Эра Титанов

В Подземном городе занималось утро. Гулкая тишина ещё висела над домами, и все ставни были закрыты, защищая хозяев от незваных гостей. Наташа мчалась высоко над мостовой, и плащ хлопал у неё за спиной, словно крылья огромной птицы. Она ещё не так преуспела в воздушном маневрировании, как её товарищи, до Леви — настоящего аса — ей было далеко. Но Вдова уже прекрасно понимала, что делала, и этот управляемый полёт доставлял ей чистую, по-детски незамутнённую радость. — Разделяемся! — скомандовал Леви. Изабель и Фарлан мгновенно сменили направление, расходясь в стороны, и нырнули в узкие, извилистые улочки нижнего уровня. Наташа щёлкнула спусковым крючком, и гарпун впился в стену старой башни. Лёгкий толчок, натяжение троса, и Вдова облетела башню по короткой дуге. Краем глаза она заметила разведчиков: они были уже совсем близко. Узкие лезвия хищно сверкали в полумраке. «Эти парни настроены серьёзно…» Наташа отцепила гарпун и пару секунд мчалась вперёд на одном только двигателе. Отметила для себя мельком, что в этой части города дома низкие, и нужно соблюдать осторожность. Один из преследователей уже буквально дышал ей в затылок. Вдова выстрелила обоими гарпунами и ускорилась. Воздух со свистом ударил в лицо, трепля волосы и плащ. Кровь побежала по венам, как игристое вино, и от упоительного чувства лёгкости в груди заискрились фейерверки. Результат этой погони был предрешён, но Наташе хотелось дать разведчикам хороший бой. Пусть как следует попотеют, пытаясь поймать её в лабиринте подземных улиц. В мастерстве маневрирования Наташа даже близко не сравнилась бы с этим разведчиком, но у неё было преимущество: она знала город, как саму себя; всё это время она изучала его так тщательно, словно от этого зависела её жизнь, и теперь такая предусмотрительность играла ей на руку. Разведчик стремился лишить её манёвренности, пытался разрубить трос УПМ, поэтому Наташа перешла на короткие стремительные рывки — узкая многоуровневая улица с лестницами и балконами была буквально создана для подобной тактики. Но вот разведчик поравнялся с Наташей и резким толчком попытался сбить её с траектории, впечатать в стену. Она ускользнула в последний момент и, схватив чью-то висящую на бельевой верёвке простынь, швырнула её в преследователя. Разведчик чертыхнулся и врезался в стену сам — не сильно, но достаточно, чтобы Наташа могла оторваться. Она мгновенно воспользовалась этой возможностью, ныряя в узкий просвет между домами. «Как там остальные? Как бы у кого-нибудь из разведчиков рука ненароком не дрогнула: их клинки славятся своей остротой». За Леви Наташа не переживала, он мог за себя постоять, и это его самого стоило бы всерьёз опасаться. А вот Изабель и Фарлан могли попасть в беду… Наташа вылетела на широкую улицу — одну из немногих на нижнем уровне, где могла бы проехать телега — и увидела Леви. Он отбивался от двух высоких разведчиков, изо всех сил делая вид, что ему приходилось тяжело. Наташа усмехнулась: она-то знала, что он мог бы уложить обоих, не моргнув и глазом. Разведчики стояли к ней спиной, но ещё секунда — и появление Наташи заметили бы. Нужно было поддерживать иллюзию отчаянной борьбы до самого конца, поэтому Вдова ринулась на подмогу: поддав газу, она со всего маху врезалась в ближайшего противника. — Эрвин! — крикнул второй разведчик за секунду до столкновения, но Леви прыгнул на него, не позволяя вмешаться. Наташа и Эрвин («Тот самый?») прокатились по земле до самой стены. Вдова приподнялась на руках и тряхнула головой, словно в оглушении, а когда попыталась сесть, ей в шею уже смотрело лезвие УПМ. Она замерла. Разведчик тронул её подбородок плоской частью лезвия, заставляя приподнять голову. Наташа подчинилась, изображая тяжёлое дыхание и бессильную ярость, которая разбилась без следа о спокойный пронзительный взгляд. Капитан оказался молод, статен и светловолос. С высоты своего немалого роста он смотрел на неё без тени враждебности — скорее, задумчиво и оценивающе. «Значит, это его мы собираемся убить?" — подумала Наташа, разглядывая ясное, решительное лицо. Откуда-то с соседней улицы раздались вопли Изабель: — А ну отпусти! Ах ты!.. Спустя несколько секунд из-за поворота вышли оставшиеся разведчики, которые вели обезвреженных Фарлана и Магнолию. Тут же подоспел и тот бедолага, которого обставила Наташа. — Всё кончено, — сказал высокий разведчик, сдерживавший Леви. — Бросай уже свой ножик. Леви прожёг его взглядом и неохотно разжал пальцы. Нож с тонким звоном упал на мостовую. *** Капитан взял Наташу под локоть, помогая ей подняться, и подвёл к остальным. Разведчики ловко и быстро конфисковали УПМ, а пойманных преступников заковали в наручники и поставили в рядок, как на расстрел. Эрвин Смит убрал лезвие в кейс и прошёлся перед пойманными бандитами, награждая каждого пронизывающим взглядом, от которого даже вечно шумная Изабель заметно присмирела. Остановившись перед Леви, он спросил глубоким звучным голосом: — Ты среди них главный? Леви промолчал, с ненавистью глядя на него сквозь завесу тёмных волос. — Вы попали в сложное положение, — спокойно сказал капитан. — Если мы выдадим вас королевской полиции, вы закончите свои дни в шахте или на виселице. — И ты ждёшь, что мы будем пресмыкаться перед тобой, моля о пощаде? — мрачно поинтересовался Леви. — Нет, — невозмутимо ответил Смит. — Я жду, что бесполезному упрямству вы предпочтёте здравый смысл. Леви только скривил губы, а Наташа оценивающе взглянула на капитана из-под ресниц. Они должны были изобразить сопротивление, чтобы не вызвать подозрений, но и переборщить бы не хотелось: кто знает, какие методы убеждения готов использовать этот человек? Не дождавшись ответа от Леви, капитан сказал, всё с той же собранной невозмутимостью: — Хорошо. — Он сделал знак своим людям. — Ведём их на верхние уровни, к отделению полиции. С этими словами, даже не взглянув больше на своих пленников, он прошёл мимо, направляясь вверх по улице. «Чёрт, да он блефует, — подумала Наташа с некоторой долей восхищения. — Но признаю, блефует на «отлично». Разведчики последовали за командиром, подталкивая пленных преступников. Леви и Наташа переглянулись. Вдова выразительно шевельнула бровью, и он с шумом выдохнул сквозь зубы. — Чего ты хочешь? — с неприязнью бросил он в удалявшуюся спину капитана. Тот остановился и повернулся к ним. — Станьте инструментом человечества в борьбе с угрозой титанов, — сказал он. — Вступите в Разведкорпус и сражайтесь вместе с нами за общее будущее. Наташа уставилась на него во все глаза. Из уст любого другого человека это прозвучало бы невероятно фальшиво, но в словах капитана чувствовалась заразительная сила и устремлённость. Не часто Вдова встречала в своей жизни таких людей — способных несколькими словами задеть самые глубокие струны души и увлечь за собой. Будь она обычной преступницей из трущоб, то, возможно, искренне поддалась бы этому возникшему на миг чувству — стремлению посвятить свою жизнь чему-то значимому, отдать всю себя во имя великой цели. — Разведкорпус — это смертный приговор, — проговорил Леви. Он не подавал виду, но Наташа успела узнать его достаточно хорошо, чтобы понять — он тоже впечатлён. — Возможно, — ответил капитан. — Но вас всех, так или иначе, ждёт смерть. Сгнить в шахтах, окончить дни на виселице или внести свой вклад во что-то по-настоящему стоящее — такой у тебя выбор. У тебя и твоих друзей. — Он промолчал секунду, словно давая своим словам укорениться в их сердцах. — У вас есть время подумать, пока мы добираемся до отделения полиции. Используйте его мудро. Он развернулся, и их небольшая процессия продолжила движение по улице. Леви и Наташа снова переглянулись. «Этот человек умеет убеждать, — подумала Наташа, шагая по мостовой в окружении разведчиков. — И он явно не глуп». Возможно, очень даже возможно, их задача окажется гораздо сложнее, чем они предполагали.