Страдания во плоти

— Merci, — улыбнувшись, я поблагодарила официанта. Покрепче сжимая в руке чашку ароматного и долгожданного чая, всё не могла свести с лица такую чарующую улыбку. Настроение с утра-пораньше было выше гор, да и день обещал быть прекрасным. Вокруг царила поистине земная атмосфера и, должна признаться, я понемногу отвыкла от неё. Люди все также умалишённо проживали отведённый им срок, своевременно поглядывая на жизнь своих сородичей, сравнивая себя с ними. За этим было интересно наблюдать, но появление свежо-мятной ауры по близости сигнализировало мне о предстоящих делах. — Извини, опоздал, — присаживаясь за мой столик, кинул ангел. — Оу, ничего-ничего, — слегка отодвинувшись, я предоставила Дино больше места. — Снова папочка загрузил? — в последний раз пробежала глазами по содержимому местного журнала и, свернув его в трубочку, кинула прямиком в мусорку. — Что-то типа того. Ты готова к заданию? — Всегда готова, сэр, — ехидно улыбнувшись, приняла из рук ангела папку. — Здесь вся необходимая для тебя информация. Ты пока ознакомься, а я пойду закажу кофе. — покинув меня, голубоглазый в поддерживающем жесте сжал моё плечо. Оливия Ренербренг, двадцать один год, студентка медицинского университета. Выросла в полноценной семье, была окружена любовью и заботой. Есть пара надёжных друзей, на данный момент строит отношения с молодым человеком, в будущем узаконят свои намеренья и закрепят брак тремя детьми. Проживёт счастливую жизнь с мужем и на пенсии посвятит себя внукам. В общем, проживёт достойную по меркам человечества жизнь. Лия Дваунс, двадцать два года, лучшая подруга Оливии. Знакомы с пятого класса, далее подружились, и с того момента не разлей вода. Жизненный путь полностью противоположен: родители погибли при пожаре в раннем возрасте, роль опекунов взяли на себя дальние родственники с целью получения квартиры в будущем. Кроме Оливии никого нет. Работает официанткой, еле способна потянуть сама себя, проживая в съёмной комнате. Сегодня сосед Лии сильно напьётся и в силу этого она побоится идти домой. Она позвонит единственному близкому человеку с просьбой о помощи, тогда у Оливии будет два выбора: 1. Отказать подруге, ведь на этот вечер уже запланирован романтический вечер с молодым человеком. 2. Согласится, в силу отказа парню. — Ну что? — появился белокрылый. — Да, примерно суть я поняла, но что станет с Лией в случае отказа? — Третья страница, — кинул Дино, увлечено всматриваясь в рядом проходящий фестиваль. Машинально кивнув, я вновь вернулась к изучению данных. Случай помощи: Оливия, отозвавшись на просьбу подруги, сохранит ей жизнь. У обеих состоится прекрасная человеческая жизнь, без особых трудностей. Лия сможет обустроиться и принять несправедливость судьбы. Случай отказа: Оливия, отказав подруге, станет зачинщиком её гибели. Проживая годы с чувством вины, впадёт в глубочайшую депрессию, потеряет шанс на семейное счастье, и, в общем, проведёт насмарку около семи лет. Спустя долгие годы мучений за смерть подруги возьмётся за ум, вернётся к медицине. К концу своего жизненного пути изобретёт препарат замедляющий кровоизлияние в мозг. Что в итоге спасет миллионы людей попавших в автокатастрофы. — Чёрт, — выдавила я, удручённо бросая бумаги на столик. — Это всё, что я могу знать? — Да, большего говорить я не имею права, да и не нужно тебе больше. — Почему Оливия не изобретёт препарат имея всё при себе? — спросила я, неотрывно глядя на ангела. — Смерть Лии станет для неё как спасением, так и погибелью. Ей необходим толчок, без него она не решится на эксперименты. — В чём состоит твоя роль? Для чего ты здесь? — Моя задача непосредственно в кураторстве. А всё это о переманивании ангелами непризнанных, что склоняются к тёмной стороне на добрую и наоборот — несусветный бред. Я не собираюсь страдать этим, — хмыкнул Дино, попивая ароматный капучино. — Но скажу тебе лишь одно: нельзя, Вики, между двух зол выбирать меньшее. Так делают только слабаки. — С твоих слов вытекает два варианта событий, так о чём ты в итоге говоришь? — запихнув вещи в сумку, выдала я. — А это уже решать тебе. Встав, я кивнула Дино на прощание, сообщив ему, что ждать меня не нужно, и по окончанию задания я сообщу результат преподавателям. Ступая к своей цели, я всерьёз задумалась о предстоящем для меня выборе. С одной стороны счастливые жизни ни в чём неповинных людей против тысячи погибших в автокатастрофах. С другой стороны тысячи спасённых против смерти одного. Но, ведь смерть Лии принесёт не только очередной кусок гранита на местном кладбище. Оливия потеряет шанс на семью. Что если её дети смогут принести в этот мир больше чем их мать? А если они унесут больше чем я своим выбором...?

***

Волшебное дерево. Очищает разум, сортирует мысли и что-то там еще. Я не особо слушала долгий рассказ Дино об этом седьмом чуде света. Тихонько шмыгнув носом, стёрла одиноко стекающую слезу. Весь мой великий настрой скатился в одно место, а чувство вины и моей беспомощности добивали меня окончательно. — Ты ведь знаешь, что я никогда не осужу тебя? — уточнил ангел. — Да. — Ты хоть не считала её? — поглаживая мою, лежащую на его коленях голову, спросил Дино. — Нет, — плаксиво ответила я, незаметно смахивая солёную каплю. — Предвидела, что он посмотрит воспоминания. Кстати, кажется, Фенцио увидел отрывок, где ты говоришь, что та хрень с переманиванием, — задумавшись, я попыталась подобрать подходящее слово, — короче, хрень. Немного помолчав, ангел рассмеялся, но в его интонации чувствовались нотки разочарования. — Прости меня, — спрятав заплаканное лицо, сверху накрыла себя крыльями. — Глупая, я не злюсь, всё в порядке. Ты бы не смогла противостоять ему, — ответил он, монотонно перебирая мои каштановые пряди. — Ты довольна своим выбором? — Как я могу быть довольна своим выбором, если у меня его не было? — Ты ведь понимаешь, что его не было только в твоей голове, — выдохнул ангел. — Да, — пискнула я, расплакавшись ещё сильнее. — Расскажи мне. За всё моё перебывание на небесах, Дино стал для меня одним из самых близких. Я даже плакала при нём, хоть и скрывала свою слабость за крыльями, делая вид, что он не слышит моих всхлипов. Он всегда приходил на помощь, и… он открывался мне, рассказывал то, чего не ведал никому. Снимал при мне свою маску «лучшего белокрылого школы». Я ценила это как ничто другое и боялась потерять. Но чтобы не потерять, нужно открываться взамен. — Моя мать умерла, когда мне было пять, точнее... шесть. Это случилось на мой день рождения. — я слегка замялась под давлением тяжелых воспоминаний. — В общем, там долгая история, они тогда попали в аварию. Автокатастрофа, если быть точнее. Мама сидела на пассажирском сидении спереди, там по статистке самая большая… смертность. Вот она и получила травмы несовместимые с жизнью. Скорая не успела. Заключением врачей стало кровоизлияние в мозг. — Вики… — Нет, Дино, я в норме, в порядке, не начинай. — окончательно избавившись от следов истерики, я поднялась на ноги. — Нет, Вики, я понимаю тебя и твой выбор, будь я на твоём месте, поступил бы также, — уверял он. — Угробил бы жизни ни в чём неповинных людей? — Называй это как хочешь. Суть это не изменит. Но, да, я поступил бы также.

***

— Мими, ты ведь знаешь, что я не любитель подобного рода мероприятий... — промычала я, отмахиваясь от уговоров подруги. — Вики, ты ведь знаешь, что я любитель подобного рода мероприятий, — повторив мою интонацию, Мими, ухватив меня за обе лодыжки, потащила с кровати. — От одной вшивой непризнанной на вашей супер-пупер вечеринке не убудет, — я грохнулась прямо на пол вместе со всеми подушками и одеялами. — Мими! — Так, всё, заткнулась, — покрутив перед моим лицом своим острым ноготком, продолжила, — тем более с кровати ты уже поднялась. Кажется, моё лицо приобрело неестественный оттенок кожи от переизбытка возмущения. — Я не дам тебе покрыть пыльной корочкой на пару с твоими книжками, — невозмутимо щебетала демонесса, перебравшись к шкафу. — Да, и если ты намерена принять сторону зла и разврата, то тебе необходимы новые знакомства. Закинув все вещи по своим местам, я, обречённо выдохнув, всё-таки смирилась со своей участью. Может Мими в чём-то и была права... Мне следовало бы понемногу бороться со своей асоциальностью. Заядлый интроверт поселился во мне ещё во время земной жизни, и, должна признаться, избавится от него довольно трудно. Возможно, с такой озорной соседкой некие успехи меня всё-таки постигнут. — Кстати, как твоё задание? — спросила Мими, перебирая весь свой красочный ассортимент одежды. — По какому пути в итоге пошла? — Демона, — откинувшись на подушки, я устало прикрыла глаза. — Видимо, дьявольский путь мне предначертан.

***

Переливающийся свет софитов освещал лицо, ослепляя зеницу на пару секунд. Громкая ритмичная музыка так и зазывала свободные конечности плясать в такт, красочно виляя бёдрами. Запах алкоголя, соединившись с дымкой сигарет, перемешивался в воздухе с аурами вовсю отчаявшихся существ. Совершенно незнакомые и непонятные мне небожители кружились вокруг друг друга, полностью отдавая себя и свой разум установившейся здесь атмосфере. А витающие в пространстве частички похоти и разврата проникали в мозг, отключив его и предоставляя возможность твоим моральным законам пасть. Все это вскруживало мне голову, тем самым давая душе вольную. Усевшись на стул около барной стоики, скучающе рассматривая различные пёстрые бутылки, прикидывала на глаз сколько намеренна в себя влить. — Вики, я должна тебя познакомить, — Мими появилась из неоткуда, предоставляя напоказ мужчину. — Это Вальтер, мой молодой человек. Густые пряди каштановых волос создавали собой некий творческий беспорядок на его голове. Глубоко посажанные карие глаза были обрамлены густым слоем тёмных ресниц, порхающих при морганиях их обладателя. Острющие скулы и линия челюсти прямо-таки заявляли свои намеренья оставлять после прикосновений глубочайшие порезы. Такой же острый, слегка вздёрнутый нос с пухловатыми губами. В целом внешность мужчины вызывала на душе тёплые ощущения, как и его аура, напоминающая запах улиц после дождя. — Вор сердца вашей очаровательной подруги, — представился он, протягивая мне ладонь. — Вор нервов вашей очаровательной девушки — Вики, — я протянула ладонь в ответ. Приходилось говорить громче обычного, дабы пересилить громкую, отдающуюся вибрациями в барабанные перепонки музыку. — Поражен сказочностью нашего знакомства, — наши руки соприкаснулись, а меня с головой накрыло странное чувство. До одури спокойное. Слияние разумов и блаженство. Будто так всё и должно быть. Воображение мигом рисовало картинки приятных воздушных облаков, потонуть в которых было и не жалко. Тёплые согревающие лучи солнца, и самые, что не наесть, приятные ассоциации. Подсознание кричало мне о неправильности и несусветности происходящего. Поэтому, прислушавшись к отголоскам здравого ума, внезапно словила правдивую нить произошедшего. Он считал меня. — Зачем Вы считали меня? — отдёрнув руку как от кипятка, спросила я. — Прошу прощения, не смог не пойти на поводу своей сущности, — он подсел со стороны Мими за барную стойку. — Всё никак не избавлюсь от привычки становления на путь своих соблазнов. Скорчив недоумевающую гримасу, я кинула спасающий взгляд на подругу. — Он телепат, Вики, — усмехнувшись, выдала демонесса, нашёптывая что-то бармену на ухо. — И что Вы узнали обо мне на данный момент? — К чёрту манеры, Виктория, я в вашем распоряжении на «ты», — ответил кареглазый, обнимая за талию Мими. — Ладно, — выдохнула, заворожённо наблюдая за барменом, полностью погружённого в работу. — Так что насчёт того, что откопал в моей голове? — Во время прикосновения я беру лишь то, что мне необходимо, — ответил он, принимая из рук бармена три шота. — Назовём это экономией времени и избавлением от лишних разговоров. — Значит, ты посмотрел только азы? — Да, можешь расслабиться. Во сколько лет ты лишилась невинности я всё ещё не знаю. — И для чего тогда это всё? — пробурчала я себе под нос, слегка пригубив напиток. — Э, нет, так не пойдёт, — возмутилась Мими, перевернув рюмку донышком вверх. — Это пьётся залпом, — она звонко поставила свой пустой шот на барную стойку. Покосившись с пару секунд то на неё, то на моего нового знакомого, всё-таки запрокинула шот, вливая разгорячённую жидкость в рот. Нёбо, язык и дёсна мигом облила горькая, слегка кислая жидкость, понемногу стекая в горло, и согревая его изнутри. Неприятные ощущения от крепкости алкоголя полностью исчезли, оставив после себя лишь кисло-сладкое послевкусие. — Ну как? — лыбясь как довольная кошка, демонесса накручивала на палец прядь длинных угольных волос. — Бодрит. — Это только начало, сладкая, — приторно произнесла она, вновь обращаясь к бармену. — При касании я больше не считывал тебя, а устанавливал нужную в дальнейшем для меня связь. Проще говоря, налаживал контакт. — Или проверял насколько покорно я иду на контакт, — я прокрутила в руках разноцветную трубочку, засматриваясь на местных танцоров. — Хм, — удивился, — а ты не промах, — задумчиво добавив, он отправил нам с Мими по гладкой поверхности барной стойки новые шоты. — Там на Земле у вас вроде бы тосты говорят, прежде чем пьют, — сказала Мими, приподнимая рюмку в воздухе. — Может, покажешь как надо? — Здоровья погибшим, — синхронно мы опрокинули три разноцветных шота, понемногу улетучиваясь в эйфорию. Перед глазами всё вертелось, а разум притуплялся; тело получало необходимую лёгкость. — Вальтер, ты всё-таки не высохся на Саальских землях, — как гром среди ясного неба раздался бархатный, с лёгкой хрипотцой, голос. — Высокие температуры мне ни по чём, старик, — ответил Вальтер, пожимая руку Люциферу. — В отличии от холодов девятого круга, — хохотливо пошутил он, обняв красноглазого со спины, крепко постукивая. — В таком случае, когда ты закончишь работу над легионом мы обязател... — Работу над легионом? — как-то сами по себе выпалили мои уста. — Ого, ты знаешь такое слово? — окинув меня своим фирменным презрительным взглядом, спросил Люцифер. — Представляешь, — я слегка истерично рассмеялась. — Могу тебе ещё пару словечек накинуть, — скучающе продолжила, прокручивая в руках соломинку. — Если, конечно, твой мозг сможет их переварить. — Ты, конечно можешь попробовать, но боюсь это станет последним действием в твоей жалкой жизни, — произнёс он с ядовитой улыбкой на красивых губах. — Но я бы крайне тебе не рекомендовал этого делать. — Да-да, эти твои предупреждения граничащие на уровне угроз, — под действием градуса мой язык окончательно развязался. — Где-то я уже это слышала. — Удивительно, — выдавил он сквозь напряжённо сжатую челюсть, брызгаясь ядом. — А-ну брейк, майские коты! — с усмешкой встрял Вальтер. — У вас что, брачный период начался? — Когда проблемы с контролем собственных эмоций стали называть брачным периодом? — я снова не успела прикусить язык. Кажется, полумрак данного заведения рассеялся под натиском его горящих глаз. А частички адского гнева всё больше заполняли помещение, вытесняя с воздуха и так не достающий кислород. Бегло пробежавшись взором по его до предела напряженной фигуре, приложила все усилия, пытаясь разгадать его следующий шаг. Люцифер был интересной личностью, определённо. На него хотелось смотреть, его слушать, чувствовать. Залезть к нему в мозг и вдоволь покопошиться там. Изучить все его повадки и привычки, выдавая на этот счёт очередные предположения. Распознать его мысли и тревоги, наслаждение и сладость, боль и страдания. А после, достигнув апогея «люциферовской зависимости», спрыгнуть со скалы вниз, отображая в памяти моменты блаженства. — Мне кажется, ты немного загляделась, — приблизившись к моему лицу, прощебетал он в самые губы, обдувая их лёгкой дымкой табака. — Ты не расстраивайся... — я скинула ноготком еле заметную пылинку с его рубашки на плече. — Но не всегда твои мечты являются реальностью, — прислонившись рукой к его раскалённой щеке, ощутила как щетина слегка царапала кожу. — Главное — не отчаивайся. Буквально на последнем выдохе произнесла я, клацнув пальцем по кончику его носа, после чего убежала в толпу. Переведя дыхание, осматрела контингент и, не обнаружив в толпе никого знакомого, решилась отдаться танцу. Существа кружились вокруг своей оси время от времени соединяясь прикосновениями с рядом находящимися. Ритмичная музыка с каждым аккордом погружала в пучину непроглядного разврата и желания. В такой атмосфере на поверхность всплывали все твои тайные грешки. Подняв руки вверх, окончательно утонула телом и душой в разливающейся музыке. Тоника сменилась субдоминантой, образовались секвенции, ненавязчиво повторяя мотивы предыдущей фразы. Параллельные тональности соединились между собой, создавая новые звучания. И я с головой погрузилась в раздумья о предстоящем ходе мелодии, пока на мои бёдра не легли чьи-то руки, настойчиво сжимая их в ладонях. Волна блаженства ушла, сменяясь диким возмущением и злостью. Грубо откинув от себя, беспардонные в своей манере, руки, резко развернулась, дабы спустить с небес нарушителя моей плавной неги. — Энди? — искреннее удивление было как в голосе, так и голове. — Какого чёрта ты себе позволяешь?! — Да что ты, малышечка, ну повздо-о-орили мы слегка, это ведь не повод лишать нас обоих наслажде-е-ения? — совершенно невозмутимо спросил он, вновь протягивая ко мне свои мерзкие лапы. — У тебя крыша протекла? — я отшатнулась от него (насколько позволяла толпа), сдерживая себя, чтобы не влепить ему по щям. — Расслабься, — рецепторы опаляло жутким запахом перегара, на что я противно поморщилась. — Тебе понравится... — ухватив меня за запястье, он притянул меня ближе к себе, задирая юбку моего платья. — Да убери ты свои руки! — избавившись от кольца его рук, я замахнулась и взвесила громкую звонкую пощёчину. Хлёсткий звук удара эхом разнёсся по всему помещению, затихая и теряясь в музыке. — Как же ты меня достала! — прорычал он, вновь притягивая меня к себе, но сейчас в разы сильнее и грубее. С неистовством до побледнения кожи, сжал мои запастья, пока его глаза приобретали фиолетовые вкрапления. — Не рыпайся! — Отпусти меня! — прошипела я, царапая запястья. — О, развлекаетесь, — резко над ухом раздался голос Люцифера. — Энди, позволишь и мне теперь развлечься? Ошеломлённо развернувшись, рассмотрела перед собой улыбающееся исчадье Ада. Энди, покрепче стиснув зубы, недолго пялил глазами на демона, сжимая мои руки с бешеной силой. — Ладно, я с ней позже развлекусь. — буркнул под нос он и, сменив гнев на милость, произнёс, — Конечно, играйся на здоровье, — пренебрежительно откинув мои руки, он наконец ушёл. — Что ты сказал?! — выпитый алкоголь ударил в голову, выбрасывая в кровь добротную порцию адреналина. Приключений мне не хватило и в следующую эмоцию я попыталась ухватиться за рукав Энди, переодически выплёвывая проклятья себе под нос, пока не столкнулась со стеной. — Успокойся, — схватив меня за плечи, Люцифер приблизился к моему лицу. — Он не в адеквате, завтра разберёмся. Пару секунд глубоких вздохов и выдохов, в смеси успокающего воздействия демона, привели меня в уравновешенное состояние. Потупив взгляд на его лице, бессильно опустила руки, принимая позицию мнимого спокойствия. — Пойду, подышу... — развернувшись на пятках, ступила в сторону выхода. Свежая ночная прохлада, попадая в легкие, остужала организм изнутри, принося долгожданный покой. Бурлящая кровь понемногу успокаивалась, расслабляя тело. А лёгкий ветер обдувал лицо, возвращая щекам естественный румянец. В голову закрадывались гнетущие мысли о произошедшем и моё отношение к нему. Мне было интересно разобраться в поведении Энди, в его постоянных срывах и влезаний на рожон. Почему он стал таким смелым, и что послужило поводом для этого? Почему, чёрт возьми, он так силен? Добряк Энди, которого я знала, уже не тот; что-то явно изменило его. Но то, что стало толчком для таких метаморфоз, только предстояло узнать. Решив, что возвращаться на вечеринку нет ни настроения, ни желания, я, разбежавшись, прыгнула с парящего островка, на котором располагался клуб-вагон. Сильный поток ветра ударил в лицо, вытряхивая из головы ненужное. Чувство свободного падения завораживало настолько, что бывало и крылья раскрывать не хотелось. Ещё пару мгновений лёгкости, и примерно за сто метров до земли, распустив свои бежевые перья, запарила над землей, блаженно прикрывая глаза. Готическое здание небесной школы начало виднеться в облаках, что сообщало мне о скором прибытии в постель — я почему-то слишком устала. Резкая вспышка боли пронзила область затылка, голова закружилась, а крылья мёртвым грузом рухнули вниз. Схватилась руками за виски, разгоняя острую боль. В глазах потемнело, а пернатые не раскрывались. Упав камнем вниз, распласталась на земле. Вымученно промычала, пока ноющие части тела, вспышками боли, отравляли весь организм. Приподняла голову, дабы осмотреть местность и получить малейшее представление о том, где вообще нахожусь. Вокруг лишь одни деревья и где-то вдали доносился шум водоёма. Малейшее движение головой ядом отдавалось в шею, переходя на спину, заставляя мои крылья трепетать. В висках гудело, отдавало вибрациями в кровь, разнося неприятные ощущения по всему телу. Перевернувшись на живот, сгребла колени под себя, оперевшись руками о землю. Сзади послышались шаги, но обернутся и посмотреть не было сил. — Ай! — вскрикнула я, когда удар ногой от незнакомца пришёлся в спину. Я рухнула на пол, впечатавшись лицом в землю. — Ох, малышка Уокер, ты не ушиблась? — до рвотного рефлекса противный голос раздался где-то рядом, но я даже не смогла определить с какой стороны. — Давай я помогу... — схватив меня за волосы, он принялся волочь меня за собой по земле. — Нам с тобой столько всего нужно обсудить. — Ч-что... Энди, это ты? — бессильно прошептала я губами, терпя боль во всём теле. — Да, малышка, это я. Глаза закрывались сами по себе, голова шла ходуном. Кажется, я уже и не чувствовала боли от интенсивной тяги волос, пока он резко не останавился, вновь швыряя на землю. — Ой, прости, я совсем забыл о тебе, — видимо услышал мой жалобный стон. — Сейчас-сейчас, я тебе помогу... — взяв меня под подмышки, куда-то понёс. Глаза непроизвольно закрылись, да и я не особо сопротивлялась. Затылок как-то бережно соприкоснулся с твёрдой поверхностью, на что я вновь болезненно зашипела. Он приподнял пальцами мой подбородок, призывая взглянуть на него. — Оу, личико твоё я всё-таки слегка подпортил, — брезгливо осматривая лицо, он периодически покручивал мою голову. — Жаль... Очень жаль, но ты не вздумай огорчаться, оно ведь тебе больше не пригодится, — подмигнул. Меня пробрало холодом. — Что... О чём ты вообще го-оворишь... — Хм, — он мерзко ухмыльнулся, — пусть это будем маленьким сюрпризом к концу нашего вечера... — откинув от себя мое лицо, куда-то ушёл. Лёгкое было повреждено, каждый вздох давался с трудом, отдаваясь болью. Пошире разлепила веки, намереваясь осмотреться. Просторная местность, рядом небольшое озеро, дорожка к которому была усыпана мелкой калькой. Вдалеке виднелись несколько многовековых ив с длиннющими ветвями. Вокруг пели сверчки, немного отвлекая. Да и в принципе атмосфера была чудесной. При других обстоятельствах я бы по достоинству оценила её. — Понимаешь, малышка, нам предстоит очень многое обсудить, — Энди начал свой монолог, который доносился ко мне отрывками. — И ты представить себе не можешь как же долго я этого ждал... — О чём мне говорить с тобой? — еле слышно прохрипела я. — Подонок. Выплюнув слово, поморщилась от пренебрежения. Перед глазами пролетела рука, а выпавшие пряди с пучка колыхнулись потоком ветра. Удар. Из губы потекла струйка крови, а щеку неистово жгло. — Не смей так называть меня! — прокричал он, ухватив меня за скулы. — Ох, прости меня, прости... — бережно вытер капли крови с подбородка. — Ты ненормальный... — выдохнула я, уклонившись от его руки. Сквозь приоткрытые веки увидела прилив ярости на его лице. Его глаза озарила фиолетовая вспышка. И снова удар. И снова. И снова. Лёгкая улыбка тронула мои губы. Веки блаженно закрылись. Занавес пал.