Look Me In The Eye & Tell Me You Won't Go

Чимин делает глоток разбавленного имбирного чая и захлопывает дверь машины, направляясь к больнице. Он так торопился сегодня утром, проспал из-за плохого самочувствия, так что ему пришлось взять кружку с собой. Немного чая пролилось на рубашку, когда он толкнул рукой входные двери. Блять. Он так ненавидит болеть. — Чиминни. Вечеринка сегодня ночью. Скажи всем, — говорит ему Тэхён, подходя вместе с Чонгуком и Юнги. — Во сколько? — Около 10? После смены, если все пройдет нормально. — Ладно, — Чимин шмыгает носом, отпивая еще чая. — Воу. Ты в порядке? — спрашивает Тэхён, делая шаг в его сторону. — Нормально. — Я правда не думаю, что мы должны устраивать вечеринку без одобрения Юнги, — произносит Чонгук, перекидывая через плечо свою сумку. Он понижает голос до шепота. — Технически, он наш домовладелец. — А я полностью против. Абсолютно. Всеми фибрами души против, — подтверждает Юнги. Тэхён вздыхает. — Какой урок мы выносим каждый день, работая в этой больнице? — Нельзя раниться? — спрашивает Чонгук. — Не быть идиотами? — язвит Юнги, вызывая лифт. — Жизнь ценна, — предлагает свой вариант Чимин. — … нет, нет и нет. Жизнь коротка. Везде вокруг нас умирают люди. А мы здесь, в наших телах, такие привлекательные. Это наше право… нет, обязанность сделать что-то с этим. — Ты имеешь ввиду… эм… флиртовать с другими людьми и всякое такое? — Чонгук пялится на Тэхёна, приоткрыв рот. — Мой милый Куки, — вздыхает Тэхён, взъерошивая его волосы. — Не говори мне, что отжимаешься и делаешь каждый день все эти упражнения, тяжело дыша, что я могу отчетливо слышать, потому что стены чертовски тонкие, только для того, чтобы носить на руках пациентов с переломанными костями. Потому что в таком случае, мне тебя очень жаль. Он оглядывает Чонгука с головы до ног. — Очень, очень жаль. Чонгук краснеет. — Ну, иногда, я представляю… — Можешь не продолжать, — поднимает руку Тэхён. — Я про то, что мы должны устроить вечеринку, потому что не знаем, сколько нам еще осталось жить. Двери лифта открываются, и они все вместе входят внутрь, нажимая на кнопку пятого этажа. — Подождите! Чимин дергается, слыша голос. Боже, этот голос. В лифт заходит Ким Намджун, а за ним и Чон Хосок. Они нажимают кнопки 16 и 21 этажа. — Утречка, новички! — приветствует Хосок. — Сегодня в отделении неотложки? — Да! — Чонгук аж светится. — Я так взволнован. Чимин смотрит в зеркальный потолок, наблюдая, как Юнги жмется в углу лифта. — Привет, доктор Мин, — говорит Хосок, тоже смотря на Юнги и махая его отражению. Юнги слегка улыбается, но машет в ответ. Намджун тоже оглядывается, ловя взгляд Чимина. — Привет, Чимин. — Привет? Тэхён оглядывается, высунув кончик языка. — Мы что сейчас разговариваем через зеркало? Приветики всем. Мы устраиваем вечеринку в нашем доме сегодня, вы все приглашены. — Во сколько? — одновременно спрашивают Намджун и Хосок. Чимин улыбается, когда видит, что Юнги бросает на Тэхёна грозный взгляд. — Около десяти, плюс-минус? Возьмите с собой напитки. *** — Все в линию! — Ким Сокджин врывается в отделение неотложной помощи, одетый для операции, но накинувший сверху белый халат. Он несет в руках еще халаты, перчатки и коробку с масками, а потом бросает все это интернам. Каждый ловит свой комплект, кроме Чимина. Его комплект приземляется на кресло-каталку. Сокджин оглядывает его. — Вы, объективно, не совсем собраны для работы. — Простите, доктор Ким. Сокджин игнорирует его. — Одевайтесь. Я только что получил срочный вызов. Крупная авария в центре города, автобус врезался во внедорожник. Ожидаемое время прибытия — 10 минут. Подготовьте носилки и держите бинты и повязки под рукой. Будьте готовы к участию в экстренных операциях, если возникнет такая необходимость. Теперь, самое время вспомнить, как правильно интубировать* пациентов. С этими словами, Сокджин торопливо снимает свой халат, бросая его на незанятую каталку. При свете его волосы кажутся особенно красивыми, словно ангельскими. Он облизывает губы, а потом надевает перчатки. Ну точно Эльза, думает Чимин. — Передняя линия. Чонгук, Тэхён, вы идете со мной, — он направляется к аварийному выходу. — Готовьтесь носить пациентов. — Хорошоооо, — слышит он Чонгука, который направляется к нему. — Вторая линия, Юнги и Чимин, подготовьте каталки и носилки. Готовьтесь принимать. Чимин и Юнги отступают назад, и идут к выходу ждать скорую. Вторая линия — коротышки. Чимин делает глубокий вдох, надевая халат. Соберись. Он смотрит на Юнги. — Уже слишком поздно для секс-шутки про готовность к приему? — усмехаясь, говорит Юнги. — Я бы сказал, что да, но ты уже рассказал ее. — Туше. Мы должны быть благодарны, что у нас есть Чонгук, потому что я не собираюсь начинать заниматься спортом, — произносит Юнги, наблюдая, как Чонгук выносит пациента из скорой. — Никогда. *** Чимин хмурится. Он занимался пациентом, который пострадал в аварии меньше всего: один из пешеходов, которого задели осколки от аварии. Этот парень, эммм, мистер Кан, получил лишь несколько синяков на животе. Кровотечения нет, рентген чистый. Ему нужно было лишь наложить пару швов, наложить повязку, и на этом всё. Возможно ему не стоило приходить на работу сегодня, но мысль о том, чтобы остаться дома, где на полках лежит только немного имбиря и пиво, которое скорее всего испортилось — хуже, чем выйти на работу с риском чихнуть на пациента. — Всё хорошо, — говорит он мистеру Кану, когда приклеивает пластырь. — Я сообщу доктору Киму. — Доктор Ким? — Чимин хлопает его по плечу. Сокджин курирует интубацию, которую проводит Чонгук на водителе одной из пострадавших машин. Подушка безопасности раскрылась слишком поздно, а еще он не был пристегнут, так что его легкое сжалось от давления. — Очень хорошо, доктор Чон. Отличная работа, — Сокджин придвигается ближе, чтобы рассмотреть гортань. — Боже. Я даже почти боюсь спрашивать на ком ты практиковался. Чонгук смотрит в пол и краснеет. — Спасибо, доктор Ким. Я изучал операции по дренажу легкого. Я связался с врачами, сюда пришлют еще несколько человек. — Хорошо. Я разберусь с ним, а ты подготовься к операции. — Хорошооо. Они двинулись к следующему пациенту — вывихнуто бедро и плечо, ожидает рентген грудного отдела и ЭКГ после травм такого рода. Такое назначение дал ему Тэхён. — Не плохо, доктор Ким. Совсем неплохо. И пациент даже улыбается после аспирации. Тэхён усмехается, а потом хмурится. — Грустно, ей даже не нужна операция. Сокджин не может сдержать смех. — Пожалуйста, не говорите такого при пациенте. Чимин неловко топчется позади них и снова хлопает Сокджина по плечу. — Доктор Ким? — Что? — Сокджин разворачивается к нему. — С мистером Каном все в порядке. — И что ты прикажешь мне делать с этой информацией? — Ну. А что мне с ним делать? С ним все в порядке. — Ты мог бы выписать его? Это не тюрьма, Чимин. Мы позволяем людям уходить домой. Ты в порядке? Может ты болен? Сокджин наклоняется к нему. Чимин трясет головой. — Нет! Я просто недостаточно спал. Я в порядке. *** — Тебе следует пойти домой, — говорит ему Юнги, откусывая яблоко, когда они встречаются на обеде. — Думаю, ты болен. Твой голос очень странный, а нос красный. — В 14 раз повторяю, я не болен, — и как по команде, Чимин начинает чихать на всю столовую. Юнги протягивает ему маску. — Может наденешь ее? Чимин вздыхает, но натягивает маску. — Ладно. — Чимин? — Да? — Ты когда-нибудь слышал о слове «заразность»? Чимин встает и начинает собирать свои вещи. — Я не собираюсь уходить домой и не собираюсь никого заражать, потому что я не болен! *** Чимин только что закончил промывать желудок двум студентам, которые прибыли с алкогольным отравлением — они выпили две бутылки джина на пустой желудок — когда Намджун заходит в приемную. — Кто здесь главный? — его голос эхом отражается в комнате. — Сокджин? Ким Сокджин, ты где? — Доктор Ким, ну, другой доктор Ким, он на операции. Я… я тут главный, — встает Чимин. — Оу, — Намджун улыбается. — Привет Чимин. Прости, что кричал. Просто с Сокджином мы обычно так и оремся. Не важно, меня позвали осмотреть пациента с травмой головы. Они сказали, что он пострадал в утренней аварии и, что у него нет никаких проблем, кроме потери чувствительности в правом мизинце. — Да. Это она на самом деле. Ее имя миссис И. Она была во внедорожнике, все ее анализы в порядке, но она все еще не чувствует палец. Она может двигать им, но чувствительности нет. Намджун кивает, отодвигая занавеску, и подходит к кровати. — Здравствуйте, миссис И. Я доктор Ким Намджун, глава нейрохирургии. Не нужно паниковать, я просто пришел осмотреть вас. Я слышал, что у вас проблемы с правым мизинцем, да? — Да, я… я не чувствую его, — кивает миссис И. Намджун дотрагивается до ее пальца. — Ничего? Никакой боли, покалывания? Не чешется? — Ничего. Намджун кивает. — Что вы делали в машине? — Наносила помаду. Когда автобус врезался в нас, боковое зеркало отлетело и ударило меня, но в остальном все в порядке. Я не знаю, что не так с моим мизинцем. — Не беспокойтесь. Скорее всего это периферическая невропатия*. Я назначу вам пару тестов, и мы, скорее всего, сделаем вам несколько уколов, которые помогут декомпрессировать пораженные нервы и сосуды. Просто расслабьтесь, мы позаботимся о вас. — Спасибо, — кивает миссис И. Чимин задвигает занавеску, когда они отходят от нее и идут к посту. — Можешь позвонить в радиологию и попросить их назначить электромиографию? А еще в патологию, чтобы провести тест на невропатию. Скорее всего это будут просто стероиды. Чимин записывает, все, что сказал Намджун, а затем звонит докторам. Он удивляется, когда замечает, что Намджун все еще здесь. — Что-то еще, доктор Ким? Намджун трясет головой. — Ты болен? Ты выглядишь не как обычно. Чимин вздыхает и хмурится. — От тебя еще не хватало. Все спрашивают меня об этом с самого утра. Я не болен. Я в порядке. Я не хочу идти домой. — Ты пойдешь на вечеринку Тэхёна? — Конечно, — Чимин улыбается. — Тогда увидимся там. — Что за вечеринка? Чимин оглядывается и видит только что вошедшего Сокджина. — Привет, Намджун. Так мило, что ты наконец-то почтил своим присутствием моих пациентов, после того, как я вызвал тебя по пейджеру, ну не знаю, два часа назад? — Извини, конечно, но нейрохирургические операции нельзя прерывать, когда тебе вздумается. Я знаю, что в твоем отделении все происходит супер-пупер быстро, но в случае хирургии на мозге, все немного не так работает. Чимин уже проконсультировал меня по поводу миссис И. Я уже назначил несколько тестов, так что не выпрыгивай из трусов. Сокджин усмехается. — Мои трусы, Намджун, не твое дело. Ладно, Чимин. Иди домой. ТЫ болен. Ты выглядишь, как дерьмо все утро. — Но я… — Чимин открывает рот, чтобы ответить. — У тебя жар. Я почувствовал это, когда ты спрашивал о мистере Кане. Твой нос течет, он просто отвратительный и красный. А из кармана торчит охапка сопливых салфеток. Иди домой. Операция закончилась, так что мы легко найдем тебе замену. ИДИ ДОМОЙ. Или ты просто хочешь пропустить вечеринку? — Я не болен, правда. Я в порядке. И да, я хочу пойти на вечеринку, я остаюсь тут не поэтому. — Тогда, если не пойдешь домой, то иди хотя бы в ординаторскую и поспи. Прими жаропонижающее из аптечки. — Как бы мне не хотелось соглашаться с ним, но он прав, — вздыхает Намджун. — Пойдем, я провожу тебя. Сокджин приподнимает бровь. — Ух ты, не знал, что ты теперь занимаешься благотворительностью. Чимин хочет добавить что-то еще, но Намджун уже выводит его из отделения. *** — Ты правда собираешься просто сидеть тут и смотреть на меня? — Чимин смотрит на Намджуна с верхней койки. Намджун сидит на одном из стульев. — Да. Пей свое лекарство и засыпай. Я правда не понимаю, почему бы тебе просто не пойти домой. Мир не рухнет, если ты покинешь больницу. Чимин глотает таблетку и запивает ее водой, а после берет еще одну, но уже витамины. Он облокачивается на подушку. — Я просто не хочу быть дома, ясно? Моя семья живет за границей, так что я постоянно один. Я не люблю находиться в своей квартире, потому что она такая пустая и одинокая. Ты знаешь кто у меня записан, как экстренный контакт? Намджун трясет головой. — Юнги. С которым я познакомился, сколько, неделю назад? Намджун кивает. — Ясно. И поэтому же тебе так хочется пойти на вечеринку? Чимин снова вздыхает. — Да. Намджун встает со своего места и начинает забираться к нему на верхнюю койку. — Что ты делаешь? — паникует Чимин, сдвигаясь к краю кровати, пока она вся трясется от их движений. — Расслабься, боже. Я не собираюсь набрасываться на тебя. — Прости, просто… — Чимин краснеет. — Я просто хотел проверить, есть ли у тебя жар, — смеется Намджун. — Ох, — Чимин замирает, когда ладонь Намджуна касается его лба. — Не хочу прозвучать двусмысленно, но ты горячий Чимин. Слишком горячий. Мне кажется лучше кому-то отвезти тебя домой. *** Чимин пытается придумать отговорку, чтобы пропустить вечеринку Тэхёна, но в голове пусто. Лицемер, говорит он сам себе, но даже сам не верит в это. Он ворочается под одеялом, которое натянул до самого подбородка. Я болен, пишет он, наконец. Но как только отправляет сообщение, то понимает, что уже чувствует себя лучше. — Что ты делаешь? — кричит он, слыша шорохи с кухни. Он чувствует себя некомфортно, когда кто-то посторонний копается в его вещах. — Ничего. Просто кипячу воду, чтобы сделать чай. А еще я заказал куриный суп и булочек из заведения неподалеку. Почему ты так нервничаешь? — Ты можешь что-нибудь сломать. — Я хирург, имей хоть какую-то веру в меня. — В моей семье у всех легкая рука. — Я слышал об этом. Намджун возвращается с чашкой горячего имбирного чая с лимоном и медом. — Он кислый и не особо вкусный, но все равно выпей, тебе полегчает. Чимин садится и берет чашку, дуя на нее, прежде чем сделать глоток. Он чувствует тепло и спокойствие, попивая чай. Он видит, как Намджун наблюдает за ним. — Тебе нужно вернуться в больницу. Намджун усмехается, а потом раздается звонок в дверь, и он встает, чтобы принять доставку. — Ты разве не слышал, Пак Чимин? Никто не указывает мне, что делать.