Часть 6
13 марта 2021 г., 13:28
– Дай-ка я попробую угадать, её звали Кенди, и она была знойная блондинка и чирлидерша? – спросил Джаред, перебирая пальцами мягкие пряди волос Эклза.
– Даже близко не то, – фыркнул тот, жмурясь, как сытый кот от ласки.
– Ну, тогда у меня больше нет вариантов. Я просто был уверен, что в школе ты был капитаном футбольной команды, на тебя вешались все девушки, и твоей первой любовью просто должна была быть самая популярная девушка в группе поддержки .
Дженсен засмеялся, щекоча дыханием грудь любовника.
– Всё было совершено наоборот. Да, я был в команде, но всего-навсего фулбэком*. И в команду я пошёл именно из-за капитана. Он-то и стал моей первой любовью.
– Так ты уже тогда... – Джаред замолчал, пытаясь подобрать слова, чтобы закончить свой вопрос.
– Да, я уже в школе знал, что мне нравятся парни. Но моим мокрым мечтам не суждено было сбыться. Том Уэллинг, капитан, был бо́льшим натуралом, чем вся футбольная команда вместе взятая. Так что мне ничего не светило.
– И я этому чертовски рад, – мурлыкнул Джаред, опрокидывая любовника на спину и вжимаясь в него всем телом. – Рад, что ты не достался этому Тому.
Эклз хмыкнул, в его глазах загорелся лукавый огонёк.
– Знаешь, а он был очень горяч. Высокий, накачанный, темноволосый. Чем-то похож на тебя. В старших классах я стёр себе всю руку...
– Ну всё, – прорычал Падалеки, впиваясь в шею Дженсена. – Сейчас ты у меня доиграешься.
Джей знал эту игру. Его парень специально провоцировал его, так сказать, нарываясь на «наказание». Эклз захохотал, но тут же стал сопротивляться, пытаясь занять ведущую позицию, но Падалеки ему уступать не собирался. Их игривую возню прервал внезапный звонок в дверь.
– Ты кого-то ждёшь? – спросил Джаред, останавливаясь.
– Нет, – ответил Дженсен и, воспользовавшись его заминкой, резко поменял их местами, оседлав бёдра Падалеки.
– Пусть катятся к чертям, – прошептал он и, наклонившись, дразня, лизнул нижнюю губу партнёра.
Звонок опять повторился, кто бы то ни был, но он, похоже, не собирался уходить. Дженсен недовольно застонал и поднялся с кровати.
– Жди меня здесь, – бросил он Падалеки, натягивая домашние штаны. – Я мигом разберусь с этим нахалом, и мы продолжим начатое.
Джаред улыбнулся ему и раскинулся на кровати, разомлевший и счастливый. Он смотрел в потолок и думал, что ему нравится проводить с Дженсеном выходные, нежась в кровати вдали от всего мира, это лучшее, что происходило с ним и было похоже на сбывшуюся мечту. Он уже давно перестал задумываться о будущем и радовался каждому счастливому моменту вместе с любимым. Но время от времени, он тайно мечтал познакомить Дженсена с родными, или, не боясь, поцеловать его в людном месте. В чём-то Эклз был прав: Джаред хотел большего, чем тайный роман. Он действительно хотел уютный домик за белым забором, где бы они могли просыпаться каждое утро вместе с Дженсеном, а по выходным устраивать барбекю и, возможно, даже завести подобие семьи. Но с любимым Падалеки этими мечтами не делился, боясь, что тот его неправильно поймет, решив, что Джаред хочет нормальную жизнь. А нормальная жизнь, в понимании Эклза, – это классическая семья с женой домохозяйкой и детишками. Дженсен понимал, что не сможет дать этого Джареду и иногда спрашивал, не жалеет ли Джаред, что отказался от этой мечты. За этими, вроде бы, шутливыми вопросами, Падалеки замечал тщательно скрываемую тревогу. Он знал, как он дорог Дженсену и как тому тяжело будет отпустить его, если он однажды, всё же, решит изменить своё решение. Но Джаред ни на минуту не допускал подобных мыслей. Он был счастлив с Эклзом и не собирался менять это счастье на все богатства мира.
За раздумьями Падалеки и не заметил, что Дженсена нет уже долгое время.
– Дженс, если ты не поторопишься, я начну без тебя, – крикнул он, приподнимаясь на локтях и всматриваясь в сторону прихожей.
Так как ответа не последовало, Джаред поднялся и вышел из спальни, завернувшись в простыню. Возле небольшого столика в прихожей стоял Эклз, под его ногами валялась открытая упаковка от посылки, а в руках он держал лист желтоватой бумаги.
– Что это? – спросил Падалеки, подходя ближе и в полутемном освещении замечая, что лицо Дженсена словно окаменело.
Тот ещё раз пробежался глазами по напечатанной на бумаге строчке и смял лист. На лице Эклза отразился гнев и появилась решительность.
– Что случилось, Дженс? – перепуганно спросил Падалеки, подходя к напарнику ближе и пытаясь заглянуть ему в глаза.
– Так и знал, что всё это не просто так, – ответил Эклз и нервно зашагал по комнате. – Я оказался прав в том деле с Пеллегрино.
– Что?! – оторопел Джаред. – Ты не бросил его? Чёрт, Дженс, ты же обещал...
– Конечно, я не бросил его, – нервно ответил Эклз, словно удивился, что Падалеки спрашивает такую глупость. – Я не мог это просто так оставить. Я ещё раз решил проведать соседку Кэти и знаешь что? Она пропала, сбежала, уехала куда-то, словно растворилась. Или её кто-то так напугал, или, в худшем случае, с ней произошло тоже самое, что и с Кэти, просто тело спрятали намного лучше. Я продолжил копать, искать новую информацию о Пеллегрино, и, кажется, кому-то это не понравилось.
– О чём ты? – не понял Джаред, хотя вдоль позвоночника пополз липкий страх, словно в предчувствии чего-то неизбежного.
Дженс кивнул на открытую упаковку на полу.
– Это я нашёл под дверью. Курьер оставил её у двери, решив остаться неизвестным. А внутри была только эта записка.
Падалеки, нервно прикусив губу, взял протянутый ему скомканный ранее Эклзом лист бумаги и посмотрел на ровные чёрные печатные буквы:
«Остановись или пожалеешь».
На минуту сердце пропустило удар, и Джаред поднял огромные глаза на напарника, которого угроза явно не пугала. – Дженс, это уже не шутки. Это предупреждение. Эклз задумчиво потёр подбородок: – Надо же. Это значит, что я на правильном пути. Что ж, надо ещё кое-что проверить. – Дженсен, ты что не понимаешь? Если ты действительно прав, и Пеллегрино замешан в чём-то незаконном, то такие люди ни перед чем не остановятся. Ты для них просто букашка. Они раздавят тебя, не моргнув глазом. Пожалуйста, – Джаред судорожно вцепился в руку напарника, – прекрати это. Отдай то, что ты нарыл Моргану, пусть он передаст это дело дальше. Дженсен удивлённо поднял брови, кажется, он совсем не разделял обеспокоенности Падалеки. – Джей, ты что думаешь, что меня это остановит? Эти идиоты думают, что их пустые угрозы могут меня напугать. Не на того напали. А что касается Моргана, то мне нужно добыть ещё кое-какие улики. Ты сам говорил мне, что у меня недостаточно улик для дела. – Джен, они могут убить тебя! Ты что не понимаешь этого... – Да брось, Джей, я могу за себя постоять, – улыбнулся Дженсен, притягивая к себе любовника. – Но мне очень приятно, что ты так за меня волнуешься. Обещаю, я буду осторожен, – прошептал он в губы Падалеки. – Я сам всё расскажу Моргану, – попытался вырваться из объятий Джаред. – Нет! – строго припечатал Эклз. – Не смей. Я сам разберусь! – Но, Дженс... – Джей, – Дженсен опять притянул его в объятия, – всё со мной будет хорошо. Что я за полицейский такой, если испугаюсь глупой записки. И Джаред согласился, обречённо вздыхая. Дженсен был прав. Он был таким, каким был. Отчасти именно из-за этого умения двигаться вперёд, не обращая внимания ни на что, и упрямого характера напарника, он его и любил. Что ж, оставалось надеяться, что всё обойдётся, но Джаред твёрдо решил для себя, что теперь не спустит с Эклза глаз, чтобы в любой момент, если ему понадобится помощь, прикрыть ему спину.***
Падалеки зажал в захвате Эклза, кинул на пол и оседлал, заломив руку. – Что с тобой? – спросил он, поднимаясь и протягивая партнёру ладонь. С Дженсеном было что-то не так с самого утра, а теперь, во время спарринга, он совсем был не в форме, потому что легко позволил себя победить. Раньше Эклз ловко уходил от захватов, грациозно ускользал из рук и уложить его на лопатки было не так-то просто. Дженсен поднялся и, взяв с лавки полотенце, ответил, вытирая от пота лицо и шею: – Целый день не могу дозвониться до Мак... Падалеки не очень понимал волнение напарника, зная его ветреную сестру, не было ничего странного в том, что она пропадала на некоторое время. Такое уже случалось и не раз. – Мы должны были встретиться вчера вечером, – продолжил Дженсен, направляясь к душевым. – Но она не пришла, а сегодня целый день не отвечает на звонки. – Может быть, она опять зависает с очередным ухажёром, – попытался успокоить напарника Джаред, хотя уже и сам мало в это верил. Что не говори, но на встречи с Дженсеном Маккензи приходила исправно, ведь у этих встреч всегда был один итог: определённая сумма денег перемещалась из кармана Эклза в карман его сестры. Девушка назначала встречи только в одном случае, когда ей была нужна финансовая помощь, поэтому не явиться за деньгами она точно не могла. – Я еду к ней, – быстро приняв душ, бросил Эклз. – Постой, – задержал его Падалеки, – я поеду с тобой. – Зачем? – Джен удивлённо вскинул бровь, но наткнувшись на не терпящий возражений взгляд напарника, только пожал плечами. Джаред поспешно оделся и последовал за Дженсеном к его машине. Дорога до места, где Маккензи Эклз снимала жильё, заняла чуть больше часа, и всё это время Падалеки не мог отделаться от тревожного ощущения. Дженсен тоже был хмур, он постоянно выжимал педаль газа и нервно постукивал пальцами по рулю, когда вынужден был останавливаться на светофорах. Когда они вышли из машины возле одного, словно под копирку сделанного, здания, где была квартира Маккензи, Эклз даже не подумал о том, что оставлять здесь машину небезопасно, а сразу рванул к двери. Джаред поспешил следом за ним. Лифт по закону подлости не работал, и им пришлось подниматься по лестнице. До дверей квартиры они добежали уже изрядно запыхавшиеся, и Дженсен сразу забарабанил в дверь. – Мак, открой, – крикнул он и, не дождавшись ответа, опять заколотил в дверь. В тишине, что наступила после этого, из-за двери послышалась тихая музыка, но никаких шагов. Дженсен минуту вслушивался в происходящее за дверью, а потом с разгона попытался высадить дверь плечом. – Может она куда-то ушла и просто забыла выключить телевизор? – попытался остановить его Падалеки, но Эклз его не слушал, продолжая выбивать дверь. Из соседней квартиры выглянула перепуганная пожилая женщина, и Джаред тут же успокоил её, показывая значок. – Всё в порядке, мэм, полиция Нью-Йорка. Когда вы в последний раз видели Маккензи? Женщина испуганно посмотрела на осатаневшего Эклза и, запинаясь, ответила: – К-кажется, в-вчера утром. Ч-что происходит? Она что-то натворила? Последний её вопрос утонул в треске выломанной двери и, оставив недоумевающую женщину без ответа, Джаред бросился следом за Дженсеном, который рванул внутрь квартиры. Сделав первые несколько шагов, Падалеки почувствовал странный запах: сладковатый и тошнотворный. Так воняют... трупы, когда пролежат в закрытом помещении около суток. Дрожащими руками Джаред толкнул дверь в небольшую спальню и замер в ужасе. На минуту происходящее перед ним разбилось на кадры, как в кино: маленькая, но красиво обставленная и чистая комната, включенный телевизор, по которому шла реклама, и Дженсен, упавший на колени возле кровати, на которой лежала его сестра. Взгляд Маккензи был остекленевший и направленный в потолок, светлые волосы рассыпались ореолом вокруг головы, а из вены на левой руке торчал шприц.
Примечания:
*Фулбэк — игрок, специализирующийся на выполнении оборонительных функций.
