Enigma

Сердце Дженни билось безумно быстро. Она выбежала из ванной комнаты, как пуля из ствола ружья, еле успевая прикрыть себя полотенцем. Осмотрев полки с одеждой младшей, она наконец-то нашла что-то простое и легкое: какие-то пижамные шорты с котиками и большую футболку с похожим принтом котиков. Видимо, Лиса очень любит котиков. Представляя то, как младшая играет с животными, Дженни невольно улыбнулась. Она готова была признать, что девушка очень милая. Но не более. Натянув на себя одежду и погрузившись в аромат яблочного геля для душа, который так точно передавал сущность Лалисы, Дженни направилась в комнату рядом. Первое, что она заметила - комната Лисы была большой и яркой. Стены были выкрашены в нежный желтый оттенок, на полу был белый паркет, прикрытый довольно большим ковром, на вид он был очень мягкий. Слева от двери была стенка с разными полками, шкафами и телевизором. Напротив Дженни заметила действительно большую кровать Лисы, на которой валялись Джису и Чеён и листали каталог фильмов хозяйки комнаты. Находясь здесь, Дженни ощутила какое-то спокойствие. Она никогда до этого не ночевала ни у кого дома, ни с кем, даже у Айрин, которая по сути была ее единственной подругой. Она никогда не пускала никого к себе так близко. Но почему-то решила довериться этим девушкам. — Ну как все прошло? — протянула Джису, улыбаясь. Девушки похлопали по кровати, зовя Дженни к ним. Брюнетка неловко стояла около входа. То ли ее смутил вопрос старшей, то ли то, что она должна спать в кровати Лисы, с самой Лисой. Все же она смогла собраться и направилась к подругам. Подругам? Неужели Дженни так легко им доверилась, что могла назвать своими подругами. Но эта доброжелательная и позитивная энергия, что окружала Джису и Чеён, — оказывала лишь положительное влияние на Ким. За такой короткий период тесного общения они многое узнали друг о друге, возможно, девушки знали о Дженни намного больше, чем Лиса, но они не собирались выдавать что-то о старшей. Да, им сложно держать язык за зубами, когда это касается их подруги детства, потому что та сама уже привыкла к этому, но если Лиса так любит Дженни, то она сама должна делать эти шаги, без их помощи. Дружба Лисы с Розэ и Джису очень впечатляла Ким. Она никогда не говорила это, но она видела то, насколько девушки любят друг друга как сестер. Хоть Дженни и привыкла издеваться над ними в университете, она тайно завидовала им. У нее никогда не было таких близких и доверительных отношений с кем-то. По правде говоря, она обрадовалась, когда миссис Пак определила их четверых в одну группу. Дженни правда хотела подружиться с каждой из них. Даже с Лисой. Из ее головы не выходили те мысли, что младшая безответно влюблена в нее, а она ничего не может с этим сделать. Ее не удивило признание девушки. Ей признавались в любви каждый день, но именно Лиса вызывала в ней странное желание узнать ее. Дженни знала всех в университете, общалась со всеми, даже теми, кто был в нее влюблен. Но она совершенно ничего не знала про Манобан. Она была загадкой, которую она хотела разгадать. И тут даже не играют какие-то чувства, это было просто любопытство и странная реакция ее сердца, что так и сходило с ума. Дженни не любила говорить о себе, всегда считала, что ее будут заваливать еще большим количеством вопросов, на которые она не хотела бы отвечать. Но общение с Джису и Розэ показало ей, что не все люди хотят от нее ее статуса или получить какую-то компрометирующую информацию, чтобы на этом заработать. Девушки не задавали ей никаких вопросов по поводу ее жизни, ее статуса, родителей или друзей. Они просто общались, а Дженни сама решала, что им можно рассказать на данном этапе общения. Так они знали, что девушка обожает собак, любит играть на гитаре и петь, иногда пишет песни как дневник, вкладывая туда свои мысли и чувства, но об этом всем знали только она и теперь Джису с Чеён. Сами они были чертовски открытыми с ней, рассказывали буквально все, не боясь, что Дженни может кому-то что-то рассказать. Но она бы не стала этого делать, и они это понимали. Вся холодная, провокационная, удивительно красивая и идеальная, сдержанная и правильная. Но сейчас валяется на кровати и смеется во все горло от очередной шутки Джису. Дженни так нравилось быть такой простой. Не строить из себя идеальную ячейку общества, а просто веселиться. Хотела бы она всегда быть такой, с ними. Но она не знала, что будет после того, как они закончат свое задание, окончат курс и уйдут на летние каникулы. Может они больше не захотят с ней общаться? Может, как и все остальные просто бросят ее? — Так что там с Лисой? — успокоившись, спросила Розэ Дженни. Дженни и Розэ находились между Джису, поэтому младшая привстала и села на кровати, чтобы ей было видно Джен. — Ничего, — Дженни опустила глаза. Образ девушки только вышел из ее головы, как снова всплыл в ярких красках. Волосы Лисы, что были длинной чуть ниже груди, ее неподвижная челка (даже под водой), ее острые плечи, которые почему-то так и просили к ним прикоснуться. От мысли о том, что она стояла к ее оголенному телу так близко, ее щеки сильно покраснели. Дженни и раньше видела Лису без футболки в раздевалке на физкультуре, но никогда не видела так близко. Обычно она наблюдала издалека. Вид, когда Лиса стояла перед ней в одном белье, настолько произвел впечатление на Дженни, что она еле держала себя в руках, а глаза на чем угодно, кроме нее. Объясняла эту реакцию Ким тем, что Лиса действительно очень красивая, и ее тело будто было создано греческими богами. И ничего такого здесь нет, она же может просто оценить красоту девушки и все. Ничего такого. Да. — Так вы реально вместе были в душе? — не выдержала Чеён. Дженни лишь кивнула, а розоволосая начала орать в подушку. Джису начала смеяться. — Ну вы даете, — сказала старшая. — Ничего не было! — начала защищаться младшая Ким, — Мы просто стояли под водой вместе. Мы даже не смотрели друг на друга. — Неправда, ты смотрела на меня, — вдруг появилась в комнате Лиса. Глаза Дженни расширились от такого заявления, а потом и от вида младшей. Белая майка с большим вырезом на тонких лямках обтягивала плоский живот девушки, короткие легкие шорты чуть ли не свисали с нее, обнажая тонкую полоску кожи между двумя предметами одежды. Ее волосы были мокрыми, что даже челка немного растрепалась. В ее руках были вещи Дженни, которые она сразу положила на столик около двери. Старшая заметила, что ее вещи были аккуратно сложены в стопку. Как же она выбежала из ванной, забыв про свою одежду. Тогда ее точно накрыла паника. — Тогда ты тоже смотрела на меня, — Дженни привстала и села на кровати, как и Розэ, и скрестила руки на груди. — Сложно было не смотреть, знаешь ли, — усмехнулась Лалиса, приближаясь к кровати. Дженни смогла лишь вздохнуть и нахмуриться. Когда это этот задрот стала такой дерзкой? Хотя может она всегда такой была, просто Дженни не обращала внимание. Но старшую удивлял ее характер. Ее скромность и раскрепощённость в одно и то же время. Дженни нравилось это в Лисе — как она сдерживает себя среди незнакомцев, но среди своих она как солнышко с шипами — либо обнимет тебя и согреет, либо проткнет своим сарказмом. Или как Лиса сохраняла чувство собственного достоинства во время всех тех стычек с ней самой или же ее «подругами». Лиса всегда находила чем ответить Айрин или ей. Это тоже нравилось Дженни в ней. Манобан собиралась уже прыгать на место рядом с Розэ, но девушка с розовыми волосами опередила ее и отодвинулась на другой край кровати, прихватывая с собой Джису. Таким образом, из свободных мест осталось только то, что рядом с Дженни. — Чур я не с краю, — заметив их положение, сказала Дженни, сразу двигаясь к Джису и освобождая место для Лисы с краю. Блондинка закатила глаза на действия Розэ и Джису. Она понимала, что они хотят, чтобы Лиса была как можно ближе к Дженни, но не так быстро же. Хотя она уже была с Джен в одном душе, так что она явно не боялась просто спать с ней рядом. Да? Что тут такого? Она просто сейчас ляжет рядом с девушкой мечты, и все. Они просто будут вместе смотреть фильм, что выбирали Чесу, а потом уснут, и все. И все. Лиса аккуратно откинула край одеяла в сторону и залезла под него. Да уж, ей придется делить с Дженни одно одеяло. И кто до этого додумался? Конечно, она могла бы пойти и взять себе отдельное одеяло, но зачем? Она всего лишь делает вид, что залезает под одно одеяло с ней с недовольством, но на самом деле ее сердце ликовало. Отец был прав, когда сказал, что эта ночь может многое изменить. Дженни и Лиса лежали на безопасном расстоянии друг от друга, пока Джису и Розэ прижимались друг другу как могли, точнее младшая приклеилась к своей онни, пока они смотрели фильм. Только к концу фильма Лиса поняла, что они смотрели ужасы. Только она сидела на кровати с каменным лицом, как и Джису, пока остальные дергались от идиотских скримеров. Манобан смеялась с того, как Дженни пряталась под одеялом, а в последствии просто забрала все его под себя. Она выглядела так мило, когда пыталась выглянуть из-под одеяла, в надежде, что страшные моменты прошли, а потом она резко пряталась обратно с визгом. Лиса и не догадывалась, что холодная сучка Дженни такая пугливая. И это действительно умиляло ее. — Я хочу есть, — после просмотра ужастика, нарушила тишину Чеён. — Ты всегда хочешь есть, — сказала Лиса, усмехаясь. — Пойду поищу что-нибудь, ты не против, Лили? — спросила австралийка, получая кивок в ответ от хозяйки, — Чичу, пойдем со мной. — Но я не очень хочу — — Пойдем. Со. Мной, — прервала Джису подруга. Старшая вздохнула и встала с кровати вслед за Чеён. Они быстро вышли из комнаты, о чем-то перешептываясь. В комнате повисла неловкая тишина. — Что ж… — выдохнула Лалиса, понимая, что ситуация какая-то напряженная, — Не хочешь какую-нибудь мелодраму посмотреть, пока их нет? Таким образом, Лиса прощупывает интересы старшей девушки, делая хоть какие-то шаги в узнавании ее как личности. Также, это может хорошо разрядить обстановку. Лисе нравилось проводить время с Дженни. Даже не потому, что ее сердце занято ею, а больше потому, что ей нравилась Дженни. Сама девушка впечатляла ее, и Лиса пыталась вспомнить, когда это было в последний раз. Приятные воспоминания о Рюджин согрели ее сердце на секунду, и она непроизвольно улыбнулась в сторону. Хоть их отношения и были обречены на конец, они все-таки сохранили дружбу. Интересно, что же она делает сейчас? — Я не против мелодрам, — ответила ей наконец-то Дженни, вырывая из мыслей. Лиса кивнула и включила первый попавшийся фильм в ее коллекции. Она приподнялась на месте, облокачиваясь спиной об мягкую спинку кровати. Дженни сделала то же самое, только отодвинувшись на небольшое расстояние от девушки. Брюнетка на удивление чувствовала себя странно спокойно и уже перестала думать о том случае в ванной. Ее больше удивляло собственное поведение, когда она находилась рядом с Манобан. Желание делать безумные вещи, чтобы показать или даже доказать на что она способна ради того, чтобы опровергнуть какие-то слова Лисы о ней. Она была готова залезть с ней под один душ, только чтобы она не думала, что та стеснительная до жути. Хотя Дженни очень сильно стеснялась, но, конечно, она не скажет этого. Это странное желание быть лучше всех, находясь рядом с этой Манобан начинало бесить Ким. Наверно, поэтому она и любила поиграть с младшей и ее чувствами. Хоть какой-то плюс — ей действительно смешно наблюдать за тем, как Лиса смущенно отводит взгляд, когда Дженни приближается к ней на кровати, прикасаясь теперь к ее оголенным плечам своими. Старшая слегка опустилась ниже нее и положила свою голову на плечо девушки. Почему так приятно? Дженни тихо выдохнула, прикрывая глаза. Она натянула одеяло повыше и прижалась к Манобан ближе. Сердце младшей танцевало, а кровь так и приливала к щекам, и она была рада, что в комнате был единственный источник света — телевизор. — Все нормально? — спросила тихо Ким, закидывая руку вокруг талии девушки, чем добила ее и ее сердце. — Угу, — все что смогла промычать тайка. Улыбка уже разрывала ее лицо, а жар становился все сильнее и сильнее. Она буквально горела изнутри от волнения и счастья. К сожалению, Лиса осознавала, что Дженни делает это все только потому, что она Дженни, и она любит пользоваться людьми, но сейчас Манобан старалась наслаждаться этим моментом и не думать о чувствах девушки на ней. Какая-то часть нее скучала по этому чувству, когда к тебе кто-то прижимается. Это тепло, этот уют, что окружал их сейчас, действовал как снотворное, отчего Дженни начала зевать, уже не обращая внимания на фильм, как и Лиса. — То есть ты правда любишь меня? — прошептала куда-то вперед на телевизор Дженни, вгоняя в краску Лалису (куда больше?). Она сейчас правда спросила это у нее? Зачем? Почему? Для чего? — Да, — без долгих раздумий ответила Лиса, не отвлекаясь от экрана, но уже совершенно не понимая, что происходит в фильме. Дженни какое-то время молчала. Лисе казалось, что прошло уже больше ста лет, пока не услышала голос девушки рядом. — Очень жаль. — Почему? — не выдержала Лиса, продолжая так же спокойно говорить. — Я не чувствую к тебе того же, — в голове тайки это отразилось болезненным выстрелом. — Это можно исправить, — как-то самонадеянно усмехнулась Лиса. Она чувствовала себя настолько смелой сейчас, что готова была обнять Дженни свободной рукой, что находилась рядом с девушкой, но посчитала быть джентльменом и не вторгаться в личное пространство, несмотря на руку Ким на ее торсе. — Попробуй.

***

До выступления осталась неделя. Прогресса в написании куплета все никак нет. А сейчас девушки вели поучительную беседу для Дженни и Лисы, повторяя, что они должны победить в этом тупом конкурсе и закрыть все предметы на отлично. Чесу пытались добиться от Лисы и Дженни хоть каких-то шагов друг к другу в плане работы, но те все чаще и больше начали придумывать оправдания, дабы не встречаться наедине. После того небольшого разговора о чувствах младшей, между двумя была снова какая-то напряженная атмосфера, которую чувствовали все вокруг. Они не говорили об этом, но и не забывали. Вся голова Дженни была забита этим ответом младшей. То, как просто и как смело она сказала «Да», сначала восхитило ее, а потом смутило. Только спустя время девушка осознала, что сама того не подозревая, взяла Манобан на слабо. Она не совсем понимала, что ей двигало в тот момент, и почему она так хотела, чтобы Лиса действительно попробовала влюбить ее в себя. Дженни очень хотела понять, почему эта девушка заставляет ее делать и говорить такие безумные вещи. Когда они вместе, они создают какое-то дерзкое дуо, что пытается переплюнуть друг друга в колкостях и шутках друг над другом. И никто из них не понимал почему же. В универе Дженни продолжала сторониться Лису, делая вид, что той не существует. Конечно, это задевало младшую, но она старалась видеть в этом вескую причину для Ким. Но стоило ей лишь подумать о том, что Дженни на самом деле ее ненавидит и сторонится из-за того, что стыдится ее — ее охватывала грусть. В общем чате они общались как ни в чем не бывало, продолжая подкалывать друг друга, только это, наверно, и утешало Лису. Она продолжала верить в добро, так наивно. Но вот, когда до выступления оставались считаные дни, Лиса и Дженни наконец-то решили встретиться. Хотя инициатива была больше от их подруг. Дженни шла по плитке ко входу в особняк Манобан. Они решили встретиться у младшей, так как у той не было дома родителей, и им бы никто не мешал. Неосознанно для себя Ким снова оделась так, будто идет не работать, так сказать, а на подиум. Топ Chanel и низко посаженные черные скинни джинсы. Таким образом было отчетливо видно ее подтянутый живот и мышцы. На ногах простые конверсы, а в руках кейс с гитарой. Младшая попросила ее взять свою, так как у той ее не было, только фортепиано. Поднявшись по ступенькам перед ней вдруг открылась дверь, и девушка непроизвольно дернулась. — Простите, не хотел Вас напугать, — сказал мужчина в возрасте, поклонившись Дженни в приветствие, — Мисс Ким? Брюнетка смогла лишь кивнуть, и прошла в дом, когда мужчина слегка отошел в сторону, впуская ее. — Позвольте я отнесу это в комнату мисс Лалисы, — сказал он, перехватывая кейс с гитарой. — Благодарю, — она мило улыбнулась, снимая свои кеды. — Меня зовут Хан, можете обращаться ко мне с любой просьбой, — сказал на последок дворецкий, приближаясь к лестнице на второй этаж, — Лалиса на кухне, прямо и направо. Дженни кивнула и наблюдала, как мужчина поднимался наверх. Только сейчас, приближаясь к кухне, она начала слышать какую-то мелодию. Это была какая-то популярная песня, которую Ким так и не могла узнать, но она совершенно перестала думать о песне, когда увидела Лису. Волосы девушки были в небрежном пучке, вокруг талии был обернут кухонный фартук, на ней была белая простая футболка и просторные серые штаны. Манобан даже не услышала, как ее гостья присела за островок на кухне, продолжая то подпевать песне, то подтанцовывать. Дженни должна признать, что вид был впечатляющий. Лиса умело двигалась в ритм песне, одновременно что-то мешая в тарелке или что-то нарезая. Возможно Джен давно должна была оповестить хозяйку дома о своем прибытии, но она слишком сильно наслаждалась видом перед собой. Она не считала это чем-то эдаким, она просто смотрела на красивую девушку с красивой фигурой. Что тут такого? Но от этих довольно сексуальных движений младшей в бит музыки к щекам старшей все же прилила кровь. Она обхватила их ладонями, пытаясь остудить, так сказать. Из-за этого мини-представления Дженни захотелось увидеть танцевальные навыки Манобан в полной мере. — Нравится, что видишь? — вдруг отразилось в голове Дженни эхом. Она сначала удивилась, но позже взяла себя в руки. — Нет, — с усмешкой ответила ей Ким. Лиса продолжала медленно двигаться и нарезать овощи для карри, а затем посмотрела из-за плеча на девушку за столом. Она сладко улыбнулась и подмигнула ей. Смело, Манобан, смело. — Врешь же, нравится, — сказала она. — Я не умею лгать, прости, — съязвила в ответ Дженни, скрещивая руки на груди. Лиса лишь усмехнулась ее словам. Сегодня день, когда Лиса наконец-то будет наедине с Дженни. Хоть у них и есть определенная задача на сегодня, она планирует начать делать хоть какие-то шаги навстречу Ким. Она не надеялась, что старшая действительно сможет влюбиться в нее, но так она хотя бы сможет поддерживать с ней дружеские отношения, что будет сложно, но Лалиса сделает все, чтобы Дженни не уходила. В планах у нее лишь банальные подкаты и комплименты, которыми она хочет растопить холодное сердце главной сучки института. Наверно, ей стоило лучше продумать план. — Прекрасно выглядишь, как всегда, — сказала Лиса, обворожительно улыбаясь и разворачиваясь лицом к гостье. Дженни приподняла вопросительно бровь. — И так ты собираешься меня влюблять в себя? — усмехнулась она. — Эм… — Лиса нервно почесала затылок. — Попытка хорошая, но банальная, — сказала Дженни, вставая со стула, — Что готовишь? Странно, что их разговор поддерживала Дженни сейчас, а не Лиса. Она так спокойно продолжала расспрашивать Лису о том, что она готовит, что младшая чувствовала себя как не в своей тарелке. То она игнорирует ее на парах и переменах, то интересуется тем, что она делает. Почему Дженни так принципиально избегает ее, когда они не с девочками или наедине? Чего она так боится? — Почему ты это делаешь? — не сдерживается Лиса, прерывая очередной вопрос девушки о готовке. — О чем ты? — непонимающе посмотрела она ей в глаза, опираясь поясницей на кухонный гарнитур рядом с Лисой. — Ты игнорируешь меня в универе, но сейчас ты просто не затыкаешься со своими вопросами и разговорами, — прямо объяснила ей блондинка. — Мне начать игнорировать тебя сейчас? — парировала Дженни. — Не отвечай вопросом на вопрос. Ким нахмурилась. Конечно, у нее была причина, почему она сторонилась Лисы на парах. Но она пока не готова делиться ею с девушкой рядом. — Мне не о чем с тобой разговаривать в универе, — придумала она хоть какое-то оправдание. — Опять врешь, — Лиса сощурилась, смотря на девушку. Что-то ей подсказывало, что Дженни что-то недоговаривает, и она обязательно узнает что. Но, наверное, сейчас не время. Старшая лишь сглотнула, отводя взгляд в сторону. — Предлагаю поесть, а потом начать писать текст, — перевела тему Лиса, понимая, что ничего сейчас из Дженни не вытянет. Девушка кивнула и села за барный стул. После обеда в тишине они направились в комнату Лисы. — У меня есть небольшие зарисовки и пара строк, — сказала хозяйка комнаты, указывая на кровать рукой, чтобы ее гостья села. Дженни снова в этой комнате. И снова ее накатило это чувство уюта и спокойствия. Странная аура была у Лисы, когда Дженни была у нее дома. Такого чувства у нее не вызывает даже ее родной дом. Пытаясь найти этому оправдание, Дженни лишь заводила себя в тупик. Ее пугала мысль о том, что Лиса дарит ей то спокойствие, которого у нее никогда не было, и что ей, возможно, это нравится. Она никогда не презирала Лису, и никогда ее не избегала по собственной воле. Ей попросту приходилось это делать даже больше в пользу самой тайки. Если бы Дженни так просто подошла к Лисе посреди кампуса, потом бы ее «подруги» не отстали бы от блондинки со своими издевками. Наверно, Дженни заботится о ней. Но Лиса об этом не узнает. Дженни взяла свою гитару, что стояла около кровати в кейсе. Вскоре рядом с ней приземлилась и Лалиса с каким-то блокнотом в руках. Какое-то время они неловко молчали. Лиса листала блокнот в поисках слов, а Дженни просто наблюдала за ней. Манобан выглядела так мило и по-домашнему. Какое-то волнение накрыло старшую, и что-то начало бешено стучать по грудной клетке. Она постаралась успокоиться как можно быстрее, пока Лиса не смотрела на нее. — Наиграй мелодию, а я зачитаю заготовки, — сказала блондинка, поднимая глаза. Ее взгляд пересекся с кошачьими глазами. Она вопросительно подняла бровь, а Ким кивнула, кашлянув. Девушка начала играть песню Мигеля, пока не дошла до бриджа, давая Лисе знак начинать. — Rock with me baby Let me hold you in my arms, talk with me baby, yeah, Rock with me baby, Let me hold you in my arms, talk with me baby, I fall in love every single time I look into your eyes, Those eyes; they never lie. [прим. автора: решила оставить текст на английском для атмосферы. Кому нужно — можете прочитать перевод самостоятельно. Так же да, по сути они сочиняют тут слова друг друга. Само выступление будет по канону того самого лайва, у каждой слова, которые должны быть] Дженни старалась не отвлекаться от аккордов, слушая притягательный голос Лисы. Она должна признать, что девушка не только прекрасно пела, но и классно читала рэп. Возможно, это ей удавалось еще лучше. Во время основных репетиций с девочками она внимательно слушала то, как Лиса поет с ними, иногда даже забывая свои собственные строки. Дженни не могла объяснить эту энергию, которую излучала Лиса, когда делала что-то, что очень хорошо умела: от готовки до игры на инструментах. Она все делала так, будто она уже на сцене, а вокруг нее миллионы фанатов. Ее энтузиазм поражал Ким. То, как Лиса отдается любимому делу, завораживало ее. И Дженни была не меньше удивлена словам, которые читались девушкой перед ней. Удивление взлетело вверх, утверждая, что Лалиса говорила про нее. Почему-то она очень хотела, чтобы так и было. — Это было… — пыталась подобрать слова старшая, — Неожиданно. — Тебе понравилось? — с сомнением спросила Лиса, смущенно опуская глаза. Она написала этот текст буквально пару месяцев назад, находясь в раздумьях о своих чувствах к Дженни. Довольно банально писать любовные песни о ком-то, но так она смогла выразить свои чувства на бумаге, а сейчас это как раз им пригодилось. — Да, — губы Дженни образовали доброжелательную улыбку, — Могу узнать о ком ты писала? Ее разрывало любопытство. Хоть Дженни и догадывалась, что, скорее всего, эти слова про нее, она хотела услышать это от девушки перед ней. Наверно для того, чтобы поднять свое чувство собственного достоинства. Звучит эгоистично, но это желание так и вырывалось из нее. Дженни безумно хотела, чтобы Лиса писала песни про нее. Только про нее. Но вряд ли она когда-либо задумается, почему же блондинка вызывает в ней такие чувства. — Есть одна девушка… — начала Лалиса, злобно ухмыляясь, смотря на то, как удивилась Дженни. Старшая напряглась. Сейчас Лиса могла сказать что угодно. Она уж думала, что та просто назовет ее имя, но видимо тут все не так просто. — Кто? — Ким уже не выдерживала эту паузу в словах младшей. — Ты такая нетерпеливая, — смеялась Манобан, — Ревнуешь? Дженни отложила гитару в сторону, скрещивая руки на груди. Подколы Лисы начинали ее раздражать, особенно, если это касалось ее ревности. Она не ревновала, нет. Ее просто раздражал тот факт, что Лисе нравятся и другие девушки, а еще больше тот, что у нее была бывшая, с которой они были очень близки. Она не ревнует, нет. Просто хотела знать, как та выглядела, лучше ли она нее, кто она такая вообще и как она посмела относиться к Лисе так, что она в итоге с ней рассталась. А может они не расстались? Дженни абсолютно ничего не знала. Но эти «что, если» не выходили из головы. И игнорировать эти мысли с каждым днем, проведенным с Лисой, становилось все труднее и труднее. Дженни Ким, ты влипла по полной. — Я не ревную, просто хочу посочувствовать этой несчастной, — парировала Ким, самодовольно улыбаясь. — Сама же сказала, что тебе понравилось, — сказала Лиса, отвечая той же ухмылкой. Ей нравились такие стычки с Дженни. Наверно, она всегда искала ту, которая сможет дать ей отпор с такой же силой, как у нее. Поэтому они с Рюджин и расстались. — Так о ком же? Рюджин? — Дженни решила не тянуть со своим любопытством. Она понимает, что звучит как ревнивая девушка, которая не может успокоить свой гнев. Но сейчас ей все равно. Она должна знать о ком Лиса читала. — Ч-что? — глаза Лисы округлились, — Откуда ты — — Птичка напела, — усмехнулась девушка, понимая, что явно задело что-то серьезное. — Я убью Чесу, — выдохнула тайка, — Нет. Это не про Рюджин. Мы давно не вместе. Вопросительный взгляд так и был на лице Дженни, давая понять, что она не довольна ответом девушки, и ей нужно больше информации. — Может просто продолжим? Нам еще целый куплет сочинять, — Лиса пыталась сменить тему. Дженни разочарованно выдохнула, осознавая, что сейчас явно не добьется желанного признания от Лисы. Не то что бы она так хотела, но было бы, конечно, приятно. Но она явно не хотела, нет. Просто так, ну прикольно было бы. Спустя полчаса раздумий Дженни выдохнула, положив ручку на кровать и перечитывая то, что написала. Обычно на написание песен у нее уходит больше суток, иногда и больше, а тут она написала большую часть куплета за такой короткий период времени. Откуда-то мысли так и лились от ее руки на бумагу. Наверно, слова Лисы так вдохновили ее, что слова шли сами по себе. — Ты закончила? — спросила Лиса, когда заметила движения Дженни рядом. Тем временем Лиса пыталась разобраться с концовкой, но выходило не очень. Дженни кивнула и передала гитару девушке. Она поправила волосы, перекидывая на одну сторону, чем сильнее привлекла внимание блондинки. С поднятием руки топ Ким так же приподнялся, оголяя кожу. — Перестань пялится, — сказала старшая. Она еще раз перечитала свои слова и дала знак Лалисе начинать песню. С гитарой она управлялась не лучше Дженни или Чеён, конечно, но сыграть мотив этой песни могла, чтобы Джен было удобнее петь. — I can tell your mine it's so hard when you're not around, I get mad thinking how I can't always have you around, I wanna make you spend the whole day with me girl, Play me like your toy, I'm all yours to enjoy, Hoping this moment lasts long and forever, I got no fear what so ever, you're my one & only lover. Возможно Дженни немного переборщила с откровенностью слов, но это то, о чем она думала сейчас. Объяснить она это не могла, но ее позабавила реакция девушки рядом. Лиса чуть не уронила гитару, когда Дженни сказала «Играй со мной как с игрушкой, я вся твоя, наслаждайся». Такого она точно не ожидала. Именно такой реакции и хотела добиться Ким — удивление Лисы. Кажется, что она даже не заметила обращение к девушке в тексте, настолько она была удивлена тем словам. Лалиса не могла не наслаждаться и голосом Дженни. Она сходила с ума, когда та пела, но умирала, когда та мелодично читала свои слова. Ей казалось, что нет чего-то, в чем Ким была бы плоха. Она умела все. — Ну как тебе? — поинтересовалась старшая, улыбаясь. — Эм, — Лиса усердно думала, — Очень… откровенно, наверно. Кровь снова прилила к ее щекам, и она опустила взгляд на гитару в руках. — Не хочешь узнать о ком текст? — вдруг спросила Дженни, заставляя Лису поднять глаза на нее. — Хочу. — Тогда скажи о ком твои слова, — Ким знала, что тайка тоже достаточно любопытная. — О тебе, — быстро выпалила Лиса. Не может она держать язык за зубами когда надо. Дженни самодовольно улыбнулась. Ее сердце забилось с невероятной скоростью, оповещая о своем наличии, ведь она не такая уж и бессердечная, у нее тоже есть чувства. И сейчас эти чувства переполняли ее. Дженни то ли радовалась, то ли сходила с ума. Когда кто-то откровенно заявляет, что пишет про тебя что-то настолько откровенное и интимное, как песня о любви, придавало некую уверенность в себе. — Тогда и мои слова о тебе.