Lovesick Boys

Джису стояла ко мне спиной, бережно расчесывая темные длинные волосы, когда я практически завис, разглядывая её тонкую маленькую фигуру. Расческа остановилась у макушки, выражение лица возлюбленной игривой улыбкой отразилось в зеркале, в которое она всё это время довольная смотрелась. — Опять любуешься собой? — забавно хмыкнула Ким, отложив вещицу в сторону, на комод, и обернулась. Её ноги и руки смешно выглядывали из-под широкой и удлиненной футболки, одолженной у меня. Джису смотрелась ужасно домашней, мягкой и безумно сексуальной — несмотря на то, что бесформенность одежды не обрамляла её формы, я прекрасно знал, какое красивое тело скрывалось под ним. — У меня есть вид получше. — Разве в этом мире есть что-то лучше твоей мордашки? — в тон диалогу пошутила Ким, приблизившись ко мне и бесцеремонно плюхнувшись на колени. Её руки привычно обвили шею, а губы нагло своровали поцелуй. Я беспечно закатил глаза, словно сражаясь с тем, чтобы не показать насколько это было приятно. — Кому расскажешь, всё равно не поверят. — Тогда давай это оставим в секрете? — интригующе предложила она, вновь приблизившись ко мне. Я знал, что многие парни люто ненавидели, когда девушки брали вещи из их гардероба. Мол, у них и так полно своей одежды, зачем ещё и мужская толстовка или рубашка в полоску? Но мне же наоборот дико льстило, когда Джису «одалживала» свитера и худи; её женственный и утонченный стиль не всегда позволял носить вещи оверсайз, однако если это происходило, то я был абсолютно «за». Черт возьми, в эти моменты весь её вид буквально кричал о том, что она моя. — Скоро стартуют съемки, — без промедления продолжила Джису, стянув щеки своими пальцами. Я почувствовал небольшой дискомфорт и то, как мои губы стали похожи на рыбьи. — Первая половина в Сеуле, а затем я улечу на несколько недель в Пусан. — Я помню, — промычал в ответ, бережно перенеся шаловливую ладошку себе на плечо, — и буду тебе благодарен, если ты лишний раз не рискнешь трогать лицо идеального мужчины Кореи. — Ты видишь где-нибудь здесь Сухо? — выдала Ким, изогнув бровь и вынудив меня перейти к более радикальным действиям. Я без особой опаски повалил нас на кровать, губами прислонившись к девичьей шее и чуть прикусив кожу. — Джинни, я убью тебя, если ты оставишь мне засос. — Тогда меня не возьмут в армию, — вновь без приглашения припал к открытому участку тела Джису, заставив её зарыться пальцами в небрежно лежащие волосы на затылке. Она болезненно оттянула меня от себя, как кота за шкирку, отчего прилично выругался. — Понял-понял, пожалуйста, не порти причёску. — Я хотела предложить тебе более действенный способ откосить. Но если ты продолжить саботировать мой имидж, то заберу свои слова обратно. Более действенный способ? Она же не… Я приподнялся на локте, рассматривая расслабленное лицо Джису, которая стерла остатки своего бальзама для губ с моего подбородка. Внутри закралось странное ощущение, что предстоящий разговор мог быть не самым легким для осмысления. — Пояснишь? — в надежде на то, что я неправильно понял её, переспросил и постарался не выдать своего волнения. Ким тоже придвинулась ко мне, со странным отблеском предвкушения в глазах. В нос ударил знакомый запах можжевельника и клубники, кажется, так пах Carmex. Джису глубоко вздохнула и достаточно длинно выдохнула, будто собираясь с силами. Я подсознательно осознавал, к чему стремился диалог, но не был готов дать ответ на главный вопрос. Пришёл ли уже сам к этому? К следующему шагу? — Вообще-то, я давно уже хотела тебе это предложить, но… Как ты смотришь на то, чтобы завести ребенка? — выпалила она и стойко продолжила глазеть на меня в ожидании реакции. Желудок сжался между ребрами. — Ты беременна? — довольно взволнованно осведомился я, чувствуя, как абсолютно не готов к этой новости. Джису пила противозачаточные, и это не считая того, что мы всегда предохранялись. Вероятность незапланированного ребенка была мизерной (в отличие от некоторых, у нас гормоны уже не так шалили и, к тому же, я всегда думал головой, а не головкой). — Что? Нет, — поспешно успокоила меня Ким, сведя подозрения на «нет». Я почувствовал, как мускулы заметно расслабились, однако, в целом, легче не стало. Где-то внутри у меня было понимание ситуации; нам обоим глубоко за двадцать пять, я почти разменял третий десяток. А у женщин в это время часто начиналась «детская лихорадка», потому как общество диктовало им свои правила. Сюда же прибавить бы детородный возраст… — Сокджин? — Я… Вау, — сорвалось с губ, заставив меня выглядеть полнейшим дураком. Нашёл что сказать, десять из десяти, всемирно известный тупица. — Точнее… Джису, это серьёзная тема для разговора, ты ведь это понимаешь? Я инстинктивно присел на кровати, постаравшись не испугать Ким своей реакцией. Однако она была настроена решительно, лишь повторила за мной и теперь, не отрываясь, жаждала ответа. Очевидно, что мои вздохи и междометия её не устроили. — Понимаю. Я бы не предложила что-то такое, если бы не полностью была уверена в своём решении, — пояснила свой поистине выбивающий из колеи вопрос, а затем нежно протянула ладонь, переплетая наши пальцы, — Лиса беременна и теперь уже точно, что ближайшие полтора года мы сосредоточимся каждый на соло-карьере. А ещё… Мне двадцать восемь, Джинни. Я материально и морально созрела к ребенку. Идеальнее времени не найти. — Ты ведь знаешь мою позицию по поводу семьи и брака… — попытался вразумить свою половинку, однако она довольно быстро меня перебила. — Я не прошу тебя жениться на мне, не переживай, — Ким подарила улыбку и легко откинула мешающиеся волосы назад. — И не делаю это неосознанно, или только для того, чтобы два года не носить тебе передачки. Я правда этого хочу. В этом и состояли все современные прогрессивные женщины — сильные, самодостаточные и самостоятельные. Я вот здесь совершенно не шёл в ногу со временем, их независимость, конечно, была просто замечательной, однако внутри меня всегда зрела картинка полноценной семьи. Возможно, нашей с Джису семьи, когда мы будем мужем и женой. — Не думаешь ли, что это навеяно… Состоянием Лисы? — схватился за последнюю спасательную соломинку я, непонятно почему, так отрицавший институт семьи прямо сейчас. — Поверь, если бы ты видел, с чем ей приходится сталкиваться, то это был бы анти-пример, — самодовольно хмыкнула Ким, тихонько хихикнув. «Поверь, я вижу», — пронеслось в голове с издевкой. Чонгук едва ли со всем этим справлялся, мне было действительно очень жалко его порой. Ведь в преддверии ссоры или, как в их случае, непередаваемой ругани, он априори оказывался виноватым, даже если ничего не сделал. Лиса и так была излишне эмоциональна по своей натуре, а когда на …надцатых неделях гормоны начали управлять рассудком, то ей просто снесло крышу. Никто не мог уличить мать в особенностях женского организма, меняющегося и шокированного растущим ребенком внутри него, а вот несдержанного отца, всегда, пожалуйста. Он должен был быть сильным. Никто из ребят даже не задумывался, что Чону тоже, вообще-то, тяжело. И такое, увы, встречалось у большинства… У меня не укладывалось в мыслях, как нечто подобное могло произойти в наших размеренных и устоявшихся отношениях. После ситуации с Намджуном, мы будто переквалифицировались в ранг «старых супругов», и я был безумно рад тому доверию и спокойствию, царивших внутри нашей пары. А ребенок перевернул бы всё это с ног на голову. Триместр токсикоза, психоза и лже-схваток… Наверняка, мне стоило сначала закалить свои нервы в армии, а потом уже и бросаться в омут семьи и огромной ответственности. — Боже, Джинни, я не хотела тебя пугать, — поддерживающе вступила в разговор Джису, неожиданно рассмеявшись, — и ты не должен отвечать мне прямо сейчас. У тебя есть время для того, чтобы всё это обдумать. Просто мне хотелось обозначить свою позицию, только и всего. — Разве ты хочешь делить меня с кем-то? — поинтересовался я, оттянув край домашней кофты. Кажется, воротник внезапно натер основание шеи. — Я не буду тебя ни с кем делить, глупый. Лучше подумай о том, что в мире может появиться ещё один всемирно известный красавчик. Или красавица. Меня бросило в пот лишь от одной такой мысли. Я округлил глаза рефлекторно, не сумев совладать с эмоциями и картинками, возникшими в голове. Казалось, даже уши и те покраснели от напряжения. Ким ещё сильнее залилась смехом. — Пожалуйста, не переживай так, — сквозь хохот протянула Джису. Она приластилась к моей груди и пощекотала носом впадинку между ключицами. — Всё, на сегодня об этом забыли. Когда будешь снова готов, то вернемся к этому разговору. Честно говоря, не особо-то у меня было желание к нему возвращаться.

~

Мы все, за исключением Чимина и Чеён, сидели на кухне общежития BTS — собираться там по вечерам компанией стало уже негласной традицией. Хосок шутливо предложил просто съехаться всем вместе, а не жить на два дома. По правде говоря, Хоби очень любил, когда девочки у нас гостили, потому что за восемь лет жизни с парнями начал скучать по исконно женскому обществу. — Звонили Паку? — как-то официально уточнил Тэхён, бесконечно долго играющий с пальцами Дженни. В последнее время эти двое как липучки не могли отойти друг от друга; Ким целовал подругу при каждом удобном и неудобном моменте, будто физически не мог вынести больше часа без родных губ. Юнги странно реагировал на столь бурный роман между ними. Всегда делал вид, словно публичное выражение чувств ему глубоко неприятно, хотя ни к кому больше не питал такой особой антипатии, за исключением этих двоих. Намджун как-то раз поддерживающе похлопал друга по спине, заставив меня задуматься о настоящих мотивах Шуги… Однако по Юнги никогда нельзя было судить уверенно и однозначно. Будучи мастером в сокрытии своих чувств, даже если Дженни ему и нравилась, он спрятал эту тайну глубоко в своём сердце и выкинул ключ. — Да, — поспешно доложил Намджун, — сказал, что ему не очень приятно сниматься в этом шоу. — Действительно, кто бы захотел провести месяц в качестве мужа, — недовольно фыркнул Чонгук, поспешно переведя взгляд в сторону Лисы, словно проверяя, получит ли он за столь раскрепощенную мысль или нет, — в качестве чужого мужа, точнее. Манобан сегодня на удивление была молчалива, весь вечер просто катала брокколи по тарелке, даже не подцепляла её вилкой. Казалось, она не слышала реплики, находясь в себе и в своих размышлениях. — Столько воздержания, Чимин с ума сойдет от срока, — без стеснения пошутил Хоби, потянувшись за стаканом с холодным чаем, заставив нас усмехаться. — Как Чеён, кстати? Наверняка, здорово отдыхает в Австралии? — Послезавтра должна прилететь, — пояснила Дженни, внимательно оглядывая присутствующих, — обещала привести известный австралийский бренди. — Потрясающе, — обрадованно протянул Юнги, приподняв стакан с напитком в воздух следом, — тогда мы все её о-о-очень ждём. Особенно Тэхён, правда? — Естественно, — саркастично выдал Ким, бросив в сторону друга шутливо-угрожающий взгляд, — поэтому мне достанется больше, ведь я — любимчик. — Кажется, мы уже выяснили, что я — любимчик. — Вы оба зазнавшиеся чудилы, — без доли сомнения рассудила Дженни, надеясь оставить на щеке своего молодого человека поцелуй в качестве извинения. Однако Тэ её хитро опередил, подставив губы своей девушке вместо скулы. Ким отвесила ему едва ощутимый подзатыльник за это, без промедлений вернувшись к диалогу, — и определенно наименее любимые участники BTS. — Со мной бы она переспала, так что, вполне возможно, бутылка за мной, — вступился за себя Хосок, подмигнув двум претендентам на подарок Чеён. — Слышал бы вас Чимин, давно тумаков надавал, — важно подметил Намджун. Джису тоже добро улыбнулась, посильнее натянув на себя рукава тонкой хлопковой рубашки. Я счёл это странным, поскольку день сегодня выдался жарким и насыщенным. Мой мизинец случайно задел ладонь Ким, отчего та ужасно быстро одернула руку, словно прикосновение ошпарило её. Джису сама смутилась неожиданной реакции, однако руку не вернула, спрятав запястья под стол. Неужели после нашего разговора она не хотела ко мне прикасаться? Может быть, я был груб или сказал что-то не то? Намджун тоже уловил странное поведение моей девушки, глазами намекнув на то, что случилось нечто странное. Я едва заметно кивнул, придвинувшись ближе к Джису, запрокинув руку на спинку стула и дежурно улыбнувшись. — Всё нормально? — Лучше. Не. Бывает.— прерывисто отчеканила Ким, словно старалась убедить в этом и себя. Блеф не прокатил, так как мы с Джуном тут же раскусили её нелепые попытки пресечь волнение с нашей стороны. Я удивленно вскинул брови, не поняв, зачем она решила меня обманывать, хотя ненавидела это дело. Мои пальцы легко прикоснулись к запястью Ким, вынудив её неконтролируемо вздрогнуть и попытаться отдернуть руку. Под объемным изумрудным манжетом издевательски проглядывал покрасневший участок кожи, будто от захвата. Я среагировал моментально — тут же расстегнул пуговицу, криво пришитую на ткань, обнажив новые и уже посиневшие от времени отметины. Намджун поймал мой яростный взгляд, однако не сразу сообразил о происходящем. В отличие от меня. — Кто это сделал?! — не церемонясь, ошеломил комнату своим недовольством и переживанием. На другой руке симметрично расположились другие опечатки, словно её насильно удерживали. Я почувствовал, как не мог сдерживать вырывающийся на свободу гнев, меня обуяла непередаваемая злость. Все взгляды в этот момент обратились в нашу сторону. Намджун тоже понял, что произошло, он обреченно вздохнул и с неким сочувствием посмотрел на Джису. — Так тебя… — Всё в порядке, — поспешно прервала его Ким, чересчур спокойно и невозмутимо, пряча следы от захвата обратно, неловко ежась на стуле. — Это не первый раз, когда ко мне кто-то пристает в к-поп индустрии. Комната погрузилась в зловещую тишину. Я буквально ощутил, как заработали шестеренки внутри мыслей, как они безрезультатно вращались и отрицали очевидную информацию. До неё домогались. До моей Суи домогался какой-то урод. — Повтори, — ледяным тоном приказал я, сжав руку в кулак до побелевших костяшек. Казалось, будто этот факт её абсолютно устраивал и нисколько не смущал. — К тебе что? — Спокойно, — ровным тоном заявил Намджун, придвинув свой стул ближе к Джису. — Не думаю, что давление здесь уместно… — Я в порядке, — тут же прилетело от Ким, сложившей ладони на груди, в защитной позе, чтобы я не смог снова прикоснуться к отметинам, — у нас с продюсером, вышло недо… — К тебе приставал продюсер?! И почему я узнаю об этом только сейчас?! — Сокджин, остынь, не хватало только твоей истерики, — без приглашения вмешалась в разговор Дженни, в надежде утихомирить меня. Но как тут можно было остыть? Кто-то прикасался к моей девушке. Кто-то хотел сделать ей больно. — Джису, он опя… — Опять?! — как попугай тараторил я, с каждой секундой удивляясь от происходящего. Мой кулак характерно пришёлся по столу, заставив всех вздрогнуть от неожиданности. Юнги и Хоби даже не знали, что сказать. Лиса, которая до этого была бесконечно далека от разговора, наконец, проявила хоть какие-то признаки вовлеченности. Она поспешно опустила вилку, освободив правую руку для того, что помассировать виски растяжкой большого и указательного пальца. — Мы испытываем такое большую часть карьеры, — без эмоционально постаралась объяснить она, не на шутку встревожив Чонгука ровностью голоса, — поэтому для нас это в порядке вещей. — Чего? — настала очередь Чона поражаться услышанному. Он округлил глаза, держа свою возлюбленную на прицеле взгляда. Конечно же, у Гука тоже разыгрались злость и негодование, однако у него не было карт-бланш на проявление чувств, как у меня. — Почему же молчали всё это время? — Никто ничего не сделает в любом случае, — закончила за подругу Дженни, замечая, что Лисе сейчас лучше было промолчать. Они разделили странную историю, которую никто из присутствующих не имел права разглашать. Её лицо покрылось непроницаемой маской, в то время как у Чонгука сменилось уже три выражения. — Когда компания делает тебя объектом сексуализации, ты должна быть готова к последствиям. — Но это же безнравственно, — заволновался Тэхён, единственный из нас, кто проявил не горечь и обиду от невысказанности проблемы, а лишь сопереживание и сочувствие. Он раскинул ладони в сторону. — У вас же абсолютно нет никакой защиты. Как можно быть такими сволочами? — Редко, когда доходит до лютого рукоприкладства. Чаще всего это заканчивается намеками и щипками. Если хочешь сохранить карьеру, то приходится с этим мириться и понимать, что никто тебе не поможет. Этому учат с самого дебюта. — Лиса, у вас есть целых семь парней за спиной. Семь самых весомых парней в к-поп индустрии за спиной, — как бы «между прочим» напомнил Мин, периодически переводя взгляды с Манобан на Ким и наоборот. — Если бы вы только, сказали, мы бы обязательно как-то разрешили эту ситуацию. — Мне нужно подышать, — отрезал Чонгук, поднявшись со своего места и направившись в сторону выхода. Наверняка её «никто» укололо его больнее, чем предполагалось. Лиса очень хотела встать следом, но не решилась, отодвинув от себя тарелку с овощами. Хосок поспешно протянул ладонь, чтобы дружески провести по её спине в поддерживающем жесте. Я тоже хотел выйти и проветриться, но не мог оставить ситуацию даже на секунду. По венам текла ярость, голову затуманило лишь одно осознание — до Джису домогались. И она ничего не рассказала. Ни одна из них. — Что произошло? — уже более мягким голосом постарался уточнить я, однако слишком сильно надавил на окончание. — Я должен знать. — Мне намекнули на то, как я могу получить больше экранного времени, — с неким стыдом, произнесла Джису, жутко смущенная всеми пристальными взглядами. — Я отказалась и меня попытались переубедить, но благодаря полученным ранее урокам самообороны, мы быстро выяснили, что я в этом не заинтересована. — Ты же можешь подать на него в суд, — поспешно заметил Хоби, разглаживая складки на лопатках Лисы, — тебя практически склонили к изнасилованию. — Вы хоть раз слышали, чтобы такие суды выигрывались? — с большим отторжением встретила Дженни, почувствовав, как руки Тэхёна резко притянули её к себе кольцом. Она не сопротивлялась и, казалось, боролась со слезами, подкатывающими к глазам. На шее Юнги выступили жилки от напряжения. — Все знают, что такое происходит, но никто не обращает внимание. Да, мы более защищены сейчас в этом плане, нежели шесть лет назад, но всё равно… — Поэтому мы воспринимаем такого рода вещи спокойно, — поддержала подругу Джису, тяжело вздохнув и упершись локтями в столешницу. Пальцы она сцепила в замок, на языке невербалики все ещё показывая нам свою неприязнь к диалогу. Я потерял способность промолвить хоть слово, поэтому только слушал, — первое время ты думаешь, что с тобой что-то не так, а потом смиряешься с тем, как устроен мир… — Пиздец, — выругался Намджун, запустив пятерню в волосы и испуганно оглядывая комнату своим вкрадчивым взглядом, — простите за мой английский, но других слов не найти. Неужели вы реально не можете ничего сделать? Нельзя ли подать жалобу на продюсера? — Мы не в либеральной Европе, Джун, — поспешно ответила Лиса, коротко бросая взор на панорамное окно к заднему двору, туда, где стоял Чонгук, уцепившись за перила и вдыхающий летний ночной воздух. — С такими влиятельными людьми, суд не будет на стороне каких-то попсовых певичек. Повисло молчание. Пагубное, длинное и щемящее, будто завеса чего-то тяжелого приоткрылась и отдала реальностью с другой стороны. Конечно, мы знали, что такое существует, но всегда думали — оно где-то там, далеко, до него донельзя дотянуться рукой. А тут… Моя Суя, моя девушка, свыкшаяся с мыслью о невежественных намеках и воспринимающая попытку к домогательствам, как нечто само собой разумеющееся. Я никогда не задумывался насколько она психологически сильная и взрослая. — Прости, — без промедления выдал, ощущая себя каким-то снобом и эгоистом. Конечно, мне это было неприятно, ужасно обидно; но теперь я понимал, что для них это стало делом привычки. Запирать на замок свои страхи, — я погорячился. — Всё нормально, — сообщила Джису, погладив мое предплечье, — теперь давайте временно закроем эту тему, потому что она не самая простая для осмысления и уж точно не самая приятная для диалога. У меня было миллион и один вопросов — но всем им пришлось отойти на второй план. Слишком много информации за раз, голова кипела вместе с негодованием и ненавистью. Мне хотелось преподать урок хороших манер одному ублюдку. Насилие — это не выход, но с такими людьми мог поговорить лишь кулак Ким Сокджина.

~

Съемки клипа всегда были тем ещё энергозатратным мероприятием. Обычно перед ними мы прилично долго высыпались, потому что иначе приходилось клевать носом всё оставшееся время. Я пригубил уже две кружки с утра и по дороге на локацию, поскольку около недели не ощущал здорового сна. Вечно слишком много волновало: Что будет, когда я уйду в армию? Что если Джису когда-нибудь не сможет себя защитить? Что если меня ранят на службе? Что будет с BTS, когда я всё-таки покину ряды и вступлю в статус «служащего»? Моё будущее сейчас находилось в далекой, ещё невидимой дымке, к которой я постепенно подбирался. Ночь была слишком притягательна на размышления, довольно коварна и обманчива, прямо как настоящая женщина. Она обеспечивала меня навязанным чувством защищенности и раскрепощенности, позволяя глубоко и надолго уходить в чертоги разума. И как бы сладко Джису не пыталась усыпить своим сопением, я продолжал блуждать в мыслях о будущем до утра, перебирая темные пряди волос. — Идем же, Гук, — сообщил другу Тэхён, толкнув насупившегося парня в ребра. Чон сложил руки по бокам и недовольно выдохнул, направившись на выход. Я отвлекся от опустевшего стаканчика, оставив его у своего места в заказном автобусе. Мы все внутренне переживали за нашего макнэ — после минувшего разговора, Лиса собрала свои вещи и вернулась в дом BlackPink, даже не попрощавшись, рано-рано утром. Он не рассказал нам в чём дело, да и не особо хотел с кем-то контактировать несколько дней, если честно. Я видел, как Чонгук срывал звонками её телефон, но, видимо, натыкался на автоответчик. А потом мне Джису сообщила, что Чеён и Лиса уехали куда-то загород. Якобы у Пак в Австралии вновь случился сбой на фоне диет и ей требовалось некоторое время на восстановление. Вот вам и сильные девушки. Обе сломались беззвучно. — Парни, — встретил нас обрадованный Чимин у автобуса, который был ни сном, ни духом о состоянии своей возлюбленной. Мы с Тэхёном и Юнги решили, что лучше бы ему не знать об обострении. Вряд ли хоть кто-то из нас обладал правом погружать его в такие новости, а раз Розэ, очевидно, ничего рассказывать не собиралась, приходилось держать рот на замке. — Не поверите, как я по вам соскучился. Крестиком отмечаю, сколько осталось. — Как твоя женушка? — игриво подстебал друга Намджун, взъерошив ему волосы, ещё неприготовленные к съёмке. Чимин поспешно поправил вспушенную гриву, но Юнги вновь испортил весь образ. — Ладно, не по вам двоим, — хмыкнул Пак, нервно прокрутив в ухе круглую сережку у хряща, — моя партнерша по съемкам такая противная, жду не дождусь, когда уже смогу увидеться с Чеён. — Мы все переживаем за твое состояние, — шутливо заметил Хоби, внутренней стороной локтя притянув Чимина за шею. Его рука спокойно свисала с плеча друга, — наверняка, воздержание очень сильно сказывается на твоем настроении... — Не завидуй моей выдержке. На твой век тоже потрахушек хватит. Я отмалчивался, погруженный полностью в свои мысли, в то время как Тэхён потряс Чонгука в разные стороны. Чон подарил другу сдержанную улыбку, встретив удивленный взгляд Пака. Их ментальная связь позволила невооруженным глазом понять не озвученное. «Что-то стряслось?». «Не здесь». — Ладно, малыши, — забавно протянул я, в надежде остаться профессионалом и сосредоточиться целиком и полностью на работе. Нужно было решать проблемы по мере их поступления, но моя задумчивость не давала покоя, — идемте творить очередной шедевр. — Наконец-то я снова примерю на себя образ нуар, — загадочно помечтал Тэхён, когда мы двинулись в сторону павильона с гримерными и уборными. Основные съемки же проходили на улице, — я в нём ужасно горяч. — О, вау, интересно, кто же составил такое экспертное мнение? — забавно подшутил над ним Шуга, в очередной раз стараясь ударить побольнее. Хосок ущипнул приятеля за бок, тот пискляво взвизгнул в ответ. Хоть что-то наконец-то натянуло улыбку на лицо Чонгука. Намджун резко остановил меня у входа, намекнув получше рассмотреть людей, освобождающих площадку для танцев. Среди них я увидел пару знаменитых актеров и — бинго! — Джису, одетую в приметное летнее платьице с шифоновыми рукавами. Готов поспорить, что все синяки и отметины они ей замазали. Нам нельзя было публично хоть как-либо выражать реакцию друг на друга, при том с таким количеством свидетелей. Однако она тоже заметила меня краем глаза и теперь спешила поскорее увильнуть в павильон, где мы могли побыть наедине, без посторонних. На сегодня нужный материал у кинорежиссера был готов, так что Ким на прощание обнималась с коллегами и уже хотела осуществить свой план… Как вдруг какой-то жирный кореец с непритязательной внешностью — от лица всемирно известного красавчика я имел право такое заявлять — вырос перед ней и недвусмысленно о чём-то сказал. И хотя я не расслышал, о чём шла речь, по лицу возлюбленной стало понятно, что этот человек был ей далеко не приятен. Намджун сжал моё предплечье, прежде, чем позволил сделать шаг вперед. — Только без глупостей, — предупредил Ким, а затем кивнул в сторону моей девушки. — Чтобы не вызвать подозрений, подойдём вдвоём. — Это продюсер? — уточнил выглядывающий из-за наших спин Чонгук, словно сын под крылом родителей. Он оценил образ мужчины, дорогой костюм, начищенные ботинки, золотые запонки и неприятный оскал. — Будем бить? — День куда-нибудь свой юношеский максимализм, — уступчиво попросил Тэхён. — Вообще-то я настроен на драку как никогда. Чимин немного присвистнул, вынудив нас в унисон обернуться на него и подарить некоторые разъяснения. В своей кожаной куртке и наспех натянутой панамке (из-за испорченной прически) он смотрелся как возмущенная коала. — Алло, кто-нибудь расскажет мне, что здесь происходит? — непонимающе уточнил Пак, смотря на нас шестерых как на врагов народа. — Что это за мужик вообще и почему он липнет к Джису? Я рефлекторно вернулся взглядом к своей девушке, обратив особое внимание на то, как за несколько секунд рука продюсера опустилась сначала на талию, а потом на ягодицы. Ким тактично отошла в сторону, но кореец беспардонно сжал её предплечье своими короткими жирными пальцами. У меня сорвало крышу. — Эй, Вы! — тут же прикрикнул, вырвавшись из захвата Намджуна и стремительно сократив расстояние. Моя орава и поддержка послушно двинулись следом. Можно подумать, у них был выбор. — Кажется, девушка ясно дала понять, что в Вас не заинтересована. Хоби попытался остановить меня, но всё оказалось тщетно. Никто не смел так безнаказанно обращаться с моей Суей. — Вы слишком молоды, чтобы судить о таком, юнец, — брезгливо отозвавшись в мою сторону, сказал продюсер, прижав тело Джису ближе к себе. — Когда побудете в бизнесе киноиндустрии чуть дольше, то сразу же начнете разбираться в том, когда у актрисы с кем-нибудь роман. — Джин, прошу, — умоляющим голосом прошептала Ким, но мы с этим типом характерно расслышали огромную просьбу. Его дыхание опалило её ухо, она полностью покрылась мурашками от предстоящего ужаса. — Так вы знакомы, — чуть насторожился мужчина, однако не выпустил её из объятий. Он подцепил пару прядок и по-хозяйски закрутил их, отстранившись. На лице восторжествовала странная ухмылка. — Познакомишь нас, крошка? — Познакомься с моим кулаком для начала! — и неожиданно для себя точечно нанёс удар оппоненту, пришедшийся ему прямиком в глаз. Джису испуганно вскрикнула, закрыв рот руками, когда продюсер выпустил её тело из захвата и отшатнулся. Я наступил вперед, без промедления запустив ещё один урок хороших манер под челюсть, отчего мужчина оступился и не удержался на ногах. Его жирное пузо перенесло больший вес на бок, отчего он, собственно говоря, и свалился окончательно, мотаясь по земле, как свинья в грязи. Но мне недолго удалось торжественно наблюдать за победой, потому что уже в следующее мгновение один из охранников продюсера без предупреждения направил удар теперь мне в переносицу. Я в последний момент, сокрушенный не вовремя застигшей болью, пронзившей голову, ухватился за его воротник. Наши лбы звонко столкнулись, слишком громко отчасти. На громилу полез Намджун, это я увидел размыто, тот безуспешно тягал его на себя, как штангу, в попытке предотвратить тотальное избиение. Где-то издалека донесся звонкий и пробирающий под кожу голос Джису; пыль взмыла вверх, мой затылок почувствовал землю, а сбитые костяшки на руках чью-то щёку. Мы натурально дрались — к делу подключился второй охранник и наш, человек из персонала пытался безуспешно разобраться с возникшей заварушкой. — Хватит, пожалуйста, перестаньте, Вы же его убьёте! — прозвучало над головой, когда Ким безрассудно втянулась в драку, обвивая шею мужчину и вскакивая ему на спину. Он скинул её с себя, как какую-то дворовую шавку, лишь на секунду обернувшись, чтобы разглядеть масштабы загруженности. Но этого мгновения хватило, чтобы его, своими боксерскими навыками, обескуражил Чонгук, он беспринципно обвил торс охранника и уронил двух метровую громилу вниз, покатившись с ним по земле...

~

...Я держал лед, упакованный в ткань, у головы, потому что она раскалывалась на миллионы частей. Естественно слетелись репортеры. Естественно вся ситуация уже просочилась в прессу, однако Big Hit сделали всё, чтобы сократить масштабы скандала. Имя Ким Джису уже нигде не фигурировало, что стало просто колоссальной удачей, однако несложно было не сложить дважды два. Фанаты в любом случае догадаются, в этом состоял лишь вопрос времени. Про судебный иск за нападение никто ещё не слышал, хотя такие вещи тоже не решались ежесекундно. Становилось ясно лишь одно — мне за это вставят. По полной. Но я не жалел, совершенно. Только что друзья чуть-чуть пострадали, а остальное неважно. — Девочки тут! — поспешно сообщила Дженни, проходя внутрь той части павильона, где мы находились, с переносным холодильником и наспех купленными замороженными продуктами. Тэхён тут же поднялся с места, чтобы помочь. За прошедшие четыре часа, из загородной поездки успели вернуться остальные участницы BlackPink. Ким подобрала их по дороге к нам, потому что, очевидно, её болтливый парень сразу выпалил все подробности случившегося скандала. Чеён первая влетела в наш закуток, глазами испуганно ища целого, невредимого и до сих пор шокированного Чимина. — Господи, Чим-чи-и-и, — протянула она, а затем с разбегу утонула в родных объятиях. Пак слегка пошатнулся от скорости, с которой австралийка чуть не сшибла его с ног, однако твердо устоял на месте. Он незаметно для неё вдохнул аромат знакомых духов и кожи. — Я в порядке, только немного потрепан морально, — поспешно сообщил Чимин, принимая шквал поцелуев от своей девушки. — Ты похудела? — Ты убежал, — важно подметил Шуга, прикладывая лед, протянутый Дженни, к припухшему локтю. — За подмогой, — без промедления пояснил Пак, затискивая Чеён обнимашками и не скрывая обиды в голосе. — Кто, думаешь, привёл того, кто победил здорового верзилу, и позвал сотрудника? Я просто всё продумал наперед. В наш огороженный отсек бесшумно проникла и Лиса, застопорившись в проходе в попытке пристальнее изучить вид помятого, грязного Чонгука. Его костяшки, как и мои, багровели, местами на ссадинах уже успела запечься кровь. У Чона болели ребра, но осмотр показал, что ему повезло отделаться ушибами. На удивление Манобан даже не разразилась слезами. — Вы вообще нормальные? — внезапно грозно выдала Лиса, подойдя ближе к Чонгуку и обхватывая его лицо руками, чтобы ещё ближе осмотреть ссадины. Она взяла из контейнера холодный мешок ягод и тут же приложила к затылку Чона. Тот инстинктивно подался вперед, руками цепляясь за её талию. — Вы семь здоровых парней и полезли на двух опытных верзил! Вписались в драку. Да вас могли там убить! — Ну, это вряд ли, — шутливо подметил Чонгук, кривясь от смеха. Он бы болезненно простонал, если бы не показная стойкость перед Манобан. — Не «вряд ли», — отважно отрезала Дженни. — Ладно, с продюсером, но с охранниками зачем было разбираться? — Когда тебя бьют, то ты не думаешь, а бьешь в ответ, — совершенно научно пояснил Намджун, руку которого вновь перевязала Джису, поскольку его бинт от движений успел сползти вниз. — Вообще-то, этот ублюдок пытался домогаться до Джису. Мы не виноваты, что у него есть охрана. Лиса прикусила нижнюю губу, подняв голову вверх. Дженни заботливо меняла всем подтаивающие продукты, мысленно радуясь тому, что Тэхён не пострадал. Розэ, казалось, вообще забыла о драке в ту минуту, как увлеклась теплом и её-Чим-чи-Мочи-Лордом-Чимином. А вот Джису молчала. Я чувствовал, как она злилась на свою беспомощность и хотела побить меня в одно и то же время. Уверен, что Ким винила в этой ситуации одну себя, хотя, по правде говоря, такое случалось сплошь и рядом с другими женскими к-поп айдолами. Мы просто преподали урок одному уроду, а ему следовало бы донести эту мысль до остальных. На каждого ужасного продюсера найдется свой Ким Сокджин. — Ты чуть не оставил малыша без отца, — важно заявила Манобан, дав Чонгуку передохнуть от холода, а затем вновь приложила тот на больное место. Гук неожиданно заскулил, но довольно быстро затих. — Не драматизируй. — Пожалуйста, Гук, больше никогда, слышишь меня, никогда не сражайся с человеком, который по параметрам превосходит тебя в полтора раза. По правде говоря, никто из вас, — надломанным голосом попросила Лиса, направив ухо парня прямиком к своему маленькому животу, — вот что я буду делать, если потеряю тебя, ты об этом подумал? Чон лишь сильнее прижался к ней, растянув припухшие губы в улыбке. Джису кинула в мою сторону убийственный взгляд. И я его понял. Нам нужно было поговорить. Вот только можно было ли это совершить чуть попозже, когда мои виски перестали бы пульсировать, а в ушах не стоял шум? По всей видимости, нельзя — Ребята, ещё раз спасибо за то, что вступились за меня и спасли Сокджина, — очень официально протянула Ким, поправив ткань разобранного на предплечье платья. — Вы не будете против, если я украду нашего всемирно известного драчуна на несколько минут? И, не дождавшись ответа, она тут же схватила меня за руку и поспешно потянула за собой в один из укромных уголков ангара. Я поддался, но пошёл медленно, практически телепался, поскольку у меня дико болел копчик. Но возлюбленная без слов подстроилась под заданный ритм, неторопливо утягивая за собой в уединение. — Ты ведешь меня на исправительные работы? — попытался развеселить её я, небрежно скрывая кровавый подтек под губой большим пальцем. Однако Джису тут же резко остановилась на месте, словно высказывание было, по меньшей мере, оскорбительным. Её бледное испуганное лицо выразило странную эмоцию, которую я никогда ранее не видел прежде. А затем она разрыдалась… За секунду. Без явных признаков подступающей истерики. Раз, и Ким глотает горькую слезу за слезой. Такого неебически быстрого развития событий я, честно говоря, не ожидал даже в самый последний момент. Сначала, опешил, а затем попытался сообразить, что мне такого сказать или сделать, чтобы успокоить её нервы. Ким обхватила руками себя, а затем осторожно опустилась на колени, осев прямиком на грязный пол. И как прикажете поступать в такой ситуации? У меня не было даже минуты на замешательство, я ненавязчиво оказался рядом, наплевав на все рамки приличия. Мои штаны и так были полностью испачканы, про заляпанную кровью рубашку даже говорить не хотелось. — Суя, ну, чего ты? — задал а-б-с-о-л-ю-т-н-о тупой вопрос я, стараясь выкроить время на нормальную успокоительную речь. Но мысли кубарем блуждали по побитой черепушке. — Пару синяков, подумаешь… — Я просто не могу поверить, — резко перебила она, всхлипывая, — ты… Никто никогда меня не защищал, как ты, и я… Я не знаю, мне стало так страшно, что он вырубит тебя и… Сокджин, я так испугалась, что моментом… Какой же несчастно счастливой Джису предстала передо мной в этот момент — отчаянная, сильная, но не боящаяся показать свои истинные слабости. Ким прижалась ко мне, замаравшемуся в чем только можно было, подарив пораненным губам поцелуй. Он был такой болезненный, но такой нужный, так что я даже не рискнул его прервать. Она прошлась дальше, оставив влажный след на щеке, на скуле ближе к уху. Каждое её прикосновение приносило приятный дискомфорт. Я, конечно, не сторонник теории Чимина, что интимной близостью можно было решить процентов сорок проблем в отношениях, однако сейчас секс действительно мог бы помочь разрядиться. Ким дрожала, зарывалась в мои объятия и всё равно не могла согреться. — Внезапно, я просто подумала, что… Я так люблю тебя, что… Лучше бы продюсер лапал меня и дальше, чем сделал такое с тобой. С ребятами. — Джису, послушай, никто не смеет прикасаться к моей жене, кроме меня в таком ключе. — Это сорвалось с губ так неожиданно, что я даже не успел сообразить. Жена. Как самонадеянно и одурительно правильно это звучало в тот момент. Казалось, что сердце решило всё заранее и без меня, поставив перед фактом бушующую рациональность. Я уважал Джису, ценил, готов был защищать от таких вот ублюдков, но самое главное я тоже безумно любил. Так сильно, что сгорал от кошмарных мыслей по ночам, от остатков ревности к Намджуну, от того, что не мог заклеймить её своей в угоду каким-то никому не сдавшимся принципам. Иногда хотелось, чтобы в жизни было как в фанфиках: мы с ней — истинные, лишь поставь метку на молочной коже. — Тебя очень сильно побили. — Настолько, что я намерен завести с тобой семью, — твердо настоял я, оставив легкий поцелуй у виска. Джису истерично хихикнула, сведя пальцы на моих лопатках. — Боже, если я предложу сейчас выйти за меня — это будет слишком? — Мы обязательно вернемся к этому, когда ты придёшь в нормальное состояние, — в неловкости опустила она, накрыв выемку между моими ключицами своими губами. Её слезы смешались с кровью на футболке, руки с моей спиной, и как бы, между прочим, наши чувства тоже. Болящее тело и зудящее раздражение в районе живота стоило каждого мгновения с ней. И даже, если сейчас я звучал как сопливый романтик, для меня это не имело никакого значения. Ровно, как и выговоры или лживые заголовки газетенок. Сейчас в моих руках сосредоточился весь мир. Для меня никогда ничего не было достаточно так, как сейчас.