15 уровней.

акио смирно сидел за столом в комнате. сидел так, словно он на собеседовании в какую-нибудь крупную организацию, где ему могли хоть пожизненно ноги вытирать и кофе с молоком приносить. именно с молоком, и чтобы не меньше 3,2%. со сливками он не любил. сидел и сверлил взглядом лежащий перед ним телефон, а тот даже был готов разорваться на микросхемы, лишь бы на него так не смотрели. почти ненавидяще. ранмару сегодня не было - укатил на своем свинцовом скакуне в горизонт к подружке. вслух он этого не говорил, но такано видел - ходит с утра намыленный, начищенный, тянет свою самую, что ни на есть, мерзкую и похабную улыбку, хороводы вокруг поминутно трезвонящего смартфона водит и подмигивает так задорно, будто это он с соседом кувыркаться часы напролет собрался, а не с девушкой своей. и только солнце успело на верхушку неба забраться - так сразу за дверь, не переставая глазом моргать. одним причем. теперь такано сам почти прыгал возле гаджета, иногда включая его и удостоверяясь, что положенного в клинике часа и двадцати минут еще не прошло. а как только прошло, сразу прислонил его к уху, с уже как полчаса набранным номером. после седьмого гудка он цокнул. задержался у специалиста что ли? акио не боялся выговоров, выписок или рецептов на таблетки. он боялся за кавамуру - тот почему-то врачам не доверял, обходил двухметровым по радиусу полукругом стороной и вежливо прогуливал медицинские обследования в школе. это он сам рассказал. хотя чего таить - не доверял парень вообще всем людям в принципе. особенно тем, кто ручался за его здоровье. конечно, с переездом фобия постепенно улетучивалась, даже при поступлении исправно посетил все десять кабинетов, хоть и с переменкой в двадцать минут на отдышаться и развеется, однако при не слишком большой необходимости решительно сворачивал за угол. акио долго ему втолковывал, что психическое здоровье на равне с физическим. тот морщился, вредничал, но в конце концов соглашался. спустя три неудачные попытки дозвониться такано совсем не обеспокоился - ну бывало, что кавамура ставил на беззвучный - и решил узнать все от второго источника. или все же первого? в отличие от парня, регистрационная диспансера взяла почти сразу и поприветствовала в своем пугающем стиле. - добрый. это такано. можно ли узнать результаты первого посещения кавамуры? - такано-сан? да, конечно... ой, вы знаете, он сам перенес встречу на четверг. акио опешил. - когда? - да вот, еще в будни. брюнет смутился еще сильнее. - а причины не уточнил? - никак нет. - ладно. до свидания. ему стало не по себе. естественно, ничего такого, что у кавамуры вдруг нарисовались дела в этот день, не было. но, вообще-то, мог и предупредить. хотя мало ли, что случилось. еще и трубку не берет. настолько важное? клавиатура напечатала третий номер. - тецу? слушай, ты не знаешь где кайоши? а то он трубку не берет и у врача не был. - он сам тебе скажет. и сброс. должного успокоения слова не принесли, и такано еще сильнее занервничал. тецу всегда таким был - то все по шкафчикам, по полочкам раскладывал, и с той, и с этой стороны ситуацию вырисовывал, мнение свое выговаривал, поддерживал даже по-своему. а иногда ни секунды не церемонился, бросал какую-нибудь ничего не дающую фразу и клал трубку, наверняка даже не думая о чужих чувствах. из-за этого акио ничего определенного к этой личности не питал. оставалось только одно - продолжать сидеть, переживать и с преданностью небезызвестной акиты-ину ждать звонка. он чертыхнулся. комната была полна народу и отвратительно пахнущим дымом. хотя бы окно открыли бы, бестолочи. кавамура шепотом одарил соседа, который именно в тот день, когда ему нужно было уединение, превратил их место проживания в бордель, всеми возможными ругательствами, протиснулся между двумя чересчур звонкоголосыми девушками и, в спешке зашвырнув сумку под кровать, для утвердительности пнув вглубь к стене, снова выбежал. противно-навязчивый дым от электронных сигарет въедался чуть ли не в кожу и щекотал где-то в переносице, заставляя морщиться и подгоняя тошноту. кайоши выскочил на общий балкон, радуясь отсутствию здесь какой-либо живности (скорее всего из-за того, что вся она была у него в комнате), и сел в угол. наверное, стоит позвонить акио. он ударил себя по карманам, но наткнулся только на одинокий ключ с уродливым пластиковым брелком. телефон остался в сумке. кавамура чувствовал себя на грани. хотя, может это даже лучше - побыть в одиночку. вернулся он к себе в третьем часу ночи, чтоб наверняка. топтался под дверью еще минут двадцать, прикладывался ухом к двери, вслушивался в тишину на стеной. боялся, что будут крики, разговоры, а то и музыка. присел на корточки, прислонился щекой к ледяному полу, пытался в щель заглянуть, убедиться в отсутствии лишних теней. в конце концов дверь распахнулась. тецу окинул его помутневшим пьяным взглядом, почесал ногой коленку и покачнулся на пятках. - ты чего тут пыль вытираешь? кавамура вскочил и выпрямился насколько позволяло уставшее тело. - да я так, полежать захотелось. - а... не советую на полу кататься. бронхит подцепишь или еще чего. воспаление легких там, - и он начал перечислять все болячки, которые неведомым образом могли оказаться здесь, под дверью, и обязательно точно заставят слечь несмышленого первокурсника. кавамура проскочил мимо соседа, буркнул что-то и улегся на кровати. поелозил и, наткнувшись спиной на что-то острое, закряхтел. вытащил женскую массажку, бросил наугад в угол комнаты и укрылся одеялом с головой. тецу, наконец, завершил свой список, хлопнул дверью и взобрался с ногами на подоконник. утро началось отвратительно для обоих. мори периодически тихо хрипел, жевал таблетки горстями, хватал губами стакан с водой и бегал, а точнее полз по стенке, в туалет - очищать желудок. знал же, что плохо переносит похмелье, а все равно выпил вчера. ну немного выпил, не совсем же сумасшедший. что там было... банка горького второсортного пива и стакан дешевого красного вина. потом еще второкурсники коньяк принесли под футболкой. прямиком из супермаркета за углом, огибая кассу. хороший был коньяк, дорогой... смешали с какой-то дешевой содовой. потом саке из старших кто-то притащил. но его мало было. сначала на четвёртом этаже сидели, потом тецу предложил пятерым к себе перебраться. еще выпили. и вообще непонятно зачем все в ночь воскресенья напиваются... сегодня половина этажей, если не все, общежития страдает. а кавамура не выспался, но все равно упрямо поднялся, выключил мелодию на телефоне, натянул штаны. понял, что наоборот, ругнулся, переоделся. отодвинул кровать и хорошенько отфутболил пинками сумку. затем вспомнил, как акио ругал за небрежное отношение к вещам. не извинился, но поднял, оттряхнул и на плечо нацепил. глянул на экран. четыре пропущенных. блять. ладно, позвонит по дороге в университет. витамины и лечебные процедуры понемногу помогали. акио действительно стал чуть меньше лежать с закрытыми глазами, не в силах уснуть, и чуть дольше спал. а иногда и вовсе мог вырубиться посреди сна - организм восполнял все требуемые часы покоя. однако в эту ночь он вновь не мог заснуть. вертелся с левого бока на правый, заглядывал в телефон. кайоши не звонил. и не писал. второй звонок адресованный тецу тоже закончился непонятно. тот был в стельку, но уверял, что все в порядке. акио боялся, что кавамура напился и в невменяемом состоянии чего-то наделал. телефон утопил, например. хотя тот еще был доступен, только звонки до парня не доходили. когда в окно ударило солнце, акио тяжело поднялся. и тут же зазвонил телефон. он резво подскочил к нему, прижался ухом. - кайоши! кайоши, все хорошо? - привет. ну да. - точно? ничего не случилось? - да все прекрасно, акио. в чем дело? - в чем? да ты не брал трубку половину суток! - оставил телефон дома... - но ведь и вечером не перезвонил. - прости, я сразу уснул. - а почему встречу отменил? - встречу?... - в клинике. - дела были. такано выдохнул. - ты куда-то спешишь? - в универ. слушай, давай встретимся в кафе сегодня, идет? мне немного неудобно разговаривать. - да, хорошо... - ты спал? - нет. не получилось. - спи тогда сейчас, я позвоню в твой институт, отпрошу тебя. или ранмару попрошу отмазать. а со мной все хорошо, не волнуйся. - ладно. не пугай меня так. - прости. ну, пока. - давай. гудки. такано положил руку к себе на грудь. вздохнул. переживания растворились, стало чуточку спокойнее, и через десять минут парень уже спал. - я ненадолго, уже на работу опаздываю, - оповестил кайоши, бросая сумку на кресло и падая следом, - давно ждешь? - да нет, я тоже на минутку забежал. ксерокопии забрать. - ты такой смешной без униформы здешней. - ты тоже с этим вихрем на голове. кавамура тщетно пригладил торчавшие на затылке лохмы. те выпрямились обратно. - заснул по-дурацки... - мне кажется, нам надо поговорить, - выдохнул акио, - мы так давно не общались. - ты прав, - кайоши убрал руку от многострадальных волос и улыбнулся, - я могу во вторник отгул взять. - а потом будешь в долгах сидеть. - да ну какие там долги. я все сделал уже давно. - тогда ладно. только во вторник не могу. следущий может быть... - черт. а там уже я не смогу. - а две недели потерпишь? - это тебя надо спросить, - кавамура вздернул голову. - я то конечно. заскучаю правда, но мы же видеться все равно будем, верно? - ага, - кивок, - мне вообще много чего тебе рассказать надо. пораньше никак? желательно не две недели. - прости, никак. мне еще годовые проекты надо свести. а что так спешно? - скучаю сильно. - да я же тут, здесь, - акио умилился. - вижу, что здесь. а вот, - взгляд на часы, - через пару минут уже не будет. - тогда я тут, - такано перегнулся через стол и ткнул парня в лоб. - здесь ты всегда, не спорю, - кайоши зарделся. еще взгляд на экран, - когда же мы будем свободными, скажи мне? - конец семестра нескоро. крепись. - ладно. я помчал. до встречи. - увидимся. понеслись дни, и кайоши все чаще застывал на месте, вперивался в никуда и думал. размышлял. с такано они нормально поговорят только через две недели. а там уже с хокури срок. кавамура всегда подмечал особенности и мелочи в различных людях. это осталось у него в привычках еще со средней школы, где к каждому новому знакомому приходилось присматриваться, улавливая пусть даже мысленные мотивы навредить. как защитная реакция. хокури показался ему приятным человеком. понимающим, взрослым, адекватным. он подстраивался под людей, вел себя спокойно и не вызывал каких-либо сомнений. не сказать, конечно, что кайоши всецело ему доверял, но был уверен, что к сотрудничеству они прийдут. мужчина не давил, шел на компромиссы, шутил и всегда переспрашивал. в его интонациях, неловком смехе, мимике и походке он узнавал себя. все в нем казалось ему каким-то родным, просто забытым, вычеркнутым из чертогов разума. зато сейчас это забытое постепенно всплывало, подобно спасительной шлюпке. если в первые десять минут кайоши ощущал себя неловко рядом с ним, то в конце встреч открыто шутил. хокури даже не смутил его приступ. кавамура всеми силами надеялся, что его отец такой же. открытый и честный, но рассудительный. когда парень думал об этом, внутри разливалось тепло. он вспоминал все то, что рассказывала ему бабушка в детстве и то, о чем успел ему поведать дядя. последний, судя по всему, действительно любил старшего брата. однако чаще он все-таки описывал мать. какая она бойкая и строгая, как легко довести ее до слез, и как быстро она брала себя в руки. по словам хокури кайоши по внешности был в точности как она, но характер у него остался отцовский. и парню хотелось в это верить. кайоши расслаблялся, отдаваясь недавнему разговору, но приходилось время от времени спускаться на землю. он все еще студент, все еще работает и все еще встречается в акио. такано для него стал самым близким человеком. и хоть волей случая они отдалились друг от друга, однако все равно никогда не забывали о звонках, сообщениях и хотя бы мимолетных свиданиях. увидеть акио в кофейне стало почти невозможным, потому что он всерьез послушался кайоши и взял больше выходных. теперь он проводил это время в автошколе или отсыпаясь в общежитии, чему кавамура был очень рад. да, они уже не гуляли каждые два дня, видясь от силу пару раз в неделю, не растягивали телефонные разговоры на несколько часов и не ездили вместе за город. но они принимали этот шаткий момент жизни как очередное испытание. испытание на собственные чувства. парни все равно хватались за эти секундные поцелуи, объятия, комплименты. они меньше говорили, все больше понимая друг друга "языком тела" или как это там называется. акио знал, что это временно. кайоши верил, что они справятся. дни текли безмерно, приближалась семестровая отчетность, ужасающие требования преподавателей и студсовета, все больший завал на подработках. стрессовые ситуации, конфликты с однокурсниками, ошибки в документах и просчеты в проектах. но они оба всегда находили общую, пусть даже песчинку уединения от всего своего времени, когда они могли отгородиться от мира, расслабиться, успокоиться, собраться с силами и встать с колен, преодолевая сложности и снова мчась вперед. вместе с акио. вместе с кайоши. приближалось воскресенье второй недели. "theres somethin inside that fuckin hurts me every time ive tried every single pill to help me chill and im not satisfied i cant believe myself im overwhelmed i think ive lost my mind dont romanticize my life i need a redesign" "внутри что-то есть, и это чертовски ранит меня все время. я перепробовал все - таблетки, которые помогли бы мне расслабиться, и я не доволен. я не могу верить себе. я подавлен. мне кажется, я сошел с ума. не романтизируй мою жизнь. мне нужно перестроиться".