My Queen

- Здравствуй, Хейли. Простое приветствие всегда спокойного Элайджи, отозвалось резким спазмом в желудке Маршалл. Он не был глуп и точно уж не слеп, чтобы не заметить вид Маршалл с утра, как и того, что она выглядела вполне счастливой, не считая блеска в глазах от прошедших слёз. Он не подал вида, что так же заметил рубашку Клауса на ней и уже всё сопоставил. - Привет. Голос Хейли сел, но она тут встряхнула головой, не показывая слабину. Поправив рубашку, она вдруг поняла, что с каких-то пор его исследующий взгляд не вызывал больше ничего приятного, лишь желание прикрыться и забыть вообще всё, что он видел. - Ты к Клаусу? – Хейли надеется, что он пришёл именно к нему, не к ней. Она не готова обсуждать всё то, что случилось. Она была счастлива пару минут назад и решать вечные проблемы - просто не готова. Хотя ответ уже знает – к Элайдже она не вернётся. Между ними была лишь связь загнанного зверя и героя. Он был её героем, защищал от Клауса, помогал, заботился, но она больше не забитая девчушка. Хейли – мать, она сама способна защитить себя и свою дочь. - Да, конечно, - Элайджа отводит взгляд в сторону, когда видит немного дёрганные движения Хейли, пытающуюся застегнуть все пуговицы имеющиеся на рубашке. Поджав губы, Хейли кивает на дверь и заскакивает в дом первая. Клаус сразу замечает, что с Маршалл что-то не так, когда она входит в комнату и выглядит нервной, но не успевает девушка ничего сказать, как вслед заходит его старший брат. Элайджа как всегда держится спокойно, а Клаус сжимает челюсти и передаёт дочь матери, желая увести своего брата куда подальше от Хейли. Когда они так же молча выходят на улицу, шатенка прижимается губами ко лбу дочери и мягко покачивает её на руках, стараясь не думать о том, что выйдет из разговора двух Майклсонов. - Удивлён твоему приезду, брат, - Клаус говорит спокойно, с улыбкой, хотя выглядит настороженным и Элайджа хмыкает. – Но причина твоего приезда на болота? Ты, насколько я помню, не любишь оборотней. - И ты не любитель, Клаус, - как бы невзначай напоминает Элайджа, пряча руки в карманы брюк. - Но я наполовину оборотень. - А мне кажется, мы оба здесь по одной важной причине - дело в Хейли, - когда Элайджа озвучивает то, о чём думал каждый из них, между ними так и искрит напряжение. – Я думал, причина твоего переезда на болота в том, что ты хочешь следить за Хейли, но, кажется, ты использовал не те методы, чтобы вернуть её человечность. - Я не собираюсь исправлять Хейли, - Клаус сжимает кулаки и тормозит, заставляя остановиться старшего брата следом. – Ты приехал учить нас с Волчонком правильным манерам? - Никлаус, я хочу, чтобы Хоуп ничего не угрожало, и мне важно, чтобы Хейли оставалась собой… - Не смей думать, чтобы мы можем стать угрозой для нашей собственной дочери! – Клаус поддаётся вперёд, повышая голос, чем привлекает внимание оборотней. Они поглядывают на них с явным любопытством, лёгким страхом и замешательством. Одного первородного слишком много для их стаи, а второй – уже катастрофа. - Ты привлекаешь много лишнего внимания, Клаус, - Элайджа оглядывается и снова переводит взгляд на брата. – Я всегда был с тобой, всю тысячу лет. Так послушай меня сейчас. - Хватит! Ты сам выбрал путь моего искупления брат, прекрати делать вид, что ты так уж старался для меня, - Клаус рычит и тут же ехидно ухмыляется, разводя руками. – Ты выбрал свой путь, потому что хотел быть добрым старшим братом, а не потому что так уж старался спасти меня. Но я уже нашёл искупление в моей дочери, займись собой и не смей трогать Хейли! Клаус выглядит угрожающе, и, кажется, готов кинутся на собственного брата, потому что тот лезет к его волчонку. Она не просто мать его дочери, Хейли стала его другом, союзником, и даже психологом. Беседы с ней помогали больше, чем с Ками. А с сегодняшней ночи – Хейли ещё и его женщина. - Ты утаскиваешь её во тьму и радуешься этому, - Элайдже скидывает маску благородства и выглядит уже не дружелюбным. – Она тебе никогда не была нужна, Никлаус. Отпусти её, позволь мне спасти Хейли. - От меня? – Клаус фыркает и прищуривается, склонив голову набок. – Кажется, она этого не хочет, брат. Она хочет меня, и сегодня ночью она это мне доказала… Гибрид специально давит на больное, но ему не жаль. Элайджа, когда был нужен Хейли, начал её учить, отвернулся от неё, а Клаус знает, как справляться с жаждой, знает, как уметь контролировать себя и он знает, что ей не нужно возвращать человечность, потому что она её не утратила. - Может, стоит спросить у неё? – Элайджа ищет способ вернуть Хейли, не понимая, что битва за неё давно проиграна. Девушка, кажется, ожидала их, потому что стоит на пороге возле дома и разговаривает о чём-то с дочерью, пока не замечает их. Улыбка исчезает с красивого лица, и она поджимает губы, смотря сначала на одного и следом на второго брата. - Хейли, я хочу поговорить… - Это таким образом он говорит, что ты должна сделать выбор, Волчонок, - Клаус закатывает глаза, снова слыша завуалированную речь брата и отходит к Маршалл, ловя её взгляд. Она обескуражена и явно злится от того, что они ставят её перед каким-то выбором, но стоило Клаусу оказаться в пределах досягаемости и мягко взять дочь на руки, при этом задевая руку Маршалл, девушка глубоко вздыхает и вскидывает подбородок, с гордостью смотря на Элайджу. - Ты правильно всё понял, Элайджа. Я была с Клаусом этой ночью, остальное обсуждать нам просто больше не имеет смысла. Кажется, я сделала свой выбор ещё тогда, когда со мной уехал он, а не ты, - Хейли видит боль в глазах старшего Майклсона и сглатывает ком в горле, чувствуя, как глаза предательски слезятся. – Ты обещал, что будешь рядом, и я верила, но стоило мне оступиться, как ты стал учить меня, словно ребёнка: что можно делать, а что нельзя. Ты был мне нужен и ты бросил меня одну с моими страхами. Ты не уехал со мной - это сделал Клаус. И я поняла, что всё это время выбирала не того. Голос Хейли срывается и Клаус заботливо растирает её напряжённую спину, понимая, что гордая волчица, смелая и сильная - сейчас даёт слабину. Хейли злится на солёные капли и смахивает их, часто моргая. Первородный же осматривает девушку перед собой, видит заботливый взгляд Клауса - относящийся к Хейли, и настороженный – к нему, и кажется, он понимает, что это тоже семья. Другая, не та, с которой Клаус жил всё это время - это именно его семья: его ребёнок и его женщина. Она стоит рядом с ним и всегда была рядом, просто никто не придавал значения тому, почему она не отказывается от него, даже когда он делал ей больно. Её выбор был сделан задолго до этого дня. - Прости, Хейли, - Элайджа кидает взгляд на брата и тут же исчезает, вызывая судорожный вздох Маршалл. Она расслабляется и, оборачиваясь, слабо улыбается Клаусу, прикасаясь к его руке и заглядывая в голубые глаза. Её выбор сделан.