Слово

Сюрпризов Вэнь Жохань преподнес… мало. Главным и самым ожидаемым был Вэнь Чжао, который в компании собственной любовницы встретил один из отрядов. Ван Линцзяо больше напоминала мумию: ее лицо и шея были плотно завернуты дорогой непрозрачной тканью. Черная тень между двумя полосками скрывала глаза. Словно в противовес количеству ткани на лице, женщина носила настолько глубокое декольте, что, казалось, еще чуть-чуть и ее грудь выпрыгнет наружу. Отряд, в котором оказались Лань Ванцзи, Вэй Ин и Вэнь Нин, одним из первых приблизился к сыну Вэнь Жоханя. Воины воодушевились, готовые напасть на Вэнь Чжао. Будучи без верного телохранителя, тот вел себя в несколько раз осторожнее, оставаясь за широкими спинами собственных адептов. Когда он показался на глаза впервые, Лань Чжань на мгновение усомнился в том, что это все тот же Вэнь Чжао, который гордился каждым своим движением и лез на рожон, сравнивая других с грязью. Будущий наследник ордена Вэнь выглядел подавленным, избитым и неуверенным в себе. Вэнь Чжулю часто капал ему на мозги и сейчас, без верного мужчины рядом, становилось понятно, что смерть близко. Сжигающий Ядра убит. Облачные Глубины восстановлены. Юньмэн цел и невредим. Да что там, осталось меньше десятка мелких орденов, которые все еще подчиняются Вэням! Вэнь Чжао ждал смерти, чтобы на небесах или в глубокой бездне снова встретиться с Вэнь Чжулю и спокойно жить в посмертии. Единственным шансом на спасение оставался отец, но и тот отправил бедного слабого Вэнь Чжао на поле боя, отстаивать вход в главный зал Безночного города. — Вперед, вперед! — повизгивающим голосом выкрикивал он, указательным пальцем тыкая в окружающих его воинов. Меч в его руках дрожал. — П-принесите победу нашему ордену! Лозунг, если и сработал, должного эффекта не возымел. Прикрывая друг друга, Лань Чжань и Вэй Ин стремительно преодолевали стену из адептов ордена Вэнь и пробирались к Вэнь Чжао. Рядом терлись Цзян Ваньинь и Вэнь Нин. Лань Хуань, как старший, попал в другой отряд, где прикрывал Не Минцзюэ. Они двое и Цзян Чэн изрядно сблизились за время военных действий. Не Минцзюэ охранял парней как младших братьев, иногда ругая с тем же пылом, с которым отчитывал Не Хуайсана. Сейчас, конечно, Ваньинь предпочел быть рядом с братом. Он успел соскучиться за этот долгий месяц. Пусть раньше он все время ругался на его бесшабашность и энтузиазм, развеселый и энергичный Вэй У Сянь освещал собой каждый день, изгоняя рутину прочь. Драться бок о бок с лучшими заклинателями поколения — Вэй У Сянем и Лань Ванцзи — было большой честью для него. И… Цзян Чэн с трудом признается сам себе, но с ними комфортнее, чем с Лань Хуанем. Первый Нефрит ордена Лань в последнее время слишком настойчив в своем желании позаботиться о Ваньине. Его холеная, тщательно выверенная улыбка камнем сидела у бедного Цзяна в горле. Дэол не показывал своей морды, оставаясь в тылу, однако, когда они оказались вплотную к ведущей к главным дверям замка лестнице, пушистый хвост рыси мелькнул мимо воинов и устремился вперед. — Наконец! — Раздалось рычание с его стороны и зверь стремительно обернулся человеком, ногой раскрывая двери на пути к свершению своей мести. — Вэнь Жохань, выходи! Настало время твоей смерти! Лань Чжань, который слышал его слова, аж поморщился от того, насколько глупо и бумажно прозвучала фраза. Дэол что, успел в Пристани Лотоса начитаться второсортных романов?! — Я сражу тебя в одиночку! …Да, определенно, начитался. Ванцзи подавил желание стукнуть себя рукой по лицу и вздохнул. Вэй Ин, пользуясь небольшой передышкой, задыхался от смеха, едва не падая на землю. — Мой ученик! — весело прокомментировал слова Дэола У Сянь и зашелся в еще более громком смехе. «Если Вэй Ин скажет нечто подобное Вэнь Чжао, я окончательно разочаруюсь в этой жизни,» — решил Ванцзи и поднял меч, стремительно двигаясь в сторону сына Вэнь Жоханя. Осталось совсем немного. Добраться до него и прикончить еще одну важную фигуру этой войны. Ваньинь рвался вперед, искусно отражая чужие удары. Лань Чжань не мог сказать с полной уверенностью, но Цзян Чэн перенял стиль боя Гусу Лань, используя благородные, изящные движения. Ваньинь весь как-то размяк, и даже его мимика неуловимо изменилась: он заразился спокойствием Лань Хуаня и анализировал окружающий мир больше, чем раньше. Он перенял мудрость Сичэня. Цзян Чэн первым добрался до Вэнь Чжао. Не желая трогать женщину, он неловко откинул в сторону безучастную Ван Линцзяо и скрестил мечи с сыном Вэнь Жоханя. Завязался бой. Ваньинь по опыту и силам в несколько раз превосходил своего противника, но Вэнь Чжао был напуган, в отчаянии, и дрался как загнанный в угол зверь. От этого бой затянулся. Вэй У Сянь и Лань Ванцзи прикрывали друга с двух сторон. Вэй Ин всмотрелся в женщину под своими ногами и едва не вскрикнул от страха: у Ван Линцзяо не было лица! У Сянь помнил, как лишил ее красоты, оставив тавро на щеке и скуле, но, в конце концов, он не сделал ничего больше. Да, у нее осталась бы метка на всю жизнь, но… у нее была кожа. У женщины, которая марионеткой свалилась на окровавленную землю, не было лица. Разодранное в кровь мясо, ожоги на правой стороне. Непонятно, кто сделал это с ней. — Убей меня, — тихо прохрипела она, приподнявшись на одном локте. — Убогих не бью, — отфыркнулся У Сянь, отбившись от одного из адептов Вэнь. — … Вэй Ин отвлекся на других. Он давно заметил, что армия Вэней нападает не сразу, а волнами. Сейчас наступила одна из них. Пятеро человек навалились на У Сяня. Отбиваясь от них, он пытался добраться до Лань Чжаня. На того накинулось с десяток человек разом и он с трудом успевал реагировать на каждый выпад в его сторону. — Лань Чжань! — позвал У Сянь, отвлекая любимого от боя из-за глупого волнения. Ванцзи развернулся в его сторону, коротко глянул, но не отвлекся, и так же успешно парировал удар из-за спины, разворачиваясь с нечеловеческой скоростью. При этом он сам отвернулся от Ван Линцзяо. Мстительная любовница Вэнь Чжао на самом деле помнила, кто именно изуродовал ее, подвергнув дальнейшим пыткам. Все это время в воспаленном мозге девушки мелькали серо-красные глаза, черная мантия и красный ворот. Она еще помнила переломный момент, когда к нежной коже прижалось раскаленное железо. Впоследствии она совершила тысячи попыток вернуть свою красоту, использовала лекарства, мази… Ничего не помогало. Разум женщины помутился от горя, задетая гордость не давала спокойно жить. Тогда она пробовала выровнять тон лица огнем, кинжалом… Во всем виноват Вэй У Сянь, во всех ее бедах! «Убить, убить, УБИТЬ!!!» — Ван Линцзяо, не вставая, достала из глубокого кармана юбки кинжал и с трудом поднялась, крепко сжимая железо. Кровь текла по раненой руке. Вэй У Сянь лишил ее красоты. Из-за Вэй У Сяня Вэнь Чжао отдал ее простым солдатам для развлечения, удовлетворения потребностей. Из-за Вэй У Сяня она стала шлюхой. Женщиной, которую взяло более сотни адептов одного ордена. Той, на кого ныне отказывается взглянуть ее господин. — Я умру, но заберу тебя с собой, — с хрипом прошептала Ван Линцзяо и разъяренной кошкой прыгнула на Вэй Ина сзади, засаживая кинжал так глубоко в его тело, как могла. Она не успела больше ничего сделать: Вэнь Нин приблизился и одним ударом отбросил ее в сторону, в самую гущу своих товарищей. Те радостно добили тварь, которая смела поднять руку на Вэй Ина. — Господин Вэй! — Позвал Цюнлинь, у которого колени подогнулись от торчащей в спине Вэя рукоятки. Паренек подскочил, закинул У Сяня на плечо и, с трудом отбиваясь от Вэней, пошел в сторону лагеря. Лань Чжань побледнел, но стиснул зубы, не желая уходить. Он прикрывал спину Ваньиня и ждал, когда же тот наконец пронзит сердце Вэнь Чжао и закончит битву. Без главаря трусливые воины не решатся лезть дальше, это означало бы победу. Цзян Чэн боролся злобно и яростно. На него наседали с нескольких сторон, спереди неуклюже размахивал дрожащим мечом сам Вэнь Чжао. Бедный Ваньинь банально не успевал добраться до сына главы ордена Вэнь и ранить серьезно. Он выглядел разъярённым и странным. Ванцзи взглянул на него внимательнее и внезапно понял, что именно кажется ему неправильным. Цзян Чэн не раскидывался искорками на волосах, вместо этого искрилась его левая рука, но он и не думал ей воспользоваться. Цзыдянь! — Цзян Чэн, плеть! — крикнул он, и Ваньинь вздрогнул, вспоминая о своем новом оружии. Оно появилось у него не так давно, и Цзян Чэн за всеми волнениями напрочь забыл о нем, развлекаясь с любимым Саньду в боях. Ваньинь сосредоточился и вызвал плеть, метко ударяя Вэнь Чжао сбоку. Тот взвизгнул от боли. Длинный хлыст взвился вверх и раскидал адептов ордена Вэнь в сторону, целясь кончиком в Вэнь Чжао. Цзян Чэн ударил еще раз и еще, входя во вкус. Бить людей чистой духовной энергией так увлекательно! Отдача дрожью переходит в руку и удовлетворением распространяется по всему телу. Это было сравнимо с сексуальным возбуждением, от него хотелось дрожать и смеяться. Он наносил с десятки сильнейших ударов, сияя сумасшедшей ухмылкой до тех пор, пока к нему не подскочил Второй Нефрит и остановил. — Подожди… Вэнь Чжао не двигался, лежа на боку. Его левое плечо и часть спины, на которые приходились удары, уже истекали кровью. Он не двигался, лежа на земле. Лань Ванцзи без всякой жалости перевернул его на спину и пронзил сердце. Теперь не выживет. В этот момент многие воины четырех великих орденов закричали от радости, вознося к небесам победный клич. Взвились вверх знамена, звенели мечи, срывали голоса заклинательницы, радостно визжа. — Второй Нефрит ордена Лань убил… — Цзян Ваньинь, будущий глава ордена Цзян и оружие его матери… — Герои… Лань Чжань, ни разу не взглянув на простых вояк, восхваляющих его, поспешил в лазарет к Вэй Ину. В нем теплилась надежда, что У Сяню не повредили жизненно важные органы. Ванцзи не хотел жить в мире, в котором нет Вэй Ина.

***

Тем временем Дэол встретился с Вэнь Жоханем. Глава ордена Вэнь выглядел старым, побитым и растрепанным. Он даже поленился встать с трона, на котором удобно устроился. По левое плечо от него скорбной статуей застыла девушка с грозным видом, а по правое стоял незаметный, бледный юноша, чьи внимательные карие глаза мигом осмотрели вошедшего. Ни тот, ни другой, не спешили защищать главу ордена. — Убей его, — попросила девушка. Вэнь Жохань ее просьбу проигнорировал. — Как смеешь ты входить в обитель самого Верховного Заклинателя?! — спросил паренек, но не атаковал незваного гостя. Глава ордена Вэнь лишь усмехнулся, потирая бороду. Дэол сделал вывод, что Вэнь Жоханя уже окружают враги и он проиграл до собственной смерти. Армия Вэнь стремительно сокращалась, оба сына мертвы, а территория ордена в огне. Дэол махнул рукой, вызывая темную энергию. О, как много ее было! Злоба, ненависть, отчаяние — все это правило Безночным городом, безраздельно властвуя, убивая радость и смех. Огромное темное облако, поднявшись, как вода разлилось по полу главного зала, протягивая щупальца к Вэнь Жоханю. Тот поднялся и одним взмахом отогнал их от себя. Красная духовная энергия заклубилась вокруг. — Ты еще кто такой? — Спросил мужчина, угрожающе надвигаясь на Дэола. Рысь в человеческом обличии зарычала и вскинула руку. Щупальца двинулись вновь, большой сферой обволакивая главу ордена. — Сдохни! — Дэол не намерен разбираться, кто есть кто. Дух мести стремился только убивать. Девушка, стоявшая около трона, дернулась в сторону выхода. Ни один из дерущихся мужчин ее не заметил. В пылу сражения их обоих вынесло наружу, и теперь вся армия снизу вверх могла наблюдать устрашающую битву двух равных противников: заклинателя и духа. Кроваво-красная энергия Вэнь Жоханя против чернильно-черной Дэола. Взвился в воздух огромный огненный феникс, бросаясь на тонкую фигуру рыси. Лань Сичэнь и Не Минцзюэ бок о бок поднялись наверх и ступили вперед, но не успели сделать и шага, как их откинуло в сторону ударной волной. Юноша, увидев, что Ланя и Не откинуло, вышел из тени и достал меч, крадучись подбираясь к главе ордена Вэнь. — Не лезь не в свое дело! — закричал Дэол и метнул в парня горящей стрелой. — Мэн Яо! — позвал Хуань и побежал навстречу, ловя хрупкое тело в полете. Еще чуть-чуть и тот полетел бы с лестницы вниз. Не Минцзюэ молча наблюдал за ходом боя, стискивая саблю в руке. Некоторое время шел дальний бой. Феникс возрождался вновь и вновь, стремительно проносясь сквозь тело рыси. Для Дэола каждая атака была пыткой, каждая атака ранила сердце, но он стоял, понимая, что если умрет первым, то смерть застанет его детей. Ланей, Вэя… брошенного Вэнь Нина и А-Юаня… даже Цзян Чэна. Мужчина высоко задрал подбородок и рванул вперед, проходя через преграды. Он выжил вопреки всему. Переживет и это. Во время бега он на ходу менялся, его фигура сгибалась к земле, и, когда остался жалкий метр до Вэнь Жоханя, огромная рысь прыгнула на заклинателя и повалила вниз. — Я убью тебя! — прорычал Дэол впиваясь клыками в сонную артерию — А я… заберу тебя с собой! — прокричал в ответ глава ордена Вэнь и щелкнул пальцами. Красная духовная энергия поглотила фигуру зверя. Дэол продержался недолго, сильнее сжал челюсть и резко дернул вверх, с корнем вырывая кадык твари, лежащей под ним. Хлынула кровь. Огонь и голодная темная энергия поглотила обоих. Вспышка света взвилась вверх, раздался взрыв: небо покраснело. — Великое знамение… красный небосвод, — пробормотал со слабой улыбкой Мэн Яо, лежа в объятиях Лань Сичэня. — Победа. — Твердо поправил его Минцзюэ. Немного подождав, он поднял руку с саблей вверх и обернулся к армии заклинателей у подножья замка. — Победа! — ПОБЕДА!!! — Подхватили его другие. Солнце село. Светлые сумерки осели на Поднебесную, но никто из людей не спал до самого утра. Минцзюэ сопровождал Лань Сичэня и Мэн Яо до лагеря. Последний смог встать на ноги самостоятельно, хотя удар сломал ему два нижних ребра. На все предложения донести его на спине, исходившие преимущественно от Лань Хуаня, он отказывался веселым: — Я сильный воин и не могу допустить, чтобы ваша репутация пострадала, молодой господин Лань. Не Минцзюэ на это отреагировал гордой улыбкой и подбадривающим похлопыванием по плечу. — Отличное настроение! Цзян Чэн и Вэн Нин, вернувшийся в бой, оба обошедшиеся легкими ранениями, добивали самых ретивых воинов. Цюнлинь рвался вперед, ближе к замку, и когда дошел до него, то сразу увидел свою сестру. Вэнь Цин немного похудела, выглядела измученной и сонной, но ее глаза ярко загорелись при виде брата. Она не визжала от радости, но не сдержалась от крепких обьятий. — А-Нин! А-Нин, с тобой все в порядке! Лань Чжань сжимал руку Вэй Ина и делился с ним духовной энергией, с трудом сдерживая слезы боли и молясь, чтобы Вэй У Сянь не умер. Тот дышал с трудом и, даже после помощи лекарей, не приходил в себя. Целители разводили руками, оброняя лишь пару слов о задетом сердце и сильной потере крови и внутренних энергетических повреждениях, а Лань Ванцзи по своим скудным знаниям понимал: состояние Вэй Ина близко к коме. — Я…Я буду ждать, пока ты не придешь в себя, — с бледной улыбкой шептал Лань, с трудом сдерживая поток слез. Между бровей залегла страдальческая складка. Вэй Ин, как спящий красавец, мерно дышал, лежа на кровати. Черная одежда оттеняла синеватое лицо. Крепкая грудь едва заметно вздымалась. Этой войне настал конец, но ее потери невосполнимы.