I.N.Y.

      Намджун — студент-дизайнер. Когда он только поступал в университет, то хотел связать свою жизнь с миром моды и стать её законодателем, известным по всему миру, но на первом курсе что-то пошло не так, и Ким очень увлёкся дизайном интерьера, проектами фасадов и зданий.       Он вместе с мамой убирал все свои наработки для показов в коробки, что составляли десятки листов с видами со всех ракурсов, цветов и фасонов. Кимы перенесли их на чердак дома, а Намджуну пришлось создавать новые, только уже в виде кресел, обивок, планов комнат и расположения в масштабе. Миссис Ким полностью поддержала решение своего сына, ведь она не враг своему ребёнку, и очень его любила. К тому же, дизайнер — он и в Африке дизайнер, будь то в одежде или мебели. Лишь бы нравилось, потому что работа должна быть не только оплачиваемой, но и приносить удовольствие.       Намджун родился альфой и был очень неугомонным ребёнком. В детстве постоянно носился, сшибал стулья на кухне и разбивал стаканы. Женщина лишь улыбалась на выходки сына, но записала того в танцевальный кружок, чтобы мальчик хоть немного, но вымещал свою необузданную энергию в правильное русло. В подростковом возрасте Ким младший стал тише. Увлёкся учёбой, стал хорошо разбираться в точных науках и подался в репетиторство, беря шефство над ребятами в классе и младшими, помогая им с уроками. Потом, когда дело стало принимать хороший оборот, Намджун стал на этом зарабатывать и помогать маме-омеге, потому как отца у него не было, а продолжать сидеть на шее он не хотел.       Ким в любом случае благодарен обоим своим родителям, хоть его отец и умер, когда он был совсем ребёнком, тот оставил им немного наследства, что помогло справиться на первое время. Миссис Ким окружила сына заботой со всех сторон, стараясь дать любовь за обоих родителей. Даже, если этого не получалось, Намджун не винил её ни в чём, наоборот, относился с благодарностью и уважением, ведь у них всегда было, чем позавтракать и крыша над головой. Только дети растут, и когда альфа достиг совершеннолетия и закончил школу, то помимо репетиторства устроился на ещё одну подработку и взял на себя заботу о матери.       Он успешно совмещал и учёбу, и работу, но близилось время вступительных экзаменов, которые Ким постарался сдать хорошо, что и получилось, тоже освободив его от затрат на коммерческое отделение. Ему помогла и хорошая репутация, и рекомендации со школы, а также то, что он готовил к поступлению и сына декана на инженерный факультет, поэтому его способности хорошо знали. Это не говорит о том, что Намджун поступил «по блату», нет, это говорит о том, что он приложил достаточно усилий и потрудился, чтобы это заслужить.       И всё бы оставалось на своих местах, если бы на его голову вдруг не свалился Сокджин.       Они познакомились в коридоре университета, когда оба пытались найти нужные аудитории. Как выяснилось, у них она была одна, и специальности были очень близки по направлению, поэтому некоторые пары и предметы были совместными. Сокджин был милым и очень красивым, Намджун буквально залип, когда увидел его впервые, да и признаться, не только впервые.       Они быстро сдружились и стали очень близки. Это, наверное, как в начальной школе — с кем подружишься, с тем и поведёшься до конца школы. Но у них всё было как-то иначе. Сначала много неловкости, потому как оба не знали, как себя вести, потом привыкли к обществу друг друга, зависали в компании общих знакомых, много переписывались и помогали всем, чем могли. Сокджин был трепетен по отношению к другу, — заботился о его самочувствии, помогал успокоиться и поддерживал, спрашивал, не забыл ли Ким позавтракать и какую кружку ему подарить, если он снова разобьёт свою любимую. Альфа млел от нежности и искренности. Джин очень красив, Намджун не устанет это повторять, а ещё с прекрасным добрым нравом и любовью ко всему, поэтому вначале к нему часто пытались подкатывать другие парни, иногда тактильно, сразу извиняясь, если тот говорил нет, другие отказа не принимали и действовали более нагло, даже пытались насильно затащить того в постель. Намджун оказался рядом совершенно случайно и буквально озверел, когда увидел плачущего омегу, зажатого в грязном переулке кем-то до одури мерзким. Язык не поворачивается назвать таких мужчин альфами. Омеги, как считал Ким, — это самое прекрасное, что могло появиться в их жестоком мире. Их нужно греть в своих руках и дарить тепло, а не приносить боль.       Намджун притащил парня к себе, извинившись перед мамой за такое вторжение и весь вечер отпаивал чаем, предложив свои вещи и плечо, как подушку для слёз. Отпускать его домой альфа наотрез отказался, заверив, что никто никого совершенно не стесняет, — да и куда он пойдёт, ведь ночь на дворе. Когда Сокджин уснул, Ким накрыл того одеялом, оставив одного и наконец спустился в гостиную, где Миссис Ким потребовала все подробности про кто это, что случилось и почему. Альфа не стал скрывать правду, рассказал об их дружбе и о том, что произошло. Женщина смотрела на него с неким прищуром, сказав о своей гордости, потому что воспитала достойного мужчину, но в конце разговора мягко поинтересовалась, нет ли между ними чего-то больше, чем дружбы. На это Намджун ничего не ответил, а на следующий день проснулся от смеха на кухне и запаха чего-то очень вкусного.       Сокджин с мамой о чём-то мило беседовали, когда Ким появился в комнате, пожелав всем доброго утра, улыбаясь. Картина была замечательной, и альфа ненадолго подумал, что был бы рад, если бы это не заканчивалось. Кажется, его смятение почувствовала и Госпожа Ким, поэтому вышла, оставив парней одних, сославшись на то, что ей уже пора. Даже сейчас Намджун помнил тот разговор дословно.       Flashback.       Омега накрывает блинчики полотенцем, чтобы те не растеряли тепла и подходит ближе к другу.       — Спасибо… Не знаю, что бы со мной было, если бы не ты, — Сокджин мягко улыбается, но Намджун видит, что вчерашние потрясения ещё не до конца отпустили парня, да и вряд ли забудутся когда-нибудь.       — Не говори так, я сделал то, что должен был, но теперь пообещай. Если что-нибудь случается, ты сразу же звонишь мне, в любое время, в любом месте. Я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе, — он кладёт руки на его плечи и слегка сжимает, от чего Ким старший немного краснеет.       — Я обещаю, что постараюсь не доставлять тебе неудобств.        — Брось, Джинни, мы же друзья, и вообще, я не это должен был услышать, — альфа закатывает глаза и позволяет себе тихо рассмеяться.       End of Flashback.       Следующие полтора года были настоящим счастьем, полным неожиданностей и приятных ситуаций, и Намджун с каждым днём понимал, что влюбляется в омегу. И не любить его было невозможно. Этот взгляд с огоньками в глазах, широкие плечи, мягкость кожи, волосы, к которым Киму безумно нравилось прикасаться, голос, смех. Чуть позже альфа познакомился и с семьёй Сокджина, отмахиваясь от всех слов и благодарностей после того, как им пришлось рассказать историю их сближения. Он не понравился только младшему брату омеги — Тэхёну, и совершенно не понимал почему, ведь не сделал тому ничего плохого или из ряда вон выходящего.       В один день Намджуна вызвали в деканат и рассказали о том, что у парня есть возможность получить грант на годовое обучение в Америке по программе обмена студентами. Альфа был рад и обещал подумать. Первым об этом узнал Сокджин, с которым парень решил посоветоваться. После всего рассказанного за чашкой кофе, омега поддержал друга на все сто, пожелав ему успеха на новом месте, но странно промелькнувшую грусть в глазах собеседника Ким заметил.       — Что-то не так, Джинни?        — Нет, с чего ты взял, — омега отводит взгляд, опуская его на чашку, делая вид, что рассматривание пенки на напитке очень увлекательно.       — Не ври мне, — просит Намджун и подаётся вперёд, чтобы накрыть его ладонь своей.       — Я боюсь, что ты забудешь меня и больше никогда не вернёшься…        — Джинни, ну, что за глупости ты говоришь. Как я могу оставить тебя, я ведь обещал, что всегда буду рядом. Хочешь, я никуда не поеду?        — Нет, нет, нет, — Сокджин спешно отмахивается. — Я никогда не прощу себе того, что из-за меня ты отказался от своей мечты. Просто пиши мне почаще, чтобы я знал, что ты жив и здоров. И никаких отговорок, что у меня появился омега, и он запрещает мне с тобой общаться, понятно?        — Обещаю, — Намджун смеётся. «Никаких омег, я ведь люблю тебя», — остаётся неозвученным.       Они долго прощались в аэропорту, пока Ким младший всё приговаривает, что обязательно вернётся и никогда не бросит. Сокджин прижимается к его груди, тихо всхлипывая, потому что эмоции берут вверх. Он не хочет отпускать его и расставаться, но объявляют посадку на рейс, и Намджун уходит, прежде коротко целуя парня в лоб и тут же отворачиваясь, чтобы не видеть взгляд и лица возлюбленного, потому что тогда точно бы бросил всё и остался.       Омега обнаруживает, что заблокирован во всех мессенджерах следующим утром, и его охватывает паника вместе с истерикой, потому что не понимает, что произошло, а Намджун не пишет ему ни сегодня, ни через несколько дней, ни через неделю, из чёрного списка не убирает, да и в сети больше не появляется.       Сокджин морально уничтожен.