Планета, которой не было

      Прошла уже неделя после дня рождения Шорра, а он всё не появлялся, и Дарк с Марией сильно удивлялись. В итоге они решили, что новый взрослый статус принца добавил ему обязанностей, поэтому он и не может выбраться. А тут как раз Вита собралась полететь на Планету и пообещала уточнить, когда принц сможет навестить своих товарищей.       Домой Вита привезла трагические известия о том, что принц Шорр пропал без вести, и найти его не удалось. Король Орэн не стал никому рассказывать о поединке, чтобы не травмировать лишний раз Мэлла, который отчаянно горевал. Поэтому аэстальцам сообщили, что юный принц обладал необычными способностями и пропал, когда они вышли из-под контроля, что, собственно, было правдой.       Мария и Дарк очень расстроились. Собственно, после того, как пропала его мать, это была первая потеря, которую Дарку действительно хотелось оплакивать. Ведь, несмотря на то, что Дарк очень скучал по своим друзьям и наставникам, которые остались на планете, жить вдали от разочарования в глазах отца оказалось намного спокойнее, и потом, своих друзей из клуба Дарк мог попробовать вернуть, а Шорр пропал навсегда, эта потеря была непоправимой. Наверное, пытаясь осознать эту боль, Дарк окончательно понял, что хочет помогать людям, чтобы они никогда друг друга не теряли. Вопрос только в том, что для этого надо сделать…       Так Дарк остался жить у Реджинальда и Виты. Только жить в Гал-центре после Аэстали было ужасно скучно. Дарку казалось, что здесь слишком мало возможностей для развития, мало ресурсов, и они жёстко поделены, если у кого-то в этом мире и был избыток ресурсов, то его новые опекуны к этой среде не относились.       Пришлось забыть про решение серьёзных инженерных задач, практику в лабораториях и на производстве, нельзя было уйти на целый день шататься по городу, потому что таких городов здесь тоже не было. Не было походов, реки, неба, вообще природы. Дарк скучал по своим товарищам. Мария была хорошей девочкой, но совершенно не аэстальцем, она вполне встроилась в существующий здесь мир.       Однажды Дарк спросил у Виты, почему она выбрала не Аэсталь, а мир Галалктического центра, ведь он такой злой и скучный! Вита долго молчала, а потом объяснила, что она всегда хотела по-настоящему спасать людей. На Планете этим занимались стражи, но проблема в том, что на деле аэстальцам мало что угрожало.       Реальные опасности возникали редко в случаях каких-то серьёзных аварий и техногенных катастроф, тогда и требовалось всё мастерство стражей, которые ради этих редких случаев тренировались всю жизнь. А в обычное время стражи были такими няньками, возились с младшими стражами, своей будущей сменой, учили аэстальских детей, присматривали, чтобы какой малыш в канал не свалился…       Никакой романтики!       Ещё были боевые пилоты, вот уж кому доставалось по полной, и боевым пилотом Вита бы стала с огромным восторгом, однако пилотских способностей у неё не обнаружили, как и у Дарка. То есть, выучиться летать она бы, конечно, смогла, но стать подлинным асом не смогла бы. А это значит, что на боевые задания, где часто гибли даже такие асы, её бы никто не пустил.       Это Вита понимала уже лет в двенадцать, когда сдавала пилотские тесты. Поэтому она выбрала в качестве специализации социологию и психологию, то, что позволит ей иметь ключ к пониманию людей, а также занялась историей и чуждой для Аэстали наукой юриспруденцией. В восемнадцать лет Вита узнала о королевской программе расширения аэстальского мира в смысле способности аэстальцев пребывать вне планеты и немедленно вписалась в программу, отправившись стажироваться в Галактический центр.       В те годы ещё не существовало никакой аэстальской общины за пределами планеты, и не было возможным встретить аэстальца в Галактическом центре. Второй аэсталькой, которая в те годы решилась поселиться в Гал-Центре, была Адэлина Ким Рутанн.       Вита и Адэлина были ровесницами и однокурсницами, изучали вместе психологию и социологию, только Виту больше интересовало, как устроены разные миры, чтобы помогать людям, поэтому она выбрала историю и юриспруденцию, а Адэлина занималась только психологией и социологией. В Гал-Центре Адэлина поступила в местный университет, поскольку диплом Аэстали не позволял ей совершить задуманное: открыть собственную психологическую практику, а Вита пошла именно стажироваться, стала помощником прокурора в отделении галактической полиции. Здесь она и познакомилась с Реджинальдом Сотби.       В Галактическом центре людям жилось гораздо труднее и помощь была нужна всегда. И Наль был одним из тех, кто её обеспечивал. Это восхищало Виту и вызывало желание следовать за ним и помогать ему, так они и стали сначала друзьями, а потом супругами. Так Вита и осталась навсегда жить в Гал-Центре.       Дарк отлично понял, что двигало Витой, но от этого было не легче. У него самого не было такого стержня, он просто сбежал из дома единственным возможным способом. Оставалось приспосабливаться, и поскольку доступным и привычным оставались только компьютеры, сети, программирование, Дарк большую часть времени проводил в виртуале. Дочь Наля и Виты тоже училась на компьютерщика, потому что рассчитывала в этом качестве помогать родителям.       Дарк учился и постоянно думал над тем, что же делать дальше. К отцу возвращаться он категорически не хотел, но осознавал, что искать чего-то нового на других планетах его ещё долго никто не пустит… Все аэстальцы за пределами планеты были спаяны в тесное сообщество, и Дарк постоянно был под контролем. Так прошло больше полутора лет.       А потом вмешался случай.       Однажды Дарк подслушал, как Наль рассказывал жене, что у него наконец-то закончился период вываживания одного пиратского капитана, какого-то Питера Пирса, завтра человек этого Пирса придёт в условленное место на встречу, Наль его возьмёт, выжмет из него кое-какие данные и Пирса, наконец, свалит.       Когда Наль и Вита уснули, Дарк, сам не понимая, что его на это толкает, взломал компьютер Наля, нашёл данные упомянутого человека, связался с ним и предупредил, что его ждёт ловушка. Не задумываясь о возможных последствиях своих действий, он дал пирату данные Реджинальда Сотби, чтобы тот мог убедиться, что это полицейский, и потребовал, чтобы, если его слова подтвердятся, он в знак благодарности организовал бы Дарку встречу с Пирсом через неделю. Дарк пообещал ждать пирата в том же месте в то же время.       На следующий день Наль разочарованно сообщил Вите, что, видно, он где-то прокололся, пират что-то заподозрил и не явился.       Вскоре после этого на Наля было совершено очередное покушение, от которого он успешно отбился, и Дарк даже и не подумал, что виноват в этом покушении он. Через неделю он тихонько слинял из дома и пришёл на место встречи. Там его схватили и явили капитану Пирсу.       Питер Пирс некоторое время допрашивал Дарка, которому впервые пришлось постигнуть прелести фаст-пенты. Потом ему дали оклематься и решили проверить, что же этот нахал умеет. Тут-то и оказалось, что хорошо обученный аэсталец во многом даёт фору большинству средних пиратов более старшего возраста. Дарк с его серьёзными инженерными способностями, математическим складом ума и качественным аэстальским образованием произвёл на Пирса впечатление, и он решил оставить маленького выскочку себе.       Так Дарк стал «лаборантом» научно-технического отдела корпорации «Питер Пирс анлимитед». Всего через два года он уже считался неофициальным наследником капитана Пирса. Его даже прозвали Тёмной звездой из-за значения, которое его аэстальское имя имело в системном английском.       Сначала он, разумеется, жил на правах пленника, покидать базу права не имел и носил браслет со взрывчаткой, чтобы не возникало искушения покинуть её тайком. Но уже в 16 лет он получил полную свободу и мог шастать, где угодно, только не особо хотел. Капитан Пирс обеспечивал его книгами и материалами, «коллеги» по работе относились к нему хорошо, так что Дарк учился и работал, изобретал и совершенствовал свои открытия. База Пирса стала ему домом. По Аэстали Дарк не скучал, и новых миров искать не хотел.