И даже смерть не разлучит нас

Это был красный код. Страйк выдернули прямо в четыре часа утра. Брок был невыспавшийся и злой, как стая бешеных собак. Что ж, за шесть лет совместной жизни с Роджерсом, он привык спать с ним в одной кровати и отвык спать один, по крайней мере, у себя дома. Привык гореть от его жарких объятий и жалостливых толчков в спину со словами «Ну, пожалуйста, Брок, не храпи». В свое оправдание Брок мог лишь сказать, что храпел он исключительно рядом с Роджерсом, ибо чувствовал себя в безопасности, да и тогда, когда жутко уставал. В иное время он был крайне чувствителен к любым звукам. Даже ночные пинки от Роджерса не мешали Броку выспаться, что же произошло этой ночью? Накануне они сильно поругались. А всё эта мерзкая блондинка Картер. Она уже давно мылит лыжи к Стиву, а тот все прикидывается, словно не понимает ее намеков. А Брок как раз понимает отлично, и на правах официального любовника, между прочим, его подобные тёрки не устраивали. Эти стычки длились уже давно. Вначале Стив в недоумении разводил руками, после сглаживал углы. И каждый раз они очень бурно и жарко мирились. О, как же они мирились! Стив словно превращался в мартовского кошака, его глаза игриво искрились, а губы складывались в обольстительную полуулыбку. Этот гаденыш теперь в полной мере осознавал свою привлекательность, не без помощи Рамлоу, конечно. Он медленно приближался к замершему в предвкушении Броку, прекрасно зная, как влияет на него. Хоть мужчина еще и злился, накручивая себя, ведь он не собирался так скоро сдаваться лишь потому, что Роджерс включил свой режим соблазнителя. Ох, черт, этот засранец знал, как заключить договор о перемирии сторон. Он прижимался к мужчине вплотную, обволакивая его своим запахом. И Брок каждый раз вдыхал его полной грудью, сжимая непослушные пальцы в кулак, не позволяя себе дотронуться до желанного тела. Ведь это было бы сравнимо с капитуляцией, а Брок не из тех, кто сразу сдается. Стив же гладил его широкими ладонями, сначала по бедрам, вверх по бокам и спине. Оглаживал широкие плечи, кончиками пальцев проходился по венам на горле. Горячим дыханием обжигал ушную раковину и одним движением кончика языка вылизывал ее по краю. — Я только твой, целиком и полностью. Я позволяю тебе то, что никогда и никому не позволял. Но ты по-прежнему сомневаешься во мне. Пальцы Стива легли на чужой подбородок и слабо сжались, приподнимая голову любовника. Они смотрели друг на друга безумными глазами, сдерживая себя только благодаря упрямству и чуду. — Брок, а ты мой? И зарычав от злобы, Командир бросается на него с жгучими поцелуями. Так все и кончалось. Ссора, провокация и секс. Конечно, Рамлоу коротило от того, что в его верности сомневаются, хоть это и было простой уловкой. Но опять же, он не сомневался в его верности, он лишь просил поставить Картер на место, иначе бы сделал это сам, но менее деликатно, если бы это сделал Капитан. После бурной ночи Стив всегда обещал, что поговорит с Шэрон о профессиональной этике. От ласк Брок плыл, как масло на раскаленной сковороде, забывал обо всем, а потом вновь появлялась Картер и все начиналось по-новой. В последний раз терпение Стива кончилось, вместо признаний в любви и верности он выдвинул свои обвинения. — Я взрослый мальчик, Брок. И я сам решу, с кем мне общаться и в каком тоне. Рамлоу покорежило от этих слов, он оскалился, как злобный пёс, сверля мужчину перед собой взглядом. — О, ты заговорил по-другому? Так может, что-то изменилось, а я просто не в курсе, а? Может, я, блядь, уже третий лишний, а? Давай, Роджерс, скажи мне это в лицо! Ты трахаешь эту суку? О да, тебя можно понять. Она и я, колоссальная разница, верно? Молодая, красивая, изящная, фигурка какая, да? И киска течёт, стоит тебе одарить её лишь взглядом? — Прекрати, Брок. Стив был сначала шокирован, после разочарован и, кажется, даже оскорблён. Брок видел это в его глазах, но горячая итальянская кровь не позволила ему заткнуться. — Прекратить, хах? Давай, Роджерс, поделились впечатлениями. Она наверняка отличная гимнастка в постели, м? Не то что я: старый, не такой поворотливый, как раньше, еще и на смазку раскошеливаться надо, а? Еще и подготавливать. Верно, нахуя тебе такая забота, если рядом бегает молоденькая соска, которая течёт и сама сверху запрыгивает... Слушай, а ты, наверное, прав. Может, мне тоже такую найти? Девочки любят папиков. И разойдемся, зачем людей смешить этим цирком? Хлесткий удар пощечины знатно отрезвил Брока. От силы удара его голова метнулась в сторону, а сам он пошатнулся. Кожа на щеке горела огнем. Похабно улыбнувшись и облизнув задетую губу, Брок взглянул на мужчину с гордо поднятой головой. — Ну что Вы, Капитан. Бьете, как баба. Второй удар последовал незамедлительно. Но уже кулаком и наповал. Он упал на белоснежный ковер, пачкая его каплями крови из разбитой губы. Брок удивленно смотрел на эти капли, такого не может быть. За все эти года Роджерс впервые ударил его. — Если... Если ты хочешь расстаться, то сделай это по-человечески. Не надо во всем обвинять меня, тем более, когда я тут совсем ни при чем... Думаю, мне стоит переночевать у Баки... Стив ушел, не прощаясь, что тоже было впервые. Он вылетел из квартиры, но аккуратно прикрыл дверь, чтобы не тревожить любопытных соседей. А Брок лишь перевернулся на спину, так и оставшись лежать на ковре. Потому-то он и был разбитым с самого утра, если, конечно, четыре часа это все-таки уже утро, а не ночь. Спина болела, башка раскалывалась от количества мыслей. Отключив коммуникатор, он по привычке позвал Стива, но квартира ответила ему тишиной. И на душе резко стало так непривычно и чертовски неправильно. Потянувшись за телефоном, мужчина тут же набрал Роджерса. На тот момент он еще не помнил причину, почему любовника нет на месте, и хотел уже устроить разнос за то, что тот ушел без предупреждения, но короткие гудки быстро отрезвили его. Мужчина удивленно уставился на телефон, что приятным голосом девушки просил оставить сообщение после сигнала. Брок не стал этого делать. Сбросив вызов, он пошел собираться на работу, наверняка, Роджерс перезвонит ему через пару минут. Не перезвонил. Мужчина пилил себя все то время, пока добирался до базы. Он обвинял себя, блядюгу Картер и Роджерса, который посмел произнести вслух про расставание. И все же перед тем, как подъехать к базе, Брок признал, что это полностью его вина. Мысленно он уже готовил речь, с которой он будет извиняться перед Стивом, но, увы, так и не успел ей воспользоваться. Сначала была экстренная планерка, на которой директор Фьюри объяснял детали миссии. Террористами была захвачена одна из важнейших лабораторий Щ.И.Т.а . Наземное трехэтажное здание, захват произошел в 03:42. Вся охрана была зачищена, по данным дронов на втором этаже в левом и правом крыле держат две группы заложников-лаборантов. Цель — вывести заложников с минимальными потерями, после — зачистка территории. Когда Фьюри вывел на большой экран схему здания, Брок аккуратно приблизился к недалеко стоящим Романофф и Барнсу. — Привет. —Утречко, — ехидненько ответила Романофф, судя по всему, она уже была в курсе последних событий. Барнс же привычно хмуро кивнул головой, он был полностью поглощён картой на экране. — Видели Роджерса? — А что, потерял своего голубка? Алые губы Вдовы расползлись в широкой улыбке. Рядом с ней Брок порой чувствовал себя загнанным кроликом. Эта лиса пугала своей осведомленностью. К счастью, Барнс не стал ломать комедию и сразу ответил: — Вчера вечером Стива вызвали в Ваканду. Какие-то срочные дела. Всё, как всегда, засекречено. — Я слышала, короля хотят свергнуть, какой-то Лженаследник собирает восстание. А Стива вызвали, как третью сторону для мирных переговоров. У них же там другой часовой пояс. Там сейчас, наверное, уже вечер. Мужчины синхронно подозрительно и в то же время удивленно посмотрели на женщину. Та лишь пожала плечами - "Ничего особенного". — И откуда ты все знаешь? Но этот вопрос ушел в никуда. Фьюри объявил пятиминутную готовность. Пока двигались к джету, Брок в очередной раз набрал Стива. У него было плохое предчувствие, что-то случится, или уже случилось. Но на другом конце вновь автоответчик. О, как же Брок их ненавидел, но это был единственный шанс достучаться до Роджерса, даже если он обижен и не хочет говорить, совесть заставит его прослушать хотя бы сообщение. — Хэй, Стив, это я... Ну, ты и так знаешь. В общем, я хотел узнать, всё ли с тобой хорошо? Не подумай, что я включил наседку, просто как-то не по себе. Когда возвращаешься? Знаю, это пиздецки секретная инфа, но на правах любовника национального героя, я могу знать! Как думаешь? Хах, ладно.... Прости меня за случившееся, я погорячился, ты погорячился… Нет-нет, я не обвиняю тебя, это полностью моя вина. Просто я надеюсь, что ты дашь мне еще один шанс всё исправить. Знаю, долго пизжу... Кароч, позвони мне, как только сможешь. Я... скучаю... и возвращайся уже домой, герой. Я люблю тебя. Пока. Последнее его слово прощания заглушил двигатель квинджета, но мужчина был уверен, что суперсолдат со своим суперслухом сможет его расслышать. Отключив телефон, Брок зашел в джет. И вот, спустя двадцать минут они уже были на точке. Группа была разделена на две, одна с Роллинзом пошла в левое крыло, вторая под руководством Брока направилась в правое. Вдова и Зимний Солдат направились в центр управления, их задача была без шумихи пробраться в рубку и оттуда отслеживать и блокировать передвижения захватчиков, направляя свои группы. Заложников держали в одной из больших лабораторий. Подобравшийся ближе, с помощью тепловизоров Брок смог увидеть расположение людей за дверью. Заложников держали у дальней стены. Шестеро солдат. Трое у заложников, двое чуть вдали, и один прямо у дверей. Нужно было действовать быстро, пока они не успели пронюхать. Отдав своей команде пояснительные знаки, Брок дождался сигнала готовности от команды Роллинза и отдал приказ к началу зачистки. Всё прошло быстро, без шума и пыли. Микробомба быстро разобралась с замком, точными выстрелами группа убила наемников. Всё шло гладко, слишком гладко. Ребята стали распутывать лаборантов, а Брок подозрительно осматривался, на душе было как-то не по себе. Чуйка так и вопила о подставе, но мужчина не мог понять, откуда веет эта тревога. Но вот заложники были освобождены от пут и самое время вывести их отсюда. Ширх-ширх. Шаги. Брок взметнул голову вверх и отдав команде приказ заткнуться, начал вслушиваться. Брок стоял на месте, шаря взглядом по потолку, он мог поклясться, что что-то слышал. — По камерам всё чисто, парни. Возвращаемся к джету. Как слышно, приём, — раздался в динамике бодрый голос Наташи. — Принято, прием, — откликнулся Роллинз. Всё было так... ровно, слаженно. Слишком гладко. Но гробовая тишина говорила о том, что всё действительно "чисто", и Брок потянулся к микрофону. Однако вновь послышались чьи-то шаги. Прямо над ними. Судя по всему, человек был один, но какого чёрта он там делает? — Э-эт-то, наверное, Майклсон. Перед тем, как все началось, он поднялся за образцами, — подал голос один из лаборантов. Рамлоу передёрнул плечами, вот косяк и появился. — Мы не можем рисковать людьми. Выводите их отсюда, следуя плану, а я пойду, проверю. Мэй взволнованно вскинула голову. Никогда Брок еще не видел в глазах подчинённой такого испуга, а она ведь бывалый боец. — Но Вы не можете идти один, это против правил. От того, как мужчина помрачнел, девушка вздрогнула, и отступила, осознавая свою ошибку. Перечить Командиру нельзя. Его рука сама метнулась к микрофону. — Барнс, не соблаговолите ли проследовать со мной на третий этаж правого крыла. Мы заметили какое-то движение. — Сочту за честь, — незамедлительно послышался ответ. Брок слегка оскалился, что ж, Барнс умел парировать его выпады. Атмосфера немного развеялась, а Мэй расслабилась, видимо, посчитав, что её Командир в надёжных руках. Она сегодня тоже была какая-то дёрганая, хоть это и не отражалось на её работе, но Брок всегда чётко отслеживал любые изменения в команде. — Ну, всё, на выход. И они выдвинулись. Группа налево к черному выходу. А Брок направо, к ближайшей лестнице, ведущей наверх. Барнса ещё не было видно, и Брок решил идти по-тихому первым. Он тщательно отслеживал любое движение, заглядывая за каждый поворот. Всё было чисто. А потом он уперся в металлическую дверь, судя по схеме, именно за этой дверью был человек. Перехватив винтовку поудобней, мужчина просочился внутрь. Небольшое помещение с несколькими дверьми, выходящими в другие отсеки. Судя по всему, это было "грязной зоной", чуть дальше стояли шкафчики с защитными скафандрами и кислородными масками. Но Брока привлекло не это. У противоположной стены, прямо под окном, сидел мужчина в халате. Он дрожал, в его глазах был ужас, а в руках глок. -Тише, здоровяк, я из Щита, видишь нашивку? Я пришел вытащить тебя отсюда. Брок на отлично сдал тест по психологии, и это ему уже не в первый раз помогало. Он тут же поднял руки вверх, показывая свои благие намерения, через секунду, видя, что незнакомец не собирается стрелять, заводит автомат за спину, для большего эффекта. Взгляд учёного носится по форме Брока, видимо, выискивая ту самую нашивку. Командир же медленно начинает приближаться. Шаг, еще один и вот Рамлоу уже сидит на корточках перед перепуганным мужчиной. Тот, наконец, признав в нем своего, был готов расплакаться. — Спасибо, спасибо! Учёный найден, теперь нужно выбираться отсюда. Но Брок успел лишь подняться, как за его спиной скрипнула дверь. Мужчина оборачивается, но вместо Барнса он натыкается на таких же удивленных, как и он, двух террористов. Их встреча была чистой случайностью, они были не готовы к встрече. Потянулись к оружию одновременно, но, в отличие от террористов, в руках Брока не было оружия. В голове со скоростью молнии появился план. Мужчина быстро хватает учёного за шкирку, вздергивает на ноги и выхватывает глок из его рук. Отталкивая мужчину к шкафчикам, чтобы у того было хоть какое-то прикрытие, Командир тут же целится в наёмников. Прошла лишь пара секунд, а Брок даже не успел отследить все события. Вот двое целятся в него, вот он стреляет в крайнего и уже заносит ногу, чтобы отпрыгнуть в сторону, сделать кувырок и увернуться, но тут неожиданно дверь за спинами незнакомцев открывается. И там, в дверном проеме появляется тот, кого Рамлоу совсем не ожидал увидеть, и видимо именно это удивление замедлило его, и он остался на месте. Он лишь видит краем глаза, что противник в кого он целился, падает на пол, а второй следует за ним, сраженный метким выстрелом Зимнего Солдата, и где-то за спиной слышится треск разбитого стекла. Но Брок смотрит на Капитана, что замер в нескольких шагах, с ужасом смотря на него. Все противники уже были повержены и трупами рассыпались по полу, но отчего же Капитан так испуган? Они ведь справились с заданием, зачистили базу, без потерь. Кажется. И тут шум мыслей и адреналин в теле отступают, на смену им приходит боль. Ноги подкашиваются, и Брок падает вниз, успевая заметить, как Роджерс несется к нему. Мужчина падает, но приземляется не на холодный бетон, а в родные горячие руки. Брок ничего не понимает, не слышит, лишь видит голубые глаза напротив. На бледно-розовые губы, которые что-то говорят ему, но он не ничего не слышит из-за шума в ушах. Он пытается сказать хоть слово, но в горле булькает.

＊＊＊

Для Стива это была самая страшная ночь в его жизни. Ссора с Броком, его отъезд. Эта поездка жутко утомила его, и все переговоры он хотел быть не тут, а с Броком. Поговорить с ним, извиниться. Стива тянуло домой, а внизу живота ныло, плохое предчувствие не отпускало его. Он был дерганным, нервным, и всё время хотелось схватиться за телефон, который, к несчастью, тут не работал. Но, наконец, все кончилось, и он с радостью сел в квинджет. Он возвращается домой. Уже на подлете, через систему джета с ним связался Фьюри. От него-то он и узнает, что его возлюбленного выдернули на задание. Конечно, он мчится туда же, это ведь его отряд. И он не успевает, на какие-то жалкие несколько секунд. Рядом с базой он сталкивается со Страйком, выводящим заложников. От Мэй узнает, что Командир пошел проверять третий этаж, как чертов самоубийца, в одиночку. Капитан тут же врывается в здание и бежит наверх. Там он сталкивается с Барнсом и без лишних слов они бегут дальше вместе. Стив не помнит, кто первый открыл эту чертову дверь. Он лишь видит Брока зажатого к окну и двоих вооруженных солдат. Слышатся выстрелы, и Барнс реагирует быстрее, стреляя в противника. А Стив, как каменный истукан, замерев на месте, смотрит и запоминает этот момент, каждую его деталь. Момент смерти своего любовника. Пуля пронзает горло Рамлоу насквозь и вылетает в окно, оставляя после себя круглое отверстие с трещинами и брызгами крови. Какое-то время Брок, кажется, даже не понимает, что происходит, и лишь когда тот начинает падать, Стив просыпается. Он несется к нему сломя голову, подхватывает на руки, укладывает на колени и что есть сил зажимает кровоточащую рану. Как много крови... Она бурлит и брызжет, пачкая всё вокруг. И Стив начинает что-то говорить, сам не слыша себя. Он просит прощения, успокаивает, умоляет, требует и даже торгуется, просит потерпеть, подождать. Но Брок только смотрит в глаза и, как немая рыбка, хлопает непослушными губами. И только спустя долгое время Стив осознает, что же тот шептал. "Прости меня"