Мы слишком стары для этого...

      Адриан потягивается и весь покрывается мурашками. Он смотрит в потолок комнаты, которую снимает, с радостью обнаруживает мысль, что сегодня воскресенье, и поворачивается на бок, рассчитывая поспать ещё.       В дверь осторожно стучат:       - Адриан, солнышко, просыпайся. Я блинчики к завтраку сделала.       Он тут же расплывается в улыбке и высовывает нос из-под одеяла. И правда, чуть сладковатый аромат тонких русских блинчиков уже просочился под дверь. Адриан садится на кровати и откидывает одеяло, вздрагивая от прохлады. В дверь снова стучат.       - Сейчас иду, - его русский звучит всё ещё с мягким рычащим акцентом.       - Да не, это я.       - Влад? – Адриан переключается на английский и быстро одевает домашние штаны, - Заходи.       В комнату входит молодой человек, оставляя сумку на пороге. Сняв очки, он протягивает руку. Адриан снова и снова не может перестать им восхищаться.       Именно Влад в своё время помог ему сбежать из Франции. Они были знакомы благодаря модельному бизнесу. Хоть Влад и покинул его несколько лет назад, он не отказался помочь старому другу и коллеге, предложив пожить в квартире у его бабушки.       - Понимаешь, - сказал тогда Влад, разговаривая с ним через Дискорд и параллельно во что-то играя, - я сейчас переехал в свой угол, мама с отчимом у него на квартире, а бабушке одной нашу родную двушку тянуть тяжело. Будешь жить в моей комнате. И снимать дешевле, чем целую квартиру, и бабушке не так скучно. Поверь, она не такая классическая русская бабушка. Да и вообще мы более современные и подкованные.       И Адриан сразу же согласился. Собрал вещи, вышел на учёбу и... не вернулся домой. Устав до костей от опеки отца и его жёсткой длани контроля, Адриан взбунтовался. Да настолько, что, когда его встретил в аэропорту Влад, то хохотнул, обнимая за плечо:       - Не волнуйся, Россия большая – не найдёт.       Друзья Влада помогли по первости с вещами и деньгами, а потом помогли и с работой. Адриан понял, что в России всё в основном строится на родственных связях и знакомствах, потому что, когда сидел с друзьями Влада, одна девушка с запинками, но на хорошем английском, объяснила, что у дяди тёти сестры жены брата её мужа есть вакансия в ресторане, и туда требуется работник желательно со знанием китайского. Адриан ни черта не знал в ресторанном бизнесе, никогда не думал, что его занесёт на работу в сферу обслуживания, но коллектив с умилением принял очаровательного мальчика, который тогда очень коряво говорил на русском языке, зато с лихвой справлялся с потоком китайских туристов, разговаривая с ними на их родном языке, объясняя тонкости состава блюд и на английском передавая через коллегу на кухню.       Влад становится перед зеркалом и начинает расчёсываться, перекидывая свои длинные волосы вперёд. Адриан тем временем натягивает футболку и идёт в ванную. Там начинает после щелчка выключателя гудеть вытяжка. Адриан смотрит на себя в замутнённом отражении, моргает и щурится. Ему мучительно хочется пойти проверить зрение. При этом он начитался в Интернете про врачей в России и теперь оттягивает поход к врачу под предлогом, что пока денег очень мало.       - Мальчики, идите завтракать, остывает.       - Идём, - Влад заглядывает в ванную, кивая в сторону кухни, - Давай, подтягивайся.       Адриан кивает и вытирает мокрое лицо полотенцем, ныряя в тапочки, оставленные на входе. Идя на запах, он начинает улыбаться. И не может не улыбаться, видя Эмилию Фроловну.       Бойкая бабушка (которую у него не поворачивается язык назвать grand-mère; исключительно Mamie) больше напоминала ему французских леди в день бабушек, которые собирались и гуляли на улицах в ярких платьях. Стройная, любящая роскошные одежды, но не гнушавшаяся домашних дел, всегда с укладкой и безумно живыми молодыми глазами.       Вот и сейчас она, напевая под радио, ставит перед внуком целую тарелку блинов, рядом с которой уже стоит тарелка со сметаной. Адриан входит и улыбается Эмилии Фроловне. Та в ответ указывает на вторую табуретку, делая радио тише.       - Внучек, ты надолго? – спрашивает на русском она у Влада. Тот качает головой.       - Я вечером зайду подольше, просто забежал позавтракать. Ты же вчера звала на блины, вот я не мог тебе отказать.       - Ой, ну что ты! – Адриану кажется, что она даже краснеет, но он сосредотачивается на блинчиках. Всё же русские тонкие блины со сметаной были чем-то до сих пор диковинным, но необычайно вкусным. А ещё он на работе попробовал их с рыбой и икрой, и теперь хочет как-нибудь купить баночку Эмилии Фроловне, чтобы угостить.       - Какие планы на вечер? – Влад уже на английском обращается к Адриану. Тот медленно дожёвывает блинчик, вытирает губы салфеткой и задумчиво мычит.       - Думаю, схожу прогуляться. Может, загляну на работу.       - Сверхурочные?       - Да нет, контейнеры вернуть.       Влад кивает и включает чайник. Эмилия Фроловна подсаживается к ним за стол и смотрит на Адриана.       - Вкусные получились? – спрашивает она на чистейшем французском. Адриан смущается и кивает:       - Очень.       В его голове тут же всплывает инцидент, когда он выяснил, что бабушка Влада говорит на французском. Тогда он только переехал, Влад выступал в роли переводчика, переводя с английского на русский и обратно. А вот без него Адриан и Эмилия Фроловна больше общались через переводчик на телефоне или жестами. Пока однажды Адриан не уронил на ногу коробку с вещами и невольно громко ругнулся на французском, а из кухни прилетело бодрое:       - В этой квартире не ругаются! Даже на французском!       Как тогда Адриан покраснел – немыслимо. Зато общаться с хозяйкой квартиры стало намного легче и интереснее. Эмилия Фроловна в школе изучала французский, а потом с мужем некоторое время жила в предместьях Парижа по его работе, после его смерти вернувшись с дочкой домой в Россию. А когда Влад слушал их со стороны в первый раз, то запустил руки в волосы и практически завыл:       - Я вас не понимаю!       - Вот, внучек! Вот! И я также тебя не понимаю на твоём английском! Всё спикаешь да то́лкаешь! Научи мальчонку русскому, ты же отличник у меня.       Поэтому теперь беседы велись на трёх языках одновременно, а Адриан порой теряется, начиная фразу на одном языке, делая отступление на втором и смеётся над комментарием на третьем.       Когда с завтраком покончено, Адриан уходит из квартиры раньше Влада, но идёт не вниз, а на чердак. Там выслушивает долгую тираду Плагга о том, что ему нужен сыр, что он прохиндей и наглый обманщик, и вообще мог бы и ему блинчик захватить. Адриан кивает, смеётся и, проверив чердак на наличие людей, обращается в Кота Нуара, выбирая на крышу. Стараясь не задевать провода и антенны, он спугивает голубей, лениво перепрыгивая на стоящую почти вплотную соседнюю девятиэтажку. Достав жезл и открыв связь по телефону, Нуар проверяет наличие Ледибаг в сети, и – о, чудо! – она там была. Тут же набрав, Нуар мурлыкает:       - Мурррледи, как твои?.. – его останавливает чих в трубку. – Во-первых, будь здорова.       - Ага.       - А во-вторых: какого чёрта, миледи?!       - Лысого, - Ледибаг шмыгает носом. – Я тут простыла вчера вечером, пока пробегала по району из магазина до дома. Была в кроссовках, а там лужа глубокая.       - Ты промочила ноги?       - Хуже. Вся промокла.       - Вчера же не было дождя, - Нуар садится на край, болтая ногами. Ледибаг шмыгает носом и покашливает. Судя по эху и остальным звукам, она залезает в окно.       - Я упала. В лужу. Пожалуйста, только ничего не говори, а?..       Нуар замолкает, пытаясь переварить эту картину в голове, но ничего не выходит. Он хмурится:       - И ты в таком состоянии ещё и патрулируешь? Совсем сдурела?!       - Во-первых, ты мне не муж, чтобы осуждать.       - Я твой напарник и волнуюсь!       - Мы потом об этом поговорим, - Нуар сглатывает, понимая, что именно имеет в виду Ледибаг, - А во-вторых, переживу. Главное не раскиснуть к завтра. Боги, так лень готовить...       После этих слов Коту в голову приходит гениальная идея. Он частично вымаливает у Ледибаг её адрес, клятвенно пообещав всё объяснить и ни в коем случае не являться в её квартиру сегодня до девяти вечера, через дверь и без предупреждения, а сам мчится обратно домой, чуть не испачкавшись на чердаке в голубином помёте.       - Mamie Émilie! – Эмилия Фроловна поднимает глаза от книги, которую читала при помощи лупы. Адриан, чуть цыкнув на Плагга в волосах, стесняясь, подходит к ней и присаживается рядом на диван. – Мне нужна Ваша помощь.       - Что такое, солнышко? Буду рада помочь.       Кашляя и сморкаясь, Маринетт, гундося, обращается в Ледибаг и подходит к окну, открывая его и завешивая шторы. Посмотрев на комнату и убедившись, что нет никаких вещей, которые могли бы выдать её настоящую личность, она кутается в пуховый платок, грызя бутерброд с маслом. Вкуса из-за насморка нет, но всё же лучше, чем ничего. Она гуляет по квартире туда-сюда, и вдруг видит тень на подоконнике. Тень садится, отряхивает ноги ударами друг о друга снаружи.       - Я ещё коврик постелила.       - Оу, - ноги вытираются о предусмотрительно оставленный коврик у батареи. И Нуар игриво раздвигает шторы, одним глазом выглядывая сквозь щель, - Ку-ку.       - Сегодня без плаща?       - Боги, Леди! Теперь всю жизнь будешь попрекать? – Кот закатывает глаза и закрывает за собой окно. Поворачивается и призывно раскрывает руки. Ледибаг мотает головой, - Да ладно тебе, зараза к заразе не пристаёт.       Она фыркает, шмыгает и чихает одновременно. Сопля повисает из носа, смущая. Кот тактично отворачивается, изображая активную деятельность на подоконнике.       - Так вот, я не просто так, я вот! – он гордо протягивает ещё тёплую целую кастрюлю с чем-то. Ледибаг привычно принюхивается, но потом хмурится и заглядывает через крышку, беря в руки.       - Это что, суп?..       - Ага! – Кот довольно и клыкасто ухмыляется, облокачиваясь о стол. Ледибаг недоверчиво смотрит то на него, то на кастрюлю.       - Только не говори, что на работе сныкал?       - Нет, что ты!.. Не сегодня, по крайней мере. Мне помогли с готовкой! И ты не представляешь, что мне пришлось ради тебя пережить! – он подходит вплотную и шепчет на самое ухо, - Поход в Ленту в воскресенье днём. А там сегодня скидка как раз на замороженную курицу почти двадцать пять процентов! Я почти час в магазине в очередях простоял.       Ледибаг скашивает взгляд, и вдруг мягко улыбается, оценив такой поступок.       - Я помню, почему мы не женаты, но иногда я об этом жалею.