с поля, придерживая «раненую» руку. Наступила неприятная тишина. Ни один не решался двинуться или произнести хоть слово. Вэй Ин пустым взглядом смотрел на дрожащие руки. Грудь резко вздымалась, но воздуха все равно не хватало: темная энергия вырвалась из него, сама! Красная дымка исчезла, но все еще стояла перед серыми слезящимися глазами. Цзян Чэн не решился приблизиться к брату и смотрел на него со стороны. — Ты поэтому изменился? — Спросил Ваньинь. Он наклонил голову, выглядя растерянным и непонимающим. Но, как бы ни наклонялся, не мог различить эмоции на чужом лице. — Ступил на темную дорожку и даже не сказал мне. — Цзян Чэн, я… — Вэй Ин поднял виноватый взгляд и посмотрел на брата, который, кажется, не мог принять то, что только что увидел. — Нет, я… Тот поморщился, когда не услышал ответа. — Для моей безопасности, — передразнил он. — Чэн-чэн, со мной все-е-е хорошо! Этот Чэн-чэн, по мнению собственного шисюна, не достоин знать о том, чем занимается его брат! — Стой, подожди, я не рассказывал тебе не поэтому, я всего лишь не хотел… Ваньинь поднял руку, призывая к молчанию. Сам он тоже ничего не говорил и гнев, появившийся на его лице, быстро спрятался внутри. — Расскажешь, как вернемся в орден. — Велел он. — Все. Вэй Ин кивнул и пронаблюдал, как брат уходит непонятно куда. Захотелось вдруг взвыть. Он совершенно не умеет пользоваться темной силой! Он никогда не хотел по настоящему ей владеть, ему нравился светлый путь, нравился свой меч, золото своего ядра! Однако то, что он увидел, означает, что его духовная сила почти полностью слилась с тьмой. Ему открыты оба пути, но ни в одном из них он не способен достигнуть вершины. Вэй Ин повернулся в сторону леса, когда услышал шорох. Там, смущенный тем, что подслушал, стоял Лань Ванцзи, сжимающий в одной руке опущенный лук. Замеченный У Сянем, он поспешил подойти. Вэй Ин усмехнулся. — Все видел? — Мгм. Ни один не пытался оправдаться. Вдруг Лань Чжань вздохнул и осторожно за плечо притянул У Сяня к себе, слабо обнимая. Вэй Ин выдохнул спертый воздух и признал, что прикосновение Нефрита было приятным. Приятно осознавать что от него — темного заклинателя — Лань Ванцзи не отшатнулся, а наоборот, принял его таким.