Сломленные чувства

** Несколькими часами ранее, в квартире Акутагавы ** Рюноске всё время не давало покоя, куда же подевался Накахара после того, как Осаму уволок того из больничного крыла. Акутагава боялся реальности и не хотел её принимать, но инстинкты брали верх. Вспоминая моменты, когда Накахара был в больничном крыле, Рюноске восстановил в памяти очень важную деталь. Сколько раз он ни пытался навестить того, ему не позволяли, а разговор Накахары с Осаму только настораживал и лишь больше нагнетал обстановку. Не в силах больше ждать, Рюноскэ решил с утра отправиться в одну из квартир Дазая, где вероятней всего мог быть Чуя. Эта квартира находилась на окраине города, куда было крайне тяжело добраться. Все в мафии только и говорили, что должна была состояться какая-то важная встреча, на которой будет присутствовать в том числе и Осаму как представитель отсутствующего Накахары. ***** Когда Чуя очнулся, то в комнате Осаму не обнаружилось, но встать самостоятельно рыжий не мог. Тело болело: казалось, что его разрывало на мелкие кусочки. Верёвки и ремешки тёрли кожу, и в местах, где они были, остались синяки. На теле Чуи не было ни одного места без каких-либо увечий. Внезапно послышался грохот, доносившийся с первого этажа. Постепенно шаги приближались. Чуе стало страшно. Он начал думать о худшем варианте развития событий. В голову лезло одно: «А вдруг вор?». Что он сможет сделать в таком то состоянии? Через пару секунд замочная скважина щёлкнула, и в комнату вошёл знакомый человек, голос которого всегда помогал отвлечься от неприятных мыслей. Акутагава был в шоке. Ему было больно видеть Накахару в таком жалком виде. — Рю… но… скэ? Что ты здесь… делаешь? Не медля, Акутагава подошёл к рыжему и начал развязывать его. — Не беспокойтесь, Накахара-сан, Дазая-сана здесь нету, он сейчас с мафией, — оборвав цепь с помощью своей способности, Акутагава начал искать какую-ту одежду, дабы одеть рыжика. Одежду удалось найти, но вот одеть Накахару, для которого каждое прикосновение было адской болью, оказалось сложно. Акутагава потянулся к Чуе, но рука зависла в воздухе. Рюноскэ понимал, что может сделать только больней, правда другого выхода не было. Еле как одев Накахару, он взял Чую на руки, намереваясь отнести в машину. Но тот начал стонать от боли и съёжился в клубочек в руках мафиози. — Потерпите Накахара-сан. — Все нормально, Рюноскэ. — Да на вас живого места нет! Это Дазай-сан с вами сделал? — на вопрос Чуя ничего не смог ответить. Слова как будто застряли комом в горле и не хотели выходить наружу. Чуе было больно от мысли, что его изнасиловал любимый ему человек. — Значит, я прав. Выйдя во двор, Акутагава понёс рыжика в машину и усадил на передние сиденье рядом с собой, после чего завёл машину и выехал на дорогу. Всё время, пока они ехали, Чуя непроизвольно дрожал и немного постанывал от боли, кое-как пытаясь это скрыть. Не в силах это терпеть, Акутагава припарковался на обочине дороге и кое-что достал из бардачка. — Держите, выпейте это, — с этими словами Аку протянул Накахаре небольшую бутылку воды и таблетку. — Что это? — Это обезболивающее. Выпейте, — хрупкими и тонкими пальцами Чуя взял бутылку воды и препарат, но тут же опустил руки на колени. — Что случилось, Накахара-сан, вам плохо?! — Я-я не могу… Посмотрев на рыжего, Рюноскэ всё сразу понял. У Чуи настолько сильно дрожали руки, что ему было тяжело поднести таблетку к рту, не уронив. Взяв из рук Накахары таблетку и воду, Рюноскэ набрал немного жидкости в рот, затем вобрал обезболивающее. Приблизившись к Чуе, Аку впился тому в холодные и тонкие губы, пытаясь протолкнуть препарат. Пропихнув в того таблетку с водой, Рюноскэ отстранился и укрыл рыжего своим плащом. — Спасибо… — Отдохните. Дорога неблизкая. До дома Акутагавы оставалось где-то около часа езды, поскольку его место жительства находилось в центре города, в отличии от квартиры, откуда Рюноске увёз изнасилованного рыжика. Через пару минут Чуя уснул, тихонько посапывая.