Мам, я фея

— И что мне делать? — В каком смысле? — пробурчала Блум, не отрываясь от холста ни на секунду. Она то быстро-быстро что-то штриховала, то медленно выводила каждую линию. — Как без магии жить? Я ничего, кроме неё, не умею. — Снимем с тебя всё… — она грозно на меня посмотрела. — Прекрати вертеться! Я выдохнул, но послушно замер, и Блум с довольным лицом продолжила рисовать меня. Благо в одежде. И в приличной позе: лёжа на диване в гостиной фей. А то я её знаю — разденет, обездвижит и во все неприличные позы поставит. Ей, видите ли, динамики в позах не хватает — статично. Ах да, мы прекратили искать ответы по возвращению моих сил в книгах. Жалкие попытки, откровенно говоря. Макия что-то там пищала, но тоже понимала о бесполезности наших усилий. Об Огне Дракона ничего не пишут, о моих силах тоже, так с какого перепугу о Фениксе что-то должно быть известно? Сам Даркар, двухсотлетний дед, нифига не знает, а мы возомнили себя… — Блум, у меня есть просьба. Точнее, предложение. — Како-о-ое? — Я разгадываю тупые загадки и получаю за них не менее тупые камни. Хочешь со мной? Блум даже от холста оторвалась, в неверии на меня смотря. Кажется, я впервые предлагаю сходить на свидание не в парк или кафешку, а в практически опасное приключение. — Что надо делать? — Идти туда, не знаю куда, и победить то, не знаю что. — Идти… — Блум слегка нахмурилась. — Почему, когда ты впервые меня куда-то зовёшь, я не могу! Мне нужно учиться контролировать Энчантикс — Фарагонда не отпустит меня дальше Магикса. Я иронично приподнял бровь. А кому мнение старухи интересно?.. Видимо, Блум и интересно. Ну как хочет. Если ей мнение облачной бабки важнее. — Ну ладно. Может, в конце присоединишься? — Нечестно. — У нас будет множество других совместных приключений… — я сел. — Как я там получился? — Не покажу. Только в цвете! Улыбнувшись, она сняла холст и спиной назад пошла к себе в спальню. Добавлять цвета. Пастелью, насколько я помню. Я остался один. Почти один. В углу комнаты Макия играла в мой телефон: профессионально кого-то расстреливала. Вот наиграется в свои стрелялки, а потом людей мочит! — Почему не сказал о Сирениксе? — Говорить, что я проклят ещё одной хернёй, потому что полез, куда не надо?.. И я в этом, кстати, не виноват! Макия закатила глаза и продолжила играть. Я слышал звуки стрельбы, удары пальцев о стекло и тихие смешки. Был бы в этой игре голосовой чат — никто бы из матерей её противников не выжил. — А где у нас клёны растут? — пробурчал я. — На канадском флаге. — Смешно. А если серьёзно? — Думаю, на Мелодии? — Нам туда надо. Мне рыба второе испытание дала. — Второе? — Макия оторвалась от экрана. — Ага. Первый камень я уже получил. Я призвал шкатулку Сиреникса, показывая Макии, что на ней уже задорно блестят три камня из пяти. Если они будут находить меня сами — я совсем не против получить подводный костюмчик. Я-то думал, что будет месиво, драки или сложные загадки… — Тогда поехали на Мелодию. Потягиваясь, я встал. Всё же не моё это — сидеть на одном месте. Но Макия так и сидела в углу, продолжая играть. Тогда мне пришлось сделать страшную вещь: отобрать у ребёнка телефон. У айпад кида чуть припадок не случился, но я сунул ей шоколад в рот и потащил за капюшон на улицу. Когда мы были уже возле автобусной остановки, до моего плеча неожиданно дотронулась рука, и я дёрнулся в сторону. Чуть в кусты не упал! — Феликс… — Миша, блядь! Зачем так пугать?! — Прости. Забыла. Она чуть отошла, а я нервно выдохнул, чуть ли не за сердце хватаясь. Притупилось восприятие немного. А Михаэль, на удивление, выглядела… Нормально? Никаких слёз, синяков от недосыпа или растрёпанных волос. Будто только у меня в депрессии желание существовать пропадает. — Ты так быстро подумала? — Я была на эмоциях. Мне нужно было подумать о другом, — она пожала плечами. — Я остаюсь, другого варианта быть не может. — О чём же ты думала? Или секрет? — Как мне дальше жить. И что делать. — И что надумала? — Прежде всего, мне хотелось бы перевести дух — нужно привыкать к свободной жизни. Я нашла пару интересных занятий дома, если ты не против. Но я лишь покачал головой. Это замечательно. Пусть найдёт себе какое-то милое хобби: вязание там или вышивку. Из теней, естественно. — Хорошо. Отдыхай. Мы много работали и заслужили отдых. — А ты что будешь делать? — Двигаться дальше, как всегда… Станешь мамочкой для милого мальчика? — на её непонимание я добавил: — Денег, говорю, заработаешь, пока я недееспособен? — Я… Хорошо. Но только пока ты не вернёшь силы. Мы кивнули и распрощались: она пошла домой, а я ломать спину и голову от очередных загадок. Эх, я бы тоже хотел отдохнуть, но мне на левое ухо дышит Феникс, а на правое — сельдь. — У тебя улыбка тупая. Я опустил взгляд на Макию. Ни капли сочувствия. Злой и вредный ребёнок — Знаешь, когда ты обращалась на «Вы», было как-то поприятнее… Сейчас ты как будто просто меня оскорбляешь. Макия пожала плечами и, взяв меня за руку, переместила нас прямиком на Мелодию, где уже вечерело. На планету, что была пропитана музыкой, праздниками и беззаботным весельем. Планета культуры и фестивалей. Театров и кино. Искусства. То есть абсолютно далёкая от меня идеология. — Что дальше? Бегать по всей планете? Я пожал плечами, любуясь на красивые виды. Розовые, красные, оранжевые цвета преобладают не только в архитектуре и одежде, прямиком из средневековой Азии, но и в природе. Мне нравятся эти огромные летающие острова, что флегматично парят где-то вдалеке. Они словно из красного камня сделаны. — Рыбёшка сказала, что я должен искать камень у клёнов… Точнее, как обычно мне задали тупую загадку. — Можно узнать, как точно она звучала? — «Нет! Нет! Отвратительно! Ищи второй камень под тенью клёнов», — пропищал я, идеально пародируя нимфу. — Как-то так? — Какая глупость. Она тихо выдохнула и, подняв голову, начала под нос рассуждать. Точнее, бубнеть бессвязный бред, который понимает только машина. Я же, уперев руки в перила телепортационной платформы, рассматривал город. Похоже, здесь проходит очередной праздник: люди веселяться, толпяться и беззаботно поют, танцуют. Жалко, что Фарагонда никуда Блум не отпускает… Может, украсть её? С другой стороны — пусть учится. — А ты подумать не хочешь? — Не. Для этого есть ты. — Гад же ты… — Нет, телефон я не отдам. Или ты о другом? Шутка оценена не была. — Формулировка загадки очень странная. Как будто камень закопан под деревом… Тебя точно не закладки заставляют искать? — Скорее, это очередная магиксовая метафора. — Я в метафорах не сильна. Но, возможно, я поняла в каком направлении стоит копать, — я хихикнул с этого. Зато каламбурит хорошо. — Но вторая новость — плохая. Вызови селку. Кивнув, я исполнил её просьбу: перед нами вновь появилась шкатулка-звёздочка, из которой с некой настороженностью вышла селка. Но, когда она поняла, что тут относительно безопасно, успокоилась. И даже вежливо спросила: — Что хочешь узнать? — Не он, а я, — селка перевела взгляд на Макию. — Добрый день. Подскажите, пожалуйста, структуру испытаний и загадок. Феликсу нужно с кем-то драться, кого-то перехитрить или доказать, что в нём есть и надежда, и вера, и любовь? — Последнее. А сами испытания могут быть разными, сейчас ему нужно найти вторую часть загадки. — Десятую! — возмутился я. — Вы совсем офигели, какая ещё вторая часть? — Она указывает на расположение загадки для нахождения камня. И прекрати ныть! Ты камень Любви вообще без загадок нашёл. Макия слегка нахмурилась. Как и я. По-моему, это немного… — Мне кажется — это нечестно. Как всегда — озвучила мои мысли. — Что именно? — Как я понимаю, двойные загадки соответствуют двум превращениям: Гармониксу и Сирениксу. Но Феликс сейчас не может получить Гармоникс. Как и в будущем. Ведь это — промежуточная ступень, которая с получением Сиреникса отвалится, как у головастика хвостик. Следовательно, он должен разгадывать только последние загадки. Я активно и умно кивал, полностью соглашаясь с Макией. Хотя вообще ничего не понял. Два каких-то превращения. Это в два раза больше и-и-испы... Фу! — Это против правил. Все находятся в равных условиях! — Нет. У предыдущих фей была сила, было превращение. Они могли путешествовать по океанам через Гармоникс. А мой клиент разве что топориком в море может прыгнуть и утопиться… — она чуть наклонилась и громко зашептала: — И, по секрету скажу, ему это даже понравится. Рыба аж покраснела от злости… Ой, она и так красной была. Она смотрела то на меня, то на Макию, но с её доводами спорить бесполезно. Я никаким образом не смогу долго находиться под водой, даже с зельями это будет трудно. А уж испытания без сил проходить — ту мач. — Хорошо. Раз у моей феи нет магии, камни будут находиться не в океанах Магикса… На одну загадку я не согласна! Я тихо выдохнул, принимая столь щедрое предложение. Лучше в земле копаться, чем в морях. Шанс того, что я задохнусь в воде, гораздо выше, чем упасть в лаву при копании под себя. — Понимаю. Тогда предложение с нашей стороны: Феликс снимает проклятие… — Хрен вам. Они обе тут же на меня посмотрели. И я для особо тупых рыб уточняю: — Я не буду разрушать проклятие Сиреникса. Ни за что. — Но!.. — Никогда. — Подожди… — Ни при каких обстоятельствах. Я пообещал себе. А обещания себе я стараюсь выполнять всегда. Но нимфа была со мной не согласна. — Тогда я спрячу все камни в глубины океанов, а загадки станут ещё сложнее! — Ну ты и гадина, рыбёшка. Я как силы свои верну, я же вам все океаны высушу! Она фыркнула и уже хотела уходить, как Макия холодно приказала: — Стоять. — Ты вообще кто, чтобы мне… — Тогда мой клиент уничтожит Сиреникс. — Что?.. — Чего?! Даже я удивился от этого, не говоря о нимфе. Она аж резко побледнела, отчего её кожа из красной стала розоватой. Макия, увидев реакцию, подло улыбнулась, сложив руки на груди. — Ваша верховная Хранительница связала Сиреникс с книгой, поместив в него ядро всей силы. Мой клиент имеет власть уничтожить любое ядро, любую сущность магии одним прикосновением… — она театрально смахнула несуществующую слезинку. — Я правда не хотела переходить на угрозы, но Вы меня вынудили. Шок ушёл, пришла ярость. Нимфу затрясло от злости. Мне её даже жалко стало… Немного. Она же меня не жалеет. — Всё же сойдёмся на двух условиях: одна загадка и камень вне океанов. — Хорошо. Но проклятие… — А мой клиент обещает подумать насчёт снятия проклятия. — Это нечестно! — Сиреникс был ему навязан. Он не хотел его получать, но вы настояли. Потому справедливо упростить условия. А учитывая то, что Феликсу превращение просто не нужно — он сотрёт проблему, как всегда делал. Нимфа не отвечала. С адвокатом самого Дьявола в блёстках спорить бесполезно. Но вдруг она повернулась ко мне и жалобно так, словно на совесть давила, пропищала: — Ты правда оставишь фей без… — Да. — Но все феи Сиреникса погибнут! — Дафна уже давно коньки отбросила. А других нет. Ха! Думала, я книжки не читаю? Начитался за всё это время до изжоги. — Каждое превращение усиляет фей! — не сдавалась селка. — Твои сородичи могут стать сильнее для борьбы со злом! — Я зло. Чистое и безжалостное. Мне абсолютно плевать. Я не фея… Сущность, ты будешь переживать? Пару дней поплачу и успокоюсь. — Сущность согласна. — Ты ужасен... Просто отвратителен. Худший из живущих фей. И она исчезла, как и шкатулка, оставляя лишь открытую Книгу Сиреникса. Я уже эти слова воспринимаю как комплименты. Они говорят о том, что я умён, хитёр и силён, раз могу давить словом. Но Макия вдруг, схватив меня за руку, протараторила: — Ты самый лучший! Ты сделал столько добра, помог многим и спас мир. А эти видят лишь плохое!.. — Какая очаровательная попытка меня утешить. Всё хорошо, я привык. Я потрепал её по голове и заглянул в Книгу. «Статичность не даёт дисгармонии пробудиться». — Блядь, мы, по-моему, шило на мыло поменяли. — Не меняли. Это уточнение… Наверное? — Макия посмотрела на меня. — У нас всегда есть вариант закончить всё одним ударом. — Не-не! По моим исследованиям: удар по голове в качестве самоубийства — не очень хорошая идея. Можно выжить и стать ещё большим дурачком. Она нечитаемо на меня посмотрела. Неженка. *** Зря Блум с нами не поехала. Тут весело. Уличные музыканты веселят народ необычными музыкальными инструменты: мне больше всего понравилась барабанная установка из кокосов. По улицам установлены танцевальные площадки, где можно соревноваться в ритм-игре. А жители развешивают бумажные фонарики куда только можно! От деревьев до чужих машин. Я без понятия, что тут празднуют — но я за любой кипиш, кроме голодовки. Но самое удивительно — отсутствие всякой какафонии. Словно все музыканты поймали один ритм, и никто не смеет его нарушать. Да сама планета дирижёр! Я хрустел фруктами в карамели, рассматривая город под ногами. Макия закинула нас на крышу высотки, чтобы обзор на город был лучше. Но я видел лишь людишек. И ни одного клёна. Да и дисгармонии не наблюдалось. Наоборот! — А какой мы камень ищем? Я задумчиво почесал голову. — Не знаю. Любовь я получил — помог Димону найти семью. Вера или надежда?.. А тебе что больше нравится? — Ривен. — Фу! Мелкая! — Вон он, — Макия указала пальцем, а я посмотрел в сторону. Но никого не увидел. Тогда Макия, встав, на манер бинокля приложила ладони к моим глазам. И действительно — Ривен. Далековато, правда — в нескольких кварталах от нас. А с ним какой-то смутно знакомый парень. Как будто — фея, потому что такие шикарные и длинные волосы я видел лишь у Блум в Энчантиксе… А ещё парни какие-то шебутные, о чём-то экспрессивно разговаривают. Ривен даже руками махает. А вот второй парнишка поспокойней будет. — Пойдем к нему? Вдруг он что-то знает? Макия пожала плечами и протянула мне ладонь. Я крепко сжал маленькую ручку, и мы оказались недалеко от парочки. Вроде как, камни должны находиться в исторических местах океанов… В моём случае — вне океанов, но это неважно. И раз Ривен здесь находится, есть вероятность, что он с Мелодии. То есть должен знать памятники. — Ривен, привет! И… Кажется, Гелия? Они оба резко обернулись, явно не ожидая меня видеть. Мне даже показалось, что они испугались. Но в руки взяли себя быстро. Гелия лишь сдержанно кивнул, а вот Ривен, пожав мне руку, озадаченно спросил: — Привет, а ты что тут делаешь? — Шароёблюсь по планетам. Как обычно. — Давно не виделись! Только я обернулся, чтобы поздороваться с Музой, как растерянно замер. На меня смотрела знакомая незнакомка в голубом платье, шалью на плечах и с длинными волосами, собранными в два высоких хвоста. Никакого сорванца в штанах! Я даже для уверенности на Ривена посмотрел, но он самодовольно хмыкнул, мол: «Да-да, это моя девушка»! — Муза? — Немного сменила имидж, — но она перестала улыбаться. — Извини, мы пытались найти что-то… — Нормально себя чувствуешь? — тут же поинтересовался Ривен, сочувственно хлопая меня по плечу. — Уже да. — Соболезную. И удачи, — коротко сказал Гелия, а я пожал плечами, не совсем понимая, как на такое реагировать. Настроение — как будто у меня кто-то умер. Макия, как обычно в невидимости, потянула меня за рукав, дёргая ушами. Ну не могу я в лоб спросить!.. — А что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Муза. — Камень ищу. — Какой? — Если честно — без понятия. А вы? — Гуляем. Праздник же. Уши Макии дёрнулись. А у меня глаз. Что-то они недоговаривают… Поэтому я навязался в их милую компанию. К удивлению, никто против не был. Даже наоборот — Ривен воодушевился. И тут же потащил меня за собой, оставляя Музу и Гелию плестись где-то в хвосте. Я так и не понял, что тут празднуют, да и откровенно плевал на это. Главное — атмосфера. После караоке, тира и аркадных автоматов, меня привели в домашнее кафе с местной кухней. Её расхваливали все: от молчаливого Гелии до Макии, которая восторгалась молочными конфетами. Но я заказал не сахарный диабет и суп со свининой, а пельмени. Из тонкого теста, с мясной начинкой и приготовленные на пару. Муза предупредила, что они очень острые, а официант несколько раз уточнил: точно ли я уверен в своём заказе. Конечно! Я так давно остренькое не ел. Оно даже пахнет остро! И на вкус просто восхитительно. У меня аж слёзы в уголках проступили. Во рту пекло так, что я сразу вспомнил Огонька. Была у него привычка лезть ко мне, тыкаясь мордочкой в щёки, нос и губы, а потом чихать огнём. — А ты надолго к нам? Если негде жить, то… — подал голос Ривен, а я замахал рукой. — Я скоро уеду, можете заниматься своим грязными делишками. Все трое тут же перестали улыбаться и есть. Атмосфера накалилась, прям как у меня во рту, а я замахал рукой в свою сторону пытаясь остудиться. Пока я запивал остроту морсом из неизвестных ягод, Муза осторожно спросила: — Ты о чём? — Я вам не поверил, про гулянку, если честно. У меня чуйка на хулиганов: колитесь… Если хотите. Они ужасно забавно переглянулись. Такие маленькие, а уже законы нарушают! — Я ищу того, кто убил мою маму, — ответила Муза после недолгой паузы. — О… И как успехи?.. — и до меня дошло. — Убил?! Муза быстро закивала. — Её кто-то травил. Долго. — Я… Даже не знаю, как реагировать? — А я не знаю, чем именно! И врачи про это не говорили. Папа спустил все деньги на её лечение, но ничего не помогло… Муза сжала кулаки, а Ривен сжал её плечо, безмолвно поддерживая. Я думал о чём-то таком, но списывал всю на буйную фантазию о массонах. — Государство тоже никак не вмешивалось, — коротко добавил Гелия. — А расследование прекратилось слишком быстро, — фыркнул Ривен. Понятненько… Эти трое ввязались в какую-то опасную авантюру. И я без сил к ним присоединяться не буду. У меня и так с законом дела плохо обстоят. — Проблема в другом: когда мы пытались найти какую-то информацию, всё время натыкались на барьеры. Я закивал, понимая. Знакомая ситуация. Я тоже о дедуле ничего найти не мог. Вдруг, мама Музы тоже как-то связана с катавасией на Домино… И я закинул последний пельмень в рот, понимая, что думаю об очередных глупостях. Обычный криминал, а не политические игры между Светом, Тьмой и дедулей-грибожуем. — Вы в тупике? — Не совсем. — Нам нужно… — Гелия замялся, неуверенно смотря на Ривена. — Вскрыть это дело, — хмыкнул Ривен и достал какую-то папку с документами. — Ривен! — Да ладно тебе. Фел — свой. Я уставился на папку, чувствуя необычную защиту на красной печати из воска. Частота выходит за базовую, напряжение сосредоточено на шести концах, а сопротивление магии достаточно велико для такой мелкой работы. Ривен и Гелия что-то там говорили, но я был слишком поглощён подсчётом параметров для разрушения печати. Надо сначала снять напряжение с этого узла, потом пониже… — Это что-то незаконное? — пробормотал я, почти закончив. — Да. Точнее, каким способом мы это получили. Я понял. И поразился им! Стащили папку с уликами прямиком из полиции. Моя школа! — Мы уже который день с этим замком мучаемся, — признался Ривен, а Гелия добавил: — Нам может помочь Ключ Природы или… Я молча дотронулся до печати, активируя Пламя и вливая необходимую энергию, и она с громким хлопком лопнула. Мы все смотрели на открытую папку: я с интересом, а остальные с недоумением. Интересные на Мелодии замки — словно в правильном порядке струны перебирать, нужно запомнить их построение. — Можете обращаться, если опять что-то нужно сломать. Я в этом мастер-ломастер. — У тебя есть магия?! — дошло до Ривена. — Частично. Поэтому я не особо переживаю. Я услышал тихий смешок рядом и чуть пнул Макию. Нечего меня позорить! Но ребятам было всё равно: они, как котята, пялились на открытые документы. Наконец-то Муза подняла на меня взгляд и спросила: — Мы можем как-то помочь с твоим камнем? — «Статичность не даёт дисгармонии пробудиться», — сказал я, а Ривен, кажется, почти покрутил пальцем у виска. Я тоже думаю, что это бредятина. — Возможно, я знаю, где вам искать! — с воодушевлением крикнула Муза, хлопнув в ладоши.