Одно решение

      Лил дождь. Дождь был везде. Тяжелые капли скатывались по стеклу, падая вниз не в силах за что-либо зацепиться. Блондин сейчас чувствовал тоже самое. Глаза смотрели как обычно холодно и равнодушно, в то время как сердце в груди обливалось всё новыми и новыми слезами. Они с отцом неделю игнорировали друг друга после того случая. Господи, что он натворил… Как теперь смотреть ему в глаза? Может устроится на подработку и копить деньги на хату, пока Глэм не выставил его за порог? А если выставит… Сбежать к Чесу не получится. Ноги его больше не будет в том трейлере! Зачем? Зачем он только позволил себя отыметь… Чес же типичный кайфолов*. Грёбаный гедонист*. И этот придурок отымел его в задницу. Какое унижение. Хочется сдохнуть. Но сначала он бы придушил его. Да кто там блядь стучится! Стучится? Вот чёрт… Глэм. - Ди, можно войти? – парень мысленно метался между тем, чтобы свалить в окно в ливень, вымокнув до нитки, и посмотреть своему страху прямо в глаза. Такие родные красивые глаза… Поняв, что пауза затянулась, парень ответил: - Да. Входи. Дверь медленно отворилась, отец стоял в дверном проёме со своей фирменный улыбкой, словно ничего не произошло. Словно это не они в десна целовались, и не сам Глэм припёр его к стенке. Охуеть просто… - Ди, спускайся обедать. После зайди ко мне в кабинет, - «всё пиздец, - сказал отец…» Пока Глэм изучал его своим пристальным взглядом, парень мысленно сиганул в окно. - Хорошо, пап. Сейчас спу… - «Хорошо, Глэм,» - старший его нагло перебил. Чего блядь?! «Глэм»? Что мать твою здесь вообще происходит? Он отрекся от него и не считает больше Ди за сына? Пиздец, неужели всё настолько хуёво… - Хорошо… Глэм, - парень просто повторил столь непривычную фразу. На слух она была даже приятнее, чем ожидалось. Отец утвердительно кивнул, после чего развернувшись на каблуках, поспешно удалился. Дверь захлопнулась. Блондин ещё не отошёл от шока, продолжая пялится в одну точку. Уже второй раз за короткое время его так шокируют. Нервы были на пределе, но всё же парень, пересилив себя, спустился к столу.       Отец только начал раскладывать еду по тарелкам, а брат как обычно тараторил обо всём подряд. На редкость душевная обстановка. Словно ничего не произошло, и Вики не бросила их, и с Глэмом ничего не было... Словно закончился этот пугающе сладкий сон.       Пообедав, Хэви убежал в кино с друзьями. Те давно ждали выхода нового ужастика, а рыжий просто не смог отказаться заценить это творение, очень уж много хороших отзывов собрала картина. И так подросток свалил, оставив Ди и Глэма наедине. «Чёрт, спасибо конечно, но ты, Хэв, предатель,» - мысленно подытожил Ди. Через силу доев остатки супа, блондин отправился к себе наверх, пока Глэм остался убрать за всеми.       Парень не мог нормально думать, снова и снова возвращаясь к просьбе отца, зайти после трапезы в его кабинет. Ноги сводило судорогой, страх буквально выкручивал всё его тело. За последние годы, парень, конечно, вырос. Но всё же оставался ниже Глэма, плюс Ди не отличался спортивным телосложением, из-за чего старший имел над ним преимущества в силе. Отец никогда не орал на них с Хэви, и уж тем более не подымал руку. Но кто знает, что гитаристу может прийти в голову сейчас. Одна только фраза «Хорошо, Глэм» пугала Ди до усрачки своей непредсказуемостью. Повторяясь, кто знает, что отец может выкинуть сейчас, в их ситуации… Мысленно готовясь умереть, парень направился в роковой кабинет. По пути проклиная тот день, когда сам влюбился в Глэма.       Уже войдя, Ди нигде не обнаружил отца. На кухне тихо. Походу, он ушёл в продуктовый. Ну ладно. Блондин уже собирался уходить, как дверь за спиною захлопнулась. Вздрогнув, парень резко обернулся. Напротив него стоял Глэм собственной персоной. Послышался скрежет ключа в замке. Неужели он… Блядь! Тушите свет, его прикончат прямо здесь и сейчас, а труп закопают на заднем дворе. По итогу Ди прожил неплохую жизнь, но никогда не был счастлив. Может это и есть счастье, умереть от руки любимого человека… Так стоп. Это чё ещё за хуйня? Страх настолько овладел им, что парень уже перестал адекватно мыслить, а глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит. Тем временем, гитарист медленно приближался к нему. Улыбка становилась всё более зловещей, без всякий сомнений он ухмылялся.       Ди вжался потными ладонями в край стола, костяшки на обоих руках побелели. Он весь побелел, и сейчас был похож на мертвеца. Темнота лишь подчеркивала эту притягательную картину. Парень был просто дьявольски красивым, завораживающе… Глэм мысленно облизнулся. - Ди, как давно ты хочешь меня? – не в бровь, а в глаз. И как ответить на этот вопрос? Соврать и унести тайну в мир иной, или ответить честно, вдруг помилует? - Пап… Это... Давно. Уже сам не помню, - смущенно ответил он, - Не молчи! Скажи, сразу, что обо этом думаешь. Я и так осознаю, насколько это грязно. Это ранит. Ну давай не молчи, скажи, что тебе отвратителен. Может отправишь меня к мозгоправу или сразу в лечебницу… Хотя, похуй. Какая блядь теперь разница, если ты всё равно не…! – Парню прилетела пощечина. Глэм его ударил… Не может быть. Он же никогда… Никогда… Хотелось разреветься на месте. Больно, обидно, унизительно. - Я не разрешал тебе матерится. Ты грязный, Ди. Ты мне противен. Но знаешь, что ещё хуже? Это взаимно, - Глэм сделал паузу, дав сыну переварить полученную информацию, - Сейчас ты стоишь передо мною, злой с потекшей подводкой, и болью внутри. Ты жалок, - Глэм наклонился к уху подростка, прошептав, - Мне это нравится. Ты даже не представляешь, что я сейчас сделаю с тобой. Но поверь, будет больно. Пощады не жди… На этом моменте Ди вдруг понял, с каким психопатом живёт под одной крышей. Пощады не будет.

Он это заслужил.