My Queen

Хейли бесцельно бродила по лесу, прикасаясь кончиками пальцев к деревьям, листьям. Она чувствовала себя здесь ненужной, ведь, кажется, стая в состоянии решить свои проблемы без неё, и всё же, несмотря на ужасную скуку по дочери, здесь волчице нравилось. Тишина и покой. В доме Майклсонов было слишком много всего. Марсель и его вампиры периодически, а точнее каждый день, появлялись на пороге дома с новыми проблемами, сложные отношения с Элайджей давили, как огромная груда кирпичей, Фрея, Ребекка… Все они не были врагами для Хейли, но сейчас ей было куда уютнее просто с Клаусом. Это было удивительно, но он внушал доверие и спокойствие. Не хватало только маленькой милой Хоуп для полной семейной идиллии. Хейли не могла сказать, что чувства к Элайдже угасли, но когда ей нужна была поддержка, нужна была вера в неё, рядом был другой Майклсон, тот, кто всегда всё говорил прямо, причинял уйму боли, но мог так же дать новую надежду. Но сейчас думать об этом Маршалл не хотела, этот покой был такой редкостью, что она застыла, вдыхая запах с разнообразными лесными нотками: грибы, пихта, цветы и много других растений. И сейчас она мечтала, чтобы Хоуп была рядом. Девочке пошёл бы на пользу этот лесной воздух… Хейли любила дочь до безумия, до боли в груди. Хоуп — лучшее, что могло случиться в её жизни, и пусть когда-то Хейли считала себя не готовой к материнству, сейчас она знала, что сделает всё ради своей дочери. Положит к её ногам целый мир. Как это сделает и Клаус. Не раз волчица видела его безумный взгляд, эту всепоглощающую силу любви к своему чаду, что чувствовала и с ним связь тоже. Они оба принадлежат своей маленькой девочке. Родители Хейли не были лучшими родителями, она часто была одна, а от Клауса отказались, как от чудовища. Им он и стал, и порой винить его за это Хейли не смела. Его не любили, его бросили. Братья и сёстры — хорошо, но родителей это не заменит. Поэтому Хейли старалась с Клаусом дать своей дочери всё то, чего они были лишены. Услышав шорох за спиной, Хейли резко обернулась, поймав руку в воздухе, которая готова была лечь ей на плечо. — Ой… — девушка оборотень усмехнулась и выразительно взглянула на Маршалл, явно намекая, что хватку можно и ослабить. — Не подкрадывайся так, никогда, — вместо извинений пробормотала Хейли, отпуская девушку, но волчица, кажется, вовсе не обиделась и лишь кивнула. — Конечно, с такой жизнью научишься быть внимательным. Девушка-оборотень была примерно младше Хейли лет на пять, совсем юная: светлые волосы, голубые глаза, широкие скулы. Кажется, именно таких и любит Клаус, только вот вряд ли ему по вкусу будет оборотень из стаи Хейли, да и к тому же такая юная. — Что-то хотела? — терпеливо поинтересовалась Маршалл, явно намекая, чтобы девушка уже сказала причину, по которой оказалась рядом с альфой стаи и нарушила её одиночество. — Лишь узнать, к чему ваша ложь, — пожала плечами девушка и улыбнулась. — Не смотри на меня так, пожалуйста, Хейли. Ты мне нравишься. Ты пример для меня: сильная, смелая, умная. Но ты врёшь о ваших отношениях с этим симпатичным гибридом. Губы Маршалл на секунду дёрнулись в улыбке от слов «…симпатичным гибридом», Клаус умудряет покорять даже оборотней, тех, кто его ненавидят с рождения. Но вняв всему, что сказала юная волчица, Хейли нахмурилась, насторожившись. — Почему ты думаешь, что мы врём? Девушка засмеялась и вздохнула, словно не понимала, почему Хейли не видит очевидных вещей. — Вы семья, никто не спорит. Вы защищаете друг друга, это видно, и скажу правду — выглядите вы крышесносно. Между вами страсть и химия, которую все оборотни чувствуют, но между вами нет отношений. Хотя, кажется, чувства есть. Сказать, что Хейли поразили слова юной девушки — ничего не сказать. Девушка говорила это так спокойно, словно обсуждала погоду, а у Маршлал внутри всё перевернулось. Во-первых — их раскусила даже девушка не старше двадцати, во вторых — она упомянула про их страсть, отчего щёки гибрида запылали огнём. Хейли может и родила ребёнка от Клауса, но давно перестала видеть в нём объект вожделения. Он, бесспорно, привлекает внимание и его запах сводит с ума иногда даже Хейли, но она привыкла к нему, он отец её дочери, и такие обыденные чувства — стандарт для них, но видимо, не для тех, кто видит их редко. — Благодарю за мнение, — тихо произнесла Хейли и блондинка лишь с улыбкой кивнула, словно для этого и искала альфу. — Прости…твоё имя? Хейли её точно не знала, видела лишь мельком на собрании, значит она прибыла с новыми оборотнями. — Я Эбигейл. Девушка уже хотела уйти, но обернулась и вздохнула. — Хейли, поговори с Клаусом. Он угрожал Брэду, а это не нравится другим оборотням. Девушка исчезла среди деревьев, а Маршалл со злостью выдохнула, отправляясь на поиски Майклсона. Кажется, их перемирию конец.

***

— Я просила его не трогать! — Хейли выглядит по-настоящему воинственно, когда прижимает Клауса к стене дома, не обращая внимания, в каком виде их могут увидеть. Клаус даже не пробует ослабить хватку девушки, он лишь ухмыляется, зная, что она ему ничего не сделает, да и чувствовать её так близко к своему телу — даже интересно. — Дорогуша, ты просила его не убивать — он жив и уже цел, а провести профилактическую беседу я был должен. Скажем, моя прихоть, — гибрид хмыкнул, скалясь в издевательской улыбке, слегка вскидывая брови. Маршалл поджимает губы, но выдыхает, отступая на шаг и убирая руку с шеи Майклсона. — Хватит с тебя инициативы, Клаус, — первородный лишь пожал плечами, и усмехнулся, смотря куда-то поверх плеча Хейли. — Не думал, что скажу это, но ваши болота выглядит красиво. Будь у меня кисти, я бы давно перенёс эту красоту на холст. Хейли удивленно приоткрыла рот, оборачиваясь. Сквозь листву пробивался свет заходящего солнце, небо окрашивалось разными цветами, на прощание даря свою красоту, прежде чем уступить полную власть ночи. Сейчас Клаус говорил как истинный художник, особо не обращая внимания ни на что вокруг. — Об этом я и хотела поговорить, — Хейли вздохнула, и когда древний удостоил её взгляда, она вскинула подбородок, чтобы выглядеть уверенной в своём решении. — Хочу привезти сюда Хоуп, здесь другая жизнь, тихая, ей будет полезно. И я сама не хочу возвращаться пока в Новый Орлеан. Клаус ещё секунду смотрел в глаза Хейли, убеждаясь в принятом ею решении, и только пожал плечами. В чём-то она права, здесь и он уже забывал, что значит воевать за главенство над городом, разбираться с ведьмами, ссорится с братом. Хейли была права насчёт тишины и даже их взаимоотношения становились другими, она ему начинала верить и это Никлаус чувствовал отлично. А ради их нормальных отношений он пойдёт на всё.