Не переставай верить (Don’t Stop Believing)

Кадет Мойра Джонс становится другом Спока. Ладно, вроде того. Они никогда не замечали друг друга раньше. Спок отдавал предпочтение своему одиночеству, а Мойра была слишком застенчивой, чтобы с кем-то подружиться. Они бы и не подошли друг к другу, если бы у них был иной выбор. Рекомендации Пайка касательно продолжения учёбы на продвинутом курсе командования для них двоих в то время, когда остальные из их группы были отвергнуты, послужили причиной для большого количества неприятных слухов среди их соучеников. Выделяться таким образом кажется странным, и это в лучшем случае. В результате, когда бы на занятиях ни возникала необходимость работы в парах – а у них несколько совместных дисциплин – Споку и Мойре приходится обращаться друг к другу. Сперва это нелёгкое партнёрство. Мойра побаивается Спока и недостаточно хорошо скрывает это. Впрочем, достаточно скоро его обычное спокойствие, если не некоторая отстранённость, начинают влиять на неё успокаивающе, позволяя ощутить некую надёжность. Спок со своей стороны, обнаруживает, что порой довольно удовлетворительно поговорить с кем-то. Приятной неожиданностью становится то, что оценки Мойры достаточно высоки по всем общим для них предметам, и что она так же интересуется программированием, как и он. У них обоих в расписании появляется больше специальных занятий с капитаном Пайком, на которых они присоединяются к другим кадетам, рекомендованным для продвинутого командного курса. Спок и Мойра снова выделяются из этой группы, но, странное дело, это не настолько заметно или явно, как в своём собственном классе. В любом случае Спок не особо над этим задумывается. Просто занятия у Пайка слишком уж очаровательны, чтобы его внимание блуждало где-то ещё. К счастью, кадеты более не подвергаются никаким демонстрациям жестокости. Пайк уделяет особое внимание тактике боя, общей стратегии и межличностным отношениям на борту звёздного корабля. Последнее особенно интересно Споку, который всё ещё борется с пониманием человеческого поведения. Уроки Пайка по укреплению отношений в команде и поддержанию авторитета без перехода на жестокость или фамильярность увлекательны и, к удивлению Спока, совершенно логичны. Он обнаруживает, что с нетерпением ждёт занятий Пайка, ждёт даже сильнее, чем лекций по астрофизике. Возможно, именно из-за своей усидчивости и пунктуальности в этот день Спок первым приходит в аудиторию Пайка. Он заходит и сразу же слышит приглушённые ругательства, доносящиеся со стороны стола капитана. Брови Спока сходятся на переносице, и он уже почти что начинает извиняться и пытаться уйти, когда Пайк поднимает голову и замечает его. - Мистер Спок, - улыбается ему капитан. – Заходите, не обращайте на меня внимания. Просто небольшая компьютерная проблемка, и всё. Заинтригованный Спок подходит ближе. - Если позволите спросить, сэр, в чём природа Вашего затруднения? Пайк пожимает плечами, вглядываясь в экран и хмурясь. - Какие-то ребята смогли обойти мою защитную программу, чтобы добыть вопросы к следующему тесту, несомненно. Это уже третий раз, когда такое случается. Я меняю свои пароли, но не похоже, чтобы это имело хоть какой-то эффект. - Любопытно, - говорит Спок, кладя свой падд на ближайшую парту и подходя ещё ближе. – Вы не сообщали об этих попытках Службе охраны Академии? - Сообщал. Но эти ребята, очевидно, умнее, - вздыхает Пайк, а затем устало улыбается. – Похоже на то, что мне таки придётся вернуться к перу и пергаменту. - Какие радикальные меры, - отмечает Спок, чувствуя себя странно ликующим, когда Пайк мягко усмехается. – Если Вы позволите мне взглянуть, возможно, я бы мог с этим помочь? Пайк поднимает на него глаза, и Спок замирает, вновь удерживаемый этим пронзающим насквозь взглядом. - Вы хорошо разбираетесь в компьютерах? - У меня уровень А5 по компьютерным дисциплинам. - Впечатляюще, - с усмешкой говорит Пайк, но при этом не кажется впечатлённым. Если Спок верно интерпретирует его выражение лица, то капитан испытывает удовлетворение по какой-то нелогичной причине. – Как же я узнаю, что Вы – не один из тех, кто взламывал мой компьютер всё это время? - Сэр? – Спок потрясён. – Я бы никогда… Это было бы… Крайне нелогично и неэтично, сэр. - Извините за мои слова, - Пайк мягко смеётся, отодвигаясь и предоставляя пространство Споку. – Прошу Вас, кадет. Спок плавно приближается, чтобы посмотреть на экран, и чувствуя, как его щёки заливает румянец. Он отчаянно подавляет эту реакцию, по крайней мере пытается. Он не знает, насколько преуспевает в этом, но, к счастью, капитан смотрит на экран, а не на лицо Спока. - Интересно, - отмечает Спок через минуту проверки разных систем. – Полагаю, они используют так называемый вирус-камикадзе, капитан. Он разработан, чтобы собирать информацию, передавать её, а затем самоуничтожаться, не оставляя следов. Эффективно, но не вполне надёжно, поскольку сложно быть точным в поисках именно требуемой информации. - Что ж, это бы, конечно же, объяснило, почему они на самом деле не смогли украсть эти вопросы, - ворчит Пайк. - К сожалению, это также предотвращает возможность отследить их, - говорит Спок. – Однако, я знаком с подобной формой кибер-вторжения. Имеются средства для того, чтобы этому воспрепятствовать. - На самом деле? – спрашивает Пайк. – Хм, эксперты из нашей Службы безопасности сказали мне, что тут ничего нельзя сделать. Внезапно потеряв смелость и не в силах продолжать смотреть на капитана, Спок тихо произносит: - Я бы мог написать дополнительную подпрограмму для Вашей системы защиты, если Вы желаете, сэр. Я уверен, что она была бы эффективна для предотвращения подобных инцидентов в будущем. - Вы говорите мне, что можете сделать что-то, чего не могут наши эксперты? – спрашивает Пайк, и Спок окончательно проигрывает свою битву с румянцем. Когда он наконец-то набирается смелости поднять глаза, Пайк усмехается ему. – Это достаточно смелое заявление от кадета. Спок выпрямляется, вопреки своему желанию реагируя на вызов в голосе человека. - Я прошу Вашего прощения за то, что вышел за рамки дозволенного, сэр, - ровно говорит он. – Я посмел говорить не по делу. Прошу извинить меня. – И с этими словами он поворачивается, чтобы уйти, при этом вопиюще нарушая протокол. - Эй, постойте, - останавливает его голос Пайка. – Я не сказал нет. Спок оборачивается к нему лицом, крепко сцепив свои руки за спиной. Пайк изучает его с нечитаемым выражением лица. - Как быстро Вы сможете это сделать? - Это не должно занять более двух дней, сэр. Я могу завершить работу к четвергу. - Разве в Вашем расписании на завтра нет полевых учений? Спок не совсем уверен, каким образом Пайк узнал об этом, но он не позволяет себе сменить фокус внимания. - Да, сэр. Однако, я уверен, что смогу… - Пятница прекрасно подойдёт, кадет, - говорит Пайк, и Спок мгновенно понимает, что это конец дискуссии. – Вы же понимаете, что эта работа не даст Вам никаких преимуществ на моих занятиях? Спок поджимает губы. - Я не мотивирован личной выгодой, сэр. Проблема представляет собой интересный вызов. - Несомненно, - улыбается Пайк, его глаза скользят в сторону кадетов, которые в этот момент заходят в аудиторию. – Тогда в пятницу. И, мистер Спок? Мне действительно интересно узнать, что Вы мне принесёте. Спок завершает свои вычисления за два дня. Работа не занимает так много времени, но его учёба и обязанности едва предоставляют ему один час свободного времени днём. Он работает по ночам. Он не солгал Пайку – он на самом деле безмерно наслаждается этим заданием. Оно не чересчур запутанное, но по некоторым причинам Спок чувствует необходимость превзойти самого себя. Он проверяет и перепроверяет свои алгоритмы между уроками. Обманув детектор, он тайком проносит падд с собой на полевые занятия. Он совсем не спит в течение двух дней, но подпрограмма готова к четвергу. Тем не менее, он не отдаёт её. Вопреки рьяному рвению, которое он проявил во время этой работы, у него нет желания её показывать. Это было бы эмоциональной реакцией. Но ещё больше потому, что он не хочет, чтобы Пайк знал, насколько Спок польщён и горд доверенной ему задачей. Каким-то образом, это кажется… неуместным – демонстрировать свой энтузиазм, даже при том, что Спок не может распознать никакого рода логики за этим чувством. Он проводит следующий день ещё тщательнее совершенствуя свою безупречную разработку, а затем наступает пятница. Проблема в том, что по расписанию у Спока нет занятий Пайка в пятницу, что означает – ему придётся «заскочить» в кабинет капитана. Внезапно Спок начинает сомневаться, жалея, что не попросил о чётко назначенной встрече. Мойра многократно закатывает глаза в его сторону во время утренних занятий, и, когда наступает обеденная перемена, наконец физически подталкивает его в правильном направлении. - Просто иди уже, - говорит она, и её лицо горит, а пальцы сжимают его руку. – Честно. Ты одержим. Споку хочется протестовать против такого решительного обращения и объяснить, что вулканцы не бывают одержимыми, но что-то в глазах Мойры советует ему поступить иначе. Мойра – совершенно завораживающий в этом смысле человек. Она скромна и очень застенчива на личном уровне, и никогда не привлекает к себе внимание. Но если случается ситуация, она первая делает шаг вперёд и берёт всё под контроль, и на самом деле никто больше не спрашивает, почему её рекомендовали на командный курс. Спок с лёгкостью может представить её через пятьдесят лет либо в качестве прославленного адмирала Звёздного флота, которому никто не хочет переходить дорогу, либо в качестве управляющего огромным королевским двором, где все и всё функционирует согласно её инструкциям, произнесённым тихо, но строго. Спок, который вырос под острым взглядом Т’Пау, чувствует инстинктивное желание подчиниться. Он в напряжении шагает по коридорам Академии, мысленно повторяя то, что собирается сказать. Даже появление перед советом Вулканской Академии Наук не казалось таким устрашающим, как это, казалось бы, маленькое испытание. Спок не понимает, что именно вызывает все эти чувства. Мойра назвала их бабочками, и эта аналогия, хоть и нелогичная, кажется подходящей. Он должен помедитировать над этим позже. Дверь в офис Пайка открыта, но, когда Спок стучится, ответа нет. Он заходит и замирает в дверном проёме. Пайк находится там, а с ним – коммандер Мартин, суровая на вид женщина, которая преподаёт Закон Федерации, и адмирал МакГрегор, глава Научного отделения Звёздного флота. Они в разгаре оживлённой беседы, и Спок внезапно чувствует, что прерывать их неудобно, хотя его вины в этом нет. - Мистер Спок, - замечает его Пайк, всё ещё ухмыляясь какой-то шутке, которую, должно быть, только что произнёс один из его собеседников. – Заходите. - Я прошу прощения за вторжение, сэр, - бормочет Спок, глядя вниз и молча ругая себя за такую крайне иррациональную реакцию. - Всё готово? – спрашивает Пайк. - Да, сэр, - Спок поднимает свой падд. – Она здесь. - Превосходно, - кивает Пайк. – Мой терминал вот тут. Вы не против установить её? - Конечно, сэр, - отвечает Спок, чувствуя, как его бабочки умирают. В то время, как он поднимается на низкий подиум в направлении стола Пайка, капитан возвращается к своему разговору. Спок сам не понимает, чего он ожидал, но какое-то ощущение говорит ему, что не этого. Реакция Пайка совершенно нормальна и уместна. Спок осознаёт, что у него появляется привычка испытывать необъяснимые эмоциональные реакции на совершенно обычные вещи. Он решительно сжимает губы и продолжает устанавливать свою подпрограмму. - … В любом случае, это был самый худший приём из всех, - говорит коммандер Мартин. - О, да ладно, Салли, - нежно попрекает её адмирал МакГрегор. Он выглядит невероятно проворным для семидесятилетнего, и, судя по взглядам, которые он бросает в сторону коммандера, его мысли имеют совершенно не пенсионное направление. – Всё было не так уж плохо. Я действительно наслаждался этой вечеринкой. - Какой именно частью? – хмурится коммандер. – Трёхчасовой речью, в которой не было никакого смысла, или тем, как регуланский посол вылил на меня свой напиток? - Он вылил на тебя свой напиток? – с усмешкой спрашивает Пайк. – Он, конечно же, сделал это не специально? - Очевидно, что специально! – набрасывается на него Мартин. – Я видела, как он пронёсся через комнату, как чёртова торпеда. Я думала, что он хочет поговорить о соглашении, знаешь ли, как нормальный дипломат. Вместо этого, он подошёл поближе ко мне, сам улыбается и всё такое, поднял свой бокал и вылил содержимое мне на голову! Я серьёзно говорю, разве это не безумие? Я выглядела, как полная идиотка. - Возможно ему не понравилась твоя причёска, - хихикая, предполагает МакГрегор. - Я без понятия, что там ему не понравилось, но, если честно, с каких это пор всякое дерьмо подобного рода принято творить на дипломатических приёмах? – яростно вопрошает Мартин. – В смысле, он явно хотел оскорбить меня – но мог бы, чёрт возьми, сделать это на словах! Спок, который прислушивался в то время, как его подпрограмма интегрировалась в защитную систему на компьютере Пайка, тут же поднимает голову и с недоверием смотрит на людей. У него нет намерения, разумеется, исправлять старшего офицера, но пробел в её знаниях приводит его в ужас. Глаза Спока неожиданно встречаются с глазами Пайка, и Спок быстро отводит взгляд, не желая, чтобы его посчитали подслушивающим. - Что-то не так, кадет? Спок снова поднимает глаза. Конечно же Пайк не отпустит его с крючка так просто. - Нет, сэр, - говорит он, - разве что… Теперь все трое людей выжидающе смотрят на него, а Спок подавляет вздох. Если бы он только мог получше контролировать свои внешние реакции… Он встаёт и принимает непринуждённую позу. - Коммандер неправильно поняла намерения посла. Вот теперь он это сделал. Мартин открыла рот, глядя на него так, как если бы одна из её туфель развила способность произносить речи и сказала, что её интерпретация Первой Директивы была неверной. МакГрегор поднимает свои мохнатые брови, с любопытством рассматривая Спока. А Пайк… Выражение на лице Пайка спокойное и выжидающее, но есть неуловимый блеск в его глазах, выдающий, что внутри себя он борется с улыбкой. - Неверно? – голос наконец-то возвращается к Мартин. – Вы утверждаете, что намеренное поливание человека напитком – это не мерзкое оскорбление? Спок слегка наклоняет голову, показывая, что он, всё-таки, не собирался никого оскорбить своим вызывающим поведением. - Не на Регал V, сэр. - Молю, скажите тогда, что за хрень он в таком случае имел в виду? Спок складывает руки за спиной и крепко их сжимает. - Регал V – это пустынный мир, сэр. Вода там – это редкий и драгоценный ресурс. Таким образом, она имеет выдающееся культурное значение и играет огромную роль во многих социальных ритуалах, - Спок делает паузу, - в том числе в ухаживании. У Мартин отваливается челюсть, как если бы она была отделена хирургическим путём от всего лица. - Что? Спок приходит к мысли, что он должен тщательно выбирать слова, если не хочет закончить мытьём полов в коридорах до конца этой недели. - Обмен жидкостями считается равноценным… признанию в наличии интереса романтического характера. Ухмылка, которая разливается по лицу адмирала МакГрегора, просто ослепительна, в то время как Мартин выглядит остолбеневшей и возмущённой. - Вы имеете в виду, что этот сукин сын… Я не могу в это поверить! Что он заигрывал со мной? Спок поднимает бровь на этот коллоквиализм, но ровным голосом подтверждает: - Похоже, что именно так, сэр. - Так держать, Салли, - роняет МакГрегор, разражаясь смехом, который он больше не может сдерживать. Пайк усмехается, чрезвычайно позабавленный, и взгляд, которым он одаривает Спока, настолько полон веселья и одобрения, что у того внезапно кружится голова. - Что же, это… Это просто… возмутительно! – взрывается Мартин, светлый тон кожи лишь подчёркивает то, насколько красным стало её лицо. – И откуда же Вы знаете так много об этом, кадет? Спок застывает на месте. - Мой отец служит послом Федерации. Я был в достаточной степени ознакомлен с дипломатическими отношениями за эти годы. Она кивает, слегка поморщившись. - А. Один из тех. Спок поднимает бровь, но не просит о разъяснении. Несмотря на то, что он стоит прямо здесь, очевидно, что замечание не было предназначено для него, и он отказывается выяснять подтекст. Каким-то образом он понимает, что это нечто отнюдь не благосклонное. Вместо этого он смотрит в сторону Пайка, хотя и не высматривает его реакцию. - Капитан, я завершил установку подпрограммы. Я уверен, что она предотвратит повторные взломы системы. Если Вы позволите, я должен удалиться на свои следующие занятия. - Конечно, мистер Спок, - говорит Пайк. Спок знает, что его пристально изучают, но его собственный взгляд остекленел, а лицо напряжено. – Я высоко ценю Вашу помощь. - Мне это было в удовольствие, сэр, - Спок несколько механически склоняет голову. - Свободны. Спок берёт свой падд и уходит, вес преследующей его по пятам тишины тяжёлым грузом лежит на его плечах. Он и сам не знает, что именно так его обидело, и не хочет глубоко в этом копаться, хотя и осознаёт, что ответственный вулканец, которым он является, должен разобраться с этой проблемой с помощью медитации и не затягивать. Ему полегчало, когда эта встреча завершилась, но осталось странное тусклое чувство, как будто из него высосали всю его энергию. Он не в состоянии почувствовать свой привычный энтузиазм по поводу задания, которое их классу дал профессор по астрофизике. Он снова работает в паре и действительно рад по этому поводу – сильнее, чем обычно. Неожиданность настигает его при выходе из аудитории после окончания лекции. Капитан Пайк стоит возле противоположной стены коридора. Он отвечает на приветственные жесты проходящих мимо кадетов, но его глаза не отрываются от Спока. - Какая-то проблема, капитан? – спрашивает Спок, когда становится ясно, что Пайк ожидал именно его. - Нет, нет проблемы, мистер Спок. Но я хотел бы узнать, нет ли у Вас пары минут для разговора со мной о том дополнении, которое вы создали для моей системы защиты? Но только при условии, что я не задерживаю Вас. У него мягкая улыбка, но серьёзные глаза, и Спок немного удивлён этим диссонансом. Он также ощущает странное покалывание в затылке, как будто кто-то дует на него прохладным ветерком. Весьма сомнительно, в конце концов, что капитан нуждается в помощи с программированием. - У меня больше нет занятий по расписанию сегодня, сэр, - нейтральным голосом говорит Спок. – Я в Вашем распоряжении. Улыбка Пайка становится немного естественнее, и они вместе направляются в другое крыло здания. Спок не ожидает, что разговор начнётся прямо сразу, но Пайк любезно спрашивает его о занятии, на котором он только что был. Спок отвечает, тщательно контролируя длину и детальность своего ответа. Ему множество раз говорили о его склонности предоставлять больше информации, чем нужно. Он также не особо искушён в том, чтобы отличать так называемую светскую болтовню от серьёзных запросов информации. В этот раз, впрочем, похоже на то, что он «попал в яблочко», потому что диалог протекает легко, а Пайк не демонстрирует никаких признаков скуки или раздражения в отличие от других людей, часто общающихся со Споком. Они приходят в кабинет Пайка, и Спок разъясняет ему все произведённые им обновления. Он всё ещё чувствует, что обращение Пайка было всего лишь уловкой, поскольку понятно, что капитан довольно хорошо разбирается в программировании, хотя и задал несколько вопросов. - Это великолепная работа, мистер Спок, - говорит Пайк, когда они заканчивают. – У меня было время опробовать её самому, и я действительно впечатлён. Похоже, что Вы добились успеха там, где не смогла Служба безопасности. Спок смотрит вниз на свои руки. - Э-это было не… трудно, сэр. Пайк мягко смеётся. - Никто не учил Вас, как принимать похвалу, верно? У Спока нет ответа на это. В следующую секунду он ощущает тёплую ладонь, легонько хлопающую его по плечу, и всё скрывается под внезапным приливом ощущений. Он не читает Пайка, но перегрузка, вызванная одной только мыслью о том, что происходит, сокрушительна. Обычный контакт – это редкое событие для Спока, и он знает, что его щёки пылают. Более, чем неуместно. - Всё хорошо, - говорит Пайк, и его слова доходят до Спока сквозь оцепенение. – Это не то чтобы я делал Вам комплимент, знаете ли. Всё, сказанное мной, - это констатация факта. - Да, сэр, - тихо отвечает Спок, без единой мысли касательно того, с чем именно он соглашается. Он издаёт лёгкий вдох облегчения, когда контакт прерывается. Пайк усмехается, и Спок осмеливается поднять глаза, чтобы встретить лишь добрый, светлый взгляд. Это каким-то образом придаёт ему смелости задать вопрос, который тревожил его в течение двух часов. - Что имела в виду коммандер Мартин, когда ссылалась на меня, как на «одного из тех», сэр? Выражение лица Пайка немного тускнеет от его вопроса, но он не кажется слишком уж удивлённым. - Некоторые из здешних кадетов происходят из связанных со Звёздным флотом семейств, - объясняет он. – Их родители – офицеры Звёздного флота, иногда потомственные. Порой по этой причине такие дети ожидают особого отношения. Они верят, что заслуживают подобного, потому что они каким-то образом лучше других кадетов. - Это кажется нелогичной точкой зрения. - О, чрезвычайно. Но это так по-человечески. Проблема в том, что детишки из семей Звёздного флота часто не столь талантливы, как их родители, но они продолжают считать, что они лучше других. Подобное отношение порой создаёт проблемы. - Понимаю, - говорит Спок, всё ещё слегка озадаченный. – Но мои родители не являются офицерами Звёздного флота. - Официальные лица Федерации и дипломаты достаточно близки к этой категории, - Пайк внимательно в него вглядывается. – Спок, коммандер не знает тебя. Когда она говорила это, она делала предположение, как свойственно людям. Это совершенно нелогично и несправедливо по отношению к тебе, но так мы, люди, иногда поступаем. - Я не ожидаю никакого рода специального отношения к себе. - Я это знаю, - улыбается ему Пайк. – И ты, конечно же, не получишь его, не на моих занятиях, мистер. Не то чтобы оно было тебе нужно, впрочем. Спок смотрит на него и понимает, что, даже будучи правдой, эти слова сказаны, чтобы подбодрить его. Всегда немного неуверенный в том, чего именно касаются эмоциональные реакции людей, Спок внезапно не испытывает трудностей в распознании юмора и уважения за этим замечанием. Он ощущает, как его губы изгибаются, уголки рта немножко приподнимаются вверх. Он мог бы проверить реакцию, но предпочитает этого не делать. Улыбка Пайка становится шире. - Что же, спасибо за помощь с этой штукой, - весело говорит он, кивая на компьютер. – Надеюсь, она остановит Ваших коллег от попыток смошенничать на моих тестах. - Это было мне в удовольствие, капитан. Спок кланяется и уходит. Он чувствует странный подъём, и проходя мимо пустой аудитории, не может справиться с искушением. Спок заходит и остаётся там долгое время после наступления темноты в поисках ещё одного доказательства последней теоремы Ферма. Он настолько поглощён процессом, что даже не слышит, как заходит Мойра. Она изучающе смотрит на ровные строчки an + bn = cn и качает головой. - Ты это делаешь ради забавы. Спок позволяет себе крошечную улыбку. - Действительно.