Look Me In The Eye & Tell Me You Won't Go

Чонгук нервничает, кажется, впервые в жизни. Слово «нервничать» вообще никогда не входило в его лексикон. Он всегда был хорош во всем: в учебе, в спорте, в знакомствах с новыми друзьями. А что касается другой сферы, той самой, о которой утром говорил Тэхён, то он просто не думал об этом много, до сегодняшнего дня. Конечно, влечение было. Чонгук с раннего возраста осознал, кем он был. У него были влюбленности, он бесспорно зажимался с другими на задних партах в медицинской школе, но ничего серьёзнее обычного дурачества не было. Не то чтобы он избегал отношений, просто не было кого-то, кто заставлял бы его сердце биться чаще. И что действительно может быть показателем того, что сейчас его сердце правда забилось чаще — так это бабочки в животе. Но сейчас, все немного по-другому, да? Его щеки краснеют только о мыслях об этом. Он никогда не чувствовал себя так раньше, и никогда больше не хочет чувствовать себя иначе. Воспоминания все еще свежи в его памяти, он застыл, прокручивая в голове один и тот же момент: Сокджин, снимающий свой халат, будто прекрасная бабочка выбирается из кокона, и то, как отражали свет его волосы, то, как он расправил плечи и отдавал команды. И позднее, когда Чонгук перетаскивал одного из пациентов на каталку, Сокджин посмотрел на него, говоря: «Мне нужно, чтобы ты интубировал его. Проверь не будет ли с этим сложностей. Попроси, чтобы медсестры немедленно поставили катетер.» Чонгук никогда раньше не встречал таких людей, как Сокджин. Его лицо такое нежное, янтарные глаза миндалевидной формы, губы, которые красивее любого цветка, который Чонгук когда-либо видел. Он на полном серьезе должен поблагодарить Тэхёна за то, что он пригласил его на вечеринку. — Ей, доктор Ким. У нас вечеринка этой ночью. Доктор Чон и другой доктор Ким тоже будут. Вы придете? Тогда Чонгук подумал, что Тэхён чокнулся, но потом услышал ответ Сокджина. — Кто еще приглашен? — и Тэхён назвал имена почти всех, кто работал в отделении хирургии. Чонгук тогда понял, что Тэхён уже этим уговорил Сокджина прийти. Главный ординатор просто не мог допустить, чтобы на вечеринке были все интерны и хирурги, кроме него самого. А теперь Чонгук стоит около зеркала, нервничая больше, чем когда-либо в своей жизни. Он пришел домой пораньше, чтобы принять душ и переодеться, пока Тэхён и Юнги (который проклинал Кима всю дорогу, но все равно ушел с ним) ушли за продуктами и выпивкой. Он выбрал белую рубашку на пуговицах и джинсы с потертостями. Он нанес немного парфюма и расстегнул первые две пуговицы рубашки, открывая вид на собственные ключицы. В дверь позвонили. Он делает глубокий вдох. Вечеринка начинается. *** Всё не идет, как планировалось изначально. Он нигде не видит Чимина, Тэхёна и Юнги. В последний раз он видел, как доктор Чон наливал два бокала шампанского, а потом ушел куда-то. Вместо этого, квартира заполнена людьми, которых он едва знает: несколько людей из психиатрии, несколько из патологии, даже парочка ребят из отделения дерматологии. Единственное, что Чонгуку удалось найти — бутылка текилы и пару бутылок холодного пива. Он использовал одно, чтобы попробовать другое (он не помнит, что именно, но в какой-то момент просто выливал пиво в стаканы для шотов, пил, а затем запивал текилой прямо из бутылки). Сейчас он немного пьян и бесцельно бродит по дому. Он недостаточно пьян, чтобы совершить глупость, но достаточно, чтобы совершить ее, если кто-нибудь попросит. Спотыкаясь, он выходит на крыльцо и видит там Сокджина, тот стоит лицом к улице и потягивает пиво. Ветер развевает его волосы, и он на мгновение прикрывает глаза, наслаждаясь этим. Сердце Чонгука снова начинает биться чаще, а потом он понимает, что Сокджин не один. — Почему ты выбрал отделении травматологии и неотложной помощи? Ты можешь не отвечать, если не хочешь. Чонгук делает шаг вперед и видит, как Тэхён сидит на перилах, спиной к улице, и наблюдает за Сокджином. — Медицина по больше части связана со временем, — говорит Сокджин, его лицо полностью серьезно. — Многие люди думают иначе, говорят, что всему свое время, но разве это не чушь? Стежок, сделанный за минуту, может стать тем единственным, что спасет жизнь. Я хочу быть именно этим самым стежком, который всё решает. В каком-то смысле, это можно назвать комплексом бога. — Они все были правы, когда называли тебя Эльзой, — смеется Тэхён. — Это прозвище мне всегда льстило, — Сокджин улыбается, делая очередной глоток пива. Чонгук смотрит на лицо Тэхена. Понимание настигает его, словно толчок. Конечно. Вот почему он пригласил Сокджина. Он замечает, что тот смотрит на Кима с тем же выражением лица, с каким и сам Чонгук. Он не просто уважает его, он от него без ума. Хорошо, думает Чонгук. Я никогда еще не проигрывал. — Ей, не против, если я присоединюсь к вам? — он выходит на крыльцо, выпрямляясь и позволяя ветру сделать свое дело с его легкой струящейся рубашкой. Он видит, как Сокджин оглядывает его, а затем откидывается на перила. — Не против. Тэхён тоже улыбается, но Чон видит, как тот напрягается, и как в его голове тоже все встает на свои места: Чонгук, его рубашка, бутылка текилы, два бокала. Чонгук усмехается, когда видит, что застал младшего Кима врасплох, когда протянул ему шот с текилой. — Эх, молодость, — произносит Сокджин смотря на них. — За здоровую конкуренцию, — говорит Чонгук поднимая свой стакан вместе с тэхёновым. — Да, да, — серьезно отвечает Тэхён, чокаясь с ним. *** Уже почти три часа ночи, а Чонгук с Тэхёном не столько борются друг с другом за Сокджина, сколько оба влюбляются в него сильнее. Они все еще сидят на излюбленных перилах друг с другом, передавая друг другу бутылку текилы. Сокджин стоит с бутылкой пива. — Я не был так же красив в медицинской школе, — говорит он. — Да иди ты, — смеется Тэхён. — Это невозможно, — не может сдержать хихиканья Чонгук. — Нет, правда! Многие мои коллеги говорят мне, что я расцвел уже после. — Как Эльза, — вставляет Тэхён. — Просто, когда ты осознаешь, свою внутреннюю силу, люди сами начинают тянуться к тебе. — Точно, как Эльза, — соглашается Чонгук. Сокджин усмехается, скидывая с плеч пиджак и обнажая широкие плечи под свободным свитером, который тут же начинает трепать ветер. Тэхен и Чонгук бессознательно жмутся друг к другу, сплетая руки и задерживая дыхание. Сокджин улыбается и пожимает плечами. — Холод всегда мне был по душе. *