Мой ангел-хранитель

-Кто хочет начать? – спрашивает руководитель группы поддержки Томас. Мы сидели вокруг него полукругом в небольшой комнате. Рассказать хотели многие, почти все. Лишь я сидел с краю и надеялся, что меня вообще не заметят. Для начала предоставили слово кудрявому парню. Кажется, Кристофу. Я вообще очень удивился, увидев его шевелюру. Слишком длинную и роскошную для больного раком. Он говорил активно и громко, размахивал руками, а иногда даже выбивал барабанную дробь в такт словам. Оказалось, что пару месяцев назад его удачно прооперировали, и он чувствует себя прекрасно, даже идет на поправку. Это было заметно. После предоставили слово парню по имени Флаке. Щуплый парень со слегка отросшими волосами. В отличие от Кристофа, он говорил тихо, не поднимая головы, как будто считывал слова с пола. Он постоянно поправлял очки и явно очень волновался. Он тоже восстанавливался. Дальше затараторили два друга – Олли и Тилль. Они говорили одновременно, перебивали друг друга, и на них я стал смотреть с еще большим интересом. У них оказалось одно заболевание на одной стадии лечения. Дослушав их, я грустно вздохнул. Все ребята были веселые и жизнерадостные, но мне от этого легче не стало. Они говорили о том, как почти победили рак. Как им уже вырезали зловредного зверька или как собираются это сделать. Я же не мог похвастаться ни тем, ни другим. Все они уже были в завершающей стадии лечения в той самой клинике, куда меня только собирались положить. «А может там и правда существует какой-то волшебный врач, спасающий всех» - тут же подумалось мне. - У нас новенький, - отвлек от раздумий меня голос Томаса. – Представься, пожалуйста - Пауль, - неохотно вставая, пробубнил я. – Острый лимфобластный лейкоз, 2 стадия, сейчас рецидив. Есть проблемы с легкими. Дальше я не знаю, что говорить и у меня начинается ступор. Тут же все собравшиеся начинают мне подбадривающе аплодировать. -Мы с тобой, Пауль, - доноситься с разных сторон. - И как ты себя чувствуешь? – аккуратно спрашивает Томас. Тупее вопроса я уже не ожидал. Как может чувствовать себя человек с раком? Возможно, мне не хватает оптимизма того кудрявого парня. Возможно, у меня нет такого друга, как у Тилля или Олли, но чувствую я себя паршиво. -Хорошо, - мои губы произнесли это сами. Мне не очень хотелось говорить много и, сказав еще пару слов «ни о чем», я сажусь. Дальше начинается общая дискуссия на тему борьбы за жизнь. Я ничего не говорю, а только слушаю. В конце Томас стал рассказывать про то, как сам в юности боролся с раком и одержал верх. - А что вам помогало бороться? – с интересом спросил Флаке, все так же поправляя очки. -Любовь, конечно, - как само собой разумеющееся ответил Томас. – Говорят, что она сильна, как смерть, но я категорически с этим не согласен. Любовь гораздо сильнее, с ней можно обмануть и победить все, даже смерть. Я очень любил одну девушку, а она любила меня. И это чувство помогло мне победить опухоль. Оно буквально рассосало ее. А потом я женился на своей спасительнице. *** После конца встречи я вышел к дороге и выдохнул. Группа поддержки оказалось не такой ужасной, как я предполагал. Ребята, вроде, улыбчивые. Да и Томас ничего. Из головы не вылезал его рассказ. Неужели любовь действительно может творить такие чудеса? Если да, то у меня почти нет шансов. Конечно, у меня есть родительская любовь от матери и отца, который на самом-то деле отчим. Но ее, судя по моим рецидивам, недостаточно. Он явно говорил не о родительской любви, а другой в моей жизни и не появиться. Кому нужен парень со здоровьем, как у 90-летнего? -Хей, новенький, - окликнул меня кто-то сзади, и тут же чья-то рука упала мне на плечо. Я оглянулся и увидел четырех ребят из группы. Они дружелюбно улыбнулись мне. -Значит, ты тоже ложишься в нашу клинику? – с интересом спросил верзила Олли. – И на наше отделение? - В смысле вашу? - В смысле, что мы тоже там лежим, - засмеялся Тилль. - А, ну, тогда да.. – еле заметно улыбнулся я в ответ. - Просись в 4 палату, - вставил кудрявый Шнай. – Мы все там лежим. -Но ваш же всех скоро выпишут, - непонимающе спросил я. - Скоро – это слишком растяжимое понятие, - поправил меня Флаке. – Да и рак такая штука, не знаешь, чего ожидать. Я закивал и сказал, что попробую. -А еще у нас крутой врач, совсем молодой, - гордо заявил Тилль. – Вон беднягу Олли почти с того света достал. -Да я бы тебя пережил, - весело запинал его Олли. -А что за врач такой? – тут же выпалил я. Мне было интересно, что за чудо света этот врач, что они его так хвалят. - Его называют современным Эйнштейном, только в медицине, - затараторил Флаке. –Говорят, он в детстве был этим… как его.. - Вундеркиндом, - вставил Олли. -Точно, он чуть старше нас, - хлопнул себя по лбу Флаке. – Я читал, что в 18 он уже универ закончил. -Вот-вот, - закивал Олли. - Человек в 18 диплом получил, а Тилль, в свои 17, боится ночью один спать. Я слушал их и удивлялся. Я слышал, что можно закончить школу экстерном, но диплом в 18 лет совсем лихо. Я ни разу о таком не слышал. Этот врач должно быть очень старый, похожий на Мерлина, с длинной бородой и стетоскопом на шее. Ну что ж, если не любовь, то, может, хоть он мне поможет. Увидев подъехавшую мамину машину, я попрощался с ребятами и уселся на заднее кресло автомобиля. После разговора у меня осталось приятное послевкусие, и я решил поделиться своим настроением с мамой. *** Этой же ночью случился приступ. Первый за несколько лет и самый сильный за всю жизнь. Я проснулся от дикого жара, легкие были будто сдавлены металлическим обручем, а из носа водопадом лилась кровь. Все тело безумно ломало, голова кружилась, словно я был в стратосфере. Еле доковыляв до родительской комнаты, я просто встал в дверях. Им не нужно было ничего говорить, они сами знали, что делать. За 4 года эта схема отработалась до идеала. Мать в слезах звонит в скорую и просит положить меня раньше назначенного времени. Мча в машине скорой помощи, я весь тряся. Я знал, что это произойдет. Что я снова лягу в больницу, в этот чертов стационар. Что меня снова обтыкают иголками, и я буду лежать там совсем один. Что выпускать меня будут максимум во двор или на какую-нибудь группу поддержки. Я знал, что это наступит. Но не думал, что так быстро. У меня должна была быть еще неделя. Без химии, таблеток и людей в белых халатах. Целая неделя, чтоб насладиться жизнью без всего этого. Но хищный зверек по имени рак не спрашивает, когда ему вернуться вновь. Он вообще никогда ни о чем не спрашивает. Несфокусированным взглядом вижу фасад больницы. Меня заводят туда. -Можно в 4 палату? – еле слышно хриплю я, а через секунду теряю сознание. Перед тем, как мои веки сомкнулись, я замечаю фигуру в белом халате и с черной копной волос. Он движется на меня очень быстро, как будто летит. Его голубые глаза смотрят очень пронзительно. Если бы не черные, как смоль, волосы и отсутствие бороды, то я бы поклялся, что видел Бога. Он смотрит очень взволнованно и кого-то зовет. А дальше чернота.