Слово

Лань Чжань поднялся и поспешил на улицу. Раздвигая людей, он прорвался в самую середину и теперь еще лучше мог разглядеть тех, кто посмел прийти на территорию ордена Цзян. На корточках, жалко скорчившись и прикрывая своим телом ребенка, сидел Вэнь Нин. Вэй Ин не стал пробираться через толпу и нерешительно остановился, силясь разглядеть, что же происходит внутри. На самом деле, после того, что случилось в Пристани Лотоса всего несколько дней назад, У Сянь не горел желанием спасать какого-то там Вэня. Не будь здесь Лань Чжаня, он бы не стал лезть в разборки. Ему это не нужно, да и орден Вэнь… они заслужили это. Как бы по-детски не звучало — они первыми начали. — Убейте его, и дело с концом! — крикнул кто-то из толпы. Казалось, ни один из окружавших Вэнь Нина людей не замечал ребенка. Камни изредка летели в парня, ударяясь о спину и сложенные руки. Видно, что Вэнь попал в подобный кружок осуждения не в первый раз, однако, он все еще жив. Потрепанные одежды, в которых проглядывались красные узоры солнца в некоторых местах были испачканы кровью. У Сянь подумал, что, возможно, паренек знает способ выбраться. — Да, избавимся от него! — Нет-нет! Стойте! — Лань Ванцзи перехватил рукой большой камень, летевший в Вэня и встал перед ним, расставив руки в стороны. Толпа на мгновение застыла в недоумении: кто смеет приказывать им как обращаться с псиной ордена Вэнь? Камни полетели в Лань Чжаня. Тот не дернулся, когда острые концы сильно ударились о грудь, а один поцарапал руку. За спинами людей раздался утробный рык. Лань повел головой в ту сторону и понял, что рычит Вэй У Сянь. Черт, он слишком давно не играл для Вэй Ина «очищение» или «умиротворение»! Золотое ядро У Сяня пока не настолько стабильно, чтобы защищать хозяина от перепадов настроения. Вэнь Нин за спиной Ванцзи робко поднял голову и увидел, как старый знакомый бесстрашно встал на пути у злобной толпы. Цюньлинь жалобно всхлипнул и одной рукой вытер покрасневшее лицо. На сердце вдруг стало так легко: нашелся человек, который сможет помочь ему и его семье, спасти маленького мальчика, которого он с таким другом вынес из того ада, что окружает их маленькую семью. — М-молодой г-господин… Лань… — Позвал юноша, всхлипывая. Лань Чжань полуобернулся к нему и слегка кивнул. — Молодой господин Вэнь. Рад видеть вас живым. Тот неловко улыбнулся и крепче обнял малыша А-Юаня, схватившись другой рукой за полу белоснежных одежд. Мужчина, старик с покоцаной бородой, поднял с земли маленький камешек и замахнулся, не находя разницы между собакой ордена Вэнь и тем, кто защищает ее. Ванцзи понимал, что не успевает: другие тоже подняли с земли камни, кто-то схватился за палку. Старик прицельно метнул предмет в прекрасное лицо Нефрита. Время замедлилось. Лань Чжань и моргнуть не успел, как перед ним вдруг появилась широкая спина в черных одеждах и отбила камень с его траектории падения. Вэй У Сянь остановился перед людьми и нахмурился, сложи руки на груди. Ванцзи отступил еще ближе к Вэням. Маленький А-Юань захныкал в руках дядюшки. — Значит так. Либо вы мирно расходитесь, либо… — злобное молчание. — Камни полетят в вас. — узкая мужская ладонь играла с темной энергией на кончиках пальцев. Вэй Ин был настолько разъярен, что вызвать тьму не составило труда. Духовные вены обожгло. На пальцах две противоположные силы боролись друг против друга. Кончики онемели. У Сянь стиснул зубы. — Как ты можешь защищать их! — Вспомни, что они сделали с нашей госпожой! — И вы теперь уподобитесь им?! — злобно крикнул в ответ Вэй Ин. — Нападете на слабых! Толпой на одного человека! Ванцзи присел перед Вэнь Нином, положив руку на плечо парня. Тот не поднимал лица, что-то шепча. — Сколько бед я вам принес… Не стоило сюда приходить, ох, не стоило, зачем же я… — Цюнлинь, успокойся. — мягко, но непреклонно попросил Лань Чжань и поднял юношу с колен. Руки Вэня дрожали, как и маленький мальчик, которому на вид едва ли минуло два-три года. У Нефрита сердце защемило от того, каким худым и измученным выглядит этот светлый мальчик, который в новелле стал отдушиной не только для Вэй У Сяня и Лань Ванцзи, но и для читателей. Добросердечный юноша ласково погладил мальчика по головке и поднял на руки. Тот, хоть и беспрекословно позволил чужому человеку себя забрать, пристально следил за дядей, опасаясь, как бы с ним чего не случилось. Вэй Ин потрясал кулаками. — Где же хваленая гостеприимность жителей Юньмэна?! Посмотрите, вы едва не закидали камнями малыша! И смеете утверждать, что вы лучше этих собак из Цишань Вэнь?! — все больше распалялся парень. — Это не я… — Я и думать не смел обидеть ребенка… — Это все он! — толпа, устыдившись, начала искать виновного. Кто-то указал на старика, который, в отличии от остальных и не думал отступать, а просил прикончить мальца, чтобы тот в будущем не принес бед на их головы. Конечно, подобной жестокости не могли простить женщины. Они знают цену жизни, знают, что у ребенка есть если не отец, то хотя бы любящая мать, которая ждет его, может быть, даже ищет. Лишь черствый сердцем ублюдок посмеет поднять руку на невинного малыша. Самые бойкие взяли в руки палки, кто-то шептал проклятия. Мужчины показательно закатали рукава. Таким образом, толпа довольно быстро смешалась и утащила недовольного старика за собой. Они остались одни на середине дороги. — Ух. — У Сянь встряхнул руками. — Давно я не был в окружении стольких людей. Он недолго помолчал, с трудом усмиряя бурю в груди. Лань Чжань прошептал А-Юаню пару ласковых слов, успокаивая. В подростковом возрасте ему довелось поработать няней ради карманных денег. Не сочтите за хвастовство, но мамочки щедро раздавали чаевые за хорошую работу и заботу об их детишках. — Итак. Вэнь Нин, — внимательные серые глаза уставились на юношу, прищурившись. Тот еще больше съежился и опустил голову, утирая рукавами мокрые глаза. — Давно не виделись. — Вэй Ин, — осадил его Ванцзи. А-Юань на его руках задергался от тона, который использовал У Сянь в разговоре с ними. Ребенок определенно понимал, что их могут в любой момент выгнать с территории ордена взашей. Лань Чжань опять заворковал с ребенком. — Тише, все хорошо. Я не дам тебя в обиду, А-Юань. Вэй Ин моргнул, а затем заметно смягчился и даже светло рассмеялся. Он поднял руку и легонько ткнул мальчика в острый носик. — Смотри-ка, а ты знаешь кто тут самый добрый, да, малыш А-Юань? Ребенок зафырчал, ладошкой ухватив тонкий указательный палец У Сяня. Тот как-то странно улыбнулся, сердце защемило, когда он сравнил маленькую ладошку со своей. Надо же, какими маленькими могут быть дети. — Г-господин В-Вэй, Господин Лань. — Цюнлинь более-менее успокоился и склонился в поклоне. — Б-благодарю вас за спасение. Не знаю, что бы я делал без вас. Вэй Ин не ответил. Вместо этого он переместился ближе к Вэню и схватил его за локоть. — Что ты к моему Ланю прицепился, как репей? Ему одного мальчишки хватит. Не бойся, здесь некому тебя покусать! Пошли! Все четверо двинулись в сторону главного дома, вслед за Вэй У Сянем. Тот, после милейшей картины Лань Чжаня с ребенком на руках, вернулся в нормальное расположение духа и нашел отвлеченную тему для разговора, чтобы оба Вэня расслабились и перестали вздрагивать от каждого резкого движения. А-Юань совсем пригрелся на плече у Ланя и сладко посапывал, восстанавливаясь от всех пережитых волнений. Цюнлинь легко улыбнулся, когда увидел что дорогой племянник спит и, кажется, больше не плачет. Интересно, как второй молодой господин Лань узнал имя мальчика? Вэнь Нин мудро не стал озвучивать вопрос, чтобы не нарушать мирную тишину, и спокойно шел за двумя господами. По пути Вэй Ин вдруг свернул в сторону и вернулся с двумя паровыми булочками. От них очень аппетитно пахло свежеиспеченным хлебом, а внутри спряталось совсем немного юньмэнского перца. Почувствовав вкусный запах, проснулся и А-Юань. Он некоторое время смотрел на булочку в руке Вэй Ина, но не решился протянуть руку и попросить. У Сянь все еще казался ему страшным мужчиной в черных одеждах. Белый его привлекал куда больше. Тот, однако, не расстроился и подкинул маньтоу в руке. Второе передал Вэнь Нину. — Как хочешь. Я съем его сам. — Вэй Ин безразлично пожал плечами и пошел дальше. Мальчик молча проводил его взглядом и вздохнул. Глазки заблестели, но слезы он лить не стал, только крепче сжал в ладошке белый воротник. Сердобольный Вэнь Нин попытался отдать ему свою, но и ее малыш не принял, оттолкнув от себя. «Ешь сам!» — так и велели два светло-серых глаза. Вэй Ин хихикнул и приблизился. — Давай, идем ко мне на ручки. Тогда я, так и быть, поделюсь с тобой. В ответ на это А-Юань, немного подумав, все-таки оторвался от Нефрита и протянул руки к Вэю. Кушать хотелось больше. Тем более дядя Нин не отказывается от еды и даже довольно кивает ему, призывая перекусить. — Благодарю вас, — поблагодарил Вэнь Нин Вэй У Сяня за них обоих. В ордене их встретили равнодушно. Адепты все еще носились с трупами снаружи, и не решались войти внутрь, чтобы не огрести от мадам Юй и никак не провоцировать подавленную женщину. Та еще не успела смириться с потерей ядра. После боя она в более спокойной обстановке передала Цзы Дянь Цзян Чэну и не попыталась дать ему подзатыльник. Ваньинь даже почувствовал тоску по тяжелой руке матери. Фэнмянь, в отличие от жены, выглядел умиротворенным. Ему, казалось, в радость слабость жены, ведь он мог находиться с ней чаще, говорить больше, заботиться сильнее. Цзыюань пока не давала носить себя на руках, но глава ордена был близок. Сейчас все семейство Цзян, кроме Янли, и Лань Сичэнь находилось в обеденном зале, где супруги устроили пир в качестве извинения за утреннее представление. Лань Хуань был в восторге от каждого увиденного на столе блюда, но мудро не ел это красное варево, опасаясь за свое здоровье. Улыбка на его лице имела немного потерянный оттенок, будто он не понимал, что вообще здесь забыл. А потеряться было из-за чего: Цзян Чэн начал собачиться… с кем-то. Скорее всего, с самим мирозданием, ведь на его ругань родители никак не отреагировали. Фэнмянь старательно подкармливал жену, а та молча принимала подачу. Фиолетовые глаза выглядели погасшими. Лань Чжань показался спасением. Своим появлением они с Вэй У Сянем свели всю ругань Ваньиня на нет, а адепт ордена Вэнь погрузил стол в еще большую тишину. — Это еще что такое? — прорычала мадам Юй, уперев кулаки в стол. Одно только появление человека в бело-красной одежде подействовало на нее как красная тряпка на быка. — Да вот, на улице подобрал, — Вэй Ин беспечно подкинул А-Юаня на руках. Тот взвизгнул от страха, а потом улыбнулся, пытаясь попросить еще. — Думал усыновить. Ванцзи покачал головой и успокаивающе похлопал Вэнь Нина по спине. Они стояли чуть поодаль от стола и их не было слышно. — Не волнуйся, он просто шутит, — прошептал ему Нефрит. Вэнь Нин кивнул пару раз, успокоившийся, но потом отрицательно качнул головой. — Родители А-Юаня не так давно погибли. Я… Был бы рад, если бы он стал заклинателем другого ордена и принял фамилию господина Ланя или Вэя. Сестра просила присмотреть за ним. Уголки глаз Цюньлиня скорбно опустились при воспоминании о сестре. — Расскажи, что произошло, — попросил Лань Ванцзи и повел парня в сторону кухни. Он был там всего пару раз, но точно помнил, где она находится. Вэй У Сянь с А-Юанем на руках кивнул Нефриту, провожая их, а сам уселся за стол. Мадам Юй все еще ждала ответа. — Они наши друзья, — ответил ей У Сянь. — Вэнь Нин чист, он и меч держать в руках не умеет. Прошу мою госпожу быть милосердной. Он редко говорил таким тоном с Паучихой. Просто потому, что не всегда чувствовал в себе желание говорить в таком тоне. Сейчас же на него вдруг навалилось столько всего, что Вэй Ин поневоле стал серьезнее, чем был. Он не хотел, чтобы Юй Цзыюань начала ругаться в присутствии чужого ребенка последними словами. Цзян Чэн выпучил глаза на непонятное чудо, которое находилось в руках у брата. Само чудо точно так же уставилось в ответ, а потом протянуло руку к искрящимся волосам, чтобы поймать одну из искорок. Ваньинь недоуменно склонил голову к плечу, будто не понимающий пес, и позволил пару раз дернуть себя за челку. Искорки, что удивительно, не ужалили мальчика. — Какое чудовище, — пробормотал молодой господин Цзян и сел прямо. Он мельком взглянул на Сичэня и, словив умиленный взгляд, только передернул плечами. Фэнмянь тоже заинтересовался мальчиком. Любопытные серые глазки и очень маленький курносый нос затронули сердце мужчины. Проказливая улыбка поселилась у него на устах. Он чуть наклонился к жене. — Моя госпожа, может, нам стоит завести третьего?.. Та тяжело вздохнула и придвинула к себе острый перец, отворачиваясь от них. — Все хоть какая-то польза от меня будет. Тем временем Лань Ванцзи налил Вэнь Нину крепкий чай и приставил к себе миску для супа все с тем же чаем. Все. Терпение лопнуло, любовь к пузатым кружкам пересилила, спустя год с лишним после попадания в этот мир. Осталось найти мастера, который сможет смастерить нечто подобное и здесь, и нормальной ручкой. Вэнь Нин, если и удивился тому, что Нефрит пьет из тарелки, виду не подал и спокойно отхлебнул из пиалы. Чуть помолчав, он начал рассказывать. …Спустя час Лань Ванцзи понял, что дела идут не так хорошо, как хотелось бы. Они спасли Пристань Лотоса, но этим обрекли на смерть многие другие мелкие кланы, которые Вэнь Чжао и его отец беспощадно вырезали, не щадя ни женщин ни детей. — Сестра пыталась вразумить его, даже использовала иглоукалывание на главе ордена, лишь бы тот пришел в себя и осознал, что творит. — Вэнь Нин тяжело вздохнул. — Но вместо этого наша ветвь клана, жалкие пятьдесят человек, впали в немилость. Вэнь Чжао не убивал. Он издевался. Перед глазами Цюнлиня все еще стояла смерть родителей А-Юаня. Как легко адепт отрезал конечности главе семейства, одну за другой, а после публично раздел жену на глазах у соратников. Они… не успели сделать ничего хуже. Она покончила собой, выхватив меч у одного из них и перерезав себе горло. А-Юань, который этого не видел и не знает о смерти родителей, иногда зовет маму. От полусотни человек осталась жалкая дюжина, влачившая свои жизни при помощи одной Вэнь Цин. Совсем отчаявшись, девушка попросила Вэнь Нина найти помощь. — Возьми А-Юаня, все деньги, что у нас есть, и ни за что не возвращайся один. Прошу, А-Нин, иди же! — Вэнь Цин с трудом прогнала его из Илина. Брови она хмуро свела к переносице, едва сдерживая слезы. Девушка не верила в то, что кто-то им поможет. Поэтому она хотела спасти хотя бы брата и маленькую жизнь, которой слишком рано умирать вслед за родителями. Просьба о помощи — единственный предлог, который она могла придумать. Так Вэнь Нин не будет геройствовать и выживет. Вэнь Цин не ждала брата. Вэнь Цин ждала смерти от рук адептов родного ордена. Цюнлинь не стал описывать, через что они с А-Юанем прошли, пока добирались до Юньмэна. Лишь упомянул, что большую часть пути они прятались по лесам и кустам. — Я привычный, — с невеселым смешком сказал он. — Так слаб, что мне легче спрятаться, чем сразиться. Ванцзи молча отпил чай, мрачно прихлебнув. Новость о том, что от семейства Вэнь осталась жалкая горстка, встала в горле комом. Да… Да. Такова жизнь. Он не бог, не создатель. Он не спасет всех. Он даже не знаком с ними. — Я отправлюсь к сестре, — вдруг бойко вскинулся парень напротив Ланя. — Я хочу быть рядом с ней! Но я не хочу, чтобы А-Юань погиб или остался на улице. — Он в надежных руках, — кивнул Лань Чжань. — Но и тебя на верную смерть я не отпущу. Посоветуемся с братом и главой Цзян. Возможно, мы сможем забрать выживших из деревни окольными путями?..