examine me, doctor

Конечно, будет обманом сказать, что их встреча произошла случайно. По крайней мере для Бэкхена. Когда Кай позвонил ему в конце рабочего дня и предложил выпить, Бэк сразу представил рядом блондинистую макушку Юкхэя и согласился. Тихий бар с приглушенным светом и фоновой музыкой пришелся по душе доктору, как только он вошел. Редкие столики с перегородками позволяли создавать атмосферу уединения и безопасности. Смех Тэна на несколько секунд привлек внимание, заглушая музыку и Бэк увидел небольшую компанию за дальним столом. Кай заметил его и помахал рукой, сдвигаясь на мягком кожаном диване. Закинув пальто на вешалку, Бэкхен поздоровался со всеми присутствующими и сел рядом с Чонином. Тэен тепло ему улыбнулся, прерывая свой рассказ, но затем снова вернулся к повествованию. Лукас сидел вполоборота, навалившись спиной на стену и неотрывно следил за активно жестикулирующим Тэеном. Взгляд Бэкхена скользнул по спокойному лицу, в который раз поражаясь размерам глаз, обрамленными изогнутым веером ресниц. Аккуратная линия носа, плавно переходящая в ямочку над пухлыми губами. Словно почувствовав на себе изучающий взгляд, Юкхэй наклоняет голову, прислоняясь виском к деревянному выступу на стене и застает доктора врасплох. Уголки губ приподнимаются в легкой улыбке и Бэк старается убедить себя, что это не больше, чем обычная реакция на шутку Тэена. Кай громко смеется, отвлекая Бэкхена от созерцания столь редких положительных эмоций на лице боксёра. — С тех пор я предпочитаю заранее уточнять, с каким водителем поеду, — заканчивает историю Тэен и доктор пытается вспомнить, о чем вообще шла речь. Он улыбается из вежливости, хотя и не разделяет всеобщей радости. — Ты на машине? — наклоняясь ближе к плечу, спрашивает Кай и заглядывает в меню. — Ага, — небрежно бросает Бэк, — закажу трезвого водителя, не проблема, — его глаза перескакивают по десяткам алкогольных позиций. — Хен, — привлекает внимание Тэн, пальцем опуская меню, — мы хоть и видимся нечасто, но меня постоянно преследует твое лицо. Оно повсюду! Парень улыбается, очерчивая руками пространство вокруг себя и роется в бездонных карманах кашемировой кофты. Его глаза загораются, когда он что-то нащупывает и достает несколько сложенных бумажек с победным восклицанием. — Когда ты успел стать лицом какого-то лекарства? Тэн выкладывает на стол три рекламные брошюры с изображением доктора Бёна. — Кстати, об этом, — вклинивается Тэен и поворачивается к вешалкам, ища что-то в нагрудном кармане парки, — вот, собственной персоной. Перед глазами маячит такой же яркий флаер. Бэкхен равнодушно оглядывает бумажки, морщится и возвращает свое внимание к меню. — Чудеса фотошопа, хён. Удивительно, что этот сияющий милый доктор и ты — один человек, — Тэн уворачивается от летящей в него скомканной салфетки, — ты зануда и тот еще врунишка, не отрицай. Бэкхен бурчит «сам такой», увлеченно листая страницы с аппетитными изображениями различных закусок, но боковым зрением улавливает, как тонкие пальцы цепляются за край одного флаера и тянут его ближе к себе. Лукас рассматривает рекламу, казалось бы, без каких-либо эмоций, но Бэк замечает прикусанную изнутри нижнюю губу. Он не может перестать смотреть на боксера, каждый миллиметр кожи притягивает внимание. Черная футболка с задранными рукавами открывает обзор на расслабленные руки, а на локте виднеются края царапин, неумело покрытые пластырями. Они пронизывают кожу, словно стрелы, оставляя после себя пунктирные линии. Бэкхен сглатывает, когда Лукас тянется за стаканом пива и его мышцы напрягаются, медленно перекатываясь. Бэку никогда не достичь такого рельефного тела: идеальный рост и пропорции, широкие плечи плавным треугольником переходят в узкие подкаченные бедра. На несколько секунд в мыслях проскальзывает картинка — Бэкхен садится на эти бедра, чувствует их тепло, и по спине бегут мурашки от соприкосновения двух тел. Крепкие руки обхватывают его талию, пальцы проходятся по впадинкам между ребёр, щекочут нежную кожу. — Бэк, все хорошо? — Чонин щелкает пальцами прямо перед лицом доктора, прогоняя картинку прочь. — Да, — Бэкхен жмурится и снимает очки, массируя пальцами тонкую кожу век, — вспомнил, что забыл отправить отчет. Кай понимающе кивает, сочувствующе похлопывая его по коленке и возвращается к диалогу с Тэном. Неожиданный тихий смех Юкхэя окончательно отрезвляет Бэка, нарастающей трелью продолжая звучать в ушах. Как в замедленном кино: теплая улыбка, скрытая за кулаком, глаза-щелочки, белоснежные пряди, спадающие на лоб. Рука Бэка автоматически тянется к его лицу, чтобы ощутить мягкость волос, но в последний момент растерянно хватает горсть сушенных кальмаров и отправляет их в рот. Лукас самостоятельно быстрым движением убирает надоедливые пряди и садится, облокачиваясь локтями на стол. Он забавно морщится, когда рука соскальзывает, задевая пластыри, но осторожно поправляет их, критично осматривая выглядывающие царапины. — Кажется, пиво дошло. Мне надо в одно место, — негромко сообщает Бэк и встает, стряхивая с водолазки кусочки сушеной стружки кальмара. Умывшись прохладной водой, Бэкхен смотрит на свое отражение и вытирает бумажной салфеткой стекающие по шее капли, что уже успели просочиться через воротник. Лукас ждёт его возле двери, перекинув пальто Бэка через руку. — Постоишь рядом за компанию? — спрашивает боксёр, по-джентельменски помогая доктору надеть верхнюю одежду. — И до машины дойдём, — отвечает мужчина, и, замечая вопросительный взгляд, добавляет, — твой локоть. Не могу уже на это смотреть. Лукас кивает, ощупывая почти что содранные пластыри через ткань худи. Они выходят на безлюдную улицу, где единственные источники света — тусклые фонари. Парковка располагается прямо через дорогу и Бэк примечает свою машину, нащупывая ключи в кармане. — Ты вообще не куришь? — раздаётся рядом с ним и Бэк чувствует, как частички дыма проникают в его легкие с каждым вдохом и впитываются едким запахом в пальто. — Я врач, — напоминает мужчина, разглядывая тлеющую сигарету, зажатую между тонкими аккуратными пальцами. — А я спортсмен, — хмыкает Юкхэй, выпуская клубок дыма. Он прищуривается, затягиваясь в очередной раз. — Я только это о тебе и знаю, — тихо произносит Бэк, отводя взгляд и царапая шершавую кирпичную стену. Алкоголь, похоже, начинает действовать. — Хочешь большего? — низкий голос с лёгкой хрипотцой заставляет доктора замереть на несколько секунд. — Ты так флиртуешь? — Бэк вопросительно вскидывает брови, без стеснения рассматривая лицо напротив. — Доктор Бен, — Лукас тушит окурок о стену, — называйте мои действия как хотите. Бэкхен сглатывает, когда длинные пальцы снимают с его лица очки и пытается сфокусировать взгляд. Холодные подушечки пальцев лёгким касанием убирают упавшие пряди со лба, и Бэк подаётся чуть вперёд, навстречу движениям. Пару секунд ничего не происходит, а чувство чужого прикосновения испаряется с возвращением металлической оправы на место. Широко раскрытыми глазами смотрит на боксёра Бэкхен, застыв с немым выражением, в котором явно читалось «и что это было?». — У тебя реально в машине мини-больница? — внезапно спрашивает Юкхэй, вгоняя врача в лёгкий ступор. Во-первых, он не получил ответ на свой (хоть и не сказанный вслух) вопрос; во-вторых, он не понимал, почему Лукас иногда говорил с ним неформально; в-третьих, он не был уверен, что не полезет на бёдра Юкхэя как только они сядут в машину. Третий пункт особенно его беспокоил. — Она служебная, — зачем-то объясняет Бэк, но закатывает глаза и складывает руки на груди, как только замечает хитрую улыбку боксера. Ну конечно же, он пошутил. — Я не хотел тебя задеть, — говорит Лукас, перекладывая зажигалку в карман к полупустой пачке сигарет, — кажется, я вижу твою служебную машину. Бэкхен нарочито раздраженно цокает, пряча руки в карманах пальто и петляет между припаркованных автомобилей. Он нажимает кнопку на брелке сигнализации и достает из багажника походную аптечку, в то время как Юкхэй по-хозяйски забирается на переднее сидение и включает приборы верхнего освещения. — Может, сам справишься? — спрашивает с издевкой доктор, усаживаясь на место водителя. Одного взгляда темных глаз достаточно, чтобы заткнуть Бэкхена. Он поджимает губы, обрабатывая руки антисептиком. Крупная ладонь тянется к нему, также требуя порции дезинфицирующего средства и Бэк завороженно смотрит, как густая прозрачная жидкость появляется на белой коже. Лукас резким движением убирает оставшийся пластырь и скатывает его в комок, выбрасывая в любезно предложенный доктором бумажный пакет. — Неужели тебе не жалко свое тело? — тихо задает вопрос Бэкхен, вытирая ватной палочкой вновь появляющиеся капельки крови. — Я о нём не думаю, — пожимая плечами, говорит Юкхэй, рассматривая однотонные тюбики с иностранными названиями. — Но ты в хорошей физической форме, — рука Бэка застывает над раной, а глаза скользят вверх, натыкаясь на внимательный взгляд. — Просто повезло. Я не из тех, кто часами пропадает в зале. Бэкхен возвращает все внимание обработке раны, подавляя желание задать кучу банальных вопросов, чтобы узнать о боксере хоть что-нибудь. — Доктор Бён, вам жалко мое тело? — растягивая слова, спрашивает Лукас. — Может, ты наконец определишься, в какой форме будешь обращаться? — с наигранной раздраженностью отвечает врач, стараясь изменить вектор разговора. — Мне нравится реакция, — Юкхэй наклоняет голову, улыбаясь одним краешком губ, — когда я обращаюсь официально, вы опускаете глаза и кусаете губу. Как сейчас. Бэк застывает в немом возмущении, стараясь выровнять дыхание. Он чувствует учащающийся ритм своего сердца, словно кто-то поставил на максимум его скорость и громкость. — Именно поэтому нам следует перейти на «ты», — собравшись с мыслями, произносит в ответ доктор и растягивает в руках бинт, кивая на руку, — надо распрямить, но не до конца. — А как же ответ на мой вопрос? — Юкхэй послушно протягивает руку, наблюдая за тем, как прозрачная ткань скрывает под собой исцарапанный локоть. — Для меня загадка, почему ты дерешься, — признается Бэкхен, отрезая кончик бинта, — посмотри, может, ослабить? — Ничего больше не умею, — пожимая плечами, говорит боксер и сгибает руку, — оставь так. Доктор завязывает аккуратный бантик, проверяя еще раз, не передавливает ли бинт руку и убирает остатки вместе с ножницами в аптечку. — Звучит неубедительно, — хмыкает Бэк в попытке разбавить тишину. — Бэкхен, — внезапно прерывает его Юкхэй, — я правда готов рассказать о себе все. Однако я понимаю, в каких кругах ты крутишься и не собираюсь вмешиваться до тех пор, пока ты сам не позволишь. Я не из тех, кто играет. Лукас замолкает на несколько секунд, прокручивая кольцо на большом пальце. Бэк снова и снова воспроизводит каждое только что сказанное боксером слово. — Я не жду мгновенного ответа. Надеюсь, мой номер у тебя сохранен. Обдумай все и напиши, ладно? — Юкхэй слабо сжимает его колено, устанавливая зрительный контакт, — и, пожалуйста, не приходи больше на мои бои. Бэкхен на автомате кивает, стараясь запомнить тепло ладони и смотрит, как Лукас выходит из машины. Он ни разу не оборачивается и проходит мимо входной двери в бар, выкидывая скомканный бумажный пакет в контейнер. Видимо, в их компании этой ночью минус один человек.