Змеиное сердце

      — Умоляю, перестаньте! Он ведь умрет! Драко! — в слезах кричала Кара, наблюдая за тем, как неизвестная тень мучает Малфоя-младшего Круциатусом.       Душераздирающие крики парня были просто невыносимы. Мэйсон чувствовала, что натурально сходит с ума. Она безрезультатно дергалась в железных кандалах, хотела помочь Драко выбраться из этого ужасного места, обнять и утешить его нестерпимую боль.       — Умоляю, остановитесь!       — Круцио!       Новая волна криков разлетелась по темному сырому подвалу, и Кара забилась в угол, закрыв уши руками. Она готова была на все, лишь бы не слышать всего этого ужаса. Она хотела оглохнуть, лишь бы до ее ушей перестали доноситься звуки предсмертной агонии.       — Нет, нет, нет, — зажмурившись, приговаривала девушка, раскачиваясь из стороны в сторону, словно сумасшедшая. — Хватит, умоляю, прекратите...       — Кара...       — Авада Кедавра!       — НЕ-Е-ЕТ!       Кара распахнула взгляд и подскочила на кровати. Сердце бешено билось в груди, отдаваясь в ушах болезненными волнами, но девушка не замечала этого. Горячие слезы обжигали щеки, большими каплями спадая на белоснежный плед. У девушки была самая настоящая истерика, она бесконтрольно рыдала, будучи не в силах сдержать своих эмоций.       Снова ее мучают эти кошмары. После смерти Дамблдора и ухода Драко девушка не могла нормально спать. Каждую ночь ее преследовали ужасные картины, в конце которых всегда кто-то умирал. И чаще всего это был именно Драко.       Девушка сходила с ума.       Прошло уже две недели, а Кара так и не смогла связаться с парнем. Мэйсон боялась, что с ним что-то случилось, и эта боязнь отражалась в ее снах. Каждый вечер она боялась ложиться в кровать, зная, что посреди ночи проснется в холодном поту, с нечеловеческим криком на устах и с животным страхом на лице. Она боялась спать, но сон был единственным способом увидеть Драко.       Прошли долгие минуты, прежде чем Кара смогла немного прийти в себя. Посмотрев на часы, которые показывали пол четвертого утра, девушка встала с кровати и, укутавшись в намокший от слез плед, спустилась на кухню, чтобы попить воды, так как в горле была настоящая пустыня. С жадностью выпив все до последней капли, Мэйсон со стуком поставила стакан на кухонную тумбу и вытерла влажный рот. Стало немного легче.       — Доброе утро, хозяйка, — неожиданно послышалось в дверном проеме, и девушка вскрикнула от неожиданности. — Извините, не хотел вас напугать.       — Ничего, Дино, все в порядке, — облегченно выдохнула Кара. — Ты чего тут бродишь в такую рань?       — Я услышал какое-то движение на первом этаже и подумал, что это воры. Но это оказались вы, — непринужденным тоном ответил эльф. — Мисс Мэйсон, вы кричите каждую ночь. Вас что-то беспокоит?       — Не бери в голову, — отмахнулась Кара.       Мэйсон посильнее укуталась в плед и подошла к окну. На улице было еще темно, на земле лежал январский снег, а в безоблачном небе висела величественная луна.       — Просто дурные сны. Надеюсь, по прибытии в Хогвартс они пройдут.       — Вы уезжаете, как обычно, в одиннадцать часов утра? — поинтересовался домовик, и девушка кивнула в знак согласия. — Вам нужна помощь со сбором вещей?       — Спасибо, Дино, я уже все собрала, — слабо улыбнулась девушка и прислонилась спиной к подоконнику. — Скажи, ты не замечал ничего странного в поведении моего отца?       — Смотря, что именно вас интересует, хозяйка.       Кара попросила рассказать все, что он знает.       — Хм... особо ничего не замечал, но... хозяин в последнее время часто уходит из дома. Куда не знаю. Сначала это происходило только по понедельникам, но с сентября стабильно три раза в неделю. Каждый раз в одно и то же время.       Кара невольно свела брови у переносицы, пытаясь переварить услышанное. Что это за странные вылазки? Раньше за ним такого не наблюдалось, из-за чего сердце девушки было не на месте. Нет, конечно, это могли быть просто деловые встречи, но они не могли происходить настолько часто и с такой завидной стабильностью.       Девушка поблагодарила эльфа за информацию и поднялась к себе. Что же делать? Она так точно умом тронется. Надо срочно отвлечься. До отъезда еще несколько часов, поэтому Мэйсон решила почитать. Это всегда успокаивало ее. Достав из шкафа свою любимую книгу Истории магии, Кара плюхнулась на кровать и полностью погрузилась в себя. Мысли были где-то очень далеко, из-за чего девушке приходилось снова и снова перечитывать одну и ту же страницу.       Через некоторое время она дернулась от неожиданного стука и, отложив книгу, с опаской подошла к окну.       — О, Мерлин, это же филин Малфоев!       Настроение сразу улучшилось, но вместе с тем появилось нехорошее предчувствие. Вдруг там что-то плохое? Вдруг там бедная Нарцисса пишет о смерти своего сына? Не прочтешь - не узнаешь, поэтому девушка решительно взяла письмо из клюва птицы, и та сразу же вспорхнула в небо. Присев на кровать, Мэйсон выдохнула для смелости и распечатала конверт.       «Кара, никто не должен узнать об этом письме. Прочти его, сожги и не вздумай писать ответ. Я представляю, как ты переживаешь, но спешу оповестить тебя о том, что со мной все хорошо. Меня не убили, даже не надейся. Так просто ты от меня не избавишься. Обещаю, мы скоро встретимся.       Твой ДМ»       Кара прикрыла глаза и выдохнула с невероятным облегчением. Он жив, с ним все в порядке. Это самое главное. Сморгнув счастливую слезу, Кара подхватила упавший на пол конверт с семейной печатью Малфоев и побежала в гостиную. Она разожгла камин спичками – магловским способом – и, вновь перечитав заветные строки, бросила пергамент в огонь. Кара прикрыла глаза и невольно улыбнулась. Облегчению и радости не было предела. Все вокруг будто снова заиграло красками, появился стимул идти дальше.       Драко жив, и они обязательно скоро встретятся.

***

      В этот раз атмосфера в Хогвартс-Экспрессе была просто невыносимой. Гермионы, Рона и Гарри не было, они отправились искать крестражи Волан-де-Морта. Кара надеялась, что они вернутся как можно скорее в целости и сохранности. А она, как и обещала, будет их глазами и ушами в Хогвартсе.       Сидя рядом с Невиллом, Джинни и Полумной, которые были совсем не против компании Кары, Мэйсон узнала о том, что новым директором Хогвартса назначен никто иной как Северус Снейп. Услышав это, Кара не сдержалась от грязного высказывания в сторону мужчины. С одной стороны, она была благодарна ему за помощь Драко, но с другой видела в нем лишь Пожирателя Смерти, которых девушка ненавидела так же, как они ненавидят маглов.       Через некоторое время непринужденной беседы поезд резко остановился, и пока ничего не понимающие ученики паниковали, Кара чувствовала, что все это не к добру. В следующее мгновение в поезд ворвалась кучка Пожирателей, которые, судя по всему, искали Поттера, что было совсем неудивительно.       — Эй, неудачники, — встав с места, сказал Невилл, обращаясь к бородатому мужику отталкивающей наружности. — Его здесь нет.       Кара мысленно похлопала Долгопупсу, осознавая, насколько же он стал сильнее за все эти годы. Оставшийся путь прошел в давящем молчании: все студенты были напуганы, понимая, что это начало конца.       На собрании в Большом зале новый директор оповестил всех о нововведениях в школьных правилах, а также представил новых преподавателей и ответственных за дисциплину в одном лице, Амикуса и Алекто Кэрроу, которые сразу же не понравились ученикам. Все продолжали сидеть в страхе и слушать Снегга до тех пор, пока тот не сказал об исключении всех маглорожденных и полукровок из школы. В ту же секунду начался настоящий саботаж, который, как истинный гриффиндорец, начал Невилл. Многие студенты повскакивали со своих мест и начали кричать оскорбления в сторону Пожирателей и Снейпа, но потасовка закончилась так же быстро, как и началась. Ответственные за дисциплину решили приступить к своим обязанностям раньше положенного, поэтому усмирили всех Круциатусом. До ушей доносились звуки агонии, все восставшие молили о пощаде. И лишь один Невилл гордо терпел, не издав ни единого звука.       Каре хотелось спрятаться. Эти душераздирающие крики преследовали ее во снах, она не могла слушать их спокойно. Хотелось встать и наслать на обоих Кэрроу их же Круциатус, но Мэйсон была умнее. Она продолжала смирно сидеть на своем месте, понимая, что сделает только хуже, если высунется.       Когда все, наконец, стихло, Северус распустил испуганных до чертиков учеников по комнатам, а ночью, как и было оговорено на собрании, всех маглорожденных и полукровных студентов отправили домой с помощью каминов.       После того, как в Хогвартсе остались лишь чистокровные волшебники, начался настоящий ад. Старшекурсников заставляли отрабатывать Круциатус на первом курсе, на обычных детях, крики которых все чаще были слышны по всему замку. Это было невыносимо. Отказывающихся жестоко наказывали избиениями и запрещенными заклятиями. Походы в Хогсмид запретили, а все камины опечатали, буквально заперев студентов в стенах замка. По коридору ученики ходили по строгому строю, а все письма тщательно проверялись.       Кара медленно, но верно угасала. Чтобы хоть как-то отгородить себя от всего этого ужаса, Кара представляла встречу с Драко. Она представляла, как обнимет его, почувствует родное тепло и поцелует любимые губы. Мэйсон надеялась, что они встретятся как можно скорее, но прошел уже почти месяц, а от парня не было ни весточки.       В один из очередных мрачных дней за ужином к ней подошел сам профессор Снейп и сказал зайти к нему в кабинет после отбоя. Кара, не понимая, что ему могло понадобиться от нее, нахмурилась, но перечить не стала. В конце концов, не станет же он приставать к ней, правда? С трудом осилив свою порцию, девушка вернулась в комнату и, дождавшись девяти часов, вышла из слизеринских подземелий. На полпути она наткнулась на надзирателя, очередного Пожирателя, который в грубой форме спросил, почему она бродит по коридорам в такое время.       — Меня позвал профессор Снейп, — уверенно ответила Кара.       — Неужели? — смерив студентку холодным взглядом, недоверчиво переспросил мужчина. — Факультет и курс?       — Слизерин, шестой курс.       — Имя?       — Кара Мэйсон.       — Полное имя, — с напором произнес надзиратель.       Кара недовольно цокнула: она всеми фибрами души ненавидела свое полное имя, поэтому его знали лишь единицы.       — Корнелия Шерил Мэйсон.       — Свободна.       Закатив глаза, девушка двинулась дальше и уже через несколько минут стучалась в кабинет директора. Услышав разрешение, Кара бесшумно проскользнула внутрь и встала на пороге, боясь пройти дальше.       — Э-э... вы звали меня, сэр? — неуверенно спросила Мэйсон.       — Да, мисс Мэйсон, проходите, — не отрывая головы от бумаг, кинул Снегг.       Кара неуверенно присела в кресло напротив.       — Вы хотите увидеть Драко Малфоя?       — Ч-что? — неверяще переспросила девушка, удивленно округлив глаза. — А вы... можете?       — Да, — ответил мужчина и, подняв взгляд, посмотрел ей прямо в глаза. — Нарцисса просила меня переместить вас в поместье Малфоев сегодня.       — О, Мерлин, да, сэр, пожалуйста! — воскликнула девушка, чуть не вскочив с кресла от радости.       — Вы должны понимать, что если все это всплывет, то мы с вами окажемся не в лучшем положении дел. Кто-нибудь видел вас по пути сюда?       — Э-э... да. Один надзиратель спросил, почему я не в своей комнате после отбоя, и я сказала, что иду к вам. Я хотела назвать ненастоящее имя, но... испугалась, что он проверит.       — Я понял вас. Не переживайте, я с этим разберусь. Вам ранее доводилось перемещаться с помощью камина? — поинтересовался Снейп, подойдя к камину.       Кара утвердительно кивнула.       — Отлично, тогда желаю вам удачи. Нарцисса будет ждать вас на месте. Вы должны вернуться не позднее восьми часов утра.       — Спасибо, сэр, большое вам спасибо!       Кара благодарно улыбнулась и подавила в себе желание обнять мужчину за помощь, несмотря на всю неприязнь к нему. Она взяла горстку летучего пепла и встала прямиком в камин.       — Малфой-Мэнор.       Секунда, и Мэйсон, открыв глаза, оказалась в знакомом кабинете Люциуса Малфоя. Комнату освещали лишь ночные лунные лучи, поэтому Каре понадобилось несколько секунд, чтобы глаза более-менее привыкли к темноте.       — Кара, — послышался женский голос откуда-то справа, и Мэйсон смогла разглядеть в темноте знакомый силуэт.       — Нарцисса! — радостно воскликнула Кара.       Она кинулась обнимать женщину, за которую все это время волновалась не меньше, чем за ее сына.       — С вами все хорошо? Вы здоровы? Где Драко?       — С нами все в порядке, девочка моя, как же я переживала за тебя! — ответила Цисса и, взяв девушку за плечи, посмотрела ей в глаза. — Драко в своей комнате, не буду тебя задерживать. Я рада, что с тобой все хорошо.       — Спасибо, Нарцисса, спасибо вам! — воскликнула Кара и уже ринулась к выходу, но ее остановил голос Нарциссы.       — Кара, никто кроме тебя, меня и Северуса не знает, что ты здесь. Я не сказала даже Драко.       — А Люциус?       — Его сейчас нет. В поместье только я и мой сын, — ответила женщина и лукаво улыбнулась. — Будьте потише.       Мэйсон вмиг покраснела от смущения и, буркнув что-то невнятное, вылетела из комнаты. Малфой-Мэнор она знала так же хорошо, как и свой родной дом, поэтому без труда нашла нужную ей комнату. Остановившись напротив двери, она вдохнула для смелости и аккуратно вошла внутрь.       Драко сидел за письменным столом, когда услышал, что в его комнату вошли без разрешения.       — Кто смеет врываться ко мне без... — процедил блондин, но, повернувшись в сторону двери, впал в настоящий шок.       В дверях стояла улыбающаяся Кара, и его сердце при виде нее вмиг забилось в разы быстрее. Меньше всего на свете он ожидал увидеть именно ее. При виде ее ярко-голубых глаз, в которых горел огонь любви, все будто замерло. Не говоря ни слова, он вскочил со стула и, подойдя к ней вплотную, прильнул к ее губам в жарком, ненасытном поцелуе, как бы между делом запирая дверь.       Они оба так скучали, оба считали секунды до встречи, поэтому сейчас, наконец, увидевшись, не могли насытиться друг другом. Время будто остановилось, казалось, в этой комнате, в этом мире остались лишь они вдвоем.       Кара не понимала, что на нее нашло. Она с жадностью кусала его губы, в спешке снимая с парня черный пиджак. Драко запустил руку в русые волосы и, оттянув ее голову назад, припал к нежной шее губами, оставляя огромные гематомы, которые сильно контрастировали с бледностью кожи.       Их было много и мало одновременно. Все было так волнительно, так страстно, что, казалось, один из них сейчас упадет в обморок. Малфой в спешке, чуть не повредив замок, расстегнул молнию на черном платье и, стянув его с девушки через голову, бросил куда-то в угол комнаты ненужным тряпьем. Мэйсон не отставала. Сначала пыталась расстегнуть мужскую рубашку спокойно, но, плюнув на эту бессмысленную затею, просто со всей силы распахнула ее, из-за чего нижние пуговицы полетели в разные стороны. Уложив девушку на кровать, блондин наложил на дверь оглушающие чары и, отбросив волшебную палочку на стол, навис над Карой, заглядывая в такие любимые глаза.       — Я скучала, — севшим голосом произнесла Мэйсон, оглаживая большими пальцами нижнюю челюсть Малфоя.       — Я скучал, — повторил за девушкой парень и, мягко улыбнувшись, наклонился, чтобы поцеловать ее.

***

      — В Хогвартсе настоящая разруха, — подперев голову кулаком, сказала Кара, с глухим стуком мешая чуть остывший чай. — Пожиратели буквально везде. Они заставляют нас издеваться над детьми, а тех, кто идет против, жестоко наказывают.       — Надеюсь, ты не попадаешь в их список? — изогнув бровь, спросил Драко и скрестил руки на груди. — Тебе нужно быть тише воды ниже травы.       — Я понимаю, — грустно выдохнув, согласилась девушка и поправила съехавший рукав мужской рубашки. — Но это просто невыносимо. Мне жалко их, все они лишь дети. Как можно быть настолько... жестокими?       — Поверь мне, Пожиратели способны и не на такое, — безнадежно произнес Драко и заглянул девушке в намокшие от слез глаза. — Как себя чувствуешь? Ничего не болит?       Кара улыбнулась проявленной заботе и отрицательно покачала головой: первый секс оказался не таким болезненным, как она ожидала. Девушка перевела взгляд на настенные часы, которые показывали два часа ночи, и оповестила Малфоя о том, что ей нужно вернуться в Хогвартс к восьми утра. Настроение сразу же упало. Столько времени прошло с их последней встречи на том злополучном поле. И неизвестно сколько еще пройдет после этой, поэтому оба старались насладиться этими часами сполна.       — Есть новости от Поттера? — вдруг спросил Драко.       Кара нахмурилась. За все это время ей удалось всего раз списаться с друзьями, поэтому она знала, что они уничтожили один из крестражей.       — Зачем ты спрашиваешь? — переспросила Мэйсон, недоверчиво взглянув парню в глаза. — Я ничего тебе не скажу. В каких бы отношениях мы с тобой ни были, мы по разные стороны баррикады. И дело тут совершенно не в доверии.       Малфой смерил девушку недовольным взглядом, но сдержал себя от едкого комментария.       Все-таки она иногда просто невыносима. Упрямая, наглая, но такая родная. Ему понадобилось целых семнадцать лет, чтобы понять, что эта девчонка, которую он всю жизнь терпеть не мог, одна из самых близких ему людей. Она знала его лучше, чем свои пять пальцев, и это всегда бесило Драко.       Ближе к шести утра к ребятам вышла Нарцисса, которая с радостью присоединилась к оживленной беседе. Они разговаривали на абсолютно разные темы: вспоминали времена, когда Драко с Карой были еще детьми, обсуждали какую-то бессмыслицу и, казалось, совершенно забыли, в каком положении дел сейчас находятся.       Кара прощалась с Малфоями со слезами на глазах, так как понимала, что это может быть их последней встречей. Хлопок от перемещения в камине будто отрезвил Мэйсон, и она почти заплакала, осознавая, что вновь вернулась в жестокую реальность, полную боли и отчаяния. Хотелось свернуться в беспомощный комок и вернуться туда, куда нельзя было делать и шага без разрешения. На месте ее встретил профессор Снейп, которого девушка искренне поблагодарила за возможность увидеться с дорогим ее сердцу человеком. Без лишних слов покинув директорский кабинет, девушка направилась в свою комнату.       Кара вновь погрузилась в пучину мучительных будней. Отрадой было лишь то, что Драко пообещал писать при любой возможности под другим именем, так как девушка предупредила его о тщательной проверке всех писем.       Дни сменялись днями, недели неделями. За все это время Драко прислал всего два письма, в котором размыто, так, чтобы это не вызвало подозрений, писал о том, что с ним все хорошо. С каждым днем тучи над Хогвартсом все сгущались, оповещая всех о приближении чего-то по-настоящему ужасного. Попутно Мэйсон пыталась связаться с друзьями, но, когда однажды попалась за попыткой вскрыть совятню, получила допрос с пристрастием в директорском кабинете. Благо, она с рождения была хорошей актрисой, из-за чего ей удалось отмазаться под предлогом желания написать отцу.       Кстати, о нем. За пару месяцев он написал ей всего раз, из-за чего девушка стала что-то подозревать, ведь раньше он присылал письма не менее двух раз в неделю.       Мысли буквально пожирали Кару изнутри. Она плохо ела, спала, ходила поникшая и полностью разбитая. Когда Кара поняла, что так больше продолжаться не может, она решила пойти к человеку, который точно даст ответы на все интересующие ее ответы.       Постучав несколько раз в кабинет Северуса, девушка, не дождавшись разрешения, влетела внутрь и встала напротив мужчины, что как обычно сидел за письменным столом.       — Мисс Мэйсон, — в своей привычной манере произнес Снегг, смерив девушку холодным взглядом, — что за наглость?       — Добрый вечер, директор, — процедила Кара, смотря ему прямо в глаза. — Я пришла за ответами.       — И что же вас интересует? — не без доли азарта спросил Снейп, скрепив руки в замок.       — Откуда Беллатриса Лестрейндж знает моего отца? И знаете ли его вы? — уверенным тоном спросила девушка, продолжая буравить Снегга тяжелым взглядом.       Пока это единственное, что ей не давало спокойно существовать.       — Мисс Мэйсон, вы правда хотите услышать ответ? — подняв бровь, недовольно произнес мужчина.       — Абсолютно.       — Что ж, тогда я вам отвечу. Странно, что за все эти годы вы еще не догадались об этом, но...       Он взглянул вмиг побледневшей девушке в глаза и всерьез задумался о том, стоит ли говорить ей всю правду. Но, взвесив все «за» и «против», Северус продолжил, понимая, что рано или поздно она все равно обо всем узнает.       — Кара, ваш отец, Стефан Мэйсон, один из Пожирателей Смерти.