Ох уж эти сказочки. Ох уж эти сказочники!

       — Ну что, Джон, вы тренировались сегодня во владении методами дедукции, как я вам советовал? — Холмс сидел в кресле, и азартно пытался выпустить из трубки кольцо дыма побольше, невзирая на возмущения миссис Хадсон, которая строжайше запрещала курить в комнатах.        — О, да. Сейчас я вам продемонстрирую. Доктор развернул второе кресло так, чтобы смотреть в лицо собеседнику и переплёл пальцы в замок, удобно устроив руки на подлокотниках.        — Не далее, как сегодня утром у вас был посетитель. Высокий молодой джентельмен, весьма пристойной наружности. Одет достойно, но скромно, я бы даже сказал бедно.        — Хм… из чего вы это заключили? — Холмс довольно улыбался, слушая соседа и даже слегка дирижировал кистью, словно задавая ритм повествования.        — О том, что сей джентльмен находится в стеснённых обстоятельствах? Во-первых, обувь. Хорошего качества, начищена до блеска, но каблуки стоптаны, то есть башмаки довольно-таки поношены. Во-вторых, манжеты рубахи, они перелицованы, дабы скрыть потёртость ткани. У меня у самого есть пара таких рубашек, новые швы не особо бросаются в глаза, но вот оттенок ткани отличается. И в-третьих…       — И в-третьих, Ватсон, вы зашли поздороваться к миссис Хадсон, и она вам всё выболтала! Я прав? — шутливо-осуждающе покачал Холмс головой.        — Не буду спорить, ведь вы владеете дедукцией куда лучше, чем я. Но не совсем, не совсем. Я вначале встретил на улице мистера Лонтена, а уж потом мне шепнула о визитёре наша уважаемая домохозяйка. Джентльмен был задумчив и торопился, так что у меня нет даже малейших подозрений, по какому поводу он мог к вам прийти.        — Раз вы знакомы, то скажите мне лучше вот что, мой друг, — Холмс принялся пыхтеть трубкой, теперь, видимо, решив заменить величину и качество колец дыма их рекордным количеством. — Насколько этот господин платёжеспособен? Потому что я пока не давал положительного ответа на его просьбу взяться за дело.        — Знаком я скорее с его матерью, весьма достойной леди, что обращалась к моему коллеге по поводу обострившейся подагры. А вот платёжеспособность их семейства оставляла желать лучшего до недавнего времени. Как я понял, младшая дочь госпожи Лонтен не так давно весьма удачно вышла замуж.        — Вот-вот, именно по поводу нового родственника и являлся посетитель. Мол-де, у него сердце болит за сестру, потому что муж её, кажется душегуб. Женат был ранее три раза, а куда делись эти самые жёны никто ни слухом, ни духом. А ещё у него, надо же, синяя борода.        — О да, на месте родственников я бы тоже поостерёгся выдавать девушку замуж за человека, который красит бороду. Ну, вы понимаете Холмс. «Борода», все дела.        — Прекратите вещать намёками, Ватсон! Вы меня сбиваете. Если, говорите, средства у них всё же есть, то я потребую аванс и мы возьмёмся за работу. Отличные новости, мой друг! Заплатим миссис Хадсон квартирную плату, ещё и останутся деньги на эти ваши увлечения по потрошительству лягушек.        — Препарированию, Шерлок. Это называется препарирование, — недовольно поправил друга доктор.        — Да какая разница, — отмахнулся сыщик, — как назвать, если вы там, в своём кружке пытателей, выпускаете бедным жабам кишки.        — Это клуб естествоиспытателей, вы прекрасно знаете, — понимая, что Холмс его подначивает, Джон попытался успокоиться.        — Я вот думаю, — сыщик уже позабыл про их перепалку, встал и направился к одёжному шкафу. — Может мне проследить, незаметно, за этим самым подозрительным субъектом. Всё же подозрения в убийстве трёх женщин — это серьёзно. Смекнув, к чему дело клонится, Ватсон стремительно пересёк комнату и захлопнул дверь шкафа, стоило Холмсу её приоткрыть.        — Почему бы вам не воспользоваться старым испытанным способом? И не отправить по следу уличных мальчишек? Уверен, они справятся ничуть не хуже. Сыщик пристально посмотрел на Джона.        — Это вы сейчас проявляете заботу о мелких бродягах, обо мне или о себе? Он потянул дверь на себя и ухватился за ткань в яркую клетку, оказавшуюся оборкой женского платья.        — Обо всех сразу, — поднажал со своей стороны доктор, запихивая ткань обратно. — Мне уже надоело терпеть насмешки нашего соседа, полковника Биглоу, который интересуется, неужели наши с вами дела так плохи, что мы водим к себе женщин самого низкого хмм… пошиба.        — Что? Да он хам и сноб, этот ваш приятель по кружку потрошителей. Отличное платье, я его купил у старьёвщика за приличные деньги. Ну, ладно, не хотел говорить — выменял за ваш клетчатый пиджак.        — Вы отдали мой любимый твидовый пиджак? — задохнулся возмущением Ватсон. — В обмен на это тряпьё?!        — Бросьте, не будьте скрягой. Пиджак был старый и смотрелся ужасно. Я подумаю, как организовать слежку… Их спор прервал грохот — кто-то не просто стучал, а ломился во входную дверь.        — Что же, а сей джентльмен вполне платёжеспособен, — оценил Джон, когда они с сыщиком глянули на улицу из-за шторы. — Жаль только, он к нам явно не из желания стать клиентом детектива.        — Вы прямо гений дедукции, — хмыкнул Холмс. — Определили по ботинкам?        — Нет, по синей бороде. Мне спуститься и отпереть? — прикинул, как далеко он убрал свой армейский револьвер, Ватсон.        — Конечно, не отправлять же нам на встречу с эдаким громилой миссис Хадсон. Мы тогда не узнаем никаких подробностей, она попросту кликнет констеблей. А в это время в загородном поместье…        — Анна, сестра моя Анна, скажи, что ты видишь? Подъезжает ли кто-нибудь по дороге? — вопрошала симпатичная блондинка, нервно меряя шагами персидский ковёр.