De vuelta

Она села на диван и закрыла глаза, она чувствовала, как мир движется вокруг нее. Мобильник завибрировал, призывая к вниманию, ее ждали три сообщения. Первым был ее адвокат, она хотела поговорить с ней как можно скорее, вторым был ее представитель, просивший такого же внимания, как и адвокат, последний был от незнакомца, всего одна фраза составляла текст «Как ты себя чувствуешь?» Мэдисон внимательно посмотрела на свой телефон, она не понимала, кто мог получить ее номер, она надеялась, что это не сумасшедший фанат, у нее было несколько таких, и это не было чем-то смешным. Она решила сократить свои потери и заблокировала номер, если бы это был кто-то, кого она знала, она связался бы с ним или с ней другим способом. Затем она позвонила своему адвокату, актриса была полна решимости, она был лучшей для всех, особенно для нее, у которой было достаточно места, чтобы не чувствовать себя замкнутой, как в небольшой комната в особняке. Она оставила худшее напоследок, она устала, она не хотела спорить, и это будет сложный разговор, ее снова давно не хватало. И у меня был принятый фильм, который начнется через полтора месяца. Но Корделия была права, она не могла вернуться так быстро, не только потому, что ей нужно было исправить здесь определенные проблемы, на которые потребовалось бы много времени, или потому, что она действительно думала, что ее сердцу нужно будет отдохнуть, прежде чем вернуться к бесконечным дням записи. Если нет, то почему вопрос кружил у него в голове, действительно ли она хотела вернуться? Актерство — это все, что она когда-либо знала в своей жизни, были времена, когда это была вся его жизнь, не оставляя времени ни на школу, ни на друзей, ни на какие-либо развлечения или детство. И это вело ее по очень плохим путям, кроме того, как бы она совместила это с шабашом? не так уж много фильмов было снято в Новом Орлеане. Ей было о чем подумать, но в тот момент Мэдисон решила быть практичной, она позвонила своему представителю, чтобы все объяснить. Полчаса обсуждения с ним оставили в ее теле необходимость отправить все к черту и получить пару полосок кокаина. Отвергнув эту идею, она бродила по месту в поисках чего-то, что могло бы привлечь её внимание. Единственное, что подействовало, это старое пианино, оно было расстроено, и скамья хромала, но ее нужно было отвлечься. Она выучила основы, когда ей было семь лет, и на протяжении всей своей жизни у нее была возможность научиться чему-то еще, она не была экспертом, но сейчас это не имело значения. Мэдисон сняла покрывающую его простыню, села и начала нажимать ноты, понемногу из его внутреннего пространства выходили простые песни, это звучало плохо, но детские мелодии все еще можно было узнать. Звук падающих коробок разбудил ее от задумчивости, Корделия с сожалением посмотрела на нее. — Извини, я тебя напугала, пора ужинать, ты целый день здесь была. — Ты переживала, что я сбегу? — Нет, одна из девушек слышала, как ты очень много думаешь, она сказала мне, что ты была здесь. — Еще одна монахиня, как хорошо, — насмешливо сказала Мэдисон. — Пошли, рыба остынет. Ужин был повторением трапезы, думала Мэдисон. Она посмотрела на Зою, которая смеялась с Мисти, и подумала, сможет ли она когда-нибудь быть такой счастливой. Вся ее жизнь была основана на том, чтобы получать больше… Больше всего, больше денег, больше популярности, больше славы, больше власти… Вид ее улыбки после всего дерьма, которое она бросила в нее, заставляло ее чувствовать себя ничтожеством. Она перестала есть, посмотрела на Корделию, которая внимательно следила за разговором двух девушек, улыбалась, она тоже казалась счастливой. Она взяла бумажную салфетку и скомкала ее в руке, потом стала раскалывать лосося, убедившись, что ее никто не видит, сунула кусок в салфетку и сжала между пальцами. Она пила воду и огляделась, ничего, казалось, никто не заметил, расслабившись, украдкой бросила на пол еще один кусок и пнула его на другой конец стола. Она положила небольшой кусочек в рот и держал его, пока он не превратился в пасту, затем проглотила. Мэдисон осторожно засунул в ботинок комок бумаги с рыбой и начал крошить то, что осталось на тарелке, раздавая ему. Она была довольна своей работой, ее не рвало, и это был второй самый простой способ заставить исчезнуть пищу, в следующий раз она наденет платье с карманами. — Подвинь стул, — она ​​с удивлением посмотрела на девушку рядом с ней. — Какой? — Твое кресло! Подвинь его! Актриса посмотрела вниз и увидела, что куртка девушки лежит на полу, а ее стул зацепился за рукав. — Нет — Мэдисон знал, что это глупо, но хотела с кем-нибудь подраться. — Я хочу уйти, а ты меня не пускаешь. — Ну, а кто в этом виноват? — Ты! — она посмотрела на девушку, дерзко улыбаясь. — Я пока не хочу вставать, извини, тебе придется подождать. Девушка взорвалась, как воздушный шар, и почувствовала, как комната начала нагреваться. Мэдисон начал смеяться над лицом девушки, которое стало темно-красным, градус продолжал расти… Температура резко упала, когда Верховная схватила их обоих за плечо. Блондинка медленно сглотнула, она знала, что попала в беспорядок, но она была раздражена и хотела выпить, ей не помешало бы выкурить что-нибудь посильнее табака, а эта девушка раздражала. — Идите в свои комнаты и ждите меня там. Корделия прибыла через полчаса, она была немного растрепана и совсем не казалась счастливой. Мэдисон затушила сигарету о подоконник и швырнула ее в сад. Затем он попятился от окна перед Корделией. — Не хочешь сказать, почему ты испытываешь мое терпение в первый день? — Эта девушка была дерзкой. — А спорить с тринадцатилетней девочкой — значит быть незрелой. Эти двое посмотрели друг на друга, словно осмеливаясь сказать что-то еще, из-за этого между ними возникла электрическая связь. Это было напряженно, и Мэдисон не хотела ничего, кроме как положить этому конец. Корделия подошла к блондинке, пока их разделяло несколько дюймов, актриса почти могла наклониться и почувствовать запах духов из шеи учителя. — В следующий раз я тебя отшлепаю. Ты поняла? — Мэдисон, ошеломленная близостью, промолчала. Верховная вырвалась и зашагала по маленькой комнате, чтобы выбраться из нее, прежде, чем из уст Мэдисон сорвался дерзкий ответ. — Ты знаешь, как я люблю стонать, когда ты это делаешь. Корделия вышла из комнаты, не сказав ни слова, и Мэдисон восприняла это как победу, все еще улыбаясь, она пошла в ванную, которая была перед ее дверью. Она включила душ, чтобы согреться, когда она разделась, посмотрела на свое отражение в стекле, её кости были покрыты шрамами немного больше, чем необходимо, её кожа была бледной и холодной, как фарфор, и её волосы нужно было мыть, но в остальном все было хорошо. Хорошо было бы, если бы она не учла повязку, разделявшую его грудину. Она еще не видела шрама, когда медсестры сменили марлю в больнице, она просто отвела взгляд и обратила внимание на другую точку в палате. После Мэдисон сняла повязку и внимательно осмотрела повреждения, нанесенные скальпелем, это была тонкая красная линия, подсвеченная черными точками, которые соединялись с обеих сторон, медленно дезинфицируя область и покрывая ее. Она не хотела видеть это снова, это было самое уродливое, что она когда-либо видела, и это было в ней. Мэдисон глубоко вздохнула, надела пижаму и легла в постель, она была измотана. Она недолго провела в царстве Морфея, но посреди ночи проснулась с чувством, что за ней наблюдают. Она осмотрела комнату и не нашла ничего, что привлекло бы его внимание, но чувство все еще присутствовало. Она посмотрела на свой мобильный телефон в три часа ночи, и она больше не могла спать. Вздохнув, Мэдисон решила посмотреть фильм, чтобы уснуть. Когда внезапно краем глаза она увидела, как в зеркале формируется тень. Тень начала принимать форму человека, когда она повернулась к ней лицом, она исчезла. Она встала, подошла к своему отражению, прикоснулся к ней и медленно осмотрел её, однако не нашла ничего необычного. Мэдисон повернулась, чтобы вернуться к кровати, и снова увидела его, на этот раз голос сопровождал тень: «Мэдисон, ты вернешься в ад», — прошептал мужчина. В гневе она подняла один из своих ботинок и швырнула его в зеркало, которое треснуло от удара. Она вернулась в постель, где провел всю ночь. Корделия нашла ее в шесть утра с окровавленными руками и потерянными глазами. Она попыталась узнать, что произошло, но не получила ни слова. После исцеления две женщины отправились на короткую прогулку, чтобы укрепить сердце актрисы. Как только они закончили завтрак, они оба пошли в офис, где книги и бумаги переполнили стол Всевышней и теперь заполнили пол. — Здесь прошел ураган? — со смехом спросила актриса. — Ну, у меня слишком много дел, чтобы успеть собрать, так что оно накапливалось, Коко помогала мне, когда могла, но я думаю, тебе лучше сделать это. Корделия села на стул и начала складывать разные бумаги на пол. Мэдисон обошла офис и взяла пару интересных книг. — Что мне делать? — Начни с книг, которые у тебя есть в руках, проверяй их, нет ли в них заклинаний, зелья или… Ну, если в них нет ничего опасного, иди в библиотеку и поставьте их на одном из столов, Зоя будет отвечать за их классификацию и хранение позже. Если в них есть что-то, что может быть вредным, есть запертый шкаф, оставьте их там, — сказала она, давая Мэдисон довольно старый ключ. Поверхностно ознакомившись с их содержанием, она взяла еще одну, лежавшую под стопкой бумаг, она показалась очень старой. Мэдисон начала читать, когда вошла разъяренная Мисти, хлопнув дверью. Корделия подняла голову от документов, которые теперь завалили ее стол. — Что-то не так? — Что, если что-то случится? Вы спрашиваете меня, случится ли что-нибудь! Ну посмотри, ага! Как вы позволяете ей, — сказал он, указывая на Мэдисон, — читать самые секретные документы шабаша? — Хорошо, учитывая то, что сделала Коко, я подумал, что ей нужен еще один помощник. — А Голливуд обязательно должна быть? — Да, она единственная, у кого много свободного времени и это дает ей цель. Что все это значит? — Я не хочу, чтобы она была здесь. — Я тоже не хочу быть здесь, это действительно скучно, — с улыбкой сказала Мэдисон. Корделия посмотрела на нее, давая понять, что ей лучше держать рот закрытым и вернуться к чтению, затем она повернулась к Мисти, которая, казалось, выпускала дым из ушей. — Итак, вы приняли решение? Она будет рядом с вами каждый день часами, и вы надеетесь, что я не против. — Что тебя беспокоит? — Я боюсь, что эта сука использует эти документы против нас и заберет себе превосходство, вы же знаете, что она не лояльна никому, кроме себя. Но вы, конечно, очень счастливы, что ваша маленькая шлюшка у ваших ног. Поздравляю, Корделия, ты думаешь своей киской, как твоя мать. — Мисти, успокойся! — Нет, мы закончили. Ты будешь моим Всевышним, но не более того, забудь о том, чтобы приходить ночью в мою комнату в поисках секса. Мисти убежала, оставив ведьм более чем удивленными. — Значит, вы с Мисти… — Корделия задумчиво кивнула, — и к чему все это привело? — Ты знаешь, мы идем спать. — Аааа, а что из этого она знает? — Так, идем спать. — Ну это не что-то важное, с тех пор у меня был секс с несколькими людьми. — Да, как и с Зои. Корделия не могла не выбросить это с ненавистью и ревностью, но это был факт, они спали, и Мэдисон не могла этого отрицать. Удивленная актриса отложила книгу, которую читала, и, улыбаясь, села на колени Всевышнего, поднесла губы к уху Корделии и прошептала: — Не волнуйся, с тобой было намного веселее, мамочка. Кайл всегда был с нами, чтобы трахнуть его. Смущенная Корделия плавным движением приподняла девушку и ударила ее по заднице, от этого блондинка взвизгнула от возбуждения. — Возвращайся к своим обязанностям, Мэдисон.