the cost of a thing

— Я расскажу тебе. Сэм оторвался от книги. Она совсем недавно появилась в его стопке — Кас нашел ее на днях в попытках разузнать побольше об испытаниях. — Что расскажешь? Дин свернулся клубочком в кресле и казался Сэму непривычно маленьким; у него на плечах был плед, который накинул Кас, несмотря на его возражения. — Я расскажу тебе, что случилось в том будущем, куда меня отправил Захария. Сэм просунул палец между страницами, чтобы не потерять место, и закрыл книгу. Он кивнул, откидываясь на спинку стула, четко давая Дину понять, чтобы тот продолжал. Облизав сухие губы (Сэм сделал мысленную пометку купить гигиеничку, когда в следующий раз пойдет в аптеку), Дин провел рукой по лицу и вздохнул. — Я уже говорил тебе, что Кас был человеком в том будущем. Что он был торчком и... — он заметно вздрогнул. — Хиппи. — Да, — сказал Сэм, закатывая глаза. — Он был воплощением твоих ночных кошмаров. — Я пытаюсь быть серьезным. — Прости, продолжай. Громко прокашлявшись, Дин заговорил вновь. — Ему было херово, старик. Он воспринял то, что в тебя влез Люцифер, почти так же плохо, как я. Он притворялся, что ему плевать, постоянно устраивал оргии у себя в каюте, но я видел, что так он просто... сдался, что ли, — его снова пронзил кашель, сотрясающий все тело. Сэм заставил себя сидеть на месте и не нести Дину воды, зная, что так он его только разозлит. — А потом, когда мы ехали к месту, где Люцифер собирался бороться со мной из будущего, он кое-что сказал. — Что именно? — ласково спросил Сэм. Он был удивлен, что Дин решил поговорить об этом сейчас; обычно требовались усилия уровня апокалипсиса, чтобы вытащить из Дина хоть что-то, особенно касательно Каса. Он опасался, что к этой беседе привели испытания, вызвавшие необъяснимую болезнь Дина. Дин плотнее укутался пледом. — Он сказал, что то, что он стал человеком — моя вина. Он сказал, что мы с ним были в долбанных... отношениях. Сэму даже не пришлось скрывать удивление, потому что его и не было. — Он сказал, что, начав испытывать ко мне чувства, он начал падать, — продолжил Дин, глядя на свои руки невидящим взглядом. — Он сказал, что я ни при каких обстоятельствах не должен этого допустить в моей временной линии. Я думал, что он имел в виду, что я не должен дать Люциферу вселиться в тебя, — конечно, это он тоже подразумевал, — но по большей части он имел в виду, что я не должен допустить, чтобы мы с ним были в отношениях. Сэм все ждал неуместной шутейки или того, что Дин отметет саму возможность отношений между ним и Касом в любой временной линии. Но Дин стал довольно угрюмым после начала испытаний, так что этого не произошло. — Почему он это сказал? — спросил Сэм. — Потому что он ненавидел быть человеком, — поморщился Дин. — Он сказал, что ему пришел пиздец ровно в тот момент, когда он пошел этой дорожкой. Он сказал, что чувствовал себя убого и был на меня зол. — На Каса это непохоже, — ответил Сэм, выпрямляясь. — Он твой друг, Дин, и сделает что угодно, чтобы помочь тебе. Даже если это означает падение. Дин пожал плечами. — Звучало правдоподобно. — Нет, не особо. Конечно, Касу не понравилось бы быть человеком, но я не думаю, что он стал бы винить тебя. И уж точно злиться на тебя, — Сэм попытался ободряюще улыбнуться. — Это все просто проделки Захарии, Дин. Он хотел запудрить тебе мозги этаким эпизодом, а-ля "назад в будущее". Вот и все. Дин не отрывал взгляда от пола. Он кивнул; это выглядело неубедительно. — Может быть. Ответ Сэма был твердым, потому что он знал, о чем именно думал брат: — Ты не плох для Каса, Дин. Ты не портишь ему жизнь вашей дружбой. И даже если бы он стал человеком, это бы не поменялось. — Думаю, мы это выясним, если только он станет человеком, — Дин хмуро взглянул на свои руки. — Чего не произойдет, если слово будет за мной. — Я правда не думаю, что тебе стоит переживать насчет этого, — вздохнул Сэм. Он нахмурился. — Кстати говоря, Кас сегодня уже приходил? Чтобы исцелить тебя? — Он не может меня исцелить, — сказал Дин, закатывая глаза. — Мы уже через это проходили. — Ну, он хотя бы может немного облегчить симптомы. До следующего испытания. Дин пожал плечами, и с них соскользнуло одеяло. — Так или иначе, его я сегодня не видел. Последнее, что я слышал — это то, что он начал готовить Рай к чему-то после того, как Кевин перевел скрижаль. Чем он и должен заниматься вместо того, чтобы сливать на меня всю свою благодать. — Ладно, — Сэм постучал пальцами по столу. — Ну, если завтра утром его здесь не будет... — Я ему позвоню, Мам, боже мой, — Дин встал, покачиваясь из стороны в сторону, а одеяло кучей свалилось у него в ногах. — Мне надо выпить. — Ты действительно думаешь, что ты... — Я болею, а не умираю. Я имею право на долбанное пиво. Сэм глядел в отдаляющуюся спину. Лишь на мгновение он позволил глубокому, жалкому беспокойству пронзить его до костей, прежде чем вновь открыть книгу, лежавшую перед ним, и продолжить чтение.